Последний Гроссмейстер

Выходил из дома чародейки Геральт в смешанных чувствах. Эта встреча прошла совершенно не так, как он ожидал. Чего уж там, ведьмак был малость шокирован, что ушёл от Йеннифер на своих ногах и в здравом рассудке. Его немного переиначенная история про Паветту, Эмгыра и Калантэ была принята, на удивление, хорошо. Причём Геральту удалось умолчать многое. Например то, что все герои были королевских кровей, а Паветта невероятно мощным Истоком, который в истерике разнёс тогда половину замка, где проходил приём. Наверное, поэтому её мать Калантэ, королева Цинтры, и согласилась отдать свою дочку. Ещё одной истерики в случае смерти Дани, коим именем Паветта ласково называла Эмгыра, она могла бы и не пережить. Геральту совместно с друидом и бароном по прозвищу Кудкудак еле удалось тогда остановить девушку. И то она сбилась лишь от неожиданности, когда барон начал исполнять такое со своей волынкой, что даже Лютик бы по пьяни вряд ли устроил. Да, Йеннифер ещё не раз пыталась выведать из него чуть больше информации. Однако ведьмак держал свой разум в узде. Всего раз он чуть отпустил контроль, когда чародейка довольно соблазнительно потянулась. Наверное, в этом и заключался её план — отвлечь Геральта, сорвать концентрацию. Вот только мысли в его голове тогда и подавно были далеки от чего-то важного. Всё же за столько лет ведьмак сумел приспособиться к этой её способности, вследствие чего прочитать его с наскоку было ой как непросто. Говорили они и о Цири. Имя её, понятное дело, ведьмак не выдал, но кое-что рассказал. По сути, он нёс полнейшую чепуху про её взгляд, улыбку, любимую пищу. И всё же Геральт попал прямо в цель, от его рассказа у чародейки загорелись глаза. Всё же в это время Йеннифер безумно хотела родить ребёнка, но все её усилия были тщетны. Поэтому она и вцепилась тогда в джина, ведь он, возможно, смог бы исцелить искусственный недуг. Разошлись они на позитивной ноте. Ведьмак пообещал чародейке, что сразу позовёт ту, когда девочка подрастёт. Сама же Йеннифер, не слыша никаких возражений, сообщила Геральту о том, что вскоре некоторая сумма перекочует на его счёт в банке. Чародейка была непреклонна и не приняла отказа. Собственно, согласие ведьмака ей и не требовалось. Кроме того Йеннифер буквально насильно впихнула ему приглашение на местный аукцион, что проходил сегодня ночью. Она сказала, что всё равно туда идти не собиралась, а вот ведьмак может найти там что-нибудь интересное для себя. Белый Волк не понимал лишь одного. Почему Йеннифер была с ним настолько обходительна? Подобное поведение по отношению к незнакомцам было не в её характере. Да, он предложил ей по сути шанс возвыситься, взяв себе сильную ученицу, но всё равно даже этого было слишком мало… Вдруг ведьмак кое-что осознал. Он совершенно выбросил из головы тот факт, что за почти двадцать лет изменилось многое. Слишком многое. Геральт тогда и он сейчас имели слишком много отличий между собой. А ведь он ещё и подготовился к этой встрече. Йеннифер должно быть восприняла ведьмака за личность куда большего масштаба, чем он являлся в прошлом. Её интуиции можно было только позавидовать. Забивая голову подобными мыслями, Геральт, сам того не заметив, добрался до той конюшни, где оставил кобылу. Лошадь отсутствовала. Выругавшись себе под нос, ведьмак отправился искать конюха, что отвечал здесь за лошадей. Вот только вместе с конюхом он обнаружил и пропажу. А ещё толпу людей, которые пытались… — Какого… — выдохнул Геральт. Плотва каким-то неведомым образом забралась на чей-то сарай(!) и мирно жевала его крышу, покрытую мхом. Ведьмак резко сузил глаза, а затем расширил. Ничего не поменялось. Лошадь как была на крыше, так и осталась. — Как это, чёрт возьми, произошло? — вытащил ведьмак конюха из толпы людей, что пытались спустить лошадь. — Ох! — аж подпрыгнул мужчина. — Не пугайте так, мастер Геральт. — Так что случилось? Как моя кобыла вообще оказалась там? — Я не знаю! — отчаянно выдохнул конюх. — Ещё недавно Плотвичка была в стойле, вкушала недавно скошенную траву, а потом бац, и мне сообщили, что она на крыше. — То есть ты даже за лошадью не смог уследить? Может, мне самому сходить и проверить, как мою кобылу там содержали и чем кормили? — надавил ведьмак на мужчину одним лишь своим тоном. — Эм, — сбился конюх с мысли. — Я могу вам как-то компенсировать неудобство? — с дрожью в руках он достал пухленький кошелёк, где навскидку было раза так в два больше, чем Геральт заплатил. — Возьмёте? Ведьмак взял. Чуть пораскинув мозгами, ведьмак определил, что во всём виноват джин, а точнее его второе желание. Контекст прерванного предложения был пространным. Однако, похоже, Плотва получила возможность открывать порталы по собственному желанию… Пусть конюх был не виноват, но Геральт не сожалел, что обманул его. Тот явно был не слишком чистым на руки. Вскоре силой толпы мужиков, ругавшихся в процессе на все лады, лошадь наконец была спущена с крыши. Как ни в чём не бывало, Белый Волк запрыгнул на кобылу и уехал. Спину его буравило множество возмущённых взглядов, но ведьмаку было как-то побоку. Он хотел завалиться в трактир и не вываливаться оттуда до следующих суток. Впрочем, на аукцион ведьмаку, похоже, сходить придётся. Йеннифер не было смысла ему врать. Но вот заблуждаться насчёт его платежеспособности она могла. *** Таверна встретила его музыкой, в которой ведьмак сразу определил голос Лютика и Эйры?(!) — Вот чем она его подкупила, — пробормотал Геральт. Он был не в обиде на друга. Зная характер барда и его неуёмную любовь к искусству, у Лютика не было шансов устоять перед таким предложением. К тому же у Эйры был отличный голос. Настолько, что ни капли не терялся на фоне барда. Если сильно приуменьшить — народу нравилось. Трактир был забит доверху. Ведьмак занял одно из последних мест и заказал себе местной похлёбки. Снедь, которую тогда принёс слуга Йеннифер, для Геральта была максимум лёгкой закуской. Пока Лютик вместе с Эйрой заводили толпу, Белый Волк решил заняться более важным делом. Из внутреннего кармана куртки он достал магический трактат, полученный от джина. Всё своё свободное время ведьмак выделял именно на его чтение и решение «простеньких» задач, представленных автором. Пока Геральт читал условие, у него уже начинал выворачиваться мозг, и это при том, что он был далеко не глуп. Довольно скоро стало понятно, почему ему с таким трудом удаётся пробираться вперёд. Книга была написана для обучения с наставником, который по умолчанию знал куда больше. Впрочем, отступать или искать помощи ведьмак не спешил. Пусть со скрежетом, но он продвигался вперёд сквозь море воды и бесполезных терминов. Спустя много часов корпения над трактатом знаки, кажется, стали более податливыми. Или ему это показалось. Такой поворот Геральт тоже не исключал. — О! Я-то думала, тебя ногами вперёд вынесут, — раздался за его спиной весёлый голос напарницы. — Опять корпишь над этой абсолютно не подозрительной книженцией? В глубине души ведьмак был рад наконец закрыть этот бесов трактат. Как это чудовище в облике книги не спалили ещё до него, оставалось загадкой. — Как видишь, — издал сухой смешок Геральт, пряча книгу в карман. — Полагаю, Лютик был очень убедителен. — О! Геральт! — вышел упомянутый из толпы. — Как всё прошло? Мне уже начинать писать балладу о том… — Лютик, — тяжёло произнёс ведьмак, от его тона бард напрягся, — ты же знаешь, что сдавать друзей нехорошо? — нет, в голосе Геральта не звучала угроза, сами его слова были угрозой. — Я скоро вернусь, удачи! — подмигнула Эйра вмиг побледневшему трубадуру и спустя мгновение пропала из зоны видимости. — Я бы никогда так не поступил! — отважно выкатил Лютик грудь колесом. Однако, заметив насмешливый взгляд ведьмака, он как-то резко сдулся. — Э-э, прости? — читалось искреннее раскаянье на лице барда. — Эйра же вроде тоже твой друг? — неуверенно спросил он. — Больше так не делай, — прикрыл ладонью глаза Геральт, — О чём вообще расспрашивала тебя Эйра и зачем ей это? — Я не рассказал ничего такого! — замахал руками Лютик. — Она просто хотела узнать тебя лучше, аргументируя это тем, что ей как компаньону важна информация о товарище. — И всё? То есть ты не заметил ничего подозрительного? — Конечно заметил и потому отказался, — важно кивнул бард. — Ага, а затем Эйра поёт твои песни. Темнишь ты, Лютик. — Ладно, ну рассказал я несколько незначительных фактов о тебе. — Незначительных? — Не несущих тебе вреда! А вообще знаешь, меня пугает Эйра. — С чего бы это? Неужто она первый человек, кто согласился спеть с тобой? — Нет, не в этом дело. Просто её взгляд, — вздрогнул Лютик, — будто на меня смотрит преподобная мать Нэннеке. — А ну-ка повтори, — чьи-то знакомые перчатки легли на плечи барда. — А то старая я стала, слух у меня плохонький. — Видно было, что Лютик самую малость струхнул. — Эйра, — решил Геральт помочь своему другу избежать заслуженную кару, — завтра утром мы выдвигаемся в Оксенфурт, поэтому не засиживайтесь. После его слов разговор переключился в иное русло. Лютик воспользовался шансом отвлечь девушку на полную. Если коротко, он начал рассказывать про свои похождения в этом городе. Помня о невероятном везении барда, там было что послушать. *** На дворе стояла поздняя ночь. Лютик и Эйра давным-давно отправились спать. Сам же ведьмак всё ещё сидел в прилично опустевшем за прошедшее время зале. Наконец Геральт поднялся со своего места и направился в сторону выхода. Аукцион начинался через час. Само здание, куда его привели указания в конверте, с виду было ничем не примечательно. На входе ведьмака встретил привратник, одетый во всё чёрное. Внимательно прочтя приглашение, тот пропустил Геральта внутрь. Оказалось, что аукцион планируется анонимный, и поэтому ему выдали обыкновенную чёрную маску. С ней Белый Волк походил на натурального мародёра. Кроме того, ведьмаку вручили странного вида жетон с выгравированным номером семнадцать. Оружие ему пришлось оставить в специально отведённой под это ячейке. Охрана здесь должно быть на уровне. Впрочем, пару стилетов в его сапогах никто не распознал, и при случае ведьмак был способен на многое. Обстановка в здании оказалась прямо противоположна его виду. По роскошной обстановке внутри становилось ясно, что покровители этого аукциона, мягко говоря, не бедствуют. Соответственно, и лоты здесь должны быть далеко не обычными. Вообще ведьмаку здесь ловить было особо нечего. Не тех масштабов был у него кошелёк. Конечно, на его счёте в банке Вивальди значилась довольно приличная для него сумма, заработанная за десятилетия ведьмачества. Этих денег вполне хватило бы обычному человеку прожить лет пять в комфортных условиях. Зная Йеннифер, к этому сроку можно было смело добавлять ещё пару лет. Наверное. Ведьмак ещё не заходил в банк и не проверял свой счёт. Хранил эти деньги Геральт на чёрный день и не зря, в будущем он потратил всё до последней кроны. Слишком много было в его жизни ситуаций, когда времени на работу банально не оставалось. Пришёл ведьмак на аукцион, следуя мысли, что здесь можно завести парочку полезных знакомств. Беря во внимание анонимность аукциона, теперь у ведьмака осталось лишь любопытство. Вряд ли его прельстит какая-то уникальная картина, но посмотреть, на что дворяне и купцы тратят деньги, было по-своему интересно. Пройдя по длинному коридору, Геральт присвистнул. Он очутился в немалых размеров помещении, где на несколько участников выделялась отдельная ложа. Выделенный ведьмаку проводник отвёл его к одной из верхних лож, откуда открывался прекрасный вид на сцену. Белому Волку было не до конца ясно, как будут осуществляться ставки. На входе ему выдали жетон с его номером и на этом всё. Обычно для ставок выдавали длинные таблички с номерами. Как голосование будет происходить тут с закрытыми помещениями, ведьмак представлял себе слабо. В ложе уже сидели двое. Женщина и мужчина. Один в чёрной маске, а другая в белой. Смерив Геральта нейтральным взглядом, они продолжили свой разговор на пониженных тонах. На вопрос проводника о том, требуется ли еда или выпивка, ведьмак ответил отказом. Усевшись на одно из кресел, он стал ждать начала аукциона. За неимением других дел, Геральт решил послушать, о чём говорит эта парочка. Всё же слух у ведьмаков был отменный. — …что сегодня будет нечто любопытное, — услышал он конец фразы женщины. — Неужели снова какого-то монстра завезли? — спросил мужчина. Тут надо сказать, ведьмак напрягся. — Помню, как пару лет назад на один из аукционов, который организовали в Третогоре, поймали настоящую духобабу. — Серьёзно? — удивилась собеседница. — Да, с виду кожа отдавала зелёным, рыжие волосы, а глаза изумрудные. Вся в цепях, так ещё и брыкалась. Торги тогда разгорелись знатные, очень многие хотели заполучить её себе. Если память не изменяет, конечная цена была под сорок тысяч новиградских крон. — Как эту духобабу вообще умудрились выловить? Это же считается невозможным. — Говорят, поработал один из Котов. — Ведьмак? — Ага, наёмник. Геральт в ярости стиснул зубы. Разговор ему не понравился. И это ещё слабо сказано. Белый Волк уже бывал на аукционах, но никогда ещё не видел, чтобы продавали живых существ. Разумных. История про пленение дриады задела его. Ведьмак дружил с владычицей Брокилона, дриадой Эитнэ, и не желал ни одной из её подданных подобной участи. То, что в этом деле был замешан ведьмак, было тоже плохо. Впрочем, репутация у Школы Кота уже давно пробила дно и мало касалась Геральта. Всё потому, что они шли на любую грязь ради собственной наживы. Тем временем аукцион, кажется, начался. На сцену вышла миловидная девушка, а все голоса вокруг как-то резко стихли. — Всех приветствую на ежемесячном анонимном аукционе, что курируется господином Торланом о’Гама. Сегодня у нас будет множество уникальных лотов и кое-что, что сможет вас удивить, — улыбнулась ведущая. У ведьмака эта улыбка вызвала скверное предчувствие. — Все готовы? — зал ответил бурным согласием. — Тогда начнём, — хлопнула девушка в ладошки. — И так, нашим первым на сегодня лотом будет редчайший краснолюдский меч — рунный сигилль, изготовленный в самом Махакаме! — штора за её спиной распахнулась, и глазам людей предстал прекрасный меч с рунной вязью. Чего-чего, но такого Геральт точно не ожидал. На него вдруг нахлынули воспоминания, как он с подобным мечом путешествовал по всему Северу. Сигилль ведьмаку подарил его друг-краснолюд Золтан Хивай. И Белый Волк реально уважал этот меч, ведь кроме того, что острее оружия он не видывал, так сигилль мог ещё и заклинания отражать. Наверное, если бы не те слова про «интересный» лот, Геральт бы всерьёз задумался насчёт покупки данного оружия. — Начальная ставка тысяча новиградских крон, кто даст больше? Двадцатый, тысяча сто! Давайте, это оружие стоит своих денег. Шестой, тысяча триста! Двадцатый, тысяча восемьсот! Он всё ещё не мог понять, каким образом ведущая определяет ставки, причём, по всей видимости, без задержки. Даже своим усиленным слухом Геральт не слышал, как кто-то озвучивает эти цифры. — Двадцать третий, две тысячи крон, — неожиданно произнёс сидящий рядом мужчина. В этот же момент медальон ведьмака дрогнул, учуяв магию. Подняв взгляд к потолку, он заметил очень знакомый артефакт. — Ксеновокс, — изумлённо пробормотал себе под нос Геральт. Затем он перевёл взгляд на ведущую и заметил выделяющуюся брошь в её распущенных волосах. Похоже, ксеновокс был двусторонним. Невероятно, но на этом аукционе использовались артефакты, которых определённо не было в свободном доступе. Чародеи имели на них монополию, а способ изготовления знали единицы из Братства. В конце концов его сосед по ложе таки заполучил этот меч, вывалив за него ни много ни мало три тысячи крон. Данный меч определённо того стоил. От каждого последующего лота глаза Геральта становились всё больше. Ни один из выставленных предметов не был древним бесполезным мусором. Напротив, здесь выставляли артефакты, редкие зелья, уникальные научные трактаты и много чего другого. — И последний, не побоюсь этого слова, уникальный лот на сегодня, — с радостью воскликнула ведущая. Слышно было, что её голос немного охрип. Ничего удивительного в этом ведьмак не увидел, та распиналась перед народом уже на протяжении двух часов. — Прибожек! Или в простонародье домовой! — Тут же на сцену вывели девочку-прибожка в ошейнике из двимерита. По ложам прокатились волны обсуждения. — Нам она досталась по наводке одного купца, из дома которого её выгнал известный ведьмак Геральт из Ривии! В это время упомянутый ведьмак застыл. Почему-то ему вдруг стало очень хреново. — Начальная цена пять тысяч новиградских крон, кто предложит больше? О! Пять тысяч пятьсот от седьмого… Ведущая распевалась на сцене соловьём, рекламируя бедную девочку-прибожка со всех сторон и ракурсов. Тем временем ставки поднялись до семи, а потом и девяти тысяч. Судя по уменьшившемуся шагу, до конца торгов оставалось недолго. Геральт держался, держался стойко, пусть его всего и трясло от скрытой ярости. Но когда она подняла испуганные глаза, полные слёз, с мольбой смотря на равнодушных людей, тогда ведьмак понял — больше он не может оставаться в стороне. К тому моменту ставки дошли почти до десяти тысяч. — Семнадцатый, двенадцать тысяч крон, — разнёсся по помещению твёрдый голос Геральта. Его соседи по ложе лишь уважительно покачали головой. Наверняка для них весь этот аукцион был этакой игрой, где побеждал тот, у кого кошелёк глубже. — Семнадцатый поставил двенадцать тысяч, кто-нибудь даст больше? — Спустя небольшой, крайне напряжённый промежуток времени он услышал заветное: — Продано! Прибожек достаётся господину под номером семнадцать за двенадцать тысяч новиградских крон… Другой бы на его месте сожалел о потраченных деньгах. Однако у ведьмака не возникло и мысли, что трата была неоправданна или её можно было избежать. Сейчас Геральта волновал другой вопрос, до встречи с чародейкой у него точно не было такой суммы на счету у Вивальди. И теперь он мог лишь понадеяться на щедрость Йеннифер и своё везение. В филиал банка Белый Волк не заходил, не посчитал нужным. Теперь он сожалел об этом. Что ж, очень скоро всё решится, и Геральт надеялся, что удача будет на его стороне.