Последний Гроссмейстер

— Ведьмак Геральт из Ривии.  Никуда не спеша, упомянутый поднял взгляд и посмотрел на человека, который был в разы старше его, а по силе и вовсе сравним с Вильгефорцем. Лучшая ученица архимагистра Тиссаи де Врие и, по совместительству, нынешняя советница короля Редании Визимира II — Филиппа Эйльхарт. — Чем обязан, госпожа Филиппа? — поприветствовал её ведьмак.  — Можно без «госпожи», — уселась та напротив. — Честно признаться, давно не общалась с представителями вашей братии. Ты определённо выделяешься среди тех ведьмаков, с кем я прежде имела дело. — Мои «подвиги» сильно преувеличены. — Ну-ну, не прибедняйся. Мне доподлинно известно, с какой лёгкостью ты расправлялся с чудовищами в окрестностях Оксенфурта. — Как погляжу, реданская разведка не просто штаны просиживает, — усмехнулся ведьмак. — Я ведь не единственный ведьмак, кто бывает в Редании. За каждым ведёте слежку? — Не буду врать, ты интересен короне. — Надеюсь, этим интерес и ограничится. — Посмотрим, — поймал он на себе оценивающий взгляд Эйльхарт. — Ходят слухи, что тебя наняла Трисс. Значит, ты её чем-то заинтересовал. Чем, если не секрет? — Кто знает, я не читаю чужих мыслей, — хмыкнул Геральт. Его реплика достигла цели — на мгновение чародейка скривилась. — Молва о тебе не врала, ты и вправду до ужаса циничный, — быстро перестроилась Филиппа. — Помню времена, когда ведьмаков уважали, потом — когда их боялись. И что же теперь? На приём ты вписался довольно органично, хочу заметить. — Страх был всегда, но людям и по сей день нужны наши услуги, поэтому они прячут свои чувства за маской. Так было раньше, и уверяю, сейчас ничего не изменилось. — Ведьмак-философ, — с оттенком удивления произнесла чародейка. — Теперь ясно, чем ты зацепил нашу юную советницу. Скажу прямо: настоящая Трисс далеко не такая, какой ты её обычно видишь. — Я в курсе, — криво улыбнулся ведьмак. — Не хочу прозвучать грубо, но это, пожалуй, свойственно всей вашей братии. — Признаю, недооценила тебя, — спустя минуту молчания промолвила Филиппа. — Но если ты всё это понимаешь, зачем тогда согласился работать на неё? — А почему, собственно, я должен был отказаться? — пододвинул к себе Геральт очередное блюдо. — Получаю хорошие деньги, бываю на пирах, общаюсь не только с красивыми, но и умными женщинами, — подпустил ведьмак лести в голос. — Ох, ты меня прямо засмущал, — в притворном жесте прижала ладони к лицу могущественная чародейка, чей возраст, по прикидкам Геральта, приближался ко второй сотне, а может, и перевалил за неё. — Знаешь, я бы даже рассмотрела возможность твоего… В этот момент в их разговор вмешались. Кто-то, кому сам факт беседы пришёлся не по душе. — Филиппа! — с натянутой улыбкой воскликнула Трисс, остановившись рядом с ведьмаком. — Какая неожиданная встреча! У тебя ведь, кажется, сегодня были  другие планы? — улыбка на её лице дрогнула. — Какой смысл в моей должности, если я не могу отложить дела на потом? — нежным голосом пропела та в ответ. — А вообще знаешь, Трисс, невежливо вмешиваться в разговор старших. — По положению мы равны, Филиппа, — нахмурилась девушка. — А человек, с которым ты так мило беседовала, нанят мною, — в её голосе зазвенела сталь. — Так что я была в своём праве. — Равны? — насмешливо приподняла бровь чародейка. — Какая ты там по счёту советница у Фольтеста? Третья? Странно, я не вижу поблизости твоих коллег… После слов Эйльхарт лицо Меригольд порозовело до оттенка её волос, а щёки заметно дёргались от сдерживаемого гнева. Геральт знал её характер — терпение являлось слабой стороной Трисс. Впрочем, каким-то чудом она удержалась от того, чтобы высказать всё прямо в лицо Филиппе. Тяжело вздохнув, девушка схватила какую-то сладость со стола и принялась яростно её жевать. — Геральт, пошли отсюда, — процедила Трисс под насмешливым взглядом советницы Визимира. Следом она подхватила ведьмака под локоть и чуть ли не насильно увела его на другой конец зала. Оказавшись наконец на приличном расстоянии от Эйльхарт, девушка выдохнула. — Надеюсь, ты не успел получить от неё какого-нибудь «предложения»? — спросила Трисс, стараясь скрыть тревогу в голосе. — К сожалению, — хмыкнул ведьмак, — ты прервала нас в самый ответственный момент: речь уже зашла о крупных суммах. — Ты это серьёзно? — Трисс едва не задохнулась от возмущения.  — Кто знает… — не дав ей возможности начать допрос, Геральт продолжил: — Смотри-ка, этот стол, похоже, до сих пор не опустел, — ловко ушёл от ответа ведьмак, увлекая за собой растерянную такой постановкой речи чародейку. *** — Как тебе вечер? — спросила Трисс, будто забыв о неприятной ей встрече. — Приём как приём, — пожал плечами ведьмак. — Хотя стоит отдать Визимиру должное: на праздник он не поскупился. — Говоришь так, будто бывал на десятках подобных приёмов… — чародейка осеклась. — Подожди, если я права, то какой этот по счёту? — Честно? Никогда не считал. — … Ладно, чего-то подобного я и ожидала от ведьмака, который сумел развоплотить Стрыгу, — усмехнулась Трисс. — К слову, как это тебе удалось? Мы, советники, видели единственный вариант — провести крайне сложный ритуал. Но никто из нас, несмотря на просьбы Фольтеста и крупную награду в случае успеха, так и не осмелился. Удерживать Стрыгу на месте долгое время практически невозможно. — Есть поверье: если застать Стрыгу вне склепа на третьих петухах, проклятье спадёт. Отчасти это правда. На деле всё зависит не от петухов, а от положения солнца и астрономического времени.  — То есть рану ты получил, потому что всю ночь сдерживал чудовище? — Кхм, — прокашлялся Геральт, скрывая неловкость. — Большую часть ночи я провёл в склепе. Но время отсчитал неточно. Когда вышел, проклятье ещё не спало полностью. Я расслабился, увидев девочку, и не успел среагировать. — Понятно, — благодарно кивнула Трисс, — спасибо, что рассказал. Буду иметь в виду, если ещё раз столкнусь с подобным проклятьем. А то наслушалась уже басен, будто это неснимаемое последствие инцеста. Фольтест тогда целый консилиум шарлатанов собрал, раз уж мы отказались помогать ему. — Да, слышал, — с облегчением выдохнул ведьмак, довольный её реакцией. Когда-то настоятельница храма Мелитэле, старая знакомая Геральта, заподозрила его в попытке совершить непотребство с упырицей. Впрочем, Нэннеке его же и вылечила от того ранения в шею, поэтому она была в своём праве, говоря об этом.  *** Спустя некоторое время Геральт снова остался один, и, по правде говоря, это его ничуть не тяготило. Трисс всё же прибыла сюда из Темерии по делу, а не ради развлечений. Как персона, что не по своей воле периодически ввязывалась в различные интриги, ведьмак отлично это понимал.  День выдался на редкость спокойным. Впервые за долгое время Белому Волку не нужно было никуда бежать и ничего изучать. В кои-то веки он мог просто сидеть и думать. Не на отвлечённые темы, а о том, что ему вскоре предстоит сделать.  Теперь все его мысли свелись к не названному дому — Каэр Морхену. Он знал: вернуться туда нужно, и как можно скорее. Всё потому, что его знания будущего могли спасти жизнь одного не чужого ему человека прямо сейчас. Жизнь ведьмака, который ещё до рождения Геральта был живой легендой в их кругу. Его звали Вианор ай’Винг. Ведьмак из Школы Грифона с явными дворянскими корнями, но при этом пользовавшийся уважением среди Волков. Он был дружен с Весемиром и иногда оставался зимовать в Каэр Морхене, охотно обучая молодых ведьмаков. Белый Волк знал наверняка: последний раз Вианора видели в Каэр Морхене — этой зимой. После того он исчез, и никаких вестей, ни о нём, ни о его смерти, не поступало. Мастер, сравнимый по опыту с самим Весемиром, стал великой утратой для всех ведьмаков. Геральт собирался изменить это. Опустошив фужер до конца, он со звоном опустил его на стол. Своими размышлениями Белый Волк вновь пробудил не самые приятные воспоминания. Слишком много его друзей сейчас живы, даже приложив все усилия, ему навряд ли получится не допустить смертей… С другого конца зала до ведьмака донёсся знакомый голос. Геральт, впрочем, не особенно удивился — внимательность к деталям была его второй натурой. Ведьмаку было давно известно, что его подруга — из дворянского рода. Эйра, а это была именно она, на повышенных тонах перекидывалась фразами с каким-то мужчиной преклонных лет с сединой в волосах. Одет тот был в простой, но при этом добротный фрак. Сама же девушка надела на этот вечер закрытое платье тёмно-синего оттенка. В комплекте с короткими перчатками её образ смотрелся на удивление симпатично.   Отметив это мельком, Геральт уже собирался вернуться к своим мыслям, когда Эйра вдруг обернулась и встретилась с ним взглядом. Ведьмаку лишь оставалось наблюдать, как девушка, схватив спутника под локоть, уверенно пробивалась через толпу в его направлении. Не то чтобы он был против, да и новые знакомства в целом не помешали бы…  — Привет, Эйра, — поздоровался с девушкой ведьмак, когда они подошли. — А вы?.. — Эрнест фон Блеккенвальд. Граф Нирейский, — представился мужчина. — Рад знакомству с вами, Геральт из Ривии. Её сиятельство Эйра очень лестно отзывалась о вашей персоне. После короткого обмена вежливостями все трое уселись за стол, где прежде сидел ведьмак. Первым нарушил молчание граф. — Геральт, смею предположить, вы специализируетесь на монстрах и проклятьях? — Верно, — медленно кивнул ведьмак, не зная, куда клонит собеседник. — Тогда позволь обратиться с вопросом, — неожиданно перешёл на «ты» граф. Геральт не возражал. — Почему бы и нет, рассказывай. — Есть у меня деревня расположенная на одном из ответвлений Понтара, — начал граф. — Добраться туда можно, только перейдя старый мост, построенный ещё в прошлом веке. Так вот, под мостом поселился тролль. С каждого, кто проезжает, он требует бутылку спирта, а если не получает — ломает путникам конечности. С самим троллем я как-нибудь разберусь, но вот зачем ему спирт — ума не приложу. Есть догадки? — Разумные тролли любят варить супы из трупов — чаще всего из монстров, — пояснил ведьмак. — Если не ошибаюсь, под мостом сидит лесной тролль. Возможно, он использует спирт как специю, либо же место имеет некий одурманивающий эффект, но в последнем я не уверен. — Тролль-пьянчуга? — изумилась Эйра. — Других идей у меня нет, — пожал плечами Геральт. — Тебе же, Эрнест, советую подсчитать, во сколько обходится содержание моста. Всё же тролль, выходит, следит за его состоянием. Был у меня похожий случай: местный солтыс решил, что платить дань троллю будет для него выгоднее, чем ремонтировать мост каждый сезон. — Благодарю, — хрипло рассмеялся мужчина. — Пожалуй, спирт действительно выйдет дешевле, чем постоянная починка. Граф оказался человеком любопытным, начитанным и, судя по всему, повидавшим немало за свою долгую жизнь. Неторопливая беседа вскоре переросла в спор между Эрнестом и Эйрой — оба были уверены, что лучше разбираются в предмете обсуждения.  — Нет, они не могут быть разумными! — горячо возражал граф. — В моём роду был драконоборец, и даже он не находил логики в их поступках. Разве же это разумно — сжигать поселения ради еды, а затем сидеть в своей пещере на горе сокровищ, дожидаясь, пока придут убийцы?  — Так откуда им знать о людях, если они только-только вышли из спячки? — не уступала Эйра. — К тому же известны случаи, когда с драконами удавалось идти на контакт. — Это слухи и ничего более, — возразил Эрнест. — Ими движут лишь инстинкты да жажда крови. Если драконы способны общаться, то почему они убивают невинных? —  в его голосе звучала злость. — Может, у них и есть некий «псевдоразум», но сравнивать его с человеческим нельзя. — Ты ошибаешься, Эрнест, — вмешался в разговор Геральт, уже догадываясь, откуда у графа такая неприязнь. — Дракониды, то есть различные виверны, ослизги, вилохвосты и правда действуют на одних лишь инстинктах. Но истинные драконы — совсем другое дело.  — Классификацию я знаю, — отмахнулся граф и осушил свой бокал. Немного помолчав, добавил: — Ещё в молодости я участвовал в охоте на одного красного ящера. Истинного. Это было не ради наживы, а из личной мести. — Промелькнуло что-то недоброе на лице графа. — Я настоял, чтобы мне позволили переговорить с драконом. Меня тогда сочли безумцем, что ж, они оказались правы. — Чем бы всё ни закончилось, ты поступил правильно, — неожиданно сказала Эйра. Эрнест благодарно кивнул ей. — А закончилось тем, — хмыкнул граф, — что на мою речь я получил струю пламени в лицо. Благо в нашей группе был чародей, а я успел закрыться руками — отделался ожогами. — Он снял одну из перчаток, демонстрируя приличных размеров пятно. — Дракона-то мы убили, но с тех пор я не верю в сказки о их «мудрости». — Этот дракон поступил так, как поступил бы любой на его месте, — спокойно сказал Геральт. — Ты просто не знал всех обстоятельств. Да, драконы после пробуждения грабят деревни — но немногие понимают, почему.  Они проводят в спячке сотни лет, просыпаются измождёнными, безумно голодными и практически ничего не соображающими в мире, которого больше не узнают. Они ищут пищу там, где найти её проще. Так что не удивляйся, что тот дракон тебе не ответил, он, возможно, даже не знал Всеобщего. К тому же вы пришли в его логово. Для них это святое место. Многие драконы ненавидят людей как раз из-за этого. — Вот почему я не беру заказы на драконов, — добавил ведьмак. — Если их не трогать после первого нападения, они уходят сами.  — Понятно, — задумчиво протянул граф, впрочем, не отрицая слов Геральта. — Откуда тебе столько известно о них? Нет, понятно, ты ведьмак, но всё же? — Частично из книг, частично от старших ведьмаков. — То есть сам ты с драконами не сталкивался? — уточнила Эйра. — Почему же, сталкивался, — не нашёл ведьмак веской причины соврать.  — Значит, ты всё же убивал драконов? — сделал предположение Эрнест. — Какого цвета был тот ящер? — Не убивал, — спокойно ответил Геральт. — А встреченного и не факт, что смог бы. Что до твоего вопроса, то он был золотым. — Золотым!? — в унисон воскликнули Эйра с графом. От откровений ведьмака глаза на лоб полезли у обоих. — Какие любопытные беседы здесь ведутся, — раздался за их спинами знакомый голос. — Геральт, ты действительно встречался с золотым драконом? — Трисс подошла ближе, её глаза искрились интересом. — Госпожа Трисс Меригольд, если мне не изменяет память, — вежливо поприветствовал её Эрнест. — Приятно познакомиться, целиком поддерживаю ваш вопрос. — Привет, Трисс, — кивнула той Эйра, словно они уже виделись. — Мне тоже интересно, — как бы невзначай добавила она. Судя по скрестившимся на нём взглядам троицы, парой фраз ведьмаку было не суждено отделаться…  *** Когда праздник подходил к концу и гости начали расходиться, они вчетвером тоже направились к выходу. — Предлагаю поехать вместе, — предложил граф. — У меня как раз имеется свободный экипаж. — Я не против, — кивнул Геральт. Этот вариант был не в пример лучше, чем портал. — Если мы вам не помешаем, — добавила Трисс. — Не помешаете, моя жена всё равно прихворала, а в карете места хватит и на шестерых. Эйра, ты с нами? — Конечно, сейчас только лошадь приведу. Уже скоро они ехали по тракту и слушали Эрнеста, который оказался неплохим рассказчиком с кучей историй из молодости, которые вызывали улыбку даже у ведьмака. Карета шла плавно, без привычной тряски, и даже Трисс отметила неожиданное удобство поездки. Внезапно экипаж резко остановился.  — Что случилось? — первым выскочил из кареты граф, за ним — остальные. — Господин, дорогу перекрыл оползень, — доложил пожилой возница. — Движение дальше не представляется возможным. — Как же так? — нахмурился Эрнест. — Мы ведь этим путём уже сегодня проезжали... неудачное совпадение. Вместо лишних слов Геральт прошёл к тому месту, где случился обвал. Охрана графа поначалу не хотела подпускать его близко, но по отмашке господина беспрекословно отступила. Белый Волк чувствовал — здесь что-то не так. — Медальон дрожит, — тихо сказал ведьмак, мгновенно оценивая обстановку. — Это засада. Готовьтесь к нападению! — крикнул он, выхватывая меч из-за спины. — Учтите, среди них, похоже, есть чародей! Наёмники графа среагировали в считанные секунды, загородив спинами его спутников и ощетинившись мечами с арбалетами. Сам же ведьмак где стоял, там и остался, закинув в рот сухой эликсир. Опасность могла прийти с любой стороны. Лес стих. Даже ветер, казалось, затаил дыхание. Каждый пытался отыскать неизвестную угрозу. Хлопок прозвучал внезапно, громко и близко. Тут же все арбалеты навелись в сторону звука. На одного человека. На другом конце дороги показалась мужская фигура с посохом в руках. Это был не обычный жезл, который молодые выпускники применяли в качестве концентратора. Ведьмак сразу понял: перед ним боевой посох, инструмент опытного чародея, предназначенный для убийств. — Собрат чародей, — шагнула вперёд Трисс, — нам незачем сражаться. Зачем ты… Она не договорила. Улыбка незнакомца — холодная, самодовольная — заставила её насторожиться. Следуя внутреннему предчувствию, Трисс взмахнула руками, и воздух перед ней замерцал, сгущаясь в полупрозрачный синеватый щит. Мгновение спустя из посоха чародея вырвался ослепительный луч. С грохотом он врезался в щит и с лёгкостью разнёс его вдребезги. Последовавший импульс отшвырнул Трисс далеко назад, где она рухнула на землю с дымящейся одеждой. «Ренегат», — мелькнуло в голове ведьмака. — К атаке! — рявкнул Эрнест. Свистнули арбалетные болты — но, не долетев, замерли в воздухе и беспомощно рухнули у ног ренегата. Геральт уже двигался. Он рванул вперёд, сокращая расстояние, — но чародей оказался готов. Не оборачиваясь, тот повёл посохом, и в сторону ведьмака хлынул поток пламени. Геральт лишь успел выставить вперёд руку, складывая пальцы в усиленный Гелиотроп. Щит вспыхнул, отразив часть пламени, но не удержал напора. Ведьмака отбросило и протащило по земле. Он вскочил почти сразу, чувствуя, как разгорается злость внутри. Тем временем вторую и третью волну болтов постигла та же участь — они зависали и падали на землю. Осознав бесполезность своих действий, наёмники обнажили мечи и кинулись вперёд. Слишком поздно. Медальон на шее Геральта с силой задёргался и раскалился. Ведьмак, не раздумывая, прикрыл себя Квеном. Ренегат, по-прежнему сохраняя невозмутимое выражение лица, поднял посох над головой и резко ударил им о землю. Из места удара вырвалась пульсирующая волна тёмно-зелёного света.  Последствия не заставили себя ждать. На ногах остались только Геральт и Эйра; позади, пошатываясь, поднималась Трисс. Остальные лежали, вывернутые в неестественных позах. Живы ли они — ведьмак определить не мог. — Любопытно, — раздался низкий, хриплый голос. Взгляд ренегата впился в Эйру, чьё лицо было перекошено от ярости.  Скорость Эйры ошеломила даже Геральта. Подхватив меч прямо с земли, не заботясь о платье, она ринулась вперёд. Может, у неё и был бы шанс — но не против такого противника. Ренегат лишь усмехнулся и начал скандировать заклинание. Слишком знакомое ведьмаку. С неимоверной скоростью с его руки сорвалась ветвистая молния.  Эйра попыталась отбить молнию мечом — и это стало роковой ошибкой. Сталь лишь притянула молнию Альзура. Дёрнувшись всем телом, Эйра рухнула на колени. Меч выпал из её руки. Всё было кончено, даже ведьмак не выжил бы после такого удара. — Зачем?! — прошипел Геральт, не в силах сдвинуться с места. Он не ожидал ответа, однако произошло обратное.  — Какое лицемерие! — хрипло рассмеялся мужчина. — Украл из моей тайной лаборатории редчайший эликсир, так ещё и забыл об этом? — тут тон его голоса резко переменился. — Говори, где находится прибожек, или я…  Договорить он не успел. Видимо, что-то почувствовав, ренегат резко отшатнулся. Даже так неизвестно откуда взявшийся метательный нож сумел рассечь ему щёку. — Захлопни свою пасть, ублюдок, — прохрипела всеми списанная Эйра, с трудом поднимаясь с земли.  В глазах ренегата вспыхнула злая решимость. Геральт понял — сейчас он убьёт её. Не думая, ведьмак метнул свой нож. Лезвие сверкнуло в темноте и полетело прямо в грудь мага. Однако тот лишь небрежно крутанул своим посох и играючи отбил клинок.  В этот момент только-только оклемавшаяся Трисс принялась забрасывать ренегата огненными шары. В ответ на это посох ренегата описал дугу, и перед ним вспыхнул сферический щит, с обидной лёгкостью поглащавший каждый удар. Всё это время чародей продолжал что-то шептать, его губы двигались бесшумно, а глаза горели безумием.  Тем временем Геральт быстро приближался к нему с другой стороны. Вдруг, арбалетные болты, валявшиеся под ногами ренегата, начали подниматься в воздух, окружая его зловещим роем.  Не теряя ни секунды, ведьмак выбросил руку, выпуская в его сторону настолько мощный Аард, на который только был способен. Воздух ударил по болтам и самому чародею, сбивая его с ног и швыряя в сторону. Но ренегат устоял и продолжил своё заклинание. Не прошло и мгновения, как разбросанные повсюду болты вновь взмыли в воздух.  Геральт метнулся вперёд, но понял — не успевает. Эйра взглянула на него, слабо улыбнулась и подмигнула. Это было прощание.  Щелчок пальцев прозвучал коротко, как приговор.  Чуть более десятка болтов с шипением сорвались с места, за один миг набрав свою изначальную скорость.  Эйра попыталась уйти в сторону, но лишь несколько прошли мимо. Остальные вонзились ей в грудь, живот, плечо. Девушка захлебнулась в собственном крике, и в этот момент последний болт с хрустом вонзился ей в лицо, пробивая его насквозь. Тело Эйры дёрнулось в последний раз и обмякло. Когда ведьмак отвёл взгляд, на его лице застыло выражение, от вида которого проняло бы даже чудовище. В нём не осталось ничего человеческого. Геральт шагнул вперёд. Ренегат, увидев его лицо, невольно вздрогнул и инстинктивно отступил назад. Но замешательство длилось недолго — губы чародея вновь начали шептать заклинание. Воздух между ними дрожал от разлившейся повсюду магии. Чтение трактатов не прошло для ведьмака бесследно. Как и тогда в схватке с Вильгефорцем, он собирался использовать знак иллюзии. Но не простой, а способный дать ведьмаку шанс подобраться вплотную к чародею.  Пальцы Белого Волка уже складывались в нужное положение, как вдруг… Именно в этот миг, невесть когда подобравшаяся к нему, Трисс вцепилась в плечо Геральта. Прежде чем ведьмак успел хоть что-то сообразить, мир вокруг исказился, и они исчезли во вспышке портала. *** — Случайный портал? Не уйдёте, — процедил ренегат, поднимая посох. Он начал читать новое заклинание… Но что-то пошло не так. Выражение его лица потемнело. Будто не веря в подобный исход, чародей повторил заклинание — тщетно. — Следа… Нет? — читалось откровенное недоумение на его лице.