1881

Две недели проходят в относительном спокойствии. Виконт умудряется ничего себе не сломать и не отшибить, что в его случае можно считать прогрессом. Кристина ежевечерне суёт "господину Рьену" гитару в руки. Арсен тает от одного вида возлюбленного с этой несчастной гитарой настолько, что уже даже почти не шпыняет Рауля. Сам Рауль сияет. Очередной вечер встречает "господина и телохранителя" самым неожиданным поворотом. Рауль и Кристина бросаются им навстречу. Оба бледные и с трясущимися руками. Во время ланча у некой дальней родни с кучей гостей им сообщили две вещи: на директора Ришара упал тяжеленный реквизит, чем, собственно, его история и закончилась, а виконта де Шаньи подозревают в том, что он нанял Призрака Оперы, чтобы убить противника до дуэли. Разумеется, шокированный виконт ничего лучше не придумал, чем вызвать на дуэль уже обвинителя. И, конечно же, это было воспринято публикой как прямая угроза и чуть ли не признание вины. А как же иначе? Каким-то образом он же ускользнул с невестой из лап чудовища подземелья... Разумеется, такого оскорбления Рауль не стерпел и полчаса распинался о том, что Призрак Оперы может и жесток, но по-своему благороден и точно не опустился бы до убийства за "тленные франки". -...потому что никто не предлагал. - бурчит себе под нос Эрик-Рьен, очевидно вспоминая нищую юность. Арсен бросает на него настолько понимающий взгляд, что становится одновременно смешно и тошно. Кое-как угомонив паникующих щенят, Люпен выходит с Фантомом на веранду, наказав обоим проследить, чтоб накрыли ужин, чиркает спичкой, поджигая папиросу и наклоняется к спутнику: - Нашу жертву ёбнули без нас. Вот это поворот. Что думаешь, Моншармен только сейчас пронюхал и обозлился, или обозлился не на саму измену, а на тот факт, что это может стать известным в обществе? Эрик чуть прищуривает здоровый глаз: - Ставлю на второе. Арсен кивает: - Вот и я тоже. Смотрит в янтарные пожары и снова кивает. Перспектива разгребать неприятности кутёнка де Шаньи звучит может и не весело, но точно интересно. За столом Рауль продолжает настаивать, что Призрака оболгали, хотя с этим вроде никто и не спорит. И в разгар пламенной речи выдает: - Я как джентльмен обязан кое-что сделать! Я пойду к Нему. И сам спрошу правда это или гнусная ложь. Арсен от перспективы оборонять дом от дурного кутёнка попросту давится жульеном. А Эрик-Рьен, практически тоном Призрака, ошарашенно выдает: - Ага. И сыграть не забудь попросить. Виконт поворачивается к нему с робкой улыбкой: - Думаете, это поможет? Он не очень разозлится? После этого его уже даже ругать язык не поворачивается. Эрик встаёт из-за стола. - Господин, простите мне мою дерзость, но, если вы пожелаете немного прогуляться в саду и позволите мне сопровождать вас, а наши благородные хозяева велят накрыть десерт в беседке... Он не заканчивает фразу, но Арсен тут же поднимается с места и оборачивается к Кристине: - Буду вам бесконечно признателен. Она лихорадочно кивает, глядя на них во все глаза, как на единственную надежду. В саду Арс озирается, быстро целует Призрака в губы и сразу понимает, что он этого явно ждал, потому что успевает ответить. Сейчас, со всеми этими более или менее ожидаемо нарисовавшимися приключениями, Эрика хочется обнять. Не дожидаясь, пока за ними закроются двери потайных ходов. Обнять, запустить руки под сюртук, уткнуться в шею и до ночи обмениваться идеями решения проблемы одна другой чернушней. И смеяться над каждой, прекрасно понимая, что ни одна из них не шутка. Наверное, это слишком явно читается в топазовых глазах. Потому что Эрик-Рьен чуть улыбается и легонько проводит кончиками пальцев по костяшкам "господина". Ну как тут о чем-то думать?.. - Придётся решать глобально, - Фантом вроде бы кривится, но скорее с любопытством, чем раздражённо, - Мальчишка всё-таки стал единственным наследником. И у него на лбу написано, что он идеалист и придурок. Высший свет его растерзает в любом случае, если ничего не предпринять. Арс наклоняется ближе, улыбаясь хищно и весело и чуть прикусывает ушную раковину: - А кто его единственным наследником сделал, ммммммм? Кажется, мы обречены нести ответственность. Эрик фыркает. С Арсеном можно смеяться над чем угодно. Хотя он до сих пор не привык, что у него это получается. И вдвойне не привык, что получается здесь. Он проходится пальцами по пальцам короля воров как по клавишам фортепиано - дразняще и нежно. Внезапная мысль-воспоминание прошибает током. Здоровая щека идёт багряными пятнами. Он буквально давится воздухом и очень старается не заорать и не заржать. - Что? Что? Что? - Арс шепчет это, игриво пытаясь заглянуть в глаза, - Рассказывай, я хочу ЗНАТЬ. Вообще-то, если бы полгода назад кто-то сказал Эрику, что он будет вот так вспоминать те события, то сказавшего доедали бы крысы во всех углах подземелья по частям. Но сейчас он с трудом выжимает из себя, давясь смехом и смущением: - Я вот буквально в таком же виде наших щенят и застал. Тогда. Год назад. - Это когда речь шла про помолвку? - мурлычет Люпен, поднося руку Призрака к губам и бережно целуя безымянный палец со стороны ладони. Отреагировать Эрик не успевает. Потому что позади раздаётся хруст ветки под ногой. И из-за живой изгороди выворачивает виконт. Ойкает. Просит прощения и разворачивается обратно. Успел ли он что-то заметить, а уж тем более понять, не слишком ясно, но остаток вечера, кутёнок смотрит на них с удвоенным восторгом и умилением. Что он себе придумал любопытно настолько, что Эрик тихонько обещает невзначай выспросить у Кристины. ********************************************* Вернувшись к поданному десерту, Люпен объявляет: - Я должен сообщить вам внезапную новость, мадам де Шаньи, месье де Шаньи. В силу особенностей ситуации мы вынуждены задержаться у вас в гостях на несколько дней с ночёвкой. На случай, если к вам нагрянут жандармы или наёмники. Закончить мысль он не успевает. Потому что семейство де Шаньи начинает буквально скакать вокруг них, едва не вереща от восторга. - Сколько времени прошло с момента обвинения в убийстве, господин виконт? - пытается урезонить эту вакханалию наивности король воров, - Два часа? Три? - Уже четыре. - радостно отвечает Рауль. "Коллекционер" и "телохранитель" беспомощно переглядываются... ******************************************** Впрочем, ничто из случившегося не решает основной проблемы: как кутенку драться с опытным дуэлянтом и вернуться живым и не покалеченным. Через два дня. Ага. Самое то. Лёжа на груди бродячего солнца, Эрик задумчиво прослеживает кончиком пальца тот самый шрамик на горле. Воспоминания о боли он прячет идеально. Но только не когда поет. Звук от души театра не спрячешь. Он слышит даже бег крови в венах. Как король воров и подозревал. Много-много вечностей назад. Арс запускает пальцы в седые пряди, перебирая ощутимо, но бережно. И пусть слышит. Сердце-то бьётся о нём. - Может разыграем очередную революцию? - мурлычет Призрак, - Французы мы или погулять вышли*? Всех жандармов бросят на улицы. Они будут прочесывать каждый переулок и каждый пустырь. Устроить дуэль будет технически невозможно, пока все не уляжется*. А в уличных столкновениях его и убить невзначай могут. И всем уже будет не до кутёнка. Арсен на минуту задумывается, выводя по позвоночнику Фантома неведомые знаки кончиками пальцев: - А знаешь что... Это будет второе действие нашего спектакля. А первое... - он хищно усмехается, ловит руку Эрика и целует запястье где бьётся пульс, - Я тебя уверяю, любовь моя, тебе понравится... **************************************** Кутёнок верещит. Возмущается, заламывает руки, бегает вокруг стола от отрешенно уставившегося в никуда "господина Рьена" к "коллекционеру" и обратно. Время от времени хватает за руки Кристину, умоляя о поддержке. И не получает ни единого слова в свою пользу. Спустя полтора часа у всех, кроме Рауля, заканчиваются силы. И только оскорбленный до глубины души виконт умудряется даже не запыхаться: - Я НЕ МОГУ ТАК ПОСТУПИТЬ!! ЭТО НИЗКО!! НЕДОСТОЙНО ДЖЕНТЛЬМЕНА!! Я ГОТОВ УМЕРЕТЬ, ЕСЛИ ЭТО ЗНАЧИТ СОХРАНИТЬ ЧЕСТЬ И ДОБРОЕ ИМЯ!! Терпение и без того источавшего ледяную ярость короля воров исчерпывается как по щелчку. - Умереть готов?.. - очень тихо и хищно интересуется он. Кутёнок озадаченно хлопает глазами. - Я САМ ТЕБЯ УБЬЮ!! - рявкает бродячее солнце, срываясь с места и в два прыжка проносится по длинному, обеденному столу, явно собираясь вбить в дурную аристократическую башку немного разума. Внезапно выясняется, что хоть какая-то часть уроков не прошла даром. Рауль подпрыгивает на месте, панически озирается и со скоростью напуганного щенка на разъезжающихся лапах ныряет под столешницу, шмыгая в противоположную погоне сторону. От того как Арсен изворачивается на скользкой скатерти, меняя траекторию, движением хищного зверя, Эрик едва сдерживается, чтобы не вскочить туда за ним и не завалить на этот самый стол. Но воспитательному процессу мешать точно не следует. Правда, как только виконт выскакивает через окно в сад, король воров выпрыгивает следом и начинает совсем не педагогично орать на него, пока догоняет, отборнейшим матом. Фантом нечеловеческим усилием подавляет смех и зажимает Кристине уши. Второй здравой идеей кутёнка оказывается мысль бежать не в сад, где "господин коллекционер" поймает его в пару прыжков, а завернуть на порог, пулей влететь обратно в гостиную и спрятаться за "господина Рьена", отчаянно вереща нечто о согласии с планом. Как только свалка из перепуганного (и все-таки довольного) виконта, вяло отбивающейся Кристины и давящегося смехом "ветерана войны" расползается в пристойное положение, Рауль вздыхает и покаянно бурчит что-то о том, что будет стыдиться своего малодушия всю оставшуюся жизнь. - Зато она у тебя именно что останется. - вворачивает Призрак. Виконт виновато жмет плечами. А потом вдруг улыбается, с хитрым любопытством вскидывая взгляд на Арсена: - Я, кстати, не всё, что вы сказали, понял. Что значит... На этот раз Эрик успевает зажать не уши Кристине, а рот виконту. ******************************************* К де Шаньи они возвращаются глубоко за полночь. Подготовив все необходимое. Завтра обещает быть интересным. Будить (а значит и видеть) прислугу не хочется. Поэтому увитый плющом забор они попросту перепрыгивают, а вместо ключа у них есть Арсен. Разумеется, и хозяева, и горничные спокойненько спят, хотя король воров специально вскрывает замок как можно громче. Но этому дому понятие бдительности неведомо. Как только дверь открывается, Эрик ловит лучшего из воров в объятия и целует. Долгим, жадным поцелуем. Явно наслаждаясь тем, где они и что прямо сейчас себе позволяют. Несмотря на то, что от усталости уже потряхивает. Большая часть беготни сегодня досталась ему. Арсену выпало выслеживать жертву. Хотя обычно они предпочитают наоборот. Но сегодня особый случай. Король воров какое-то время бережно покрывает лицо Фантома поцелуями и тянет за руку в сторону ванной. Немного жалея, что планировка дома слишком старомодная и попасть оттуда напрямую в спальню не выйдет. Ну да ладно. Ночь же. Кутята точно не попрутся в их крыло, а прислуга спит мёртвым сном. Ванна, конечно, размерами, мягко говоря, уступает той, с которой началась их история, но устроиться в ней вдвоём вполне можно. Арсен бережно промывает седые пряди лавандовой мыльной пеной. Не то чтобы Эрик настолько устал. Но, если бы Арсена спросили, он не взялся бы сказать кому из них двоих это нравится больше. Заботиться о любимом Призраке ощущается так же щемяще-сладко, как и самая жаркая близость. - Господин Рьен, господин коллекционер, вы дома? Разумеется, кутёнок. Строго говоря, его топот Эрик услышал ещё до верещания. Но чесно старался игнорировать. - Может, если сделаем вид, что нас здесь нет, он уйдёт? - в полголоса спрашивает король воров, тут же фыркая над своим абсурдным предположением. А вот промолчать оказывается не самой хорошей идеей. Потому что виконт уточняет: - Вы не здесь? И распахивает не запирающуюся толком дверь. - Я хочу знать, что он теперь придумает. - тихо говорит Арсену Призрак. Впрочем, кутёнок умудряется не разочаровать и на этот раз - складывает лапки и улыбается с таким явным облегчением, что становится и смешно, и немного стыдно за то, что не отозвались: - Вы дома! Слава богу! Мы волновались. И тут же радостно устремляется куда-то по коридору, выдав напоследок: - Простите, что потревожил! Прикажу накрыть вам ужин! Эрик переглядывается с Арсеном и обреченно разводит руками. Ужин, так ужин. ***************************************** Разумеется, Кристина тоже выкатывается вниз, поприветствовать "дорогих друзей" за которых они "так волновались весь вечер, особенно, когда прислуга донесла, что в городе неспокойно, полыхнул пороховой склад - благо порох был отсыревший, произошло несколько пожаров и стычек жандармов с бандами, на пожарах мародерствовавшими". - О, вам не стоило волноваться! - промолчать может и следовало бы, но способность держать язык за зубами без крайней необходимости явно не относится к сильным сторонам короля воров, - Пока со мной мой дорогой друг, мы в безопасности даже на поле боя. Люпен обнимает Эрика-Рьена за плечи. Рауль смотрит с умилением, как обычно, едва не роняя слезу, но на этот раз есть в его улыбке что-то печальное. Арса буквально выворачивает от желания пролезть в дурную щенячью голову и найти ответы. Но ответы сможет найти разве что нечеловеческий слух любимого Призрака. А избытком совести они оба не обременены. Впрочем, слишком стараться, чтобы подслушать, не приходится. Стоит только выйти с папиросами на веранду, пожелав хозяевам спокойной ночи, как Кристина принимается вытрясать из супруга причину внезапной печали, которую он так неумело скрывает. Вытрясать ласково, но с той же уверенной настырностью, с какой Арсен взламывает замки. Рауль сдаётся довольно быстро. Берет её руки в свои, прижимает к груди и самым драматичным голосом, на какой способен, изрекает: - Мне так жаль господина коллекционера! Сердце разрывается. И я ведь ничего не могу сказать, чтобы хоть как-то его утешить! Повисшую тишину можно черпать ложечкой для мороженного. Однако виконта это не смущает. Напротив. Молчание супруги он воспринимает как знак продолжать. - Он... Он так любит господина Рьена... - Мы тоже его любим... - осторожно, будто шагая на лед, пытается расставить точки над "и" Кристина. - Нет! - мотает головой кутёнок, - То, как сильно любит его господин коллекционер... О, дорогая, я клянусь честью, не меньше, чем я тебя. Но ведь сердце господина Рьена разбито! Он все ещё грустит о своей возлюбленной! Дорогая, что же нам делать?! Если мы выполним свое обещание и найдём её, то сердце господина коллекционера будет разбито. А если нет - то сердце господина Рьена. Кристина вздыхает одновременно озадаченно и опечаленно. По одному этому звуку понятно, что что-то в логике супруга не даёт ей покоя. - Но, милый, может на сначала нужно узнать больше про возлюбленную господина Рьена? Рауль кивает, смотрит куда-то в пространство и задумчиво, почти мечтательно выдает: - Как жаль, что господин коллекционер не девушка... Даже возлюбленная господина Рьена не смогла бы с ней сравниться. Кристина хихикает: - Твоё счастье, дорогой супруг, что не девушка. Я бы ревновала! Откуда-то из сада со стороны открытого балкона доносится дикий ржач. Оба кутёнка подскакивают от неожиданности, но тут же возвращаются к разговору. С такого расстояния услышать уж точно никто не мог. ************************************** В пять утра Кристина просыпается от того, что супруг буквально подскакивает в сидячее положение. Она в полусне тянется к нему, переползает так, чтобы завернуться вокруг него клубком - все-таки кошмары о подземелье, оставившем даже на Рауле серебристые нити в волосах, ему все ещё снятся. Точнее снились, до появления в доме этих эксцентричных, самых лучших в мире гостей. Но спросить о плохом сне она не успевает. Потому что виконт решительно стискивает угол подушки и заявляет: - К черту возлюбленную господина Рьена! Если она не поняла какое сокровище ей досталось, то пусть и правда идёт к черту. Я бы отказался от наследства и отрекся от семьи, если бы это было ценой за мою вечность с тобой. И пока Кристина протирает глаза, пытаясь вписаться в серпантиновую дорогу логики благоверного, добавляет: - Решено! Я на стороне господина коллекционера. Уверен, он соберёт разбитое сердце господина Рьена голыми руками!