1881

Первая мысль графа при виде воскресшего Ришара - перекреститься. А вторая... Нельзя опозориться на глазах у железного дьявола. Никак нельзя. Он командует на удивление уверенно и деловито. Как сам не знал, что умеет. Отправляет Ришара со слугами в гостевую спальню. Приказывает вызвать доктора, несмотря на истошные вопли неупокоенного о том, что докторов с него точно хватит, и распоряжается продолжить бал. Публика понемногу выходит из ступора. Активно заливается вином и шушукается по углам, строя самые безумные теории. Как бы дико это ни выглядело, всем явно нравится. Жмутся друг к другу как дети в день всех святых. И чуть не подпрыгивают от страха и восторга. Граф украдкой вытирает пот со лба, закидывается бокалом шампанского и удрученно замечает, что живого клинка нигде нет. Неужели не видел?? Что за день такой?.. Точнее вечер. Окончательно расстроенный он плетется в свой кабинет. Но по дороге решает, что идти слишком далеко. И сворачивает на веранду возле малой лестницы. Вряд ли кто-то туда явится. Оттуда залу не видно. И музыка слышна плохо. *************************************** - Дорогая, ты была восхитительна!! Если бы мои душа и сердце уже не были твои без остатка, то ты бы забрала их прямо сейчас, - Рауль восторженно трещит, помогая Кристине переодеться обратно в платье из костюма "вечно юного доктора". Арсен и Эрик, успевшие забрать остатки дымовых шашек из сада ждут их из-за ширмы. Забавно, что оркестр ни на секунду не усомнился в праве "железного дьявола" одним движением приказать им остановить игру, а потом продолжить. Призрак только жмёт плечами. Сам приказ может и не сработал бы. А вот приправленный дирижёрским жестом - ещё как. Им даже понимать не надо. У музыкантов это рефлекс. - Знаешь, моя прекрасная супруга, - восхищенно продолжает кутёнок, - если бы ты и правда была этим вечно юным доктором, я бы все равно влюбился в тебя. Прямо как господин Рьен и господин Люпен. И я бы застрелился, чтобы тебе пришлось меня воскрешать. Это так романтично. - Вот это ты, конечно, мастер комплиментов. - бурчит король воров, переглядывается с Фантомом и начинает ржать. Кристина закатывает глаза и как-то так косится на упрятанный в ящик докторской наряд, что Рауль даже краснеет. Не столько смущённо, сколько растерянно и предвкушающе. Тащить ящик приходится Эрику. Просто потому что телохранитель, осматривающий территорию и переносящий оружейный кофр ни у кого вопросов не вызовет. Пока кутята шныряют среди благородной публики и растрачивают всю выдержку за полгода авансом, выслушивая истории о докторе-некроманте, Эрик сверкает янтарным пожаром и тянет Арсена в сторону веранды у запасной лестницы. Все заняты последствиями спектакля. Сюда точно никто не пойдёт. А если и пойдёт, то заодно пойдут к чёрту. Если уж их история Ришара ничему не научила. Здесь относительно тихо. Света мало - только отблески свечей украшающих сад. Он опирается руками о перила и прогибается в спине, хрустнув позвоночником. - Плечи болят. Кажется кофр был слишком тяжёлым... Янтарные сполохи смеются. Игриво. Многообещающе. Ящик, разумеется, тяжёлым не был. Да и не болит у него ничего. Но изголодавшийся за всю жизнь по малейшей ласке душа театра слишком любит, когда бродячее солнце заботится и жалеет. Что уж скрывать, они оба это любят. И к жалости это не имеет никакого отношения. Арсен подходит вплотную, и начинает мягко разминать плечи. Проводит носом по затылку и шепчет, согревая дыханием основание шеи: - Сейчас пройдёт, любовь моя призрачная, я все сделаю. Позабочусь о тебе. Ловкие пальцы лучшего из воров умудряются пробраться в волосы, почти не потревожив ленту. Губы касаются оплавленной ушной раковины. Эрик сжимает перила до побелевших костяшек. Сдержать стон не получается даже прикусив губу... - КАКОГО ДЬЯВОЛА ВЫ С НИМ ДЕЛАЕТЕ?! Граф краснеет, бледнеет, хватает ртом воздух и тянется к шпаге, которой у него с собой, разумеется нет. Люпен на долю секунды озадаченно замирает. Но беда в том, что, когда в ступор впадает король воров, двенадцатилетний нищеброд неизменно находится, что сказать. И это не решение. Это проблема. - А что? Завидно? Граф попросту багровеет, теряя последние остатки здравого смысла. А до Арсена задним числом доходит, что сцену с рукой в волосах, можно было с равными успехом принять как за то, чем она и была, так и за насилие или побои. И что именно безответно влюбленному померещилось, он, возможно, и сам до конца не решил. Жаль, кутёнка рядом нет. Вот уж кто от всей убийственно доброй души устроил бы шоу, до которого даже они с Эриком вместе не додумаются. - Как вы можете избивать того, кто не жалеет ни жизни, ни репутации, чтобы защищать вас???? Всё-таки избивать. Наивная ж ты булочка... И тут прорывает Эрика. Нет, не того Эрика, который привык таять в ласковых руках бродячего солнца. И не пафосного Призрака оперы. А того, который вырос в цирковой клетке и придушил надсмотрщика. Он выворачивается из рук короля воров, встаёт между ним и графом и попросту орет: - КАКОГО ХУЯ ВСЕХ ПРОРВАЛО?! ВСЮ ЖИЗНЬ ПИЗДИЛИ, А ТУТ ЗА ПОЛГОДА ТРЕТИЙ РАЗ!! ИДИ ОТСЮДА!! НЕ ТВОЁ ДЕЛО, ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ, СОПЛЯК!! Граф пару мгновений растерянно хлопает глазами. И все-таки собирается с духом. Зря что ли он один из лучших дуэлянтов Парижа? - Ваша верность достойна уважения, но я не позволю обращаться с вами как с мусором! Он переводит взгляд на Люпена: - Я вызываю вас на дуэль! НИЧЕМУ ЛЮДИ НЕ УЧАТСЯ... Король воров и рад бы вставить хоть слово. Но его уже буквально разрывает от смеха и желания обнять своего взбешенного Фантома. Пока он притормаживает, Эрик успевает взять себя в руки. Ледяной "ветеран войны" суровеет и шагает чуть ближе к графу. Так, что тот непроизвольно пятится: - Я - клинок моего господина. Я живу для того, чтобы защищать его. Сражаться вы будете со мной. - Как же так?.. - растерянно мямлит герой дня, - Это же против законов чести. Каждый джентльмен должен сам держать оружие. - А я и есть оружие. - с непрошибаемым спокойствием заявляет Эрик-Рьен. Арсен в этот момент готов поспорить на что угодно, что в янтарных глазах пляшет адский, ехидный огонёк, который никто, кроме него не распознает. - Любую угрозу я уничтожу задолго до того, как она приблизится к господину. Даже, если господин меня за это накажет. ПРОВОКАТОР ЖЕ ТЫ, А... - И как же мы тогда?.. - несчастный аристократ окончательно теряется в лабиринтах абсурда. - А вот так. - с этими словами "господин Рьен" залепляет графу оплеуху. Бедолагу отбрасывает на на перила. И, как назло, а может и к счастью, именно в этот момент к месту стычки спешит кузен графа. Уж кто-кто, а он меньше всех хочет, чтобы бесноватый родственничек опять ввязался в дуэль с кем-то из этой компании. - И, кстати, - добавляет железный дьявол, подойдя вплотную, - Я не благородного происхождения. Я не могу выйти с вами на дуэль. А вот добавить могу. Хоть публично. Хоть Н-А-Е-Д-И-Н-Е... - он наклоняется, продолжая совсем-совсем призрачным тоном, - Проверим прямо сейчас? С переломанными пальцами и челюстью ты не сможешь ни говорить, ни писать, чтобы бросить вызов моему господину... На плечо ему мягко ложится рука "коллекционера": - Достаточно, друг мой. Я ценю ваше рвение, но уверен, что месье граф уже осознал свою ошибку. Это всего лишь недоразумение, правда? Последнее слово явно обращено к невезучему дуэлянту. А во взгляде короля воров есть что-то такое, что неуловимо напоминает о последнем, сохранившемся в памяти, эпизоде дуэли - уличном свисте и внезапной боли, после которой упала завеса темноты. - Давыправыпростите! - выпаливает подбежавший кузен хозяина бала, хватает его под руку и уволакивает с веранды, шипя на ухо, - Угомонитесь уже! Никто не видел, а я не разболтаю. Между прочим, вас тот самый доктор-некромант откачал. А он работает с Рьеном. А значит - на коллекционера. Вы ему немного обязаны. Граф явно не слушает. Прикладывает ладонь к ушибленной щеке, заливающейся багровым синяком и шепчет в пространство: - Он меня коснулся... Пусть даже так. Эрик позади них падает лицом в плечо Арсену и беззвучно дрожит от сдерживаемого смеха. Потому что его нечеловеческий слух это, разумеется, донёс. Единственный, кто приходит в ужас от этой истории, это, конечно же, виконт. Подпрыгивает, драматично хмурится и убегает на поиски пострадавшего, вереща: - Я должен объяснить ему, что жестокости в любви не место! Остановить его не успевает никто. Зато Кристина подхватывает платье и кивает Эрику: - Пошли, подслушаем! - Так он же сам нам все расскажет. - пытается урезонить безумие Арсен. Но она только отмахивается: - Вы хотите знать что было на самом деле или как мой муж это понял? Идёмте уже! ************************************** - Когда вас полюбят и вы полюбите в ответ, вы поймёте, что в любви нет ни жестокости, ни принуждения, ни необходимости завоёвывать, - вещает Рауль. Граф молча смотрит в одну точку, приложив к щеке холодную бутылку шампанского. - Давайте я расскажу вам историю моих дорогих друзей. К вам сразу вернётся вера в любовь. На этом Эрик и Кристина с двух сторон утыкаются в Арсена и начинают ржать. Отпустив истерзанного добром дуэлянта, кутёнок радостно трусит к друзьям и супруге. В полной уверенности, что сделал все правильно. Но по дороге в него буквально вбегает, точнее, вкатывается, учитывая его комплекцию, Моншармен. Хватает за плечи и выпаливает: - Помогите, умоляю! Вы же друзья с дьяволом! - С железным. - уточняет виконт, и сразу суровеет, - Позвольте заметить, это не самое уважительное прозвище. Паникующий директор пропускает это мимо ушей и едва не падает на колени: - Спасите, молю вас!! Призрак оперы, - тут он понижает голос и испуганно оглядывается, будто Призрак и правда может вывернуть из-за угла, хотя в этом он не так уж не прав, - Требует от меня выкуп. Чтобы перестать меня мучать. Он точно сделает что-то ещё хуже, чем смерть и воскрешение месье Ришара! Он всё может... Но я не знаю, чем откупиться! Виконт делает над собой такое усилие, что его щенячьи шестеренки начинают дымиться, но впервые в жизни срабатывают как надо. Он усмехается цинично и мрачно, усиленно повторяя за своим кумиром и дорогим другом: - Что ж... Расскажите подробнее. Я посмотрю, что можно сделать. ************************************ К ожидающей у экипажа троице виконт подлетает с круглыми глазами и трясущимися руками. Первая успешная импровизация его здорово вымотала. Эрик одобрительно кивает. Наверное, общее безумие все-таки заразно. Потому что Арсен, перед тем как шагнуть на подножку экипажа, небрежно взъерошивает волосы Рауля - Хорошо сработано. Молодец. Разумеется, кутёнок, просияв, лезет обниматься. Король воров вздыхает, закатывает глаза, но отпихивает его не очень старательно.