Хуже

— Ты хотел о чём-то поговорить со мной? — Я думаю, что Ба Рыму больше не нужны таблетки. Он справится без них. Доктор Ким уставился на Ё Хана поверх очков и медленно закрыл ноутбук. — Думаешь, ты достаточно компетентен, чтобы принимать такие решения? — Да. Доктор зря метил в его неуверенность, Ё Хан давно перестал равняться на его авторитет. Он никому не доверял больше, чем себе самому, и спорить с ним было бесполезно. Доктор Ким понял это и быстро пошёл на попятную. — Возможно, ты прав. Ба Рым действительно кажется стабильным в последнее время. Говоря «последнее время», он имел в виду годы на антидепрессантах, и Ё Хан не удержался от насмешливой улыбки. — Если вы сейчас попытаетесь списать это на эффект лекарства, я начну сомневаться в вашем профессионализме, — предупредил он. — Смысл таблеток был в том, чтобы снизить его импульсивность и агрессивность. Решение не в том, чтобы лишить его злости, а в том, чтобы научить её контролировать. Ба Рым с этим справился и костыли ему больше не нужны. — Ты проделал большую работу, Ё Хан, — сухо заметил доктор. — Но я боюсь, что для нашего проекта она больше не имеет особого значения. — Конечно, — усмехнулся Ё Хан. — Вы ведь искали универсальное средство, а это не оно. Вы случайно не сотрудничаете с какой-нибудь фармацевтической компанией? — Дело не в этом, ты зря злорадствуешь. Просто условия, в которых вырос Ба Рым, слишком сложно воссоздать для других детей с такой проблемой. Боюсь, обществу гораздо проще отказаться от них, чем тратить столько сил без уверенности в результате. От сдерживаемого гнева у Ё Хана начал подёргиваться уголок рта. — Разве это так сложно? Я… — Не у каждого психопата найдётся рядом кто-то вроде тебя, — сурово перебил его доктор Ким. — Посмотри на себя, Ё Хан. Ты отдал этому делу всю свою душу, не знаю, кто из вас теперь болен сильнее. Нельзя требовать того же от обычных людей. Ё Хан хрустнул пальцами и отвернулся. — Если люди предпочтут убивать невиновных, что будет отличать их от хищников? Общество хочет избежать сложностей и защититься от рисков. Если это достаточная причина для убийства, то любое убийство можно оправдать. Если нет, у каждого должен быть шанс вырасти человеком. Если относиться к здоровому ребёнку, как к монстру, думаете он вырастет нормальным? Этот тест вообще не следовало проводить на нерождённых. Люди и так слишком склонны верить ярлыкам. — Всё дело в том, что утопия о мире без преступлений рассчитана на всех, — отозвался доктор Ким, устало потирая лицо. — Каждый хочет чувствовать себя в безопасности и знать, что его дети будут жить в лучшем мире. Наша идея даёт надежду только тем, кто хочет дать психопатам шанс — тем, кто любит их. А таких совсем немного. Ё Хан нервно поёжился и ничего больше не ответил.

• • • •

— В следующий раз предупреждай меня заранее, когда решишь лезть на рожон, офицер Чон. Твоё дело — смотреть и набираться опыта. Зачем полез под нож? Бессмертный? — Простите, детектив Ко, — кротко отозвался Ба Рым. — Я просто… — Я серьёзно, продолжишь в том же духе, и твоя стажировка в следственном закончится, не начавшись. Отправишься обратно в патруль. Ба Рым сидел на кушетке в отделении неотложной помощи и прижимал ладонью наспех перевязанную ногу. Он ещё недостаточно хорошо изучил детектива Ко, но догадывался, что тот не совсем серьёзен в своём негодовании. Такие эмоциональные люди до сих пор немного сбивали Ба Рыма с толку. Идентифицировать яркие реакции, конечно, было проще, но не тогда, когда они наслаивались одна на другую и лишались смысла. Детектив Ко злился на него? Если верить его словам — да. Если довериться логике — он должен был радоваться, что новичок оказался не совсем бесполезным и даже помог при задержании. — Кто-нибудь зашейте уже этого идиота, пока он не истёк здесь кровью! Неужели он так зол из-за этого? Но ранили ведь не его, какая ему разница? Да и рана — ерунда, истечь кровью вряд ли получится. Ба Рым рассматривал лицо детектива, стараясь не слишком выходить из роли, но отвлёкся, когда к ним наконец подошли. Улыбка прорезала маску Ба Рыма сама собой. Конечно, он знал, что Ё Хан здесь, но не ожидал, что он придёт. С безразличием незнакомца Ё Хан взялся развязывать его окровавленную повязку. Детектив наблюдал за этим с явным сомнением, и Ба Рым невольно напрягся. О чём он думает? — Вы можете подождать снаружи, — заметил Ё Хан. — Беспокоиться не о чем. — У вас здесь что не хватает врачей? — недовольно хмыкнул детектив. — Почему первую помощь раненому полицейскому оказывает студент? А если бы его подстрелили? Ба Рым невольно поморщился. «Вот идиот». — С этим справилась бы любая медсестра, — холодного отозвался Ё Хан. — Выйдите и не мешайте мне работать. Детектив подавился воздухом, на этот раз его, должно быть, разозлил неуважительный тон. Ба Рым заметил, что у детектива Ко явно были проблемы с гневом, удивительно, как он до сих пор не потерял работу с таким подходом. В ответ на возмущённые ругательства Ё Хан смерил его взглядом хищника — пустым и холодным. Это работало только на определённом типе людей и Ба Рым готов был к провалу, но детектив вдруг осёкся на полуслове и, бормоча что-то себе под нос, вышел. — От него всегда столько шума? — хмыкнул Ё Хан, возвращаясь к работе. Ба Рым усмехнулся. Сквозь неплотно задёрнутые шторки ему было видно, как детектив бродит у дальней стены, не спуская с Ё Хана глаз. — Вообще-то он довольно смышлёный, когда сосредоточен на деле, — заметил он. — Хотя мне всё ещё с ним тяжело… Ё Хан бросил на него вопросительный взгляд, но Ба Рым не заметил, заворожённый движениями его пальцев. Вид собственной окровавленной ноги ничуть не мешал ему наблюдать, как Ё Хан обрабатывает и зашивает порез. — Не понимаю почему он злится, его ведь не накажут за то, что меня ранили. — Он волнуется за тебя, — спокойно объяснил Ё Хан. — Люди чувствуют себя плохо, когда страдает тот, кто им небезразличен. Ба Рым задумчиво качнул здоровой ногой, разглядывая его склонённую голову. — Ты поэтому пришёл? — спросил он. — Или в хирургическом отделении нет работы? — У меня обед, — невозмутимо отозвался Ё Хан. — Какой трудолюбивый сотрудник. — А сам? Специально дал себя ранить, чтобы произвести впечатление наивного, но отважного новичка? — Разве плохо вышло? — усмехнулся Ба Рым. Ё Хан закончил перевязку и выпрямился, глядя в его беспечное лицо. — Вышло хорошо, но такие редко становятся комиссарами. Ба Рым снова прыснул. — Не всё сразу. Я выпустился всего полгода назад, дай мне время. — Не позволяй больше себя калечить, — бросил Ё Хан. Ба Рым поймал его за руку, вынуждая задержаться. — Почему? Ты чувствуешь себя плохо? Ё Хан вырвал руку из его пальцев и наклонился вперед, опираясь о кушетку. — Да, я чувствую себя плохо, — проговорил он у его уха. — И ты тоже почувствуешь себя плохо, если сделаешь так ещё раз. Веришь? Ба Рым сдавленно улыбнулся, жадно вдыхая мятный запах. — Верю. Ё Хан отстранился, небрежно поправляя халат. — Увидимся дома, — бросил он на прощание. Ба Рым проводил его задумчивым взглядом. Реакции Ё Хана не были прозрачны, но казались гораздо понятнее всех прочих. Детектив Ко вернулся, разглядывая его с явным подозрением, и Ба Рым торопливо вернул лицу наивно-удручённое выражение. — О чём это ты шептался с этим психопатом? — Почему вы решили, что он психопат, детектив Ко? — Ты видел, как он на меня посмотрел? Ненормальный… Что он тебе сказал? — Ничего такого. Думаю, вы ошибаетесь на его счёт, — осторожно заметил Ба Рым. — Я знаю его очень давно и заметил бы, если бы он был психопатом. — Так вы знакомы? — удивился детектив. — Мой приёмный отец был его наставником, так что нас воспитывали вместе… — Так вы почти братья? — Нет, — немного резко отозвался Ба Рым. — Просто выросли вместе.