Notorious

— …Драккл, — бормочет Драко себе под нос, оглядываясь среди руин Некрополя.   Прождав почти полчаса в полнейшей панике, он активировал отслеживающее заклинание и предпринял почти впечатляющую попытку аппарировать вслепую поблизости от его местоположения, не желая подходить слишком близко и слишком рано привлекать внимание других придурков из Протектората.   Однако Астория оказалась права в том, что рядом с руинами аппарация будет ощущаться слегка шаткой. В итоге, безусловно, он оказался в Некрополе, но далеко не рядом с Асторией и куда гораздо выше, чем казалось разумным. Малфой стоит на чём-то вроде шпиля, достаточно высоко, чтобы иметь полный обзор древнего Города Мёртвых, но далеко не настолько низко, чтобы как следует рассмотреть…что-либо. Ритуал мог происходить прямо под ним, и он бы ничего не узнал.   Его трясёт от напряжения после аппарации, и Драко ощущает во рту густой и кислый привкус желчи.   Будучи не в том состоянии, чтобы рисковать ещё одной аппарацией, он умудряется сочетать неуклюжее карабканье и амортизирующие чары, чтобы добраться до нормального уровня земли, обещая себе, что если он переживёт эту ночь, то никогда, ни за что на свете больше не посетит никаких дурацких древних руин до конца своих дней.   Драко с тяжёлым стуком приземляется на землю. Судя по его анализу сверху и быстрой проверке с помощью трекера Астории, он, возможно, оказался в нужном районе. Ниже есть какое-то поле, но Малфой, скорее всего, находится этажей на десять или больше выше него. Это напоминает ему большой стадион для квиддича, и кажется, что несколько лестниц приведут его к тому самому полю. Он делает глубокий вдох, накладывает на себя дезиллюминационное заклинание и начинает свой тяжёлый путь вперёд.   Ему удаётся пройти через несколько тёмных коридоров и спуститься на два лестничных пролёта, а только потом он видит ещё одну живую душу. Малфой слышит шаги задолго до того, как видит силуэты, и успевает юркнуть в тени у стены перед их появлением. — Хорошая идея, что мы пошли сюда, приятель, — говорит мужчина пониже ростом.   Драко прижимается к стене и задерживает дыхание. — Я же говорил тебе,что Эвилиан потрясающая, но ебанутая. Она с той же вероятностью прикончит тебя или меня, как и ту девчонку, которую они держат там внизу. — Ты слышал, как она раньше кричала? Это было ужасно, дружище. Я… мне это не нравится.   Драко крепче сжимает палочку в руке.   — Я слышал и похуже. Я же сражался во второй магической войне, я тебе говорил?   Невысокий охранник раздражённо вздыхает: — Это единственное, о чём ты вообще говоришь. Арвин сказал, что она подружка Гарри Поттера, ты слышал? Как думаешь, он может появиться и попытаться её спасти? — Ба, Арвин — лживый придурок, вот что...   Их голоса затихают, когда они проходят мимо него, и всё, о чём Драко может думать, это о Гермионе. Она кричала. По крайней мере, она где-то рядом.   Она кричала.   Драко бросается вперёд, двигаясь быстрее прежнего, и стремительно спускается по лестнице, время от времени ныряя в тень, чтобы избежать встреч с другими охранниками. Его раненая нога всё ещё ноет, а тело ужасно ослаблено после месяца приёма того самого смертельного яда, но он сквозь.боль ускоряется и переходит на крайне неприятный бег трусцой.   Когда Драко ненадолго оказывается в открытом проходе, ветер внезапно усиливается. Он нервно оглядывается по сторонам, чувствуя нарастающее беспокойство, поскольку ветер, кажется, несёт в себе явно магическую энергию.   Драко спускается ещё на один лестничный пролёт и на секунду замирает, поражённый устрашающей статуей. Она напоминает древнюю горгулью, но с львиной головой, а воздух вокруг неё ощущается странно тёплым, пока он пробегает мимо. Ему кажется, что существо наблюдает за ним своими жёсткими, каменными глазами и, конечно же, не делает ничего, чтобы успокоить свои нервы.   Как раз в тот момент, когда Малфой думает, что вокруг слишком тихо, он заворачивает за угол и врезается прямо в одного из двух приближающихся охранников.   Вот тебе и дезиллюминационные чары. — Ой, извини, приятель… — начинает бормотать парень, а затем хмурится и пялится на Драко. — Эй… а ты кто?   Пока так называемый охранник успевает сформулировать своё заключение, Драко выхватывает палочку: — Остолбеней! Заклинание попадает бедному вежливому ублюдку прямо в грудь, и он оседает на землю. Не успевает Драко обернуться ко второму охраннику, он слышит, как тот выкрикивает: — Диффиндо! Он с ворчанием отшатывается, когда режущее заклинание едва не сносит ему голову, вместо этого задевая щеку болезненным, но гораздо менее смертельным способом. Драко чувствует, как к коже приливает кровь и начинает сочиться из свежей раны, и резким движением оглушает второго нападавшего. Когда второй охранник валится на пол рядом с первым, Малфой едва успевает перевести дыхание, когда резкое движение на периферии сознания привлекает его внимание. — Экспеллиармус!    Драко слышит тонкий голос из тени слева от себя и вздрагивает, когда его палочка вылетает из руки.   Он медленно поднимает руки вверх и разворачивается к тому, кто его обезоружил. Знакомый мужчина примерно его роста и телосложения, с широко раскрытыми, нервными глазами, прячет палочку Драко. Определённо, он не похож на одного из нанятых стражников, значит, кто-то другой. Малфой пытается вспомнить, где видел этого типа. Возможно, на своей свадьбе? Друг Гринграссов? Может быть, кто-то, кого он сможет обмануть, заставив думать, что они работают на одну сторону? — Д-Драко Малфой, — заикается мужчина, очевидно удивлённый тем, что видит Малфоя, крадущегося по руинам.    Он поднимает палочку слегка дрожащими руками. Драко снова хмурится, приглядываясь к мужчине более внимательно. Они опредёленно встречались раньше, но внезапно его внимание привлекает сумка, перекинутая через плечо мужчины. Он знает эту сумку. Малфой потратил слишком много времени, сочиняя восхитительные оскорбления в адрес этой вещи. У человека, который обезоружил его, дурацкая, безвкусная, сумка Гермионы. Она где-то здесь. Она должна быть здесь. И она кричала. Драко оставляет руки в воздухе и осторожно делает шаг к мужчине: — Да, это я. А Вы кто? Мужчина прищуривается, как будто его оскорбили: — Девлин. Грант Девлин. Драко моргает. Девлин. Дэвис действительно упоминал о нём ранее, как о человеке, к которому Гермиона могла бы обратиться за помощью. И сама она как-то говорила о нём, и это вызвало у Драко всплеск глубоко иррациональной ненависти к этому человеку. Девлин возмущённо фыркает: — Ты серьёзно? Ты правда не знаешь, кто я? Ради Мерлина, я был на твоей свадьбе. Драко думает, что помнит что-то ещё… Гермиона ведь говорила, что он профессор древних рун, так? Дэвис утверждал, что она могла спрятаться у него, но он здесь, чувствует себя достаточно комфортно, чтобы прогуляться по древним руинам, кишащим людьми из Протектората Игнис, накануне совершенно безумного древнего магического ритуала. Драко медленно кивает и делает ещё один осторожный шаг вперёд. Девлин напрягается и сжимает палочку крепче. Если Драко сможет подойти ещё немного ближе, то, возможно, он сумеет обезоружить этого мужчину. Гермиона где-то здесь. Она кричала. — Точно. Да. Вы профессор, верно? — Не делай больше ни шагу. Драко нерешительно делает очень, очень медленный шаг, внимательно наблюдая за Девлином. — Вы ведь профессор, да? Должен сказать, я ненавижу вашу сумку, профессор. Она довольно отвратительна. Впрочем, выглядит достаточно функциональной, хотя и слишком женской. Девлин бросает взгляд на сумку и заметно бледнеет. Драко делает ещё один шаг, пытаясь, но безуспешно, сдержать нарастающий в нём гнев. — Она ведь приходила к Вам, да? Астория сказала мне, что ей нужно было что‑то уточнить о ритуале. Вы помогали ей, да? Или, по крайней мере, делали вид, что помогаете. Челюсть Девлина слегка дрожит, но он кивает, в панике оглядываясь по сторонам. — Где она? — рычит Драко, опасно прищуриваясь и снова делая шаг вперёд. Ещё примерно четыре шага, и, может быть, только может быть, Малфою удастся обезоружить его. — Она пошла к Вам и так и не вернулась. У Вас её сумка. Где она? — Не подходи, — предупреждает Девлин слегка дрожащим голосом. — Я предупреждаю, Малфой. — Где она? — В камере под нами, — с гримасой, похожей на рыдание, произносит Девлин. — Она… Вайолет и… о боги, и Дафна…   Драко долго смотрит на него, когда тот запинается, и узнаёт выражение в глазах. Глубокое сожаление, с оттенком... чего-то ещё. Чем‑то знакомым. С разбитым сердцем.   Его сердце тяжело колотится в груди, и он сжимает кулаки так сильно, что кажется, прокалывает кожу и пускает кровь. — Вайолет убьёт её! Девлин, Гермиона ведь доверяла Вам, не так ли? Верните мне мою палочку. Вы должны мне помочь вытащить её оттуда! Если она действительно у Вайолет… Ещё один шаг вперёд. …она в куда большей опасности, чем он боялся. — Я не могу! — выкрикивает Девлин, снова поднимая палочку. — Дафна, она… она обещала мне, что они не причинят ей вреда. — О, конечно, как это замечательно, — раздражённо огрызается Малфой.   Гермиона в опасности, он тоже, но Драко должен… что-то сделать. Хоть что‑нибудь. — Ну да, конечно, если ты веришь, что Дафна Гринграсс и Вайолет Эвилиан сдержат обещание. Ты действительно веришь им? — Не подходи, Малфой, я серьёзно! Она пообещала мне. Я не могу сказать, что они не причинят вреда тебе, но Гермионе — Дафна пообещала, правда, клянусь. Я не знал… — Ты, блядский хуй, продал её, да? — Драко чувствует, как его голос клокочет где-то в горле, а сердце бешено колотится в груди. — Вайолет, наверное, убивает её прямо сейчас, и всё это из‑за тебя. — Нет, — протестует Девлин, слабо всхлипывая. — Нет, нет, ты не понимаешь. Ещё. Один. Шаг. Драко начинает напрягать мышцы, готовясь к прыжку. — Не понимаю, да, сукин ты сын? — Я люблю её, — выдыхает Девлин, его рука дрожит, и он опускает палочку чуть ниже… У Драко судорожно сжимается сердце, но он игнорирует это и с диким криком бросается на Девлина.   Профессор снова пытается поднять палочку, но у него получается слишком медленно, и Драко обхватывает его запястье и поворачивает, слыша приятный стук палочки о пол. Именно так, как Гермиона учила его давным-давно в их маленьком домике во Франции.   Девлин стонет и смотрит на него широко раскрытыми глазами. — Нет, ты не любишь. Я её люблю.   Драко заносит кулак и со всей силы врезает Девлину в лицо. Слышит удовлетворяющий хруст, хоть жгучая боль пронзает нервы его руки, и мужчина бесформенной кучей оседает на землю. Гермиона. Она в беде. Дракон любит её, и Гермиона, возможно, любит его тоже, но она где-то в камере под ним, и она в беде. Он наклоняется, чтобы взять обе палочки и сумку Гермионы. Она в беде. Девлин стонет и тянется к ноге Драко. У него есть огромное желание растоптать грёбаные пальцы этого человека, чтобы убедиться, что у него никогда больше не будет шанса прикоснуться к ней, но ублюдок выглядит таким жалким, и из носа у него течёт кровь, что Драко на мгновение колеблется. Он выхватывает сумку. — Передний… карман, — бормочет Девлин, склонив голову набок и кашлянув. — Отдай ей. Она… поймёт. Драко закатывает глаза, быстро оглушает мужчину заклинанием, и мчится дальше по коридору. Нога при каждом шаге всё ещё горит, и тело ноет от боли, но… Она кричала. Когда Драко выходит из коридора в более открытый проход, он кряхтит и поднимает руку к лицу, пытаясь укрыться от внезапного порыва ветра. С огромным трудом Малфой делает несколько шагов вперёд, а затем ныряет за низкую стену, чтобы предотвратить нападение и перевести дыхание. Его руки дрожат от усталости, но он нужен ей, она в беде. Рискуя быстро заглянуть поверх стены, Драко замечает, что ветер пропитан магической энергией и имеет слабый зеленоватый оттенок, закручиваясь вокруг руин. Он видит внизу большое поле, двумя этажами ниже, с несколькими тёмными фигурами, собравшимися вокруг яркой огненной гептаграммы. Ритуал начался. Они, скорее всего, в полной жопе. Его сердце бешено колотится в груди, когда Драко приваливается спиной к стене, но когда смотрит дальше, на следующий нижний круглый проход… Он видит её. Его сердце чуть не разрывается от облегчения. Гермиона смотрит вниз, тяжело опираясь на низкую стену, но она там, и она жива, и она сказала, что любит его, и он уже борется с ветром и мчится по направлению к ней, а только потом осознаёт, что его ноги двигаются. Сквозь сильный ветер Драко всматривается в поле и замечает движение. Он видит Асторию, настороженно наблюдающую за происходящим, и стоящую рядом с Дафной, которая размахивает в воздухе руническим ножом. Себек-ари, одетый в чёрную мантию, что-то говорит, напряжённо нахмурившись, в то время как Гидеон Гринграсс делает шаг к своим дочерям.   Пламя гептаграммы становится всё выше и жарче, порывы ветра ещё сильнее, и центр гептаграммы погружается в ужасающе бесконечную бездну тьмы. Ему кажется, что он видит, как что-то начинает шевелиться в глубине этой пропасти. Его глаза расширяются, когда Драко с нарастающим ужасом наблюдает за происходящим, и с бешено колотящимся сердцем со всех ног несётся вниз по ступенькам к Гермионе.