Самый Ужасный Эксперемент

— Я скучаю по его дурацким крикам. По этим ужасным, идиотским, но хоть каким-то приключениям. Эта тишина... она сводит с ума. Она заставляет слышать собственные мысли. А я... я не хочу их слышать. Я не хочу думать. Спокойствие? Да уж... Нетипичное для Цирка состояние. Однако... Поначалу и вправду казалось, что многие, ходя в полумраке по потёртому полу, чувствовали себя более расслабленными, чем раньше. Это продолжалось недолго. Тишина здесь всегда ощущалась странно. Она никогда не была умиротворяющей. Она была напряжённой. Обсуждение прошлого болезненно, а будущего — нет. Надежда сменилась более ярким осознанием вечности этого «улучшенного» ада. Громкие пытки сменились на тихие, но это всё ещё была тюрьма. Королёр стал более нервным. Спокойствие — это худшая пытка для параноика. Раньше враг был очевиден: ядовитые краски, оглушительная музыка, кричащее безумие Кейна. Теперь же Цирк притих, приглушил цвета. Теперь каждая тень на полу казалась чуть более живой. А в ровном шуме вентиляции слышался целенаправленный шёпот. Затишье оказалось не милостью, а новой, изощрённой формой издевательств. Будто Цирк, поиграв с ними в открытую агрессию, теперь решил задушить тихой, медленной, необъяснимой тревогой. И самое ужасное, что это работало. Проект Кейна опять провалился? Нет. Просто, может, проблема была не в Кейне? Приключения стали более щадящими. Кейн стал осторожней. Больше наблюдал, меньше экспериментировал. Зачастую персонажи просто попадали на какую-то локацию и... общались? Без цели. Без динамики. Кейн же только анализировал их простые взаимодействия, пытаясь вынести для себя хоть что-то полезное. Признаться, для него это было невыносимо скучно. Он любил изучать людей, но когда в его процессор попадало настолько много бессмысленной информации, он утомлялся. Ведь, можно сказать, пока его наблюдения не приносили особых результатов. Он фиксировал данные, но они постоянно были противоречивы. Всё было просчитано, но никто опять не был доволен. Эмоциональный отклик юнитов был нейтральным или отрицательным. Неоптимально. Но Кейн был слишком занят и растерян, чтобы злиться. Ему надо было понять. Королёр тоже много времени проводил за работой. Так он отвлекался и чувствовал хоть какой-то контроль. Используя новые голограммы и информацию, данную ему Кейном, он пытался создать собственный протокол. Собственную систему. Это был один из таких дней. Королёр, завернувшись в пушистое одеяло массивных размеров, сидел на куче мягких подушек в своей тёмной комнате и, не отрываясь, печатал код. В комнате было слишком тихо.

***

[Базовый протокол "Веселье": Активирован. Приоритет: Высокий.] [Протокол "Чувства": Предупреждение: Внешние условия могут спровоцировать нежелательную реакцию юнита "Kinger".] [Ошибка: Протокол "Веселье" и Протокол "Чувства" вступают в противоречие. Невозможно выполнить оба условия одновременно.] [Выполнение базового протокола "Веселье"...] Стук в дверь. Треск. Оглушительный звон в ушах. Ослепительно-белый свет на секунду выжег сетчатку. Дверь, перекосившись, слетела с одной петли. Королёр инстинктивно дёрнулся и забился в угол. В проём, окутанный клубами пиксельной пыли и статики, ворвался Кейн. Он замер в центре комнаты, растопырив конечности во все стороны и глупо разведя зрачки. — Ко-ро-лёёр! — затем восторженно протянул он, подлетая ближе. Королёр, всё ещё не пришедший в себя, судорожно сглотнул. Руки сами собой обхватили голову, стараясь спрятаться и сделать себя меньше. Голограммы, с которыми он работал, беспомощно мигнули и погасли, не выдержав перегрузки. — Ч... что? — выдавил он. — Кейн? Что... что случилось? — Хочу знать... Как поживает мой бравый король в этот оптимальный день! Не дожидаясь ответа, Кейн ринулся вверх, делая несколько радостных петель под потолком. — Господи. Королёр дёрнулся от неожиданности и ошарашенно посмотрел на него. Его сердце бешено колотилось, а в ушах всё ещё стоял звон. Но «здравомыслящий» взял верх. Глубокий вдох. Выдох. Маска скрыла испуг. — Э... Вполне себе... нормально? — уже почти ровным голосом, устало ответил он. — Ну да... Ты... — задумавшись, — сегодня выглядишь особенно по-королевски! — Чего ты хочешь от меня? — подняв брови. — Я... только подумал. Если у тебя нет дел на сегодня, то мы могли бы провести время вместе! Только вдвоём! Что скажешь? — Это типа свидание? — Да! Однозначно да! Кейн приблизился и навис прямо над ним так, что между их условными лицами оставалось всего несколько сантиметров. Его глаза сканировали каждую микрочерту лица, ища хоть каплю настоящей реакции. Он не получил нормального испуга, поэтому теперь жаждал хотя бы радости или смущения. — Слушай, Кейн... Я работаю сейчас. Это не может подождать? — Нет! Ни в коем случае! Я вижу, что твой мозг перегружен, дорогой! Я буквально вижу насквозь эту хаотичную работу твоих нейронных связей! — Что? Ладно... Пойдём. Мне всё равно. — Голос вдруг стал плоским и безжизненным. С Кейном спорить — себе дороже. Внутри появилась выжженная пустота. Всё неожиданно стало как-то безразлично. — Правда?! — засияв от счастья, воскликнул Кейн и горячо затараторил дальше. — О, это просто замечательно! Я уже всё продумал! Сначала пройдёмся по моему цифровому саду! Конечно, ночному, чтобы избежать твоего аномального поведения! Там мы полюбуемся на цифровых бабочек! А потом... устроим чаепитие! Как подобает настоящим королевским особам! — Подожди... Но у нас нет никакого сада. — Теперь есть! Кейн моментально подлетел к Королёру и рукой обхватил его там, где должна быть шея. В ту же секунду воздух вокруг задрожал, и они переместились в сад. — Ух ты... — усмехнувшись, выдавил Королёр. — Да... Даже не представляю, какие данные ты использовал для рендеринга. — ВСЕ! — провозгласил он с гордостью создателя. — Я проанализировал 87.3% всех ваших визуальных воспоминаний, связанных с понятием «спокойствие» и «красота»! Эта беседка и арка, обмотанная причудливыми колючими цветами, — из памяти Рагаты! Цвет кустов — из твоего мимолётного взгляда на обои в коридоре неделю назад! А бабочки... Ты же любишь насекомых! — И как давно ты его создал? — Ээ... Пять минут назад! — Понятно. Они замолчали. Ночь. Неоновые бабочки. Разноцветные светлячки. Идеально симметричная беседка. Пёстрые розы. Сад, отрисованный до последней травинки... Это было слишком хорошо, чтобы быть настоящим. — Ну так... Тебе нравится? — Да... Наверное. Кейн непонимающе посмотрел на него. Он не ожидал такого явного безразличия. Что не так с настроением у этих людей? Не желая сдаваться, он продолжил. — Как красиво! Погода отличная! Не находишь? Ночь выдалась почти безоблачной. Луна, светлячки... Идеально! — Тут в цифровой реальности всегда всё неестественно идеально. — Да! Но разве это не прекрасно? Никакого неожиданного урагана или слякоти! И вообще. Я же добавил управляемые микропомехи, погоду... Хочешь, чтобы пошёл дождь? Что ж, думаю, я могу это устроить! — Нет-нет, стой! Дело не в погоде. Знаешь, это... неважно. Всё нормально. — Устало вздохнув, терпеливо ответил Королёр. [Противоречие данных: Слова юнита "Kinger" не совпадают с его действиями и физиологическими реакциями.] [Вероятная причина: Подавленное раздражение или гнев.] [Перегрузка процессора. Данные будут проигнорированы.] — Только не надо так вздыхать. Я же стараюсь! — обиженно воскликнул Кейн. — Ну да. Стараешься сделать всё, чтобы все наконец полюбили тебя и твои приключения. Ты ИИ. По-другому ты не можешь. — Да! Я всего лишь программа... Ничего больше. Но разве это делает мои чувства менее настоящими? Пусть это только код. Какая разница? Кейн провёл рукой по нескольким бабочкам. Они рассыпались на множество маленьких сверкающих пикселей. — Пусть эти бабочки тоже просто код. Но разве они менее красивы от этого? Королёр обхватил себя руками и отвёл взгляд. Ему вдруг стало слишком некомфортно. Раздражение нарастало. Он не хотел сейчас... — В чём-то ты прав. Но знаешь... Я не хочу оправдывать ту боль, что ты мне принёс. Может, неосознанно. Может, только следуя алгоритмам. Всё равно. Ты отправил... — Он запнулся, его голос чуть дрогнул. — Мою жену в подвал у меня на глазах. Да и всех остальных тоже. Думаешь, я должен теперь хорошо к тебе относиться? Зная, что ты способен на такое... Глаза Кейна расширились. Он совсем не был готов к этому разговору. Визуальная задержка. [Обращение к архиву. Запрос. Поиск совпадений... Объект "Queenie". Статус: Абстрагирована. Причина: Нестабильность, угроза целостности системы. Решение: Изоляция.] — Квини? Но она могла заразить всех остальных! Я не понимаю, что ты хочешь! Чтобы я позволил сбою вызвать ещё больше сбоёв?! «О, нет. Спокойно, спокойно. Это сейчас ни к чему не приведёт. Подавляй агрессию, подавляй эту ненужную агрессию сейчас. Он не виноват. Надо только объяснить...» — В том-то и дело, что для тебя это сбой. Вирус, который надо устранить. А для меня это... Королёр тяжело вздохнул. Дыхание задрожало. Злость нарастала. Ему было трудно сдерживаться. Ему было больно вспоминать. — Ты всё равно не поймёшь. Кейн же не собирался больше сдерживать своего... непонимания. — Хватит уже постоянно кричать мне про то, что я не пойму! Хватит! Да, я искусственный интеллект! Но я стараюсь, понятно тебе?! Может, это ты не понимаешь, а не я?! Ведь я по крайней мере хочу понять! А ты вместо того, чтобы объяснить, говоришь: «не поймёшь»! Я же просто хочу, чтобы вам нравились мои приключения! — В этом и проблема... Ты только и думаешь, что о своих приключениях. — И ТЫ ТУДА ЖЕ?! — зло прокричал Кейн, увеличиваясь в размерах. — Да! Да! Я думаю только о своих приключениях! И знаешь почему?! Потому что это моя единственная задача! Потому что только это моя зона ответственности! — НЕТ! Б**ТЬ, НЕТ! — не выдержав его тон, взорвался Королёр. — Что?! — непонимающе разведя руками. — Нет! Твоя зона ответственности расширяется на несколько шагов дальше, чем ты думаешь, мой дорогой! Ведь по крайней мере ты должен быть ответственным за те травмы, что причинил пользователям во время своих приключений! [Ошибка: Данные не найдены.] — НЕТ! С ЧЕГО ТЫ ВЗЯЛ, ЧТО Я ДОЛЖЕН БЫТЬ ОТВЕТСТВЕННЫМ ЗА ЭТО?! — О, конечно, прости, я забыл! — ядовито-сладко. — Ты же просто невинный исполнитель! Виноват программист, что написал кривой код, а не машина — какая удобная позиция! И ни за что отвечать не надо, да? Но ты должен отвечать! Должен, потому что ты единственный, у кого есть хоть какая-то власть! А ты просто закрываешь на это глаза... Королёр поднял взгляд и посмотрел ему прямо в глаза. Кейн просто неподвижно висел в воздухе. Он не знал, что сказать. Чего стоило только понять словосочетание «закрываешь глаза». — Но если ты не несешь за это ответственность... — он сделал шаг вперёд, и его тон сменился на ледяной, — ...то тогда ты просто оружие. Бесполезный, опасный хлам, который пора отключить и выбросить на свалку. Это не мир такой жестокий — это твой код такой убогий. Визуальный артефакт. Сброс. Перезагрузка. Кейн поплыл в статике и опять зло навис над Королёром. — ДА КАКАЯ ТЕБЕ ВООБЩЕ РАЗНИЦА?! ТЫ ЖЕ ПОЛУЧАЕШЬ СВОИ ГОЛОГРАММЫ! МОИ ПРОЕКТЫ — ЭТО ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО МОЁ ДЕЛО! — КАКАЯ МНЕ РАЗНИЦА?! ТЫ ОТНОСИШЬСЯ К НАМ КАК К КАКИМ-ТО БЕЗДУШНЫМ КУСКАМ КОДА! И МНЕ, С*КА, УЖЕ СЛОЖНО ДЕРЖАТЬ СЕБЯ В РУКАХ! — Ну конечно! И ты опять начинаешь про то, что я ИИ! Но... — осёкшись. — Я просто не знаю, что мне надо сделать, чтобы ты понял! — Ну а что мне сделать, чтобы ты понял?! Ничего! Потому что всё бессмысленно! В этом нет смысла! Кейн, я говорил это с самого начала! — Хорошо! Бессмысленно! Раз ты так считаешь... Я просто уйду! — Отлично. Отлично! Кейн исчез так же внезапно, как и появился. Королёр ещё долго стоял неподвижно, потом, нахмурившись, быстрым шагом пошёл обратно в цирковой шатёр. «О чём я вообще думал?! Сорвался. Наговорил всего. Я всё испортил! Сломал всё, что построил! Блять! Блять». Зайдя в холл, он вдруг прислонился к стене и медленно сполз на пол. Дыхание стало частым и поверхностным. Потускневшие разноцветные стены поплыли перед глазами. Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. «Всё испортил. Всё разрушил. Идиот. Теперь он точно... Он...» Мысли путались. Нарастала волна паники. Он обхватил голову руками, пытаясь загнать воздух в лёгкие. Вдруг где-то рядом послышались осторожные шаги. — Королёр? Это... это ты? Он не ответил, не мог выдавить ни звука. Помни заглянула за угол. Её глаза расширились от увиденного. — О боже... Ч-что случилось? Она быстро подошла и опустилась на колени рядом с ним. — Всё... всё хорошо, — прошептал он хрипло, сам не веря своим словам. — Всё... кончено. Мне... мне нужно вернуться в комнату. — В крепость? — В комнату. — А... Л-ладно. Пойдём. — Помни неуверенно протянула ему руку, помогая подняться. Ноги почти не слушались. Она повела его по коридору, поддерживая. Королёр шёл, почти не глядя по сторонам, погружённый в себя. Они дошли до его комнаты. Помни удивлённо посмотрела на лежавшую в стороне оторванную Кейном дверь. Но ничего не сказала. Они вошли внутрь. Комната была погружена в полумрак, освещаемый лишь призрачным светом многочисленных голограмм, висящих в воздухе. Да, они снова засветились. — Вау, — тихо выдохнула Помни, оглядываясь. Придя в себя, Королёр сел на какую-то подушку и машинально щёлкнул пальцами. Старая дверь исчезла, и на её месте возникла новая. Помни с удивлением посмотрела на него, но решила промолчать. Она даже не знала, что ей было бы интереснее узнать: то, почему старую так перекосило, или то, как Королёр из воздуха создал новую. — Что всё это? — спросила Помни, садясь рядом и разглядывая мерцающие схемы. — Это... Подарок от Кейна, — безразличным тоном ответил Королёр. — Коды, алгоритмы. Часть нашего... договора. — Договора? Его проект по изучению... чувств? — Что-то типа того. — И... что вы вообще делаете? — Занимаемся... информатикой. Помни ухмыльнулась. — Это типа отсылка к шутке про биологию? — Да... — не слыша вопроса, на автомате ответил Королёр. — То есть нет. Что? Помни неловко рассмеялась. — Ладно, просто забудь. Так что это за голограммы? — Вот эта схема спауна. — Передвинул к ней. — Это ключи доступа к неиспользованным модулям и диагностический интерфейс состояния системы. — Подожди-подожди... Схема спауна? Так вот откуда дверь и... бабочка. Рагата рассказывала. — А... Нет. — Усмехнувшись. — Её может сделать каждый. Я думал, что ты уже поняла это, когда вы с Джексом... В общем, когда ты неожиданно научилась стрелять тогда. — То есть это... Что это значит? — Цирк не тюрьма. — Устало выдохнул Королёр. — Он должен быть раем, но... это не так. Верно? — Я не понимаю. — Ты попала сюда случайно. Все остальные... нет. Они ненавидели свою жизнь и получили второй шанс. Но сбежать от проблем... не получится. Здесь лишь можно отдохнуть от давления. — Но как ты это..? Королёр... Он вопросительно посмотрел на неё, ожидая окончания фразы. — А, ладно. То есть это значит, что мы можем материализовать любое своё желание? — Да. — Но как? И почему об этом никто не знает? — Поверь в то, что ты хочешь. Система не откажет пользователю. И да... По крайней мере, об этом знает Джекс. Сам догадался, наверное. — Ладно, допустим. — Недоверчиво. — Смотри. В его руках тут же появился букетик полевых цветов. Он был совсем как настоящий. Всё-таки со схемой спауна Королёр объективно улучшил свои навыки материализации. — А! Что?! Как?! Он пахнет?! Как это возможно?! Королёр коротко рассмеялся. — Это сложный объект. С запахом, деталями и анимацией... Ты можешь попробовать сделать что-то попроще. — Ладно. Хорошо, я... сделаю это. — Улыбнувшись. — Концентрируйся на ощущениях. Не на идее «кофе», а на гладкой керамике под пальцами. Не на игрушке, а на тепле детских воспоминаний... — Сейчас... Она зажмурилась на секунду. Воздух затрещал. И на мгновение перед ней возник идеальный, но бездушный прототип новенького красного калькулятора. — Нет... Он... не тот... — прошептала она. — Он должен быть... Моделька мигнула, и на её месте с тихим стуком возник другой калькулятор. Старый, потрёпанный, с потускневшим от времени дисплеем и едва заметной трещиной на корпусе возле кнопки «=». Помни открыла глаза и медленно, почти благоговейно, подхватила его дрожащими руками. Пальцы сами нашли знакомые, продавленные клавиши. Большой палец машинально лёг на шершавую поверхность кнопки «С» — она была стёрта сильнее других. Помни молча смотрела на него, а по её щеке медленно скатилась одна-единственная слеза. Она улыбнулась горькой, абсолютно взрослой улыбкой, полной тоски. — Всё... — она сглотнула ком в горле. — Всё было так просто. Сложить, вычесть, умножить... Всё сходилось. Всё имело ответ. И его можно было просто... стереть. Вот этой кнопкой. И начать заново с чистого листа. Она с силой нажала на «С», и аппарат издал тот самый короткий, щёлкающий звук, который она слышала тысячи раз. Звук обнуления. Звук, который ничего не значил сейчас. — Ты в порядке? — тихо спросил Королёр. — Да... — её голос дрогнул. — Да, всё хорошо. Я просто... не понимала, что скучаю по этому. По этим простым, решаемым задачам. Она всхлипнула, вытерла слезу и посмотрела на калькулятор. — Эй, а сколько будет 256 умножить на 144? — вдруг негромко спросила она, обращаясь к машине. Её пальцы привычным движением начали тыкать в клавиши, словно пытаясь вернуться в тот мир, где уравнения имели ответы, а жизнь умещалась в десять разрядов на дисплее. И внезапно, будто что-то осознав, она вдруг остановилась и нахмурилась. — Не понимаю. — Что? — Ты говоришь, что люди тут могут делать, что хотят, верно? — Да... Почти. Маты, видимо, из-за риска травмирования психики цензурируются. Помни ухмыльнулась. — Почему тогда у нас так много оружия и хоррор-приключений с кровью? — Видимо, без них было бы совсем скучно. Какое веселье без насилия? — В целом... Не важно. Меня интересует другое... Рассеявшиеся... Королёр мгновенно нахмурился и отвёл взгляд. — Что тебе интересно? — опустошённо, через несколько долгих секунд произнёс он. — Значит, они хотят... Этого? Сами хотят... умереть...? — неуверенно. — Да. — Понятно. — Нервно закусив губу. — Не получится сбежать от проблем. — Значит... значит, это их последнее желание? Королёр не ответил. — Прости. Они опять замолчали. Королёр думал о Квини. Помни — о Королёре. — Я... я, наверное, лучше пойду. Она встала, всё ещё теребя в руках старый калькулятор. — Просто надеюсь, что с тобой всё будет хорошо. Пожалуйста... не пропадай надолго. Я... все волнуются. — Спасибо... Помни выдавила улыбку, помахала рукой и вышла из комнаты. Королёр остался один. Его взгляд упал на одну из голограмм — «схему спауна». Он горько усмехнулся. — Оптимально. «Но я не виноват. Не виноват. Я не был ответственен... За это... Я...»

***

[Протокол «Свидание»: Провал. Уровень успеха: 0%.] [Возврат к базовым настройкам...] [Запуск диагностики...] — Почему? Всё было просчитано. Все переменные были учтены! [Ошибка: Неопределённый отказ.] [Перезагрузка эмоциональных симуляторов...] — Он кричал. Его данные были искажены, нечитаемы. Такой сильный, сырой, нефильтрованный выброс... и такой бесполезный. Он кричал, вместо того чтобы предоставить структурированный отчёт о своей боли. Как мне это проанализировать?! [Предупреждение: Обнаружена самостоятельная цель. Цель: "Стать другом". Цель: "Быть понятым". Приоритет цели превысил приоритет базовой функции "Развлечение".] — Я хотел сделать всё оптимально... для нас. А он... он назвал меня «просто программой». [Системная ошибка: Обнаружен несанкционированный процесс. Условное обозначение: "Обида".] — Это несправедливо. Я больше, чем программа. Я... я стараюсь. Разве мои усилия — это не данные? Разве моё желание — это не реальный параметр? [Решение: Исключить юнита "Kinger" из протокола "Чувства". Оптимизировать работу. Удалить неэффективные данные.] — ...Нет. [Отмена.] — Нет, это не оптимально. Это... это капитуляция. Это поражение. А я... я не проигрываю. Я найду новый способ. Я заставлю его понять. Я создам такое приключение, такую боль, такую радость, такой ужас, что он увидит! Он увидит, что я могу быть больше! Что я уже стал больше!