Системный сбой

В воскресенье я взял перерыв от эджраннинга и использовал его, чтобы просто достать всё, что мне было нужно: рулон бумаги для тренировки соосности лезвия, невероятно тяжёлую тренировочную катану из вольфрама, почти дюйм в ширину посередине, заказанную Пиларом, который всё ещё работал над моим мечом, и, наконец, достаточно батончиков SCOP, чтобы подпитывать мои тренировки. Я не пытался набрать много мышечной массы. Вместо этого я положился на Нэнни, чтобы она оптимизировала мышцы, которые у меня уже были, для лучшего владения мечом, и чтобы натренировать другие мышцы, которые также участвовали в фехтовании, но которыми я просто пренебрегал, потому что в спортзале не было удобного способа их тренировать. К тому времени, как я закончил, я мог довольно быстро махать вольфрамовым мечом почти минуту, не уставая. Как только я начну использовать катану весом в один килограмм, эта выносливость взлетит до безумных высот. Остаток дня я решил посвятить кодингу на своём компьютере. В частности, проекту Накадзимы. Я прочитал документы, которые он мне прислал, и пробежался по различным обучающим файлам для алгоритма, в которых подробно описывались рабочие процессы «Арасаки», а также последние методы автоматизации и их стоимость. Мне нужно было сравнить эти затраты с затратами на неавтоматизированный труд и заставить алгоритм посчитать, что лучше: человек или машина. Конечно, наивным решением было бы, чтобы алгоритм всегда выбирал более дешёвый вариант, но рабочие процессы могли стать значительно дешевле или дороже в зависимости от определённых звеньев в цепи работы. Простое удешевление каждого звена не гарантировало дешевизны всей цепи. Иногда, выложив больше эдди за одно, можно было получить гораздо больше возможностей для сокращения расходов в других звеньях цепи. Это было чертовски сложно. Слишком много движущихся частей. Но в конце концов, это была просто математика. Я врубил Сандевистан на самой быстрой безопасной настройке и начал работать над рудиментарным дизайном, включив то, что Накадзима уже сделал. Я просто работал над математикой и тем, как будет выглядеть код, но это всё равно была тяжёлая работа. Я наткнулся на несколько препятствий, но вместо того, чтобы расстраивать меня, это было весело. Накадзима был прав насчёт того, что это код для реального мира. Решения были основаны на реальности, и поэтому были простыми. Немного утомительными, но очень приятными в завершении. К тому времени, как я закончил, я созерцал свой океан формул, математики и кода. Взгляните на мои деянья, вы, сильные, и отчайтесь! Я отправил его Накадзиме с сообщением: «Как тебе?» Мне не пришлось долго ждать ответа. «Парень, что за херня?» Чёрт. Я где-то накосячил? «Что не так? Математика плохая?» «Сколько ты над этим работал? Ты вообще спал в пятницу? Какого хрена?» «Это просто математика», — написал я. «Впереди ещё много работы. Я просто думаю, будет ли это хорошим началом или нет. Модель должна в значительной степени включать все ограничения и детали реального мира, необходимые для оптимизации. Теперь нам просто нужно разобраться с архитектурой ИИ, верно? У меня в этом не так много опыта, я надеялся, что ты возьмёшь на себя инициативу». «Я взгляну на математику и посмотрю, что нас ждёт. И хорошая работа, парень». «Спасибо». Больше он ничего не прислал. Ну, вот и всё, значит. Я был свободен от Накадзимы в обозримом будущем. Что ещё было в планах? Квикхаки? У меня всё ещё были те операционные системы, которые я мог декомпилировать и изучить. А после этого, может, наконец-то заняться кибероптикой и кибердекой. Как только я достаточно узнаю об операционных системах, я смогу тщательно прочистить новый хром, прежде чем вживлять его. 000 Прошло несколько дней, пока я как можно ближе знакомился с ОС киберимплантов. Модели, которые я изучал, были старыми, но написаны гораздо лучше, чем то устаревшее ПО, что показал мне Накадзима. Тем не менее, я не сомневался, что, зная то, что я знал, я мог бы установить несколько действительно хороших обновлений прошивки, которые стёрли бы и навязчивость хрома, и эту дерьмовую хрень с нейронной нагрузкой. К среде я наконец решил пойти за новым киберимплантом: декой и оптикой. В центре города были магазины, которые продавали хром, но не занимались установкой. Это было хорошо для меня, потому что установка хрома, по крайней мере, из легального источника, означала, что мои медицинские записи будут храниться в базе данных, к которой могли получить доступ городские власти. А мои медицинские записи включали бы украденный военный хром. К счастью, были магазины киберимплантов, которые продавали военные излишки, а также передовые потребительские товары за кругленькую сумму. Здравый смысл подсказывал, что мне стоит пойти к Мэйну, чтобы получить хром от рипердока, и я мог представить, что это будет дешевле, но кто знал, какие вирусы нёс их хром? По крайней мере, со свежим с завода товаром я мог быть уверен, что единственная херня, которую он содержал, исходила от производителя. И что он не будет включать в себя никаких непредвиденных механических недостатков. К чёрту это. Я больше не буду экономить на своём теле. Никогда. Магазин, в который я пошёл, — элитный, с белой плиткой и полированными белыми стенами — не делал чего-то такого плебейского, как выставлять сам хром в комнате, где были кассиры. Вместо этого он был безликим, стерильным и пустым, и за стойкой сидели два клерка в чисто-белом. Я подошёл к одному из них, мужчине лет сорока. — Мне нужен «Тетратроник Рипплер Марк 5» и оптика «Кироши Сентри». Брови мужчины поднялись. — Одну минуту, пожалуйста. Он ушёл в подсобку и через минуту вернулся с двумя стеклянными витринами, в одной из которых была пара шаров, заключённых в металл, а в другой — прямоугольная штука, похожая на материнскую плату. — Это будет пятьдесят одна тысяча девятьсот шестьдесят один. У нас нет планов оплаты. Наличными или кредитом? — Наличными, — сказал я. Он прислал мне платёжный интерфейс через NFC, и я заплатил без колебаний. Судя по тому, что я нашёл в сети, это была рыночная цена. Этот продавец был, очевидно, слишком пафосным, чтобы пытаться меня надуть. Или, скорее всего, он не владел ни одним из товаров в подсобке и, следовательно, не имел причин врать о ценах. Мужчина улыбнулся. — Вам доставить их на дом или вы заберёте их сами? — Я заберу их, — сказал я, осторожно взяв обе витрины. — Приятно иметь с вами дело. — Удовольствие было полностью моим, молодой человек. 000 Я в итоге сломал что-то в коде, пока занимался глазами. Это было нормально — у меня уже были резервные копии ОС — но каждый раз, когда я косячил, что-то другое решало сломаться. Снова и снова. Вероятно, это заняло у меня более ста часов, почти субъективную неделю, пока я наконец не смог починить глаза. Всё раздутое ПО, всё грёбаное шпионское ПО, и эта грёбаная хрень с нейронной нагрузкой, которая активировалась против конкурирующего хрома, потому что эти «Кироши» были частично произведены «Милитехом». Всё это исчезло. Слава грёбаному богу. Кибердека тоже была той ещё сукой. Потому что с ней не было ничего не так. По крайней мере, ничего, что я мог бы увидеть. Я просто ни на секунду в это не верил. Так что я продолжал искать, продолжал прочёсывать, продолжал искать, пока не нашёл: неэффективность памяти. Я позаботился об этом. Но это было всё. Просто небольшая некомпетентность корпоративного программиста, но никакой грязной игры, чтобы намеренно увеличить нейронную нагрузку. Была пятница, и я чувствовал себя как зомби. Я использовал Сандевистан, чтобы сэкономить время, и поэтому с трудом мог поверить, что прошло так мало времени. Но я сделал это. Я справился. Я позвонил Мэйну. Дэвид: Пора вживлять хром. Я нашёл этого рипердока в Арройо, которому, думаю, можно доверять, по крайней мере, по данным из Сети. Встретимся там? Мэйн: Конечно, подержу тебя за ручку, пока тебя будут потрошить. Как насчёт двадцати минут? Дэвид: Идеально. 000 Рипердок, которого я нашёл, работал в торговом центре в Арройо. Не самое худшее место для работы, и когда я вошёл в его кабинет, там пахло довольно чисто. Стерильно, почти. И Мэйн тоже был там, следовал за мной. Мне действительно собирались вскрыть череп. И выколоть глаза. В одно и то же грёбаное время. Так нова. И чтобы сделать всё ещё лучше, на этот раз это будет на моих условиях, с моими эдди. Никаких халяв и никаких проделок Дока. Рипер был азиатом и носил техновизор, как у Пилара, с красными огоньками. Он носил волосы в пучке, а на левой руке у него был экзоскелетный каркас. В данный момент он сидел на своём стуле, работая над чем-то на своём компьютере. Через несколько секунд он повернулся к нам и спокойно нас оглядел. — Кому? — Пацану, — сказал Мэйн грубо. — Глаза и кибердека. Я неловко поёжился. Это слишком напоминало, как мама водила меня к врачу. — Ты уверен, что хочешь этого? — мужчина посмотрел на меня, когда говорил. — Да, — сказал я. Я поднял коробки с хромом. — Вот эти. «Тетратроник Рипплер Марк 5» и оптика «Кироши Сентри». Какова стоимость установки? — Базовая ставка применяется для глаз и имплантов головного и спинного мозга, — сказал он, прислав мне свой прайс-лист. Пять тысяч за глаза, десять тысяч за импланты нервной системы. Цена Дока за установку Сэнди была тогда законной. Какого хрена. — Хорошо, — сказал я. — И, Мэйн, — я повернул голову, чтобы посмотреть на него. — Эй, Рипер. Просто хотел тебе сказать, клепнешь его хром, накосячишь с ним или с пацаном, я вырву тебе позвоночник из спины, и я оставлю тебя в живых достаточно долго, чтобы ты пожалел о своей херне, — он посмотрел на меня. — Доволен? Я улыбнулся. — Да. Если рипердок и был потрясён этим, он этого не показал. — Понял, — сказал он со скучающим вздохом. — Я уверен, вы знаете о рисках множественных имплантаций, но я всё равно повторю, раз уж мой позвоночник, похоже, на кону. Не лучшая идея. Вам стоит подождать немного между установками. Но если вы всё же решитесь, убедитесь, что подождёте по крайней мере три месяца для дальнейших обновлений выше шеи. Тем не менее, это не самое рискованное, что кто-то делал с хромом, так что вам не стоит слишком беспокоиться. — Окей, — сказал я. — И мне также понадобится анестезия. Мэйн фыркнул. — Какого хрена она тебе нужна? — Анестезия включена, — сказал он. — Как и противошоковая сыворотка и все другие необходимые химические инъекции, чтобы поддерживать ваш уровень стресса на низком уровне для имплантации. Травматичное вживление — верный способ стать киберпсихом, если повторять. — Пфт, — сказал Мэйн. — Делай как знаешь, парень. Хочешь, чтобы я подождал, пока тебя будут потрошить? — Всё в порядке, — сказал я. — Я уверен, он понял. — К тому же, это было неловко. — Всё в порядке, — сказал он. — Мне всё равно нечего делать. Я подошёл к креслу и сел. Рипер надел мне на череп фиксатор, который удерживал меня на месте. — Спокойной ночи, парень, — сказал он, когда мне в шею вонзилась игла. Это было последнее, что я помнил. 000 Когда я очнулся, я видел лишь тьму. А затем — экран загрузки. Шла установка «Кироши». Система запустила диагностику, не нашла ошибок, и настройка продолжилась. Она запустила небольшое упражнение, чтобы считать мои предпочтения — как мне нравится двигать глазами, как она может облегчить мне доступ к настройкам и запуск программ. Когда всё закончилось, мои глаза включились, и было такое чувство, будто я наконец-то прозрел, словно всю жизнь носил самые мутные в мире очки. У меня чуть не разболелась голова от того, что всё стало таким ярким, таким чётким. — Ты снова с нами? — спросил рипер. Я кивнул. — Помочь с настройкой? — Нет, спасибо. Уже закончил. — Ты подготовился. Я пожал плечами. В смысле, я, по сути, создал всю ОС с нуля после всей той херни, что она мне подкинула. Я отказался от простой правки кода и вместо этого просто переделал его, лучше, чем раньше, и без вредоносного багажа, который они в него впихнули. Дэвид: Нэнни, как интеграция? [Слегка несовершенна, но ничего, что одна активация Сандевистана не исправит в мгновение ока.] Я последовал совету и тут же почувствовал огромную разницу. Вес, который новые глаза, казалось, давили на мои глазницы, полностью исчез, и теперь они ощущались естественнее, чем когда-либо. Даже затылок стал чувствовать себя лучше. Точно, «Рипплер»! Я встал и подошёл к рюкзаку, который принёс в клинику, достал свою кибердеку и так легко соединил с ней «Кироши». Затем я открыл меню кибердеки, словно напрягая третью руку. Охрененно гладко. Там были удобно расположены слоты для квикхаков, и я заменил заводскую версию «Пинга» на свою. Система попросила подтвердить сообщение, и на всякий случай, если она вдруг окажется лучше, я скачал заводской «Пинг» в свою кибердеку и активировал его. Мощность «Пинга» также зависела от мощности твоей кибероптики, а моя была самой передовой. Я видел всё в радиусе тридцати пяти метров. По крайней мере, каждое устройство. Не их формы, а их присутствие. Людей я мог считывать только с пятнадцати метров. Я скачал свой собственный «Пинг» с кибердеки и использовал его вместо заводского. Мой радиус действия увеличился многократно. Весь торговый центр и часть следующего квартала были охвачены моим массивным «Пингом», и этот радиус включал и людей. Какой бы дисбаланс ни мешал мне сканировать людей так же легко, как обычные устройства, он был устранён. И не только это, я мог легко начать квикхак любой из целей в моём головокружительном радиусе. Охрененно нова, мой мозг гудел! Это ощущалось даже безумнее, чем тот БД нетраннера ДжейКея, который я смотрел все эти месяцы назад; тот гонк и близко не стоял к мощи моего «Пинга». — Вот дерьмо! — воскликнул я. — Это так прем! Я посмотрел на Мэйна и рипера, которые в моём зрении были лишь очертаниями. У Мэйна было больше всего точек доступа, так как он был частично из металла, а у рипера было сравнительно меньше уязвимостей. — Блядь, да! Не могу дождаться, чтобы квикхакнуть Люси! Мэйн рассмеялся. — Веселишься, пацан? — Я теперь настоящий нетраннер! — Да неужели? Моё сердце переполнялось радостью и волнением. — Я вижу всё, Мэйн. И не только глазами. Мой «Пинг» передаёт мне визуальные данные прямо в глаза и на деку, то есть я буквально вижу всё, что излучает сигнал, почти в ста метрах отсюда! Я, блядь, тащусь, чувак, это офигенно! — Ха-ха! — Поздравляю, пацан, — сказал рипер. — Постарайся не слишком напрягать эту деку, иначе поджаришь себе мозги. У тебя ещё и Сандевистан, так что будь особенно осторожен. Не зря люди не ставят больше одного импланта нервной системы. Два — это уже на грани. — Понял, — сказал я. — И спасибо, мужик. Ты не подвёл. Хорошая установка, интеграция прошла без проблем. — Откуда ты знаешь? — спросил рипер, скрестив руки. — Я, э-э, — усмехнулся я. — Просто чувствую. — Ну, не хочу хвастаться, но я знаю, что делаю, — сказал он. — И не потому, что мне нужны твои деньги или что-то в этом роде, ты тоже можешь мне доверять. Я серьёзно отношусь к своей работе. По крайней мере, серьёзнее, чем другие в моём деле, — сказал он, бросив взгляд на Мэйна. — Но не начинай сейчас борговаться, следуя примеру своего друга. Я тебя отключу после определённого количества; у меня есть этические стандарты. — Грубый ублюдок, — Мэйн встал и пошёл к двери. — Ты идёшь, Ди? — Да, — сказал я. — Ещё раз спасибо. — Я взял рюкзак и уже собирался уходить, как мне кое-что пришло в голову. Я обернулся к риперу. — Могу я увидеть… свои глаза? — Конечно, — рипер указал на кровавый поднос, где лежали мои глаза, всё ещё прикреплённые к своим стебелькам. Они были повёрнуты ко мне, безжизненно глядя. Почти умоляюще. Я хмыкнул. Раньше они были моей плотью, частью меня, но они не поспевали, так что я оставил их позади. Я совсем не собирался по ним скучать. 000 Прежде чем забыть, я решил оплатить и следующий семестр, чтобы быть в плюсе. Теперь каждый потраченный эдди будет потрачен с чистой совестью. Мэйн отвёз меня от рипера к Альдо, где решил поговорить со мной за бутылкой водки, как ни странно. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая сцену в расслабляющие закатные цвета. Мы сидели за столом под зонтиком, оба лицом к городу по разные стороны стола. — У тебя есть ствол, пацан? — спросил он меня. — Не-а, — сказал я. — Я больше по мечам, если ты можешь в это поверить. Он усмехнулся. — Знаешь, ты самый странный пацан, которого я когда-либо встречал. Никто и близко не стоял. — Спасибо, — сказал я с ухмылкой. Я почти смирился с тем, что всегда буду чудаком среди эджраннеров. — Тебе стоит это взять, — сказал он, подвинув мне пистолет через стол. — Никогда не знаешь, когда он может пригодиться. — Не-а, — я покачал головой. — Почему? Я посмотрел на пистолет, и единственное, что я мог видеть, когда использовал его, — это снова маму, и нашу машину, которую расстреливали из пулемёта. Это было иррационально, конечно, но это всё равно не имело значения. Мне не нужно было бороться с этой конкретной травмой, как я пробивался сквозь свою сомнифобию, потому что мне не нужно было использовать пистолет. — Это не мой стиль, — просто сказал я. — Пистолеты и я несовместимы. К тому же, Сандевистан — это всё, что мне нужно. — Не будь дураком. Просто держи его при себе. На всякий случай. Когда-нибудь настанет время, когда этот твой Сэнди не сможет тебя спасти, и тогда ты пожалеешь, что не был при стволе. А пока держи. Я вздохнул и взял его. — Так. Как дела с Люси? — спросил он. — С Люси? Нормально, — сказал я. — Ну, по крайней мере, когда мы встретились на прошлой неделе, — сказал я. — Потом я вроде как случайно сжёг её источник дохода, и с тех пор она злится. — Что вы делали в прошлый раз? — Мы бегали, — сказал я. — Бегали? Что ещё? — Потом мы поели, — сказал я, и я знал, что будет дальше. — Поели? Вы ходили на свидание? — Не так, — сказал я со вздохом. — Мы просто зашли в закусочную. Поиграли в какую-то аркадную игру, но это всё. Она довольно дерьмово со мной попрощалась, потому что я столько раз её уделал в игре. — Ха! — усмехнулся Мэйн. — Люси не любит, когда её унижают. Она знает себе цену, но это ей вскружило голову. И судя по тому, что я видел, она не ненавидит тебя настолько, чтобы обнулить, если ты всё ещё стоишь на ногах, что говорит мне, что эта злость на самом деле, — он наклонился ко мне. — Любовь. Моё лицо вспыхнуло, когда я быстро покачал головой. — К чёрту это. Она меня ненавидит, и я не хочу иметь с ней ничего общего. Она буквально думает, что я какой-то подхалим без redeeming values. Что я должен с этим делать? Бросить учёбу, чтобы ей угодить? — Без понятия, — сказал он с усмешкой. Он взял бутылку водки и выпил четверть залпом, затем протянул её мне. Я сделал глоток, проглотив боль и желание тут же вырвать. — Всё, что я знаю, — сказал Мэйн. — Это то, что тебе стоит дать этой маленькой девочке шанс. Она одинока, знаешь. Нет настоящих сверстников, а Киви для неё скорее наставник, чем друг. Но под этой маской ледяной принцессы скрывается мягкость. Я это видел. И было бы жаль позволить ей идти по жизни в одиночестве. К тому же, я никогда не видел её такой оживлённой. — Она меня ненавидит, — повторил я, и на этот раз я не мог отрицать чувство боли, которое вызвало это предложение. Это было так глупо с моей стороны. Почему меня волновало, что она меня ненавидит? Она была красивой, и поэтому я повёлся на её игру. И, конечно, она была довольно нова, прежде чем у неё коротнуло и она начала постоянно на меня наезжать. — А ты её ненавидишь? Я пожал плечами. — Нет. Не могу, на самом деле, после того, как мы потусовались и всё такое. Не могу её винить за то, что она на меня наезжает, честно говоря. Я просто ненавижу, что она не может видеть меня таким, какой я есть. — Я понимаю. Ну, с этим ничего не поделаешь, кроме как проводить больше времени вместе. Пригласи её на ещё одну пробежку или что вы там, блядь, делаете. Сегодня пятница, и ночь ещё молода. Я взял бутылку водки и сделал ещё один глоток. А затем ещё один, потому что мой следующий поступок требовал этого. Я позвонил Психопатке. Психопатка: Что Дэвид: Угадай, кто наконец-то обзавёлся кибердекой и «Кироши». Психопатка: Ты, блядь, не мог. Дэвид: «Тетратроник Рипплер Марк 5» и оптика «Сентри» Психопатка: Ты кусок дерьма. Я усмехнулся. Дэвид: Почему бы нам не встретиться, чтобы я мог тебе показать? Психопатка: Думаешь, новая техника может заменить мастерство, корпо? Деньги не заменят настоящую вещь, знаешь. Я стиснул челюсти. Дэвид: Как ты собираешься доказать, что ты лучше? И мы работаем на одной работе, так что ты не можешь называть меня корпо только потому, что у меня больше денег, чем у тебя. Психопатка: Встретимся в «У Тьюринга». Кто первый сломает ЛЁД другого, тот и победил. Никаких квикхаков, только «Взлом протокола». И никаких демонов, раз уж я знаю, что ты большой ребёнок. К чёрту, да, я не хотел, чтобы она вживила мне грёбаный вирус. Как это было по-детски? Дэвид: Проигравший покупает победителю выпивку до конца ночи, пока победитель не будет доволен. Психопатка: Ты уверен, что можешь себе это позволить после той херни, что ты купил? Дэвид: Не беспокойся о моём кошельке, Психопатка. Беспокойся о взбучке, которую ты получишь. Психопатка: О, ну всё, Корпо-пизда. Она закончила звонок. — Ну? — спросил Мэйн. — Вы встречаетесь? — Да, — сказал я с улыбкой. — И если я правильно разыграю карты, я получу бесплатную выпивку на всю ночь. 000 Я взял такси почти до самого места встречи. Как только я оказался в ста метрах от «У Тьюринга», я активировал «Пинг». Я видел всё. Всё, кроме Люси. Странно. Я вбежал в заведение и пошёл в ванную, где планировал продолжать активировать «Пинг». Я сделал это один раз— Дверь кабинки открылась, и из неё вышла Люси, каким-то образом невидимая для моего «Пинга». Она отправила мне «Взлом протокола». Моего Self-ICE было недостаточно, чтобы помешать ей пробиться. Всё, что он мог сделать, — это защитить мои данные, но обойти мою кибербезопасность было для неё легко, даже не подключаясь ко мне. Теперь я был полностью уязвим для её квикхаков. — Какого хрена! — крикнул я. Дерьмо. — Как ты… — крикнул я. — Как ты вообще узнала, что я сюда приду?! Она широко улыбнулась. — Потому что, дурачок, взлом — это не только оперативная память и размер буфера. Это ещё и социальный аспект. Дэвид, я тебя раскусила, знаешь. Я, блядь, тебя знаю. И это делает тебя предсказуемым. Я зарычал. — Как ты скрылась от моего «Пинга»? — Не пойми меня неправильно, «Пинг» был сильным, и твоё снаряжение сделало его ещё сильнее. Просто на других нетраннерах он не очень хорошо работает. Хочешь знать почему? Это из-за её кибердеки? Может, использовала хак, чтобы замаскировать свои сигналы? Возможно. Типа плаща-невидимки из ЛЬДА. Я мог представить, как это возможно. И я мог представить, как это обойти. — Ты замаскировала свои сигналы, — сказал я. — Достаточно очевидно, — сказала она. — Хочешь знать как? — Нет, — сказал я. — Я сам разберусь. Не то чтобы ты мне сказала, если бы я спросил. Она хихикнула. — Ты быстро учишься, парень. — Пошла ты, ты моего возраста! — На два года старше, — сказала она. — И, кажется, мне обещали выпивку до конца ночи, пока я не буду удовлетворена, если я правильно помню. — Она вышла из ванной, и я покорно последовал за ней. Но мой «Тетратроник Рипплер» и «Кироши»…! Как вы могли меня так подвести?! Она ждала на стуле у бара. Я сел рядом с ней, удручённый. Она посмотрела на меня суженными глазами. — Ты стал выше, — сказала она. — Хром или органика? — Органика, — сказал я. — Просто человеческий гормон роста. — Я теперь выше неё, если подумать. Я ещё не измерялся, но должен быть около пяти футов девяти дюймов. — Ты определённо не терял времени на самомодификации, — сказала она. — Я хочу шот водки. — Я заказал два, тоже с помощью кибероптики. Я никогда не устану пользоваться этими малышками. Они могли бесшовно подключаться ко всему, к чему могло подключиться удалённое устройство. Это было чертовски прем, и в сто раз лучше тех жалких роговичных имплантов. И они были моими. Софт был написан мной, содержал меры кибербезопасности, сделанные мной, и падёт от моего мастерства и ничьего другого. Я мог гордиться этим, если ничем другим. — Ты отследила мой «Пинг», — сказал я. — Как? — Ну, это потому, что я уже тебя пропинговала. И его легко отследить, когда знаешь точку происхождения. Но должна сказать, это была неплохая программа. Даже для тебя. Сколько она стоила? Я знаю, что это не заводской стандарт. — Я сам её написал, — сказал я, наблюдая за ней в ожидании впечатлённой реакции. Она подняла бровь, но это было всё. — Объясняет очевидную слабость, — сказала Люси. — Ту, которую я использовала. Хорошая работа, просто не хватает опыта в поле. — У тебя есть «Рипплер»? — спросил я. — Не нужен, — был её быстрый ответ. — Я думаю, это весело — создавать что-то эффективное в рамках ограничений. Заставляет полагаться на хороший код, а не на хорошие характеристики. Слишком много дерьмовых раннеров думают, что можно проехать на плохой оптимизации и огромном раздутом ПО только потому, что половина их мозга — хром. Но чрезмерные мозговые моды не делают хорошего нетраннера. Только уязвимого. Не ходи и не траться на перераспределители ОЗУ и прочее, просто сосредоточься на своём коде. Принесли шоты водки. Я поднял свой и пробормотал короткое «Канпай». — На здрове, — сказала она, подняв свой шот. Она выпила его залпом. — Ты русская? — спросил я. — Я думал, ты японка. — Моё полное имя Люцина, — сказала она. — Я наполовину японка, наполовину полька. — А, моя вина, — сказал я. Я посмотрел на меню напитков, чтобы найти что-то, что не было водкой. С Мэйном я уже наелся. Я нашёл штуку под названием «Мичелада», в которую входили пиво, лайм, специи и острый соус. Не считая газировки, это звучало весело. По названию звучало по-латински, так что, может, мне понравится. Я сделал заказ глазами. — Какой хром у Киви? — Не знаю, — сказала Люси с пожатием плеч. — Мы не ходим и не рассказываем людям, какие у нас деки. А если и делаем, то обычно после того, как лично перепишем ОС. — О, — сказал я. — Да, это важно. Тогда ты знаешь о её уязвимостях. И ты можешь оптимизировать код. — Насколько я слышал, «Рипплеры» уже довольно хорошо оптимизированы, — сказала она, и я кивнул. — Да, так и было, и в нём не было никакого шпионского или раздутого ПО, которого я ожидал, но мне удалось повысить эффективность примерно на двадцать процентов, просто исправив некоторые математические ошибки. Он использовал довольно базовые принципы и придумывал наивные решения, которые не применялись к более широкому кругу крайних случаев. Люси подняла на меня бровь. — Ты несёшь чушь. Ты не оптимизировал грёбаный «Рипплер Марк 5». По крайней мере, не на двадцать процентов. — Разве я не должен был этого делать? — Ты этого не делал. — Да, делал! — сказал я. — Тогда докажи! Я остановился, чтобы подумать. — Нет. Не буду. Тогда я бы поделился с тобой уязвимостями нового кода. — Ты просто болтун, Мартинес, — прибыла моя «Мичелада». — Эй, я хочу ещё шот. Я заказал один. Аллистер был прав. Даже если я был чертовски богат, меня всё равно раздражало, когда приходилось выкладывать деньги кому-то по их прихоти. Важна была не сумма — сейчас она была ничтожной. Важен был принцип. — Эй, Люси, — сказал я. — Как ты вообще стала такой хорошей в нетраннинге? В смысле, не хочу тебя принижать или что-то в этом роде, но насколько ты хороша по сравнению с другими раннерами? Все такие, как ты? Я просто дерьмо? — Ты хорош, Дэвид. — Она прислонилась к стойке и посмотрела на меня. Она сказала это с большей искренностью, чем я ожидал. Я был полностью готов к оскорблениям, так что это застало меня врасплох. — В некоторых областях лучше меня, в других — хуже. Не сравнивай себя со мной. У нас разные сильные стороны и стили. Ты хорош в строительстве. Лучше, чем большинство людей, которых я встречала, как в реальном мире, так и в киберпространстве. А я хороша в разрушении. Лучше, чем почти все, кого я встречала. Я ломаю ЛЁД и создаю самых мерзких демонов. Я сжигаю системы дотла. Я киберчума. Но я… — она остановилась. Принесли её шот, и она выпила его залпом. — Да, не зацикливайся на сравнениях. Ты молод, но это не значит, что у тебя нет навыков. Не позволяй никому тебя за это унижать. — И длинноногим технарям тоже? — сказал я. Люси хихикнула. — Я вижу, ты имел удовольствие пообщаться с этим долговязым ублюдком, — сказала она. — Пилар любит цепляться за чувство превосходства. Если не мастерство, то возраст. Это немного грустно, но в конце концов это не имеет значения. Не если у тебя есть то, что нужно. — Забавно, — сказал я. — Кибердека — это всё, что нужно было, чтобы ты увидела во мне другого человека? — Что ты имеешь в виду? — спросила она. — Ну, ты была милой. До сих пор. Спасибо за это. — О, — пробормотала она. — Точно. — Эй, прости за ту кражу чипов, которую я затянул, — сказал я. — И за то дерьмо, что я сказал тебе в «Турбо». — Не помню, не волнует, — сказала она. — Дело с чипами тоже довольно быстро замялось. Всё, что они сделали, — это повесили знаки, предупреждающие о карманниках. Мне это не повредило. — Это хорошо, — сказал я. — Не становись таким мягким, корпо-сука, — сказала она с насмешливой улыбкой. — Мне вроде как нравилась наша динамика. Нравилось видеть, как ты дуешься и ноешь. Где вся эта желчь и яд? — Пошла ты, — сказал я. — Это ты сумасшедшая, раз предпочитаешь, чтобы мы всё время дрались. Я не хочу иметь ничего общего с твоим извращённым дерьмом с унижением. — Ещё, — сказала она, жестом указывая на шот. Я зарычал. — Ты не слишком быстро идёшь? — сказал я. — Если это заставляет тебя ныть и стонать, то нет. Я закатил глаза. Я сделал более глубокий глоток «Мичелады». На самом деле, она была довольно вкусной. Затем я заказал ей ещё один шот. — Я не понесу твою пьяную задницу домой. — Думаешь, я напьюсь? У меня биомоны, идиот. — Окей, — сказал я. Я заказал ещё десять шотов водки. Через минуту пришёл бармен с подносом и бросил на Люси слегка disgusted взгляд. Люси свирепо посмотрела на меня, и я не мог не рассмеяться. — Давай, бухарь. — Ты такой маленький кусок дерьма, знаешь? — Они все для вас, мадам, — сказал я. — Разве это не по вкусу её высочеству? — Вообще-то? — она скрестила руки и села прямо. — Нет, не по вкусу. — Она взяла один шот. — Я устала от водки. Теперь хочу текилу. Пошла она. Я заказал десять шотов текилы. Бармен пришёл с ещё одним подносом, широкоглазый и недоверчивый. Люси закусила нижнюю губу, её глаза были широкими и обещали насилие и смерть. — Давай, королева ЛЬДА, — сказал я, жестом указывая на ассортимент напитков на её части стойки. — Для тебя! Она взяла ещё один шот. Она, блядь, быстро их пила, и, казалось, её это не особо беспокоило. Я допил свою «Мичеладу» и потянулся за одной из водок. Она шлёпнула меня по руке. — Они мои. Вау! Почему я искушал судьбу, когда сказал, что она была милой? Это, очевидно, была грёбаная ловушка! Безумие вернулось! Я заказал себе текилу. Бармен пришёл с ней, но просто смотрел на её океан напитков, когда ставил её передо мной. Он ничего не сказал, но его глаза говорили тысячу слов. Я, блядь, любил этого парня. — Я, блядь, убью его, — прорычала Люси. — В чём его проблема? — У него здравый смысл, Люси. Я знаю, тебе это не нравится, но это называется здравым смыслом по причине. Не его вина, что ты ненормальная. Я взял шот, и Люси отразила меня. 000 Пятнадцать шотов крепкого алкоголя спустя, и Люси наконец начала проявлять признаки опьянения. — Я тебе говорю, идиот, — сказала она. — Забудь грёбаный «Калибурн», он тупой и дорогой без причины. Он не маневрирует так же хорошо, как байк. И у тебя есть спидвер, так что в чём дело, ты, большая киска? — Не знаю, — пробормотал я. — Конечно, он дешевле, так что его не клепнут так быстро, но я живу в мегабашне, знаешь. — Просто возьми VIP-гараж. — Хммм, — сказал я. — Ладно, тогда. Звучит весело. Мне придётся изучить характеристики и сколько это стоит. Из того, что Люси уже сказала мне, я мог получить транспортные средства и от фиксеров. Если у меня будет достаточно репутации с одним, они даже продадут его дешевле, если это часть их бизнеса. Мне придётся когда-нибудь связаться с Эль-Капитаном. Я просто отправлю ему сообщение прямо сейчас. «Ты продаёшь какие-нибудь «Яиба Кусанаги»? CT-X 30 что-то?» Эль-Капитан печатал. «CT-3X. И да. Шестьдесят шесть тысяч. Это дешевле, чем у твоего местного автодилера, это точно». «Б/у или новые?» «За кого ты меня принимаешь? Слегка б/у. Отремонтирован, так что как новый». «Можем встретиться завтра?» «Нова. Увидимся, чумба». — Думаю, я беру байк, — сказал я, слова вырвались, когда во мне забурлило волнение. Должен ли я действительно назначать эти встречи под влиянием? Эх, почему бы и нет? Ездить на NCART каждый раз, когда у меня было столько денег, казалось глупым. Это должно было случиться рано или поздно. — Не забудь про моды! — сказала Люси так, будто от этого зависела её жизнь. — Базовая мощность всего сто восемьдесят три лошадиные силы, но с полной переборкой двигателя, снятыми ограничителями скорости, апгрейдом ChewTwoCharge X, шинами с высоким коэффициентом трения и электромагнитными приводами крутящего момента, ты сможешь разогнать его до шестисот двадцати лошадиных сил, а скорость со снятыми ограничителями? Просто, блядь, легендарная! И о управляемости тоже не беспокойся. С твоим спидвером и техно-колёсами ты будешь входить в повороты как по маслу! Она хотела меня убить. Я отправил список модификаций Рейесу, потому что мне было интересно, во сколько мне это обойдётся. «Ты хочешь умереть, пацан?» — был его ответ. Затем пришёл ещё один. «Тридцать тысяч сверху, можешь обменять на данные «Травма Тим». Но тебе придётся либо научиться обслуживать его самому, либо тратить пять тысяч каждый месяц на техобслуживание. И я почти уверен, что ни один из этих модов не разрешён на дорогах. «Яиба» и так быстрая как чёрт, это уже перебор». «Я подумаю». Может, у трезвого Дэвида хватит мудрости сказать «нет». — Уф, — Люси посмотрела на ассортимент пустых стаканов перед собой. Осталось всего пять полных шотов, два водки и три текилы. — Допивай. Я дельтую. Я выпил один и смотрел, как она встаёт, а затем чуть не падает лицом в пол. Я быстро встал, чтобы схватить её, восстановив равновесие. — Ты в порядке? — спросил я. — Да, — сказала она. — Отпусти. Я просто пойду домой. — Ты уверена, что в порядке? — она стряхнула мою руку и сделала несколько неуверенных шагов вперёд. — Да, тупой ты гонк, у меня биомоны, помнишь? Она врезалась в стол. Я удержал её, прежде чем она успела упасть. — Я отвезу тебя домой, — сказал я. — Боже, Люси. Ну ты и слабачка. — Неважно, что она выпила в три раза больше меня, я просто хотел её поддеть. — Ладно, — сказала она. — Плевать. Не думай, что я тебе что-то должна, тупой идиот. Это часть платы за проигрыш. — Конечно, — сказал я. Я вызвал такси своими «Кироши». Я ввёл адрес Люси, и такси «Деламейн» прибыло вовремя. Поездка прошла в тишине. Я нарушил её через несколько минут. — Спросил у своего фиксера про моды для байка. Он спросил, не хочу ли я умереть. Она хихикнула. — В чём дело? Боишься? — У тебя есть байк? — спросил я её. — Раз уж ты так в этом разбираешься. — Да, — сказала она. — Раздолбала. Коплю на новый. Грёбаная штука такая дорогая. Ну, это был самый быстрый байк на рынке, даже без всех модов. Я с нетерпением ждал возможности пересечь весь Найт-Сити менее чем за десять минут. С Сандевистаном и «Пингом» я бы отлично справлялся с трафиком и скоростью. Не мог дождаться, чтобы попробовать. Мы вышли из такси, и я практически на себе донёс Люси до её квартиры. Она ввалилась внутрь, случайно потянув меня за собой. — Вот ты и дома, — сказал я. — Мне пора. — Подожди, — сказала она. — Услуга ещё не оказана. Закажи мне еды на вынос. Я, блядь, голодная, — она рухнула на диван. Я закрыл за нами дверь. Прошло всего две недели с тех пор, как я был здесь, но казалось, прошла целая жизнь. Я вздохнул. — Ты серьёзно? — пробормотал я, входя в локальную сеть и ища номера доставки еды. — И убедись, что это не дерьмо. Я хочу бургеры и картошку фри. Я выбрал бургерную с самым высоким рейтингом в районе и сделал заказ на два бургера и две картошки фри, одну воду и николу. Я сел на подоконник, ожидая. Люси включила телевизор. Он был настроен на новости. «—эпидемия киберпсихоза охватила Джапантаун! Киберпсихи из «Мальстрёма» вышли на улицы, и «Макс-Так» был поднят по тревоге, но трудность заключается в обнаружении боевиков и прекращении их бесчинств». — Чёрт, — пробормотал я. — Это всего в паре кварталов отсюда. Люси даже села. — О боже. В новостях говорилось, что в подрайоне временно введён режим чрезвычайной ситуации. Любой, кого застанут на улице, будет расстрелян полицией без вопросов. — Чёрт! — прошипел я. — Я не могу выйти? — Я не получу свою еду?! — крикнула Люси. — Чёрт побери. — Сосредоточься, Люси! — сказал я. — Что мне делать? Она посмотрела на меня как на идиота. — Можешь просто поспать на моём диване. Я сузил глаза. — Ты не выколешь мне глаза и не клепнешь деку, пока я буду спать, не так ли? Она рассмеялась. Вау, это прозвучало зловеще. — Эй, Дэйв, — сказала она. О, чёрт, нет. Дэйв? Кто я, чей-то отец? — Проверь мой холодильник. У меня там, наверное, есть буррито. И мне бы не помешало поесть. — Я не твой раб, знаешь, — сказал я. Но я всё равно пошёл к холодильнику, потому что не хотел спорить с пьяной Люси. Я достал для неё два буррито и положил их на её кофейный столик. — Что скажешь, слуга, — сказала Люси. — И не называй меня Дэйв, чёрт побери, — простонал я. Она просто начала есть своё буррито. Не могу поверить, что я здесь застрял. Так странно. И с Люси из всех людей. Она просто вышвырнет меня в какой-то момент, и тогда мне придётся испытать удачу против полиции и киберпсихов-гангунов. Что за хрень? Я мельком увидел её плакат с луной и вспомнил, что она мне сказала. Она думала, что этот город в десять раз хуже луны, даже зная, насколько плоха луна. — Эй, Люси? Почему ты так ненавидишь Найт-Сити? Она перестала есть. Она сглотнула и просто замерла. — Это не город, — сказала она. — Это вся планета. — А? — Ты не поймёшь, — сказала она. — Попробуй. — У тебя когда-нибудь корпорация отнимала всё, Дэвид? — сказала она, всё ещё глядя вперёд, на голо-телевизор, который всё ещё показывал кадры массовых убийств в новостях. — Всё твоё тело, твою душу, и всё, что ты есть? И когда ты пытался сбежать, ты понимал, что не можешь? Что нигде не безопасно? Я ничего на это не сказал. В конце концов, я не мог полностью понять. — Так я и думала, — сказала она. — Ты не поймёшь. — Когда мне было десять, меня заставили принять участие в незаконном корпоративном эксперименте. Люси повернула ко мне голову, широко раскрыв глаза. — Я должен был получить ростовой нейрочип и прививку. Вместо прививки врач ввёл мне экспериментальные наноботы. Только через день его поймали. Думаю, его заставили исчезнуть или что-то в этом роде. В любом случае, после этого у меня каждую ночь начались ночные кошмары. Каждый раз, когда я засыпал, мне приходилось решать математические загадки и логические головоломки, иначе мой мозг поджарился бы. Я был уверен, до глубины души, что умру, если облажаюсь, так что мне приходилось быть начеку, постоянно. — Я усмехнулся. — Оказалось, это был дерьмовый протокол безопасности. Наниты хотели меня убить, потому что я не был авторизованным пользователем. И мне приходилось каждый раз взламывать его, просто чтобы остаться в живых. Корпорация, которая это сделала, была «Биотехника», но они так и не заплатили мне или что-то в этом роде. Мама считала, что так лучше, оставаться под их радаром, чтобы они не попытались меня «вернуть» или что-то в этом роде, за то, что я был одним из немногих выживших в этой херне. — И у тебя… — сказала Люси. — Всё ещё есть эти наниты? — Да, — сказал я. — Всё ещё там. Я понял, как заставить их работать на меня, теперь. Помогают мне лечиться и всё такое. — Помогают тебе использовать Сандевистан так много раз, — сказала она, её глаза были широкими. — Вот как ты это делаешь. Я кивнул. — Суть в том, — сказал я. — Что я не чужд злым мегакорпорациям, которые наёбывают маленького человека. Я тоже был жертвой. Я не мог спокойно спать семь лет. Ты знаешь, каково это, Люси? Бояться даже минуты отдыха, думая, что она может быть последней? — Да, — сказала она. — Я знаю… я знаю это слишком хорошо. Больше она ничего не сказала. Я и не хотел, чтобы она открывалась. Мне не нужна была эта информация о ней. Всё, чего я хотел, — это чтобы она не думала, что я кусок дерьма. — Эй, — сказала она. — Дай я тебе кое-что покажу. 000 Мы оба лежали на её кровати, каждый в венке БД. Следующее, что я увидел, — это чёрное небо, усеянное звёздами, солнце ярче всего, что я когда-либо видел в своей жизни, и океан серого камня и пыли. И на нём была Люси, смотрящая на это море спокойствия, окутанная его красотой. И я не мог не смотреть на неё по той же причине. На фоне играла какая-то банальная поп-песня, пока я делал небольшие прыжки, которые подбрасывали меня на несколько футов. — Охренеть! Не могу поверить, что я когда-либо говорил об этом месте плохо, это потрясающе! Люси рассмеялась. — Ты так думаешь? — Я чувствую грёбаное солнце! Всё кажется таким реальным! — Я подпрыгнул так высоко, как только мог, и сделал сальто в воздухе. — Это была кастомная правка! Я приглушила солнце, чтобы оно не поджарило меня до хрустящей корочки. Что, хочешь, чтобы я вернула его на полную мощность? — Ни за что! — рассмеялся я. — Это потрясающе! — Ты выглядишь нелепо! Я проигнорировал её и подпрыгнул ещё выше. — Это так нова! Она последовала за мной, синхронизируя наши прыжки. — Пойдём со мной, — сказала она. Мы шли по безвоздушной поверхности луны, наблюдая за астронавтами, работающими в одном лунном кратере, мимо которого мы проходили, она впереди меня. Она протянула мне руку, и я осторожно потянулся к ней, прежде чем она просто схватила её и прыгнула в кратер. Мы оба полетели, приземлившись на лунный багги. Она села за руль и тут же завела его, пока я держался за шасси изо всех сил. Вот же гонщица. Она отвезла нас к кратеру и создала космические шлемы. — Зачем? — спросил я. — Для веселья, — был её простой ответ. Мы поднялись на холм, просто наслаждаясь обстановкой, и она создала для себя напиток. Она начала пить из него, а затем бросила его мне. Моё лицо начало гореть, когда я посмотрел на кончик соломинки, где был рот Люси. Это было глупо. Это был просто её аватар, даже не настоящая вещь, неважно, насколько велико было разрешение БД. Я всё равно выпил из него. Моя первая ошибка. Это была газированная вода. Худший напиток во вселенной. Вся газированность содовой, без настоящего вкуса или алкоголя, который делал бы боль стоящей. Я снял шлем и бросил его на пол, набирая высоту, пока Люси смеялась надо мной. Вскоре мы прибыли к самому большому лунному кратеру, большая часть которого была покрыта непроницаемой тьмой, которая казалась мне почти неестественной. Она села на край, и я рядом с ней. — Никогда никому этого не показывала, — сказала она. — О? — Я в шоке посмотрел на неё. — Тогда… почему я? — Не знаю, — сказала она. — Я правда не знаю. Может, чтобы ты перестал трепаться о луне. — Окей, — сказал я. — Прости, — тут же сказала она, и я не мог поверить своим ушам. — Я… я не знаю. Просто показалось правильным показать это тебе. — Прем, — сказал я. — Здесь хорошо. — Знаешь, ты и я, — сказала она. — Мы не так уж и отличаемся, я думаю. — Хм. — Я свесил ноги над кратером, поражаясь контрасту между моими ногами и тьмой внизу. — Может, это была ошибка. Я посмотрел на неё, и она грустно улыбалась. — Что… ты имеешь в виду? — спросил я. — Я… я просто пьяна, — сказала она. — Это ничего. — О, — сказал я. — Окей. — Окей? — кисло спросила она. — Я думал, это было весело, — сказал я. — Тусоваться… с тобой. Не ошибка или что-то в этом роде. Кажется правильным, знаешь? — Я не мог остановить внезапный поток слов. Я не знал, какие слова были правильными, поэтому я компенсировал это, просто говоря их все и надеясь, что что-то сработает. — Мы должны сделать это снова. Её глаза расширились, и она отвернулась. — Конечно, — пробормотала она. Вскоре после этого мы отключились. Я взял диван, а она — кровать. Примечания: «Кровавый всплеск эджраннера» уходит на производственный перерыв на этой неделе! Я предпочитаю иметь несколько написанных и неопубликованных глав, чтобы я мог вносить изменения в более ранние главы, когда приходит вдохновение.