Призрак тишины

Янь Хэ… Утром, с рассветом, как и всегда, мы с братом Лу двинулись дальше. Он пребывал в своих мыслях, а я в своих. Я думал о младшем соученике Шуй Дэ. О том, что его будут искать, а когда не найдут даже тела, только трупы его послушников, сделают правильные выводы. Гнев на меня, на его убийцу, не заставит себя долго ждать. Глава наемников обрушит его на мою голову. Как и старший Дэ. «Не хотелось бы», — думал про себя, смотря в спину брата Лу. Если Шуй Дэ вызовет меня на бой открыто, да еще и перед братом Лу, то скрывать свой настоящий уровень и принадлежность к Призракам дальше не получится. Особенно, если старшего Дэ будут поддерживать младшие последователи Закатного пика. *** Пройдя еще пару городов, не задерживаясь, не оставаясь на постой, шли дальше. Еще немного, несколько часов, и мы прибудем в город Лазурных Лотосов. Эта мысль, а также вероятность хоть каких-то новостей об Учителе, вела меня вперед. Не волновало даже то, что после встречи с почтенным Тянь Шуэем мне предстоит скрестить клинок с мечом старшего Дэ. Важен лишь Учитель, его место нахождение, или хотя бы последняя точка на карте: город, деревня, тракт, что это будет неважно. Оттуда, по окончанию боя со страшим Дэ, я и начну поиски. — Брат Хэ, тебя что-то тревожит? — спросил брат Лу, с осторожностью опуская руку на мое плечо, памятуя разряд концентрированной цы и сопутствующий ему ожог, — ты так и не рассказал, что с твоим Учителем произошло? Его голос обеспокоенный, взгляд печальный. Он хотел помочь, но не знал как, чем. Поэтому просто предлагал выговориться, рассказать то, что на душе. Смертные говорят, так облегчаются душевные терзания и уходят прочь тревоги. Возможно. Не проверял раньше. «Он пропал, брат Лу, — написал письменами. Не вдаваясь в подробности, рассказывал, — в нашу с ним последнюю встречу я находился на пике нового уровня, поэтому Учитель отправил меня в уединение, чтобы я медитировал». — С чего ты решил, что учитель пропал? «Фамильяр Учителя принес мне его окровавленную вещь, — не стал говорить какую именно, а брат Лу не спрашивал, — Учитель находится на среднем уровне зародыша. Навредить ему — надо постараться», — глаза Лу Вана, когда я сказал о среднем уровне зародыше, тут же округлились. — Ого! Твой учитель так силен? — я только кивнул, — даос, на уровне зародыша! — воскликнул праведник, в очередной раз не сделав выводов из фактов в его руках. Даосы, в силу своих особенностей и отрешений от бытия мирского, редко создают Зародыш. А если создадут, то это уже не даосизм, а нирвана, которая поднимает их в небеса, к Владыке богов. Достигая нирваны, даосы становятся небожителями. Этот факт праведникам известен, он не является тайной. Только брат Лу отчаянно не предает этому значения. Отрицает очевидные факты, что ни я, ни мой Учитель никакие не даосы. Пусть так. Подыграю. «Видимо, нашелся кто-то сильнее», — ответил я. Больше не хотелось общаться на эту тему. Да и город уже виден. Как и очередь на досмотр. Пока брат Лу не видел, кинул в толпу перед нами формацию распознавания, считывающую входящих с нами людей. Хотелось убедиться в том, что чутье меня не обманывает, и что в город, под видом обычных путников и торговцев, стекаются наемники. От уровня Закалки Меридиан, до высокого уровня Основы. Но были и те, кто сформировал Ядро. И это не старший Дэ. «Значит, ловушку утроили, — усмехнулся я, смотря на оглядывающихся наемников, внимательно всматривающихся в толпу в поисках цели, то есть меня. Уверен, мой нарисованный лик у каждого имеется. Папочка расстарался. — Что же, поиграем в кошки-мышки», — улыбнувшись, пошел вперед, к воротам и посту досмотра. Брат Лу шел следом. *** Пройдя в город, распрощавшись с братом Лу до следующего рассвета, оставив его у дверей дома Радости, попросив не терять голову, пошел в Лазурный павильон, к почтенному Тянь Шуэю. По пути ловил на себе взгляды наемников, выжидающих подходящий момент. Улыбаясь, предвкушая битву и пополнение коллекции душ, шел вперед. Младшие мастера секты Лотосов, стоящие на воротах в поместье, пропустили меня, даже не спрашивая о целях визита или о проходном жетоне, дающим право находиться на территории чужой секты. Просто сказали, что глава Тянь меня ждет. Указали путь куда именно следует ступать. Хотели проводить, но я отказался. Знаю, где он обычно находится. В беседке, у пруда, усыпанного лотосами. Я шел вперед, осматривая территории секты. С последнего моего визита, в компании Учителя, ничего не изменилось. Все то же поместье, никуда не спешащие ученики, послушники и мастера. Медитирующие и постигающие уровень за уровнем. В отличие от других праведных сект, Лотосы не признают техники меча. Только заклинания, талисманы и артефакты. Поэтому во дворе, во время тренировок не слышен стальной скрежет. Только пение птиц, а вечером стрекот красных стрекоз. — Младший Гуй! Сколько лет, сколько зим? — улыбается почтенный Тянь, приглашая к столу, на котором чайник с чаем и имбирные пирожные, — присаживайся. Рассказывай, что привело тебя ко мне? «Учитель, он пропал», — увидев черно-алые письмена, отражающие мои мысли, Лазурный Всезнайка удивился. Думал, он в курсе, что личный ученик его друга нем. Но, как оказалось, нет. Приятно. — Как давно? «Месяц назад, — в подтверждении своих слов показал окровавленную вуаль Учителя, — ее мне принес ворон», — и протянул ее почтенному, но умолчал о записке. «Не верить никому» — таков приказ Учителя. И я не верил. Даже Тянь Шуэю. Просто использовал его, как источник информации. Ведь даже друг, с которым ты прошел сотни боев и сражений, может вонзить нож в спину. Выгода — она есть грех человеческих сердец вне зависимости от уровня культивации. Уверен, даже Тянь Шуэй, предложи ему выгодную сделку, подвел бы Учителя под обрыв Бездны, столкнув самолично. Именно поэтому я и не рассказываю всего. Возможно, прикинувшись потерянным и опустошенным, смогу разговорить его. Узнать если не всю правду, то хотя бы ее часть. А узнав, воспользуюсь. Главное выбраться, а там скрыться и действовать из тени не составит для меня трудностей. — Эх, говорил я брату Гуй, не вмешивайся, тебе этого не надо, — тяжко выдохнув, сказал почтенный, — но он меня не послушал, — сделав глоток чая, отвел взгляд. Не смотря на меня, на окровавленную вуаль, он вглядывался в пруд. Смотрел на лотосы и летающих подле них стрекоз. «Во что не вмешиваться?» — спросил Лазурного главу, незаметно для него складывая печати поисковой формации. Поисковая сеть, раскинутая по всей территории поместья, дала ответ на вопрос, где Учитель был в последний раз, перед тем, как кануть в неизвестность. Дрогнуло сердце, стянулась в тугой комок душа, ведь я нашел капли крови и остаточное присутствие. Именно здесь, в этой самой беседке, на моем месте, вкусив отравы, подмешанной в чай, он… — Если бы ты не пришел, младший Гуй, то культ Призраков так и остался бы в стороне, — с сочувствием сказал почтенный Тянь, — но ты здесь, ищешь Дзишена, а значит, рано или поздно помешаешь нашим планам. «Зараза!» — ругнулся я, вовремя покидая беседку, так как сверху, на мою голову кинули «Золотую сеть», блокирующую внутреннюю энергию. И как же хорошо, что я не выпил чаю. Не то меня постигла бы участь Учителя. — А ты проворный, младший Гуй, — улыбался Тянь Шуэй, откидывая белую прядь длинных волос, поправляя рукава вышитого лотосами одеяния, — но бесполезно, — констатировал, и махнув рукой, приказал всем послушникам, находящимся на территории павильона, напасть и схватить. Не убивать, так как я для чего-то нужен живым. Быстро складывая печати, не используя энергетически затратных техник, отбиваясь от десятка послушников на уровне Основы разом всего лишь черными талисманами, одновременно с этим блокируя их потоки цы, прорывался к выходу. Силы мне еще понадобятся, на наемников, стерегущих меня около павильона, и на старшего Дэ. — Талисманы не помогут тебе сбежать! — рассмеялся послушник секты Лотосов, — сражайся серьезно! — требовал он, активируя флейту-артефакт. Мастер, вызвавший меня на бой, находится на начальном уровне Ядра. Но он только ступил на этот уровень. Скорее всего покинул медитацию вынужденно, по приказу старшего Тянь. Видно, что ему тяжело управлять потоками цы, они для него тяжелые, обжигающие. В глазах мутно, рука с флейтой дрожит. Аура неравномерная. Поэтому… «Пронзающие душу гвозди!» — призвал технику, одновременно с этим используя формацию ускорения. Младший не успел опомниться, как мои гвозди вошли в жизненно важные точки, в сосредоточение пламени души, раскалывая только сформированное Ядро. — А-а-а! — истошно закричал праведник, харкая кровью и падая на колени. Из-за разрушенного Ядра его тело било огненными разрядами. От пустоты в сосредоточении совершенствования его суставы скручивало и выворачивало, а сухожилия и мышцы рвало, оголяя белоснежные кости. Гвозди же, погруженные в тело, брали под контроль душу, но это еще не все. «Нефритовый гроб!» — техника погребения противника заживо. Ее я выиграл в Го у Старшего мастера культа Инь. И с позволения их главы пользуюсь до сих пор. Находясь в этом гробу, по воля мастера, противник не просто страдает, а переживает самые жуткие кошмары, терзается совершенными грехами. Видит все, о чем когда-то сожалел, что когда-то не сделал, а мог бы. Разум находящегося в гробу разрушается. И остается только тело, безвольная марионетка, которую мастер культа Инь берет под контроль, пополняя свою коллекцию. — Сволочь! — кричит мне в спину один из послушников, — сражайся! — рычит, нападая, пытаясь достать и ранить. В руке старшего мастера Лотосов стальной веер, по кромке тянется дорожка из лепестков, окутанных лазурной дымкой. Он формирует какое-то заклинание. Но гибкое лезвие моего меча, извлеченное из кожаных ножен, быстро лишает и этого мастера его культивирования. Движением руки, неуловимо и резко, сталь отсекает руки мастера по запястья, оставляя идеально ровный срез костей, мышц и кожи. Снова тишину Лазурного павильона нарушает истошный, душераздирающий крик. В носоглотку тут же врывается запах крови, обжигающий, словно пламя божественной кузницы. Кровь праведника заливает землю, смешиваясь с лепестками лотосов. Веер, все еще зажатый в пальцах старшего послушника, я позаимствовал. Мне он еще пригодится. Убрав веер в рукав одеяния, покинул павильон. А с ним и город. Пошел к Озеру Лотосов, на бой с Шуй Дэ, чтобы раздать все долги и продолжить искать Учителя. В одиночку, без брата Лу, который все еще развлекался с девами дома Радости. Но только я переступил ворота города, как в спину полетело: — Куда ты так спешишь, брат Янь? — слышу голос старшего Дэ, ждущего меня. В его руке меч, в глазах желание убить, жестоко, кроваво, за всех младших послушников и мастеров, погибших от моей руки. Но он сдерживается, не нападает, так как знает, что я никуда не уйду, потому что принял вызов. Гнев на время отступает, взгляд устремляется на зажатые в моих пальцах гвозди. — «Пронзающие душу гвозди». Интересная техника, брат Янь, — улыбается наемник, подходя все ближе, — или мне обращаться к тебе Старший Гуй? — выводы, в отличие от брата Лу, Старший Дэ делать умеет. Или больше придает этому значения. — Гуй?! — а вот этого я никак не ожидал, как и того, кто его задал. «Этого мне еще не хватало!» — ругнулся мысленно, смотря на пылающего гневом брата Лу, держащего меч. Его лезвие, как я и думал, было направлено на меня. Как и гнев за то, что я обманул. Понимая, что придется сражаться сразу с двумя противниками, тяжко выдохнул. Посмотрев сначала на старшего Дэ, потом на Лу Вана, потянулся к рукояти клинка, обнажая его, принимая стойку. «Готов!» — написал черно-алыми письменами ци, обращаясь сразу к двум противникам…