1945 год. После Войны!

Крик Кости пронизывает до глубины души, эхом отдаваясь в полуразрушенных стенах заброшенной школы. Макс, ошеломленный, не сразу понимает, что произошло. Его глаза, привыкшие к темноте после ослепительной вспышки выстрела, с трудом различают силуэты. Он видит, как Костя, словно в замедленной съемке, падает на колени, обнимая упавшего Тяпу. У того на спине темнеет пятно, которое стремительно расплывается. Тяпа в последний миг закрыл собой Костю, не дав Максу продолжить свое дьявольское деяние. Этого не было в его планах. Макс стоит в ступоре, растерянно глядя на Тяпу издалека, слыша его хриплые, прерывистые вздохи. Он ждал другой развязки, но никак не этой. — Тяп… Тяпа… держись, прошу тебя, не уходи… — голос Кости дрожит от шока и надвигающейся агонии. Он осторожно укладывает младшего на грязный пол, стараясь не причинить еще большей боли. Тяпа все еще дышит, судорожно хватаясь за одежду Кости, пытаясь что-то сказать, но боль и давящее ощущение в груди блокируют его голос. Оба плачут. Костя – от невыносимой боли предстоящей потери, Тяпа – от вопиющей несправедливости, от того, что его жертва может быть напрасной. — Валя? — с неожиданной, почти чуждой себе заботой, выдыхает Макс. В его голосе нет былой надменности, лишь замешательство и растерянность. Видимо, за этот проклятый год он сам не понял, как сильно привязался к этому мальчишке, к своей «игрушке». Осознание того, что Тяпа вот-вот может умереть, сбивает его с толку. Вмиг Макс теряет свою привычную уверенность, свою непоколебимую силу. Его «шавки», оставшиеся в живых, мгновенно чувствуют эту брешь в его обороне, это колебание. Они пускаются в самотек. Без указаний босса, с животной радостью в глазах, они начинают приближаться к Косте, планируя добить обоих. Но Кот в этом плане просто опережает их. Он поднимается с земли с нечеловеческим криком, полным животной ненависти и отчаяния. Словно выпущенный зверь, он бросается на этих высокомерных слуг Макса. Движения его быстры и безжалостны: перерезанная глотка, нож, воткнутый в сердце. Один за другим «шестерки» Макса падают замертво, их лица искажены ужасом и недоумением. Расправившись с ними, Костя, с окровавленным ножом в руке, медленно поворачивается к Максу. В его глазах полыхает ярость, от которой кровь стынет в жилах. Макс ожидал такой реакции, но кое-что его удивляет: он не достает свой пистолет, не пытается выстрелить. Может быть, это ошибка, вызванная шоком? Или Макс наконец осознал, что истинный лидер должен защищать своих, а не стоять выше всех? Возможно, скорая гибель Тяпы подтолкнула его к этому осознанию, и он решает сразиться с Костей как подобает! Один на один! С ножом или без! В прошлый раз Макс с легкостью одолел Костю здесь же, даже сломал ему руку. Что ему мешает сделать это и сегодня? Но Костя — это уже не тот напуганный мальчишка, которым он был когда-то. Ярость, отчаяние и боль от предстоящей потери полностью поглотили его. В его глазах постоянно стоят слезы, а давящая боль в груди мешает сосредоточиться. Тяпа… Он теряет его. И из-за кого? Из-за чего? В чем был смысл всех этих страданий?! Они сцепляются в яростной схватке. Каждый удар Кости пропитан ненавистью, каждое движение — стремлением уничтожить врага. Макс силен, но ярость Кости дает ему преимущество. Он бьет, не жалея сил, без стратегии, без тактики, только инстинкт выживания и желание мести. Макс отступает, его лицо искажено болью и удивлением. Он не ожидал такой ярости. Он привык, что Костя был расчетлив и осторожен, тем грамотно и пользовался, возвышая. А сейчас был совершенно другой уровень. В тот момент, когда Костя почти побеждает, когда Макс уже готов упасть под его натиском, он все же принимает привычное для себя, грязное решение. В отчаянии Макс выхватывает ружье и делает выстрел в сторону Кости. Пуля не попадает в цель, лишь ранит Костю в щеку, оставляя длинный, жгучий след. От неожиданного выстрела Костя останавливается, прекращая нападение. Он тяжело дышит, его грудь вздымается от злости, слезы смешиваются с кровью на щеке. Макс, видя его замешательство, вытирает пот со лба. Он устал от всего этого. Он устал от этого притворства. Но убить Костю он обязан. Это дело принципа. — Ты был достойным противником, Чернов. Жаль, но пора прощаться, — Макс целится прямо в лицо Косте. Выстрел! Костя пропускает один удар сердца, его кровь стынет в жилах. Он смотрит, как мертвое тело Макса падает в тот самый угол, где когда-то стояла койка Тяпы. Пуля прямо в лоб. Кот оборачивается и в темноте, среди пыли и развалин, видит Тяпу. Он из последних сил стоя на коленях, держит в ослабевшей руке пистолет. Как только Тяпа понимает, что враг повержен, он роняет пистолет, и его тело, словно подкошенное, падает на пол. Глаза закрываются. Костя тут же подбегает к нему, осторожно поднимает его голову, гладит по волосам. — Тяпа, держись, Тяпа. Я вытащу тебя отсюда. Ты только держись, боец… — Костя сам не верит в свои слова. Откуда тут возьмется помощь? Они в четырех часах езды отсюда от самой ближней деревни, и то там нет врачей, кто мог бы помочь Тяпе с такой раной. Это безнадежно. Костя уже не скрывает своей боли и плачет в голос. Он сидит, обнимая своего друга, его слезы крупными каплями падают на бледные щеки Тяпы. Валя все еще дышит, жив, но его дыхание такое слабое, прерывистое. Каждая секунда может стать последней. Неужели это конец? Неужели все их страдания, вся борьба закончится вот так? — Константин?! — вдруг доносится издалека громогласный крик мужчины. — Чернов Константин, где ты?! Семён Николаевич не обманул. Он действительно был рядом все это время. Это его солдаты начали обстреливать «шестерок» Макса, когда дуэль вышла из-под контроля. Это он устранил остальных «собак», и сейчас… возможно, ОН и его команда помогут Тяпе выжить. Кто знает? Но в этом разрушенном мире, где надежды было так мало, это был единственный шанс. Кот цепляется за него, как за спасительную соломинку.