Цена ее жизни

«Воронья Скала» поместья Вайлет стала сердцем рождающегося сопротивления. В кабинете царил напряженный ритм готовящейся войны. Мария сидела за столом, заваленным картами. Перед ней лежал чистый лист пергамента. Она обмакнула перо в чернильницу и стала писать очередное письмо. — Госпоже Илэне, — начала она выводить твердые, уверенные буквы, уже не по-детски робкие. — Пишет вам Мария Волгар, законная кровь и наследница королевского дома, чьи права попраны коварством и обманом. Вы давали клятву верности моей тетке, Королеве Вивьен. Та самая клятва, скрепленная кровью и честью, связывает вас и со мной. Кассандра Адан оскверняет трон, на который возвела свою несчастную дочь силой. Она сеет рознь и насаждает чуждые нам культы, она хочет утопить в крови верных слуг Великой Матери. Я собираю знамёна. Время платить по долгу чести. Следующий лист. — Смотрительнице Лейле Ленар. Мне известно о вашем споре с Кассандрой Адан из-за рудников. Мне известно, что её стражи уже стоят на вашей земле. Она не отдаст вам своего. Она сожрёт вас, как сожрала уже многих. Вы можете дожидаться её милости. Или вы можете получить назад своё силой. Моя победа вернёт вам ваше и уничтожит ту, что отняла это у вас. Выбирайте: быть раздавленной тиранией или обрести союзницу в борьбе против неё. Это была игра на жадности и мести. Чистейшая политика. Третье письмо было самым важным. — Верховной Жрице Храма Великой Матери, Её святейшеству Вирандэ. Пишет вам та, кого вы когда-то благословляли в детстве. Алтари нашей Матери будут оскверняться. Её служительниц изгонят. Языческие идолы постоят в Королевском дворце. Мне нужен ваш голос, разносящийся с амвонов по всему королевству, способен поднять народ так, как не поднимет ни одна армия. Объявите Кассандру еретичкой. Благословите тех, кто сражается за истинную веру. Дайте мне ваше благословение, и я стану мечом в руках нашей богини. Она посыпала письмо песком, давая чернилам впитаться, затем аккуратно сложила его и запечатала своей личной печатью — знаком лисы. Она откинулась на спинку стула, в висках стучало. Каждое письмо было рискованным шагом. Любое из них могло попасть в руки Кассандры. Вивьен молча наблюдала, сложив руки на груди. — Сильно, — произнесла она наконец. — Жестко. Вы не оставляете им выбора. — Я просто… напоминаю им об этом выборе. - Ответила Мария. — Отправить эти письма и другие с нашими лучшими гончими. — Они уже готовы, Ваша светлость. Мария подошла к окну. Ночь была черной, безлунной. Где-то там, в этой тьме, были её враги. И её надежды. — Хорошо, — сказала она, не оборачиваясь. — Мы начинаем.

***

Тронный зал дворца, где так недавно сидела Вивьен, теперь напоминал жертвенный алтарь. Гобелены с символом Великой Матери были сорваны. На стенах полыхали факелы в железных обручах, а у подножия пустого трона стояли идолы, принесенные из храма Древних Богов. В центре этого безумия, на троне сидела Джейн. На ней было платье из черного бархата, оттенявшее мертвенную бледность ее кожи. Она не смотрела на собравшихся. Ее взгляд был прикован к собственным рукам, сжатым в замок на коленях, будто она пыталась заставить их не дрожать. Кассандра Адан расхаживала перед троном в своем пурпурном бархате. Ее голос, громкий и визгливый, резал воздух, обращаясь к собравшимся Жрицам и Смотрительницам, которых согнали во дворец под угрозой расправы. — Вы видите перед собой не просто вашу королеву! — говорила она, и эхо подхватывало ее слова. — Вы видите живое воплощение воли! Воли древних богов, что дали силу нашим предкам! Воли, что сметет хрупкие алтари слабой богини и вернет этому королевству его былую мощь! Она метнула взгляд на Джейн, полный фанатичного ожидания. Джейн вздрогнула, почувствовав его на себе. — С сегодняшнего дня, — провозгласила Кассандра, — вера в Великую Матерь объявляется ересью! Ее храмы будут закрыты, ее жрицы — изгнаны! А те, кто осмелится противиться… — Она сделала паузу, давая словам просочиться в сознание, словно яд. — …узнают, какая судьба жертв ждала на алтарях истинных владык этого мира! Ропот ужаса прокатился по залу. Одна из пожилых жриц Великой Матери, не выдержав, шагнула вперед. — Герцогиня! Это безумие! Наши религии сосуществовали много веков, что вы делаете?! Народ не примет этого! Он восстанет! Кассандра повернулась к ней с медленной, хищной улыбкой. — Народ примет то, что ему прикажут. А непокорных… усмирят. — Она кивнула капитану своей личной гвардии. Солдаты грубо схватили старую жрицу под руки. Та закричала, пытаясь вырваться. Джейн вскочила с места, ее лицо исказилось от ужаса. — Нет! Матушка, прошу тебя, нет! Кассандра даже не взглянула на нее. Еще один взмах руки — и женщину выволокли из зала. Ее крики еще долго эхом отдавались в коридорах, пока не оборвались окончательно. В наступившей леденящей тишине был слышен только прерывистый, задыхающийся шепот Джейн: — Нет… о, боги, нет… Кассандра подошла к ней вплотную, наклонилась и прошипела так, что слышала только она одна: — Сиди смирно. И улыбайся.Понятно? Слезы текли по щекам Джейн, но она кивнула, судорожно сглотнув ком в горле. Она медленно, снова опустилась на ступени, пытаясь вытянуть губы в жуткую, ничего не выражающую улыбку. Кассандра выпрямилась и обвела зал победным взглядом. — Да здравствует королева Джейн! Да здравствует новая эра! В ответ раздалось лишь несколько голосов ее приспешников. Остальные молчали, потупив взоры, в ужасе от того, какое будущее их ждет.