Новообретенные

      Стояло жаркое лето 1979-го. Лили и Джеймс недавно поженились и были приглашены к Марлин на празднование ее дня рождения.       Марлин была самой активной молодой участницей Ордена Феникса, так как училась на мракоборца. По долгу службы она много путешествовала по Англии. Во время одной из вылазок в сельской местности ей приглянулся старый заброшенный замок на холме. В нем не было ни крыши, ни второго этажа, одни каменные развалины. Однако место было живописным, древние стены - по-своему чарующими, и Марлин решила отпраздновать там свое двадцатилетие. Она любила организовывать вечеринки еще со школы. Праздник в столь необычном месте на свежем воздухе в летний день был оригинальной идеей, как того и желала именинница. Развалины были удалены от поселений, поэтому туда редко захаживали туристы, а после подготовки к празднику, включавшей наложение защитных чар, в том числе и для отваживания магглов, никто не должен был их побеспокоить. Так они думали.       Людей собралось масса. Марлин любила шумные увеселения. Казалось, собрался весь гриффиндоский выпуск последних нескольких лет.       У старых стен поставили столы с закусками и выпивкой. Сверху натянули тканевый тент на случай дождя. Посередине был танцпол, играла зажигательная музыка.       Лили в легкой светло-зеленой мантии кружилась с молодым мужем по импровизированному залу. Джеймс шутил про смешную шляпку с чучелом диковинной птицы тетушки Марлин и ее повышенному вниманию к пожилым кавалерам. Лили улыбалась и чувствовала радость, легкость, словно в этом танце с Джеймсом она вот-вот воспарит ввысь. Песня закончилась, и Марлин стуком ножа по бокалу привлекла всеобщее внимание. Музыканты стали играть тише.       — Дорогие друзья! — сказала девушка с торжественным выражением лица, — я рада, что все вы здесь собрались сегодня для меня! — она раскинула руки, как бы показывая себя и свое великолепное блестящее платье, и шутливо горделиво вскинула голову. В зале послышались смешки. — Все вы знаете, как я люблю каждого из вас и в эти непростые времена…       Раздавшийся грохот прервал ее. Лили слегка присела, прикрыла рукой голову.       Присутствующие ребята с мракоборской выучкой быстро и собранно выхватили волшебные палочки и стали сосредоточенно оглядываться. Лили подрагивающей рукой запоздало вытащила свою палочку, прочие гости делали то же.       Снова послышался грохот, громче предыдущего. Теперь Лили как и активные бойцы Ордена феникса безошибочно узнала его - это был звук отражения атаки магическим защитным куполом, который был установлен перед праздником.       Лили заметила, что силуэты некоторых гостей на несколько мгновений зарябили, но потом вернулись в изначальный вид. Она прищурилась.        — Бесполезно, — презрительно фыркнул Сириус, неожиданно оказавшийся слева от нее. — Они устанавливают антиаппарационные чары до того, как напасть.       — Выходит, мы в ловушке? — высоко воскликнула дама с диковинной птицей на шляпе.       — Именно так, миледи, — подтвердил Сириус, старомодно ей поклонившись.       Его голос звучал галантно предупредительно, издевательски неуместно для сложившейся ситуации. Лили заметила в глазах Сириуса недобрый огонек. Он загорался в его взгляде каждый раз, когда опальный Блэк ввязывался в опасную авантюру, будь то игра в квиддич, полет на мотоцикле или битва с Пожирателями Смерти. Он становился похожим на готовящегося к прыжку хищника: с напружиненными мышцами, резкими агрессивными движениями. Казалось, с его палочки сейчас могли сорваться искры. Выражение лица Сириуса становилось в такие моменты немного безумным, он делался неуправляемым. Кровь Блэка с повышенной концентрацией адреналина ярко проявляла в нем черты его фамилии, как гидрохинон проявляет фотопленку.       — Те, кто умеет сражаться, встаньте в круг, спиной к центру, палочки на изготовку! Остальные встаньте в центр круга, — раздался звучный голос Фабиана Пруэта. Или Гидеона.       Все пришло в движение. Джеймс сделал шаг вперед, Лили встала рядом с ним. Прислонилась плечом к его руке и подняла взгляд на его лицо.       — Встань за моей спиной, — мягко проговорил Джеймс.       — Но я могу…       — Лили, пожалуйста, — проговорил он умоляюще-настойчиво.       Девушка отступила. Она встала за Джеймсом, немного левее, чтобы видеть происходящее и подстраховать его.       Они не успели выстроиться, как хотели. Над головами раздался оглушительный гром и в шатер ворвались Пожиратели смерти в черных мантиях. Заклинаниями они разрывали натянутую между древних камней и столбов ткань и появлялись одновременно со всех сторон. Вспышки заклинаний сверкали отовсюду. Лили только и делала, что выставляла щиты и уворачивалась от зеленых лучей.       Быстро начался хаос. Плохо умеющие сражаться старались спрятаться за импровизированными укрытиями — опрокинутыми столами и стульями. Повсюду слышался звук разбивающегося стекла — многочисленные бокалы, посуда, бутылки с выпивкой разлетались на осколки. Лили ощутила, как стеклянная крошка обожгла лицо и шею, с той стороны, где она не поставила щит. Она не обратила на это внимание, продолжая изо всех сил защищаться и накладывать самые простые боевые заклинания, которые помнила, что точно работали. Она не отличалась изобретательностью — во всех бросала красный луч Ступефая.       Чем дольше шел бой, тем беспорядочнее он становился. Кольцо, которым их окружили Пожиратели, было прорвано в нескольких местах. Лили потеряла из виду Джеймса. Иногда мелькал профиль Сириуса, который отчаянно сражался. Будь у нее время, она бы засмотрелась на то, как искусно он орудует палочкой, словно непревзойденный фехтовальщик шпагой виртуозно защищается и нападает. Но этого времени у нее не было.       Ткань шатра была изорвана, и волшебные светильники, которые были к ней прикреплены, потухли. Стало темнее, большую часть света давали загоревшиеся клочья шатра. Лили отступала, а не рвалась в гущу сражения, поэтому оказалась в относительно спокойной его части. Она сумела оглушить Пожирателя, который преследовал ее и спряталась за колонной. Сердце бешено колотилась. Она ощутила, что стало очень быстро дышать. Страх взял верх, как только она стала бездействовать. Чуть в отдалении слышались выкрики заклинаний и звуки разрезаемого от них воздуха. Иногда их перекрывали оглушающие звуки взрывов, от которых Лили вздрагивала и прятала голову в плечи. Через минуту, немного успокоив дыхание, Лили аккуратно выглянула из-за колонны. Она увидела вспышку, затем раздался грохот, и резко передвинула корпус обратно за колонну, боковым зрением она увидела мелкие камни, которые пролетели по бокам от нее. Колонна спасла ее, осколки от взрыва ударились в нее. Лили присела, тело пробила дрожь. Последний взрыв был гораздо ближе предыдущего. Она оглянулась, прикидывая, сможет ли добежать незамеченной до следующей колонны. Побежать и рискнуть быть замеченной или остаться на месте, в безопасности этой? Лили затравленно посмотрела на следующую колонну, ноги словно окаменели и не хотели двигаться с места. За нее решил случай. Ее схватили за верхнюю часть руки, резко дернули вперед и потянули. Лили по инерции передвигала ногами следом, а затем наклонилась вперед и подалась назад, чтобы вырваться. В этот момент сзади раздался взрыв, и Лили толкнуло ударной волной вперед. Она упала на предплечья и колени. Приподнялась на ладони, повернула голову - колонна, за которой она стояла, взорвалась. В ушах гудело. Человек в черном рядом с ней встал, подхватил ее под мышку и потащил вперед. Лили уже не могла сопротивляться и машинально переставляла ноги, лицом вниз. Под ногами оказалась примятая трава. Человек притянул ее к себе за плечи, сильно прижал и они трансгрессировали.       Лили никогда не испытывала настолько отвратительного перемещения. Ее словно ударило, сдавило и сплющело одновременно. Приземление было жестким. Их выкинуло и швырнуло, Лили оказалась сверху на незнакомце. Она оттолкнулась и отползла от него. Он не удерживал ее больше. Голова кружилась, тошнило и заложило уши. Лили приподнялась на четвереньках, не смогла сдержать рвотный позыв и ее вывернуло прямо на траву.       Она вытерла рот рукавом мантии, бывшей чистой и выглаженной только час назад, а теперь - изодранной и обугленной. Она чувствовала влажность травы голой коленкой - чулки давно порвались. Лили отползла назад от оставленной лужи и села на землю. Она быстро огляделась - она оказалась на травянистом лугу, минутах в пяти ходьбы прямо перед ней виднелся холм с горящей на фоне чернильного ночного неба верхушкой. Она только что была там. Она быстро перевела взгляд на человека, который ее переместил. Он тоже сел. На нем была черная мантия Пожирателя Смерти, накинутый глубокий капюшон, под которым, однако, не блестела металлическая пугающая маска. Видимо, она слетела в кутерьме перемещения, но не открыла его лица. На человеке была повязка такая же черная, как и все его одеяние. В мраке ночи блестели только темные глаза. Они неотрывно смотрели друг на друга несколько секунд. Затем мужчина отвернулся, оказавшись боком к ней, и поднялся на ноги. Лили машинально поджала под себя ноги, боясь, что он снова схватит ее. Он заметил это, на секунду задержался, а затем отвернулся к ней спиной и медленно пошел вперед в сторону холма. Жесткое перемещение, очевидно, сказалось и на нем, шел он тяжело, словно вот-вот мог пошатнуться. Лили тоже поднялась, пошла следом за ним. Кто он? Ведь он оттащил ее от взрыва и переместил. Он спас ее. Ни один Пожиратель не стал бы этого делать. Кроме...       Лили вспомнила, как упала на него после перемещения, и носом уткнулась в черную прядь, выбившуюся из-под капюшона. Она пахла гарью, копотью и чем-то знакомым, а его тело было худым и твердым. Пронизывающий насквозь глубокий взгляд темных глаз. Северус. Они встретились. После стольких лет.       Как она сразу его не узнала? Видимо, хорошенько ударилась головой. И неужели они не обмолвятся и словом?       Лили посмотрела на его спину, черную мантию.       "О чем тебе говорить с Пожирателем Смерти? - презрительно спросил внутренний голос, - он выбрал свой путь, а ты - свой".       Это были ее собственные слова, и сейчас они обожгли ее своей жестокой холодностью. Бескомпромисностью.       "Он спас мне жизнь, рискуя собственной, и ничего не потребовал взамен. Я должна его, по крайней мере, поблагодарить".       Пока Лили пыталась подобрать правильные слова и набиралась решимости, волшебник резко развернулся к ней, так, что она почти врезалась в него.       — Почему ты идешь за мной? — спросил он.       Его голос был приглушен повязкой, лишен теплоты, ниже обычного. Но она сразу узнала его. Теперь у нее не осталось никаких сомнений.       — Я... — протянула она.       Лили смотрела на парня во все глаза и даже не знала, что ему ответить. Все формулировки, придуманные за последнюю минуту, не подходили к сложившейся ситуации.       — Тебе нельзя туда возвращаться, — резко, почти грубо сказал он.       Лили посмотрела на горящую верхушку холма.       — Но там мой, мои...       — Твой муж? — с отвращением процедил Северус.       Слово "муж" он произнес так, словно это было что-то гадкое и омерзительное. Он подошел почти вплотную, так что Лили сжалась под его взглядом.       — Где, — Северус говорил медленно, словно бы каждое слово было ядом, который он методично дозировал по капле, — где был твой муж?       Лили молчала.       — Почему его не было рядом с тобой? Почему он не защищал тебя? Куда он делся? Кинулся в гущу битвы, позабыв о тебе? — его речь стала быстрее, но не потеряла своей четкости. Его глаза смотрели в ее и горели огнем ярости.       — Твой муж, — снова тот же акцент на этом слове, — должен был не отступать от тебя ни на шаг, не сводить с тебя глаз, благо твои рыжие волосы отлично выделяются! — его гнев разгорался, как пламя костра, с каждой сказанной фразой. Он сдерживал этот огонь в начале, но теперь он становился ярче и все сильнее обжигал ее. — Он должен был следовать за тобой и следить за твоими врагами, он... — Северус осекся.       "Он, а не я" — продолжил за него голос в голове Лили.       Горло и грудь сдавило от боли.       — Я... — начала Лили, но Северус перебил ее.       — Мне нужно возвращаться, — его голос снова стал спокойным и жестким, — подожди, пока все закончится, и возвращайся в штаб, или как там у вас это называется.       Он отвернулся и с оглушительным хлопком трансгрессировал.       — Северус...       Рука приподнялась в сторону места, где он только что стоял и бессильно опустилась. Лили дрожащей рукой коснулась виска. Он только что был здесь, а теперь бесследно исчез, а она не успела поблагодарить его.       — Черт! — воскликнула Лили, ударив себя кулаком по бедру.       Она не успела. Она облажалась. Боль заполняла ее целиком. Она стала бесцельно ходить взад-вперед. Она могла сказать ему, у нее было время, но она все тянула, размышляла, и вот к чему это привело. Она не успела сказать ему даже единственного спасибо. Лили чувствовала себя просто отвратительно. Она не видела его несколько лет, ни разу после школы. И вот так встретившись, она не успела сказать НИЧЕГО.       Злые слезы потекли по щекам. Лили резко вытерла их, но они не прекращались. Она разрыдалась громко и с проклятиями. Села на траву, нашла платок, вытерла слезы и высморкала нос. Спустя несколько волн болезненного плача, она все-таки прекратила. Внутри было опустошение. Тело ломило, во рту ужасно пересохло. Она наколдовала Агуаменти и направила себе струю прямо в рот. Отвела ее, когда набрала полный рот воды, проглотила, намочила вторую руку и умыла лицо. После всех этих манипуляций она еще и намочила спереди мантию. Теперь она была не только грязной, но и мокрой. Лили подумала ее высушить, но потом махнула рукой.       Девушка посмотрела на холм, казалось, битва завершилась. Ей нужно было возвращаться в штаб, как и сказал Северус. И нужно было придумать убедительный ответ на вопрос, как она выбралась оттуда сама.