One Deal

      — Оо, стервятники отсутствуют — отлично, — расхохотался главарь банды, увалившись за первый свободный столик.       До этого тихое и спокойное место заполнилось топотом, вознёй и раздражающим смехом.       Луффи фыркнул при виде печально известных горных бандитов и уткнулся подбородком в столешницу. Меньше всего ему сейчас хотелось слушать заносчивых людей. Благо дверь в этот раз не попытались выдернуть из петель — и на том спасибо.       Макино поставила перед мальчиком стакан с его любимым апельсиновым соком и поздоровалась с вошедшими.       Монки принялся медленно высасывать содержимое, раздражаясь из-за того, как радушно девушка приняла посетителей. На её месте он бы послал их куда подальше и глазом не моргнул.       — Видели лица тех пиратов? — выкрикнул один из подручных главаря, громко смеясь. — Его пивом облили, а он даже слова не осмелился сказать!       — Терпеть не могу трусов и слабаков, — отстранённо произнёс Хигума, заливая в себя второй стакан алкоголя. — Хотелось прирезать его на месте.       В помещении послышались смешки, а у Макино сердце ушло в пятки, когда она услышала, как Луффи скрипнул зубами, и испуганно взглянула на него. Девушка не успела схватить мальчика, когда тот спрыгнул и направился к столику главаря, — путь к нему ей преградила барная стойка. Монки в это время сжимал кулаки до побелевших костяшек.       — Не смей так говорить о Шанксе и его команде!!! — завопил Луффи. Макино бросилась к нему и, схватив за плечи, умоляла не совершать необдуманных поступков. Но было уже поздно. — Они не трусы!       Повисла напряжённая тишина. Некоторые обменивались удивлёнными взглядами, ожидая, что скажет их босс. Но были и те, кто злорадно ухмылялся, явно зная, какая участь ждёт мальчика. Он действительно пытался защитить ничтожных пиратов?       — Не знал, что нынче мышата научились громко пищать, — стакан в руке Хигумы дрогнул, будто не выдержав напряжения, и по гладкой поверхности медленно поползла трещина. Она стремительно разрослась в разные стороны, а затем стекло рассыпалось на осколки, украсив стол.       — Забери свои слова обратно! — не унимался ребёнок, словно нарочно разогревая гнев бандита.       Однако Хигума уже кипел от злости. Его холодный взгляд устремился на Луффи, а вокруг витала убийственная аура.

𓊝𓊝𓊝

      — Староста!!! — в дом ворвалась Макино. Её лицо исказилось от страха, а грудь вздымалась раз за разом, словно она только что пробежала с десяток километров. — Там Луффи! Бандиты… Они…       — Т-с-с, Макино, успокойся. Сначала переведи дыхание, а затем спокойно обо всём поговорим, — пожилой мужчина, игравший с соседом в шахматы, вмиг вскочил со скрипучего стула и направился к девушке.       От одного упоминания о беспокойном мальчонке Вуп Слэп тяжело сглотнул вставший в горле ком. Он знал, что этот ребёнок вечно попадает в неприятности из-за своего неуёмного характера и привычки совать нос куда не следует. Однако из уст Макино также прозвучало ненавистное слово «бандиты», которых староста презирал: эти люди часто создавали проблемы в деревне, учиняя кошмарные беспорядки. И теперь его волнение росло с каждой секундой — если Луффи перешёл дорогу самым омерзительным личностям, стоило ожидать беды.       — Староста! У нас нет времени! Если мы не поспешим, они могут убить Луффи! — девушка не стала ничего объяснять и выскочила за дверь.       Ситуация приняла опасный оборот, и Вуп тотчас схватился за грудь, в область сердца. Обернувшись, он заметил соседа — тот, без сомнений, всё слышал. Об этом говорили широко раскрытые глаза и побледневшее лицо, будто к его виску только что приставили оружие. Как бы старосте ни хотелось успокоить друга, сейчас ему следовало как можно скорее догнать Макино и попытаться сделать хоть что-нибудь ради Луффи.       Вуп Слэп был уже немолод, и его ноги не могли выдержать долгого бега, поэтому, как бы он ни старался, он всё равно отставал от девушки на несколько метров. Сердце колотилось всё быстрее от нарастающей паники за ребёнка — так, будто готово было вырваться наружу и оставить старика безжизненно лежать на этой годами протоптанной дороге.       Вскоре показалась знакомая улица, где находился бар Макино, а впереди — сборище разбойников, смеющихся и кричащих о чём-то. Но громче всех был слышен голос Луффи, который отчаянно пытался вымолить у них прощение.       Староста огляделся, пытаясь понять, не пострадал ли кто-нибудь ещё. Но, кроме бандитов, улица была пуста, а в некоторых домах через окна можно было заметить лишь силуэты. Конечно, никто не рискнёт пойти против вооружённых людей. Он и сам боялся получить пулю в лоб или быть зарезанным одной из острых сабель. Но если не он — тогда кто ещё сможет предотвратить ужасную участь Луффи?       Добравшись до остановившейся Макино, Вуп сделал несколько шагов вперёд и увидел, как Луффи с палкой в руках бежит на главаря банды. Тот, в свою очередь, поднял ногу и резким движением, стоило мальчику приблизиться, ударил его по голове и прижал к земле. Лишённый возможности сдвинуться, Луффи всё равно продолжал что-то выкрикивать разбойнику.       — Прошу вас, отпустите ребёнка! — выкрикнул староста, стараясь перекричать поднявшийся шум, чтобы его услышал именно тот, к кому были обращены слова.       К счастью, всё сборище стихло, и даже Луффи немного успокоился, выглядывая через толпу на кричащего. Через мгновение бандиты, стоявшие ближе к новоприбывшим, расступились, открывая своему боссу лучший обзор.       — Не знаю, что натворил Луффи, но прошу вас, пощадите мальчика! Если хотите, мы заплатим! — Вуп опустился на колени и склонил голову, подтверждая серьёзность своих слов. Он хотел лишь одного — спасти ребёнка. Надеялся на их милость, если у них вообще было такое понятие.       — Вот те на! Знает же человек, как дела делаются, — засмеялся Хигума, сильнее прижимая голову Монки к земле. У старосты и Макино появилась надежда, но следующие слова тут же её разрушили: — Однако уже поздно. Этот резиновый сопляк должен понять, что не стоило поднимать на меня руку.       — Сам виноват! Бандит с большой дороги! — огрызнулся Луффи.       — Ха-ха, прощайся с жизнью, малец…       — Воу, а я-то думаю, почему на пристани ни души — оказывается, все здесь собрались, — знакомый голос с нотками веселья прозвучал позади Макино и старосты, заставив их обоих встрепенуться.       Высокий мужчина в соломенной шляпе направлялся к толпе, не упуская случая поддеть Луффи. Мальчик взбесился, сжимая зубы до скрипа: он был рад снова увидеть пирата, но злился на его привычку дразнить его при любой возможности.       — Снова пираты? Слышь, сделаешь ещё шаг — и меж глаз окажется пуля, — пригрозил Хигума. Его нервировало спокойствие красноволосого, с которым тот приближался, да ещё и вся команда выстроилась позади.       — Кое-кто не понимает с первого раза. Ни шагу дальше, а то башку снесу.       Холодное дуло пистолета уткнулось в висок Шанкса, стоило ему приблизиться ещё немного. Один из подручных главаря решил поиграть с огнём, громко рассмеявшись.       — Ты ведь не просто им размахиваешь, не так ли? — капитан искоса взглянул на бандита и, заметив его замешательство, усмехнулся. — Эта штука в твоих руках не для пустых угроз.       Невнимательность и самоуверенность стали роковыми для бандита: его жизнь оборвалась оглушительным выстрелом в голову. Он рухнул на землю, и из зияющей раны хлынула алая кровь, смешиваясь с пылью под ногами его соратников.       Лаки Ру — кок команды красноволосого — стал тем, кто нажал на курок, ни на секунду не сомневаясь. Любой, кто наставлял оружие на их капитана, мгновенно становился мишенью для всей команды. И сейчас они были здесь — готовые к бою.       — Они думали, что мы честные и благородные? — вскинул бровь Бенн, первый помощник капитана. Его губы сомкнулись на фильтре сигареты — он сделал затяжку, с явным удовольствием втягивая едкий дым, который быстро заполнил пространство вокруг. Бекман ухмыльнулся, наблюдая за суматохой растерявшихся головорезов.       — Жалкое сборище, — усмехнулся Ясопп, сложив руки на груди.       — Советую запомнить нас хорошенько, разбойники, — голос Шанкса зазвучал твёрдо, как сталь. Его прежняя весёлость исчезла. — Вы можете облить меня пивом, забросать едой, можете плюнуть в меня — я лишь улыбнусь. Но что бы ни случилось, я никогда не брошу друга в беде!       В этот момент сердце Луффи дрогнуло и забилось быстрее, а на глазах навернулись слёзы. Без сомнений, Шанкс снова пробил эту непреодолимую стену, что он возводил вокруг себя из-за его ненавистных поступков и слов. Конечно, Монки понимал: всякий раз, когда Шанкс потешался над ним, это не было желанием обидеть — скорее способом развеять скуку и ничего более. Однако маленькому уму не подскажешь, и Луффи, хоть и обожал их, всё ещё таил обиду, которую этот человек мог вмиг развеять за считанные секунды.       Что он сейчас и сделал.       Огонёк надежды перерос в пламя восхищения, и, пока он наблюдал, как свора бандитов мчалась на первого помощника капитана, раскидывающего их как семена на поле, на его лице мелькнула лучезарная улыбка.       — Кажется, я пропустил нечто забавное, — прозвучал знакомый голос над ухом, заставив Луффи невольно вздрогнуть. — Тебя и на пять минут оставить нельзя, да? Ты везде найдёшь приключения на свою задницу.       Монки попытался поднять голову, но давящая нога Хигумы пресекала любые попытки двинуться. Выдохнув, он завёл глаза вверх, натолкнувшись на скрестившего ноги Нику. Тот парил в нескольких сантиметрах от земли и упирался локтем о колено, придерживая ладонью голову.       — Чего ты снова вылез? — нахмурился Луффи. — От тебя никакого толку, так что лучше иди дальше спать.       Ника закатил глаза и ухмыльнулся. Но стоило ему открыть рот для ответа, как разбойник бросил дымовую шашку, и всё заволокло густым туманом.       — Отпусти меня! — послышался выкрик Луффи.       Ника резко двинулся в сторону, где только что был Монки, но его тут же потянуло назад, словно магнитом, из дыма. Вынырнув, он заметил Хигуму, как крысу, убегающего от места битвы и удерживающего мальчика в заложниках.       Незримая нить, что медленно тянула его к источнику силы, постепенно угасала, и чем дальше он был от Луффи, тем быстрее тот ослабевал.       Мгновенно спохватившись, он устремился в догонку и, только поравнявшись с ними, смог спокойно выдохнуть, увидев, как Монки, на грани обморока, начал приходить в себя.       — Это ужасное чувство, — прошептал Луффи, заприметив призрака.       Он понял, отчего его тело теряло силы и словно опустошалось, прерывая все эмоции, чувства и ощущения. Будто здесь оставалась лишь его безжизненная оболочка. Случилось то, о чём предупреждал Ника ранее: им нельзя было находиться дальше метра друг от друга.       — Ситтэру¹, потерпи, сейчас пройдёт, — нервно улыбнулся Ника.       Как же он ненавидел такие моменты в прошлом, когда приходилось отрываться от энергии и ощущать, как она постепенно затухает, а затем и он сам исчезает с неимоверной болью, если вовремя не возвращался.       Стиснув зубы покрепче, Ника обнаружил, что они двигались в сторону пристани. Плохо дело: если Луффи случайно попадёт в воду, сила фрукта нейтрализуется, и он вновь заснёт, возвращаясь к источнику.       — Oi², Луффи, вы приближаетесь к морю.       Беспокойный голос Ники словно дал пощёчину Монки, и его глаза в страхе округлились.       — Отпусти меня, придурок! — завопил он. — Сейчас же, подлый трус!       Но Хигума и бровью не повёл. Отвязав лодку от причала, он зашвырнул в неё ребёнка и быстро отплыл как можно дальше от берега.       — Пф, никто не станет искать разбойника в море, — обрадовался своей находчивости мужчина.       Луффи, схватившись за края судёнышка, с ужасом взглянул на водную гладь. Море было чистым и спокойным, но не менее опасным для него. Его сердце бешено заколотилось в груди, а гормон стресса неимоверно повысился до предела. Он не знал, что делать в такой ситуации: бежать некуда, плавание под строжайшим запретом, а Хигума вряд ли так просто вернёт его на берег.       — Как ты там меня называл? Трусом? — чужая ладонь сомкнулась на его шее, поднимая вверх. — Тогда давай проверим, кто из нас больший трус!       Разбойник сжал пальцы сильнее и вытянул руку с мальчиком за пределы лодки.       — Луффи! — раздался крик где-то сбоку.       Монки, закашлявшись, схватился обеими ручонками за запястье Хигумы и ногтями попытался причинить ему боль — безуспешно. В глазах выступили слёзы от нехватки кислорода, и сознание плавно покидало его.       Рядом появился Ника, помахав рукой перед его лицом, и в замыленном взгляде, Луффи мог поклясться, что увидел страх и беспокойство на его лице.       — От-отпусти… — голос Ники дрогнул, а злость и тревога стремительно возросли.       Он видел, как вздохи Луффи стали прерывистыми, а глаза закрылись.       — Поставь его на место…       Хигума ухмыльнулся, когда маленькие ручки опустились, больше не сопротивляясь.       Ника сжал кулаки до побелевших костяшек, его глаза опасно сверкнули алым, а призрачная форма колыхнулась, как отражение в зеркале. Он почувствовал прилив будоражащей энергии и, обернувшись к мужчине на грани ярости, закричал:       — ХВАТИТ!       Глаза Хигумы испуганно расширились, рот безмолвно приоткрылся, а рука затряслась, и пальцы ослабили хватку.       — М-мон… монстр!! — завопил он и выпустил Луффи.       Ника удивился услышанному и направленному на него взгляду, но вмиг переключил своё внимание на падающее в воду бессознательное тело. Он устремился за ним, пытаясь поймать, даже если знал, что в его ситуации это невозможно. И когда его пальцы почти соприкоснулись с рукой Луффи, он почувствовал… на мгновение ощутил чужую тёплую плоть, прежде чем раствориться в воздухе.       Монки соприкоснулся с холодным морем, создавая волны и брызги капель. Он выпустил последний вздох, позволяя воде заполнять лёгкие и утягивать его на морское дно.       — И что это за хрень была? — Хигума провёл ладонью по лбу, вспоминая резкую вспышку и яростные, кровожадные глаза, появившиеся перед ним секундой ранее.       Но поразмышлять об этом ему не удаётся: всплеск воды и огромная тень позади привлекают внимание.       Он медленно оборачивается, и в жилах стынет кровь, а на лице вырисовывается отчаяние и первобытный ужас.       Видимо, это его карма.       Нечто огромное поднялось из глубин — слишком большое, чтобы быть обычной рыбой.       И как он мог забыть об этом существе?       Он даже не успевает закричать.       Челюсти смыкаются с глухим, тяжёлым звуком. Лодка переворачивается, будто игрушечная, и мир на мгновение исчезает в панике.       Вода вокруг окрашивается в красный, скрывая всё под своей поверхностью.       Однако морскому королю мало. Он замечает вдали маленькое тонущее тело и устремляется к нему, раскрыв свою широкую пасть.       Секунда — и острые, как бритва, зубы смыкаются, ощущая трепетный вкус крови на языке.       Что ж, вполне неплохо… только если бы это не было чьей-то рукой…       Глаза обитателя моря открываются, наблюдая, как кто-то выплывает на поверхность с ребёнком в руках. Он следует за ними, разрывая поверхность воды и вновь оказываясь в воздушном пространстве. Убийственная аура человека перед ним заставляет внутренности выворачиваться наизнанку и чувствовать непреодолимый страх.       — Прочь, — стальной голос прорезал слух.       Хватило всего одного слова, и морской король, поджав хвост, исчез среди обломков лодки, уплывая как можно дальше.       — Ха… Луффи, твоя жизнь обещает быть сложной, — улыбнулся мужчина, прислушиваясь к сердцебиению мальчика.

𓊝𓊝𓊝

      Очнувшись, первым, что увидел Луффи, была Макино. Она поглаживала его по голове и меняла холодный компресс. Её лицо было бледным, словно её часами преследовали бандиты. Кстати о них — похоже, Бенн со всеми разобрался, ведь большая часть команды Красноволосого находилась в баре и выглядела крайне задумчивой. А где, собственно, капитан?       Помнится, после слов Шанкса его утащил Хигума, а потом…       Луффи передёрнуло, и он резко сел. Он чётко помнил, как его душили, но сейчас он был в Партис-баре и… живой… Но кто его спас? А Ника? Кажется, призрак волновался о нём… или ему показалось?       — Луффи, прошу тебя, не совершай резких движений, — почти шёпотом произнесла Макино.       Монки, в противоречие её словам, тут же повернул голову к ней, но в глазах всё поплыло, и он рухнул обратно.       Заметив движение, Бенн, который был ближе всех к дивану, на котором лежал Луффи, подошёл к нему.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Бекман, хмурясь, когда на глаза ему попался синяк от удушения на шее Луффи.       — Мм… чувствую головокружение, — прикрыв веки ладонью, ответил он.       Больше вопросов не последовало, и первый помощник вышел из бара.       Сколько Луффи так пролежал, он и не помнил. Сознание заволокло туманом, и слабость липкими пальцами сдавливала тело. Повязки Макино помогали, но временно. И угораздило же его так вляпаться.       — Луффи… — холодный тон с нотками безнадёжности пророкотал над головой.       Он с трудом открыл глаза, чтобы лицезреть опустошённого Шанкса.       — Денёк выдался не из лучших, — почесал затылок капитан, явно нервничая. — Но как бы нам ни хотелось остаться подольше, мы должны отплывать. Больше мы сюда не вернёмся, и…       — Ша-а-анкс!!! — протянул отчаянный голос.       Капитан вмиг замолк и слегка улыбнулся. Именно такую реакцию он и ожидал увидеть.       — Твоя рука! — Луффи сполз с дивана и, несмотря на головокружение, побрёл к Красноволосому.       Шанкс опустился на колено, позволяя Луффи схватить себя в охапку и разрыдаться у него на плече. Для него это было малой частью платы за жизнь этого несносного мальчика. Он мягко поглаживал его по спине, пока всхлипы не затихли.       Монки не знал, что случилось в море после его отключки, но прекрасно понимал, глядя на Шанкса, что даже такого сильного пирата, как он, может постичь жестокость и людское бессилие.       Однако слова, сказанные ранее этим же человеком, олицетворяли величие капитана пиратов. Поэтому, если не сейчас, он всё равно хотел когда-нибудь стать таким же, как Шанкс.       — Вы уплываете насовсем? — послышался хриплый голос Луффи.       — Да, мы слишком засиделись в Ист Блю, — похлопав Монки по голове, капитан немного отстранился, посмотрев ему в глаза.       — Я больше не буду проситься к тебе в команду, — решил Луффи, протирая мокрые веки кулачками. — Я лучше сам стану пиратом.       — А тебя бы никто и не взял, бе, — высунул язык Шанкс, и к его удивлению Луффи не разозлился, как обычно, а лишь фыркнул и улыбнулся.       — Запомни мои слова: я соберу команду посильнее твоей, найду главное сокровище в мире и… — он протянул сжатый кулак и ткнул им в грудь капитана. — …стану Королём Пиратов!       — Ха-ха, отлично! — повеселел Шанкс, и вокруг послышались смешки его экипажа. — Тогда… — он потянулся за своей шляпой и, сняв её, надел на голову Луффи. — Я дам тебе поносить её. Она моя любимая, ты же знаешь? Можешь вернуть её мне только тогда, когда станешь великим пиратом.       — Я… — радужки вновь заблестели от слёз. — Я обязательно… верну.       — Ну что ж, будущий капитан пиратов, нам пора собираться в путь, — подмигнул Шанкс.       Следующие несколько часов команда Красноволосого пополняла корабль продовольствием, готовясь к отплытию. Пристань наполнилась различными звуками: криками чаек, смехом пиратов, гулом и грохотом перетаскиваемых предметов.       Луффи с тоской наблюдал, как его обожаемые люди собирались покинуть Фууся навсегда, и следующая их встреча могла состояться только в море, когда он станет пиратом и отправится в своё собственное приключение.       Тяжело вздохнув, он поднял взгляд в небо — чистое, без единого облачка, — а затем весь вид испортили два полупрозрачных красных зрачка.       Ника.       — Выспался? — вскинул бровь Луффи.       Тот не ответил, лишь задумчиво оглядел его с головы до ног, слегка хмурясь при виде состояния шеи. Пробормотал что-то нечленораздельное и потянулся ладонью к его запястью.       Монки недоумевал, когда рука призрака раз за разом проходила сквозь него, а сам Ника злился. Это ведь ожидаемое явление, разве нет? Чего он пытался добиться этим действием?       — Эм… ты в порядке? — спросил Луффи, озадаченный его состоянием.       — Я вполне, а вот ты — не совсем, — отрезал Ника и, скрестив ноги, завис в воздухе.       — Ну, сейчас я нормально себя чувствую, — пожал плечами Монки.       — Не пытайся обмануть того, кто буквально связан с тобой и имеет общее ядро энергии, — фыркнул Ника, разворачиваясь к кораблю. — Мало того, что мы оказались вдали друг от друга на некоторое время, так тебя ещё пытались придушить и утопить.       — Да, но…       — Сила полностью ещё не восстановилась, поэтому я скоро усну. Мне следует поддерживать источник и не затрачивать то малое количество, что позволяет тебе держаться на ногах.       — Луффи!       Выкрик Макино вывел Монки из мозгового штурма. Он правда пытался понять, о чём лепетал Ника, но безуспешно. Сомкнув губы в едва заметную полоску, он взглянул ещё раз на призрака, однако того уже и след простыл — видимо, отправился спать.       Не став долго думать, он поспешил к Макино и собравшимся жителям деревни провожать команду Шанкса.       — Поднять якорь! — донеслось с палубы.       — Расправить паруса! Мы отплываем!       — До встречи, Луффи!!! — возбуждённо закричали пираты, вызвав на лице мальчика счастливую улыбку.

𓊝𓊝𓊝

      — Охаё³, — хмыкнул Ника, в очередной раз пробуждаясь и замечая, как Луффи смотрит в сторону гор.       Прошла неделя со дня отплытия пиратов, и частыми местами посещения у Монки стали: пристань, Партис-бар и лужайка под одиноким деревом позади деревни с видом на лесистые низколежащие горы Колубо.       — Ты хочешь отправиться туда? — поинтересовался призрак, наворачивая круги вокруг Луффи.       — Любимая история деда Джиро про девятихвостого лиса… Он начал её рассказывать после того, как побывал на горе и, мол, лично его увидел. Но ведь это не больше чем детские сказки, разве нет?       — Так ты каждый день высматриваешь этого зверька? Я-то думал, ты не любишь слушать его истории, — расхохотался Ника и, зависнув в воздухе, лёг на спину, запрокинув руки за голову.       — Конечно, нет! Я просто… просто раньше… когда он впервые об этом рассказал… вот и запомнил, — смутился Луффи, надув губы.       — Да уж, с тобой не соскучишься.       — И вообще! — он резко подскочил, направившись в сторону деревни. — Я голоден! Пошли к Макино.       Ника вмиг оказался рядом, плавно перемещаясь вслед за Луффи и рассматривая окружающую среду. Он хаотично вырисовывал различные движения, то и дело натыкаясь на заинтересованный взгляд Монки. Призрак ухмыльнулся и решил подразнить его. Когда он вновь прокручивался, словно колесо, и на секунду завис на месте, то внезапно рванул к Луффи, резко останавливаясь перед его глазами — лоб в лоб.       Монки вскрикнул от испуга и попятился назад, а затем выругался на смеющегося Нику.       — Прекращай так делать!       — Как так? — сквозь смех спросил тот.       — Пугать меня! — рыкнул Луффи и побежал к бару.       Однако стоило им переступить порог заведения, как громкий басистый смех заставил Монки замереть на месте, а лицо стремительно побледнеть. За барной стойкой сидел мужчина, которого он в ближайшее время совершенно не хотел видеть.       — О, а вот и мой внучок объявился. ______________________________________________________ ¹ Ситтэру (知ってる) — в пер. с яп. «Знаю». ² Оі (おい) — в пер. с яп. «Эй!» ³ Охаё (おはよう) — в пер. с яп. «Доброе утро».