One Deal

      — Луффи…       Пробуждение было скомканным и тяжёлым. Он с трудом разлепил веки и в замыленном сознании лицезрел каменный потолок. Довольно странный, однозначно. Таких ему ещё не доводилось видеть. Сбоку медленно передвигалось облачко, и он потянулся к нему, но рука прошла сквозь него. Снится, что ли? И вообще, почему оно так близко?       — Луффи!       Его снова кто-то позвал. Знакомый голос, только где он мог его слышать? Хмм… Разве это не голос Ники?       Точно! Он ведь упал с моста!       Луффи вмиг сел и посмотрел на обеспокоенное выражение лица Ники, а затем — на его шевелюру, которую он по ошибке принял за облако.       Осмотревшись, кусочки пазла стали собираться воедино. Он находился в небольшой пещере, и сюда его никак не могло выбросить течением, ведь со входа виднелись лучи солнца, и, кажется, рядом была поляна. Довольно симпатичная, с необыкновенными растениями, которых Луффи ещё не доводилось видеть. Шума бурлящей воды поблизости также не было слышно. Как он оказался в этом месте? Не мог же Ника его сюда притащить?       — Знаешь, я ещё никогда и ни с кем так не нервничал, как с тобой при каждом пробуждении, — выдохнул Ника, но лицо ни на миг не расслабилось. — Гэнки¹?       — В порядке, — отозвался Луффи, не отрываясь от манящего вида снаружи. — Что это за место?       — Ты удивишься, но тебя спас лисёнок, — хмыкнул Ника и медленно полетел к свету. — Пойдём.       Луффи подскочил, теряя равновесие, но через несколько шагов уже полностью приходил в себя и прищуривался от ярких лучей, бьющих по глазам. Он ступил на мягкую траву и замер, увидев нечто невероятное. Перед ним стелилась лужайка с различными цветами, кустами ягод, пением птиц и умиротворённой атмосферой, какой он не видел нигде в этом зловещем лесу.       — Как красиво! — улыбка Луффи растянулась до ушей, а в глазах словно заблестели звёздочки.       — Иначе и быть не может, — Ника перевернулся вверх ногами и оказался лицом к лицу с Монки. — Здесь ведь живёт Лис Рассвета.       Сердце в груди Луффи дрогнуло, и он оглянулся по сторонам, надеясь увидеть этого сказочного зверька, но никого, кроме них, здесь не оказалось.       — Похоже, он не доверяет людям, поэтому прячется и наблюдает из тени, — ответил призрак, заметив метания второго.       — Почему? Я ничего плохого не сделаю… — поник Луффи, усаживаясь посреди поляны рядом с кустом белоснежных ягод с серебристо-серыми листьями.       — Да, но он всё равно чего-то боится, — Ника присел сбоку, упираясь локтем в колено и придерживая рукой голову. Его вид казался печальным. — Возможно, он последний из своего рода. Не знаю, что с его расой сделали за последние восемьсот лет, но это знатно пошатнуло психику лиса, если он даже ко мне относится с опаской.       — Разве ты не говорил, что никто не может тебя видеть и слышать? — с возмущением посмотрел на него Луффи и потянулся за ягодкой.       — Если я этого не хочу лично, тогда да, — хитрая улыбка озарила лицо Ники. — Однако я могу позаимствовать немного больше энергии и показаться другим личностям, которых выберу сам.       — А? Ты что… — Луффи резко запнулся, уловив краем глаза зашелестевшую высокую траву в конце поляны.       Он затаил дыхание и даже прекратил уплетать ягодки, когда из кустов показался тёмный носик. А затем, принюхавшись, выглянула мордочка с высокими, остроконечными и навострёнными ушками. Янтарные глаза, словно два блестящих сапфира, внимательно изучали мальчика, но, когда лис заметил большое количество пропавших ягод, недовольно фыркнул.       — Кю ни угоканаиде², — попросил Ника и удивлённо посмотрел на лисёнка.       В следующую секунду зверёк сделал неуверенный шаг вперёд и замер, будто проверяя прочность почвы под лапами. Он продолжал неотрывно следить за действиями Луффи своими миндалевидными глазами и медленно передвигаться к нему. Ушки забавно двигались, улавливая каждый звук поблизости, а неестественно длинный и пышный хвост подрагивал из стороны в сторону.       Луффи засиял пуще прежнего, отмечая про себя, насколько фантастически красивым был лис. Его белоснежная шерсть, украшенная тонкими вьющимися узорами золотистого цвета, проходившими вдоль шеи, боков и вокруг хвоста, казалось, переливалась под лучами солнца. На лбу был расположен золотистый символ в форме четырёхлучевой звезды, а по всему телу мелкие золотые вкрапления и яркие искры создавали эффект свечения.       — Ки-йа-у, — протянул лис, осторожно присев перед мальчиком.       — Ах да, я совсем забыл, как воздействуют на человека снежноспелы, — Ника напрягся и, сложив руки на груди, добавил: — Луффи, ты чувствуешь слабость в теле? Может, тяжесть или сонливость?       — Мм… нет? — он приставил указательный палец к щеке и сделал задумчивый вид, а затем, словно поняв нечто невозможное, выкрикнул: — Ты понимаешь, что говорит лисёнок?!       Зверёк вмиг плотно прижал уши к голове, становясь в стойку для защиты. Он выпустил когти и оскалился, намереваясь, как казалось, в любой момент отбиваться или прыгнуть на оппонента.       — Шизука ни³, Луффи, — предупредил Ника, становясь между ним и рычащим лисом.       По телу Монки пробежали мурашки, и он почувствовал усталость, когда фигура Ники, перекрывающая его от неизведанной опасности, стала чётче, плотнее. Конечно, он всё ещё пропускал сквозь себя свет и был прозрачным, хоть и не таким, как раньше. Однако теперь его видел не только Луффи.       — Спокойно, Хоши, он не причинит тебе вреда, — мелодичный голос Ники с нотками твёрдости разнёсся по лужайке.       Он не делал резких движений, просто замер на месте, позволяя зверю ощутить подобие безопасности. Нику удивлял тот факт, что лис вообще решил показаться Луффи, но сомнения и страх всё равно пересилили его.       Хоши немного расслабился, позволяя когтям втянуться обратно, и нервно взмахнул хвостом. До чего же сентиментальные люди. Лис хотел лишь припугнуть мальчишку, чтобы тот не нарушал идиллию спокойствия на его территории. А этот призрак решил, что он его испугался?       — Кья! Хь-ю… гр-р, — взбесился лис и пошоркал лапой о траву.       — Хонто⁴? Тогда почему ты сбежал от меня часом ранее, когда я пытался с тобой поговорить? — удивился Ника.       Хоши, не сказав ни слова, побежал обратно к краю поляны и запрыгнул в траву, из которой недавно вышел, заставив призрака нахмуриться. Лис снова сбежал от разговора? Ника не мог понять, что он делал не так и почему зверь его избегал, ведь раньше эти создания тянулись к нему и беспрекословно следовали по пятам. Хоть он и не имел возможности узнать Хоши получше восемьсот лет назад, а лишь застал его рождение, это всё равно удручало.       Через минуту лис вернулся — его хвост показался первым. Он продвигался на поляну задом, словно что-то тащил за собой, и когда вынырнул из зелени, всё по кусочкам сложилось в готовую картину.       Ника сначала опешил, потом усмехнулся и вовсе рассмеялся.       Хоши принёс соломенную шляпу.       — Моя шляпа! — подал голос Луффи, но как можно тише, чтобы вновь не испугать лисёнка. Он не понимал его речь, но интуитивно догадывался об эмоциях зверя. А Ника, засранец, даже не удосужился подсказать, о чём они говорили.       Когда Хоши поставил перед ним головной убор, Луффи радостно улыбнулся, излучая почтительный трепет:       — Спасибо! — он схватил её и вернул на своё законное место.       — Мог бы просто сказать, что бегал за улетевшей шляпой, — фыркнул Ника, наблюдая за торжествующим Луффи.       Хоши проигнорировал нравоучения призрака и, склонив голову набок, посмотрел в глаза мальчику. До чего невинное создание. Конечно, не все дети такие, и уж тем более взрослые. Взять, к примеру, двух мальцов, щеголявших по лесу в поисках добычи или драгоценностей, что они прячут в дереве. Эти парни слишком агрессивные и настроены враждебно почти ко всем. Ну а это чудо… Он не чувствовал от Луффи ни капельки злости или страха по отношению к себе — лишь непомерный интерес и добрые намерения. Но больше всего его привлекало в ребёнке желание свободы — то, что они… он потерял много лет назад.       К Луффи хотелось тянуться и узнать его получше. Узнать, как он смог вырасти с чистотой в сердце, несмотря на алчное и сложное окружение. На каком-то подсознательном уровне за ним хотелось следовать и… защищать? Как давно он не встречал таких людей? С момента смены власти? Наверное, да. Когда Ника исчез и к господству пришёл человек с тьмой в сердце, начался полный хаос. Всё было разрушено. Их заставили бежать из собственного дома в поисках спасения, но даже так почти никому не удалось укрыться, и выжило мизерное количество его собратьев, затаившихся в разных уголках мира. А ведь такая участь настигла их из-за преданности Богу Солнца, который бросил их. Он внезапно исчез на целых восемьсот лет, чтобы объявиться сейчас, изменив носителя!?       — Кьи-и-и!!! — зарычал Хоши, оборачиваясь к призраку.       Ника резко помрачнел и отвёл взгляд в сторону.       — Нет, всё не так… — тихо произнёс он. — Я никогда не предавал вас. Меня подставили… развели как идиота… и потом… я застрял во льдах на нескончаемые годы, точнее — фрукт, к которому я привязан.       — Предавал? — недоумевал Луффи, переводя взгляд со злющего Хоши на пристыженного Нику. — Ты настоящий дьявол!       — Говорю же, нет, — выдохнул призрак и провёл рукой по лицу. — Аргх, как же бесит…       Он отвернулся от них, переосмысливая что-то.       — Не обращай на него внимания, бе, — произнёс Луффи, показывая язык в сторону Ники. Он заметил напряжение, витавшее в воздухе, и машинально потянулся за ягодками. Но, сорвав их, вспомнил о беспокойстве призрака и не стал совать в рот, а показал ладонь лисёнку: — Будешь? Тебе ведь их, наверное, можно есть.       Хоши навострил ушки и внимательно посмотрел на протянутую руку, а затем подхватил несколько ягод, проглатывая. Может, стоит ещё раз попробовать впустить в свою жизнь человека? Луффи чем-то напоминал ему прошлого обладателя фрукта — такого же свободолюбивого и доброго, на которого сильно влиял Ника. Однако этот мальчик, кажется, шёл против Бога, позарез наплевав на его принципы.       Что ж. Восхищённое лицо Луффи от его действия подталкивало Хоши к этому шагу.       Монки улыбался ярче всяких созвездий, когда лис съел все ягоды. Ему хотелось погладить его, но он понимал, что этим мог навлечь на себя неприятности и оттолкнуть Хоши. Присмотревшись, Луффи почему-то вспомнил сказку дедушки Джиро, а именно — о «девятихвостом страже природы».       — У тебя не девять хвостов, как нам рассказывали, — заметил он.       Хоши и Ника одновременно фыркнули.       — Потому что он не в своей истинной форме, — стал объяснять призрачный спутник. — В основном им легче быть маленькими и незаметными лисятами, но в случае чего они могут вернуться в первоначальный облик: трёхметровый, девятихвостый страж.       — Ого! А ты можешь сейчас им стать? — спросил ликующий Луффи.       — Ху-у, — ответил Хоши и зашагал к концу поляны.       Луффи оставался на месте, следя за его действиями. Сначала он думал, что лис просто уйдёт. Но когда тот остановился, оборачиваясь мордочкой к нему, у Монки перехватило дыхание: сердце стремительно забилось, а глаза от шока округлились.       Тело Хоши дёрнулось, будто внутри что-то прорвалось. Единственный хвост резко распушился, вытянулся и вспыхнул золотым светом.       По его основанию прошла дрожь — и вдруг рядом вспыхнул второй хвост, словно сотканный из света. За ним третий, затем ещё — они вырывались один за другим, разрастаясь из сияния.       Каждый новый хвост рождался с резким импульсом силы, разбрасывая вокруг золотые искры.       В это же время тело стремительно росло: лапы удлинялись, грудная клетка расширялась, шерсть густела и струилась.       Последний хвост сформировался с глухим толчком — все они расправились веером, массивные и живые, медленно колышущиеся позади.       Сияние погасло.       Перед Луффи стоял уже не лисёнок — а огромный зверь, излучающий грацию и многовековую силу.       — Какой классный!! — он подскочил и задрал голову вверх, пытаясь рассмотреть лиса полностью.       — В таком обличии он и спас тебя после того, как ты потерял сознание и чуть не упал в реку, — хмыкнул Ника.       В тот же миг Хоши опустил морду вниз и, когда его глаза оказались на уровне с Луффи, резко выдохнул. Поток сильного ветра сбил мальчика с ног и вновь повалил на землю.       — Эй! — надул он щёки.       На периферии хохотал Ника, но Луффи не обратил внимания — ему снова захотелось притронуться к лису. Наверное, его шерсть очень пушистая и мягкая.       Он встал и двинулся к нему, совершенно позабыв обо всём. Неведомый импульс заставил его обойти Хоши и остановиться сбоку. Янтарные глаза неотрывно наблюдали за ним и слегка прищурились, заметив, как маленькая рука медленно потянулась к месту чуть выше носа.       Ещё секунда — и тёплая ладонь соприкоснулась с шерстью. Зрачки Хоши расширились, словно он ощутил нечто запредельное, сердце дрогнуло, и он опустил веки, стараясь привыкнуть к ощущениям. Затем он почувствовал, как Луффи буквально прижался к нему всем телом, обнимая и нежно поглаживая. Впервые лис испытывал подобную ласку за последние несколько веков. По телу пробежала волна спокойствия и умиротворения, что заставило вырваться из груди необъяснимому звуку. Он замурчал.       Ника волновался, что Луффи спугнёт Хоши своим поступком, и обдумывал сотни планов, как потом успокоить лиса и вытянуть мальца из этой передряги. Но, на удивление, зверь не двинулся с места и даже не дрогнул — он лишь закрыл глаза и позволил этому случиться. Их безмятежная идиллия заставила шестерёнки в голове Ники усердно завертеться. Было лишь одно объяснение: Хоши почувствовал душу Луффи и решил довериться ему. Отпустить прошлое и шагнуть к будущему.       — Я думаю, нам стоит возвращаться, — оповестил Ника, ухмыльнувшись.       Луффи неохотно отпрянул от пушистого создания и обиженно взглянул на Нику.       — Я не хочу возвращаться к бандитам…       — К кому? — в замешательстве замер Ника. — Что случилось, пока я спал?       — Дед поселил меня и Траф… Трафи-ка? Эм… меня и Траффи к горным бандитам, чтобы они за нами присматривали, — приуныл Луффи.       — Нантэ кото да⁵! Значит, пацан с моста — их сын? Зачем тебе вообще с ним дружить?       Монки отрицательно замотал головой:       — Дед говорил, что за Эйсом тоже присматривают.       — Хм… А этот Траффи что из себя представляет? Не припомню таких в деревушке, — задумался Ника, пытаясь вспомнить подобные прозвища.       Безуспешно.       — Старик притащил его с собой, когда вернулся, — объяснил Луффи.       — Значит, чужеземец, — кивнул Ника, затем серьёзно посмотрел на мальчика. — Ты всё равно не должен оставаться один посреди леса ночью. Разве никто не будет волноваться из-за твоей пропажи?       Луффи снова отрицательно замотал головой и сомкнул губы в едва заметную полоску.       Ну и что с этим малышом делать?

𓊝𓊝𓊝

      Вечер окрасил поляну в мягкие тёплые оттенки, и трава казалась почти бархатной. Трафальгар стоял спиной к закату, и его силуэт растворялся в оранжево-розовом свете, превращаясь в часть уходящего дня.       Он вышел из дома почти сразу после убежавших мальчишек и услышал грохот вдали — там, где недавно скрылись сопляки. Идти за ними он не стал, поэтому направился вдоль дома к противоположной стороне, исчезая в зарослях кустарников и громадных деревьев.       Недолго блуждая, он натолкнулся на поляну, скрытую в гуще зелени, с небольшим пеньком на окраине. Здесь он и решил остановиться, чтобы размяться и потренироваться со своими способностями, а также развеять скуку и обдумать план действий.       Бежать с острова на данный момент не вариант. Сначала лучше исследовать местность, получше узнать обитателей и найти способ не столкнуться со стариком Луффи при попытке побега.       Он встал в стойку, как его когда-то учил Лао Джи. Тренировать боевые искусства было той ещё морокой, но без них ему не выжить в столь суровом мире. К тому же ему требовалась физическая сила для использования способностей фрукта. Без неё он слишком быстро выдыхался.       Резкий шаг вперёд.       Ло сделал выпад — короткий, прямой. Рука выстрелила вперёд и тут же вернулась назад, к корпусу.       Собственно, тренировки по ближнему бою он не любил и надеялся, что в будущем ему никогда не придётся использовать эти знания.       Поворот. Удар сбоку — жёсткий, с разворотом бёдер. Воздух рассёкся сухим свистом.       Ему больше нравилось учиться владению мечом у Диаманте, и было бы неплохо когда-нибудь развить свои навыки в этом ключе.       Ещё шаг.       Трафальгар сместился в сторону — будто уходил от невидимого противника. Ладонь разрезала воздух по диагонали, следом — второй удар, уже ниже, в воображаемый корпус. Колено резко поднялось, будто врезалось во что-то плотное.       Он остановился, когда с головы слетел головной убор, и оглянулся. Белая меховая шапка с пятнистым узором, напоминающим окрас снежного барса, покоилась на траве. Ло поднял её и положил на пенёк, замеченный раньше. Эта вещь была слишком дорога ему и хранила слишком много воспоминаний.       Вернувшись на исходную позицию, он тяжело вздохнул. Теперь его чёрные, как смола, волосы развевались на ветру, прогоняя ненужные мысли.       Руки вновь чётко задвигались. Каждое движение заканчивалось там, где должно было. Каждый шаг — как будто по линии, которую видел только он.       Семейство Донкифот несомненно принесло в его жизнь и радость, и новые знания, и даже надежду… которую они же и растоптали в пух и прах одним своим действием. Он никогда не забудет поступок мерзкого ублюдка, отнявшего у него то единственное, что заставляло улыбаться, а сердце — трепетать, позабыв о событиях во Флевансе, его родном городе.       На секунду он замер.       Тишина возвращалась, но внутри всё ещё гудело напряжение. Грудь тяжело поднималась и опускалась. Пальцы чуть дрожали, но он снова сжал их в кулак.       Однажды он вернётся и отомстит ему, но до тех пор Ло знал, что должен тренироваться, улучшать свои способности и не терять бдительность.       Трафальгар взглянул на небо: солнце уже клонилось к горизонту, и вскоре ему нужно было возвращаться. Дорогу он запомнил. В принципе, не так долго он и ходил, чтобы потеряться. Сделав небольшую разминку — приседания, отжимания и бег, — Ло наконец-то перешёл к самому важному.       К его способностям от дьявольского фрукта Опэ Опэ но Ми.       Помнится, он ещё долго блуждал по острову Миньон после инцидента, не зная, как именно ими воспользоваться. Пока однажды не подслушал разговор пиратов Баррелса, пытавшихся продать этот фрукт дозорным за огромную сумму. Тогда он узнал много полезной информации, а в особенности — то, из-за чего за фруктом охотились все вокруг.       Его способность даровать другому человеку вечную жизнь в обмен на жизнь самого пользователя.       Это неплохо пошатнуло психику Ло в тот день, когда он понял, что буквально мог стать расходным материалом для любого, кто обнаружил бы в нём силу фрукта.       Он продолжал скрываться в одном из заброшенных домов, где и провёл на себе операцию по удалению янтарного свинца из своего организма. Тяжёлая болезнь была вызвана непосредственно этой же рудой, которую в огромном количестве добывали в его родном городе. И спустя некоторое время после обнаружения болезни было уже поздно пытаться хоть как-нибудь её вылечить — люди массово стали погибать.       Когда Ло получил фрукт и узнал, что прошлым владельцем был доктор и как он им пользовался, он, несомненно, обрадовался. Ведь его отец тоже был врачом и обучал сына хирургии.       После этого он встретил Бепо — маленького и пушистого полярного медведя, над которым в тот день издевались другие дети. Они избивали его палкой и пинали. Ло не смог пройти мимо, видя страдания зверя, и помог ему избавиться от надоедливых крыс. Позже он узнал, что медведь не обычный: он понимал его, разговаривал и мог думать как человек. Несомненно, этот факт удивил Ло, но потом Бепо стал преследовать его — везде ходил по пятам и что-то рассказывал. Со временем Трафальгар смирился, и когда к ним присоединились ещё двое — Пенгвин и Шачи, — он лишь закатил глаза.       Так они и выживали вчетвером. Ло им доверял и рассказал о своих способностях, не задумываясь.       Пока однажды Шачи не предложил им сформировать команду и стать пиратами. Трафальгар поначалу сомневался в идее быть ближе к воде, но когда узнал о различных суднах, а в особенности о субмарине, сразу же согласился. Дальше их ожидало создание плана и осуществление своей мечты. Но всё это накрылось медным тазом из-за пришвартовавшегося у острова корабля морского дозора.       Кажется, тогда один из адмиралов навещал могилу очень важного для Ло человека, который работал в дозоре под прикрытием. Как оказалось, уже прошёл ровно год со дня его смерти.       Он совершил большую ошибку, решив понаблюдать тогда за ними и не предупредив об этом ребят. Приблизившись слишком близко, его заметили — а именно тот дед, что привёз Ло на этот остров. Применять свои способности Трафальгар не решился, зная, как сильно дозор хотел заполучить фрукт. Сбежать тоже не вышло, и его схватили. А применять физическую силу — вообще курам на смех. Эти гиганты были сильнее его раз в сто.       Ло не забрали сразу. Они потащили пацана в ближайшую деревушку, отчитывая за столь безалаберное отношение к себе и своим родным: мол, не стоит заставлять их переживать и шастать чёрт знает где, вдали от дома. Он смолчал, не говоря ни слова о своём прошлом, и просто ждал, когда его наконец отпустят. Но не тут-то было. Жители сдали его с потрохами. «Приблуда без семьи» — так они называли Ло и презрительно фыркали.       Что ж. Это и оборвало планы Трафальгара на ближайшее будущее. Дозорные забрали его с собой на корабль, решив внести лепту доброжелательности и помочь бедному ребёнку найти смысл в жизни. Ох, как же тогда всё кипело внутри. Хотелось размазать их по борту корабля, чтобы неповадно было. Больше всего его развеселили их попытки узнать имя Ло, но он молчал и продолжал их дразнить. Пока Гарп не использовал свой «кулак любви». Тогда пришлось ответить, и второй сопровождающий адмирал нахмурился, оттаскивая первого подальше для разговора.       Позже на горизонте объявился ещё один корабль с носовой фигурой собачьей головы, держащей кость в зубах. Ло старался затаиться по углам и лишний раз не высовываться. Но дед Луффи поволок его с собой — как оказалось, на свой корабль, и они поплыли в другом направлении.       Как-то так он и оказался здесь.       Кусты справа зашуршали, привлекая внимание, и Ло напрягся, готовясь применить способности в любой момент.       Но он зря переживал.       На поляну вышел Эйс.       Один.       — А второй где? — поинтересовался Ло.       Тот пренебрежительно взглянул на него, как на пыль под ногами, и продолжил идти в сторону дома.       — Я не думаю, что ты глухой, — хмыкнул Ло, пытаясь вывести мелкого на ответ.       Получилось.       Эйс остановился, но не обернулся и грубо произнёс:       — Не имею понятия.       Отлично. Он бросил семилетнего ребёнка одного в лесу, на растерзание зверям. И что теперь делать? Окрестностей Ло не знал, чтобы самому идти искать мальчика. Может, вернётся, если забрёл недалеко? Дед ведь уже оставлял Луффи в лесу, и тот выживал сам… чёрт.       Трафальгар забрал шапку и поспешил к дому.       Солнце давно зашло, и вокруг стремительно темнело. Возле жилья никого не наблюдалось — лишь тусклый свет от свечей пробивался в окнах. Ло остался снаружи, присаживаясь и облокачиваясь спиной о деревянную стену. Он смотрел вдаль — туда, где днём исчезли две маленькие фигуры.       Постепенно клонило в сон, и Трафальгар не заметил, как задремал, пока его не разбудил голос и дёрганье за плечо:       — Эй, малец, иди лучше в дом.       Он разлепил тяжёлые веки и увидел мужчину — одного из живущих здесь бандитов.       — Луффи-я вернулся? — спросил он, покашливая. Земля остыла, как и стена, пропуская через одежду холод.       — Нет, — ответил тот и потупил взгляд, прежде чем зайти в дом.       Дерьмо.       Сколько времени занимает его возвращение? День? Два? А если всё же не повезёт… Так, соберись, Трафальгар. Ты должен думать трезво, оценить ситуацию и отправиться на его поиски. И куда, собственно? Он же не идиот, чтобы сломя голову бросаться в неизвестном направлении.       Ло обернулся к дому и нахмурился. Им совсем насрать, да? Если Гарп узнает, что его внука обглодали до костей, сами своих не соберут. Но тогда почему ему не всё равно? Может, из-за того, что Луффи напоминал Трафальгару его младшую сестру…       Он резко замотал головой и, собравшись с духом, побежал вперёд.       Через несколько метров от поляны было замечено поваленное дерево — совсем здоровое, ему бы ещё несколько лет стоять здесь, раскинув пышные ветви, но его кто-то вырубил… или сломал? В голове что-то щёлкнуло, и теперь до Ло дошло, что за звук он слышал днём. Эйс это сделал, не так ли? Если смог завалить огромное животное, то и дерево для него не проблема. Он хотел так Луффи напугать?       Пробежав ещё довольно большое расстояние, Ло выскочил к канатному мосту и оглянулся. Никого.       В ущелье внизу вода билась о скалы и камни, стремительными потоками мчась в одном лишь ей известном направлении.       Мост слегка дрожал из-за ветра и казался ему ненадёжным, тем более со сломанной дощечкой в середине. Трафальгар не рискнул перейти его и стал звать внука Гарпа, проходя вдоль пропасти:       — Луффи-я!       — Я здесь!       Спустя минут десять откликнулся мальчик, и Ло свернул от ущелья в лес.       — О! Это ты, Траффи, — улыбнулся Луффи, заметив между деревьями знакомую фигуру.       — Как ты меня назвал? — пытался отдышаться Ло от нескончаемого бега. — Впрочем, неважно. Пойдём домой.       Он протянул ладонь, и Луффи тут же схватил её, крепко переплетая пальцы.       — Ты выглядишь уставшим, — заметил тот, следуя за ним.       — Несомненно, — фыркнул Ло. — Мне пришлось бегать по лесу в поисках тебя.       — Зачем? Я и сам могу вернуться, — то, что сделал Траффи, не укладывалось у него в голове, и он почесал затылок, глядя на напряжённую спину перед собой.       — Просто молчи, — без настроения выдохнул Ло и повёл его дальше в сторону моста. ______________________________________________________ ¹ Гэнки? (元気？) — в пер. с яп. «Как ты?» ² Кю: ни угоканаиде (急に動かないで) — в пер. с яп. «Не делай резких движений». ³ Шизука ни (静かに) — в пер. с яп. «Тише». ⁴ Хонто:? (本当？) — в пер. с яп. «Правда?» ⁵ Нантэ кото да! (なんてことだ！) — в пер. с яп. «Не может быть!»