Сенокос (Дирёжи)

      Продолжает стоять невыносимая жара. Матвиенко по-прежнему работает, обливаясь потом. Сено отлично сохнет, но собирать его еще рано. Серёжа катает с места на место волки, чтобы те хорошо продувались ветром. Сегодня он опять один. И сегодня он намерен сходить на реку, как закончит с работой.       Позов тоже обливается потом на пилораме. Он распиливает круглый лес и брусья. Опилки летят в разные стороны, прилипая к разгоряченному телу, а станок шумит до звона в ушах.       — Поз, пошли чай пить! — кричит коллега.        — Щас, Шаст! — отвечает Позов, допиливая и отключая от питания станок.        Антон Шастун — друг и коллега по работе Димы. Именно он притащил его на работу на пилораму, где платили приличные деньги для колхоза.        Позов выходит из цеха, а мужики уже пили чай с конфетами. Антон с Димой были самыми молодыми здесь.        — Садись, — хлопает рядом с собой Шастун.        Зеленоглазый паренек — душа компании, улыбается другу. Дима садится рядом и принимает из рук старших коллег металлическую кружку. Они спокойно пьют чай, разговаривают, а потом возвращаются к работе.

***

       Позов едет домой. Он курит, выдыхая дым из открытого настежь окна. Проехав с два километра, он замечает своего нового знакомого. Короткостриженый притормаживает рядом с кудрявым. На нем светлая рубашка на распах, что открывала обзор на подтянутое тело, и грабли, что лежали на сильном плече.        — Привет, — Матвиенко очень удивляется Позову.        — Привет, Серёж. Залезай, подвезу, — сказал Дима.        — Я хотел на реку сходить, а то пропотел весь, — наклоняясь к открытому окну, оповещает Серёжа.        — Так я отвезу. Тоже хочу искупаться, — улыбается Позов.        Матвиенко лыбится, убирает грабли на заднее сиденье и сразу запрыгивает в машину.       — Ну, трогайся, — радостно озвучил он.       Позов начал движение. Они проехали три деревни и завернули к старой лесопилке, что давно не функционировала, и пошли к реке.        Дошли они очень быстро по тропинке через густой лес. Серёжа подошёл к воде и потрогал её рукой; та была как парное молоко. А когда повернулся, то увидел полностью нагово Диму. Его светлая кожа заиграла в лучах заходящего солнца. Курчавый смутился и опустил взгляд. Что с ним такое?       — Серёж, отойди! — просит Позов.        А когда парень отходит, тот разбегается и окунается в воду. Он выныривает и смахивает с лица и головы лишнюю воду.       — Вода отличная, залезай! — восклицает Дима.        Матвиенко, не долго думая, бросает одежду на землю и бежит в воду, та приятно обволакивает тело, остужая его. Серёжу по-прежнему смущает то, что они голые. С каких пор это стало волновать его?       Чтобы разгрузить тяжёлую от мыслей голову, курчавый плывёт на противоположную сторону реки. Позов же не заходил дальше, чем по шею, потому что попросту не умел плавать.       Серёжа возвращается обратно. Дима беззлобно завидует ему. Кудрявый плыл брасом, его смуглые крепкие плечи выглядывали из воды. В один момент Матвиенко набирает побольше воздуха в лёгкие и пропадает из виду, чем пугает Позова. Короткостриженый с обеспокоенным видом рассматривал водную гладь, не подозревая, что кудрявый был рядом с ним. Матвиенко резко хватает Позова за ногу, тот орёт от испуга, как резаный, чуть не окунаясь с головой. Серёжа, забрав мокрые волосы назад, смеётся.       — Дурак, что ли?! — звонко взвизгивает Дима.        Он пытается поколотить курчавого задиру.       — Я плавать не умею! Если запаникую, то и в луже утонуть могу! — краснея от злобы, кричит короткостриженый.       — Серьёзно? — хихикает Серёжа.       — Конечно! — пыхтит Дима.       — Тебя не бросали с лодки посреди реки? И не смотрели, как ты борешься за жизнь? — интересуется Матвиенко, посмеиваясь.       — Нет. Не делай так больше, пожалуйста, — успокоившись, просит Позов.       Учить своих отпрысков так плавать — это жестоко и не всегда эффективно.        — Давай, научу, — предлагает кудрявый.        — Если так, как ты сказал, то нет, ни за что! — пытаясь убежать, восклицает короткостриженый.       — Нет, конечно нет, — хохочет Серёжа.       Он перехватывает Диму поперёк туловища и тянет туда, где глубже. Позов сначала немо сопротивлялся, надеясь, что Матвиенко шутит, но тот не шутил. Серёжа продолжает тянуть Диму за собой. Короткостриженный, чувствуя, что дно уходит из-под ног, начинает брыкаться.       — Серёж, ну нет. Нет, хватит. Я боюсь, Серёжа! — надрывается Позов.       — Здесь не глубоко, я же держу тебя, — спокойно говорит Матвиенко.       Серёжа тянет Диму ближе к середине реки так, чтобы ноги не хватали дна, а короткостриженый отчаянно сопротивлялся. Он прекрасно понимал, что если будет сильно паниковать, то может утопить вместе с собой и Серёжу — единственного, кто сможет вытащить его из воды. Зайдя по самую макушку, Матвиенко, держась на воде так, чтобы голова была на поверхности, развернул Позова к себе лицом, тот сильно вцепился в его плечи, стараясь удержаться на плаву. Он жадно хватал ртом воздух и перебирал ногами в воде.        — Давай, пожалуйста, обратно на берег, — умоляет Дима.       — Не-а, пока не научишься, до берега не доплывёшь, — говорит Серёжа. — Давай, попробуй удержаться на воде.        Матвиенко отпускает Позова.       — Нет, не отпускай! — кричит короткостриженый и уходит с головой под воду.        Серёжа секунду хлопает глазами, потом даёт опору Диме, тот, глотнув воздуха, залепляет ему подзатыльник.       — Дурак, совсем?! Я ведь серьёзно не умею плавать! — ухватившись за плечи курчавого, рычит короткостриженый.       — Извини. Больше не отпущу, не думал, что всё так запущенно, — отвечает Матвиенко. — Давай, я держу, а ты пытайся удержаться на плаву. Главное, дыши ровно и набери воздуха в лёгкие.       — Нет, Серёжа, нет, давай хотя бы на мель, — запричитал Позов.        — Отпущу — сам поплывёшь, — угрожает Серёжа.        — Хорошо-хорошо, я попробую! Только не отпускай! — завопил Дима.       Позов сосредотачивается, закрывает глаза и начинает ровно дышать, перебирая ногами. В теории он прекрасно всё понимает, но вот на практике у него ничего не получалось.        — Вот хорошо, давай, отпускай руки и начинай одновременно руками и ногами перебирать, — говорит Серёжа.       Он сталкивается с недоверчивым взглядом короткостриженого.       — Я держать буду, — уверяет его кудрявый, крепче хватаясь за талию Димы.       Позов доверяется Матвиенко, он полностью сосредотачивается на своих движениях. А Матвиенко огибает его, пристраиваясь с боку, чтобы поддержать снизу. Дима щурится, следя за каждым движением Серёжи.        — Вот, теперь принимай горизонтальное положение, ногами делай поочереди вверх и вниз, а руками от груди, — говорит Матвиенко. — Я держу, не переживай, — успокаивает он.       Короткостриженый делает так, как ему сказали, он успешно держится на воде. Кудрявый, поняв, что тот вполне сможет плыть, отпускает. Позов даже не замечает, он проплывает пару метров и идёт ко дну.        — Серёжа, блять, я же сказал: не отпускай! — матерится Позов, барахтаясь в речной воде.       Матвиенко подплывает к Позову, подхватывая.       — Дурак, дурак ты, Серёжа! В жизни больше к воде с тобой не подойду, — ругается Дима.       Он обвивает руками шею курчавого так, что их лица находятся на одном уровне. Серёжа на секунду замирает, смотря на хмурое лицо Димы, что находилось так близко.        — Я же не утопил тебя, — усмехнулся Матвиенко, начиная грести к берегу.        Позов медленно рассекал спиной водную гладь, больше не сопротивляясь, позволяя Серёже двигаться самостоятельно.       — Спасибо. Но плавать я с тобой больше не буду, — фыркает Дима.       Они оказываются по грудь в воде, хватка короткостриженного ослабевает, как только тот чувствует дно ногами. Дима скользит взглядом по смуглому, мокрому телу. Матвиенко наблюдает за тем, как Позов пожирает его взглядом. В Серёже взыгрывает любопытство: сможет ли он без последствий для себя поцеловать Диму.        Кудрявый терся в Москве с парнями, когда гостил у своей подруги Оксаны Фроловой. Он всегда был открыт к новому. В Москве такие отношения, хоть и не офишировались, но их было достаточно.        Но Матвиенко, пока не решается сделать шаг вперед. Дима, тем временем, аккуратно гладит Серёжу ладонью по груди, потом поднимает взгляд, полный любопытства. Ему интересно не меньше, чем Матвиенко. Курчавый наблюдает за тем, как короткостриженый касается его. Дима медленно приподнимает подбородок Серёжи и приближается к лицу. Тот заметно напрягается, понимая, что сейчас должно произойти. Дима упирается руками в грудь Серёжи, а потом кратко целует, отстраняясь, смотря на реакцию кудрявого. Матвиенко резко притягивает его к себе за талию и жадно целует. Позов дёргается от испуга.       — Серёж, — зовёт короткостриженый, не ожидавший такой бурной реакции.       Матвиенко, пока Позов позволяет, целует его. Поняв, что это взаимное желание, Дима становится настойчивее. Он старается прижать курчавого ближе к себе, обвивая его шею руками. Серёжа уложил руки на талию Димы, сильно сжимая и оставляя белые отпечатки на разгорячённом теле.       — Всё прекрати, — бурчит Позов, отстраняясь.       Он крепко обнимает Матвиенко за спину, устраивая подбородок на его плече. Серёжа сначала пугается, но потом понимает, что Дима не отстранился. Кудрявый до сих пор ещё не остыл, поэтому начинает мокро выцеловывать шею и плечо короткостриженого. Тот, получая ласку, запускает пятерню в тёмные волосы Серёжи. Позов полностью поглощён ласками Матвиенко, когда в десятке метров от них с водной глади взлетает какая-то птица. Короткостриженый оглядывается, отпуская мягкие мокрые кудри. А курчавый целует его в кадык, после укладывая голову на плечо.       — Это просто птица, — вздыхает Серёжа.       — Без тебя знаю, — хихикнул Дима. — Куда же я лезу? — задаёт он сам себе вопрос и отстраняется от кудрявого, следуя к берегу.       Матвиенко непонимающе смотрит на Позова. Он оглядывается на берег сзади себя, а потом догоняет Диму.