Расскажи мне о любви

Около 5 лет назад — Ну Кира, дай попробовать! — пищала я, пытаясь выхватить у подруги сигарету. — Ты пиздючка, а еще выглядишь так, будто от одной затяжки у тебя будет рак легких, — она потрепала меня по макушке и мои красные волосы упали на лицо. — Не будет! — будучи уверенная в своих словах, я вновь потянулась к ее руке. — Мне скоро четырнадцать, я не пиздючка. Ну пожалуйста! Ты же моя лучшая подруга, — я сложила руки в молитвенном жесте. — Вот именно, что лучшая и губить твой детский организм не собираюсь. Тем более если мой батя узнает, то голову мне оторвет, у него итак сердце прихватило, когда он меня спалил, — мы сидели после школы в соседнем дворе у трансформаторной будки, около которой обычно собиралась вся школа, чтобы вместе покурить или забить стрелку. — Я должна понравиться Ване. Это мой одноклассник и он любит типа крутых девочек, вот как ты. У тебя же были парни уже с двенадцати лет и курить ты тогда начала. Ну Кира! Я обещаю, что никому не скажу, клянусь нашей дружбой, — я вытянула мизинец, в знак честности и подруга усмехнулась. — Внатуре пиздючка. Ладно, бог с тобой, — девушка протянула мне почти скуренную сигарету. — Смотри, затягиваешься, а потом, когда затянулась, то делаешь вдох, ну типа в лёгкие пускаешь, кашлять ты сейчас будешь как последний туберкулёзник, — дослушав ее, я притянула к губам сигарету, сделала затяжку и вздохнула. Дыхательные пути словно загорелись, лёгкие обожгло и я зашлась в невероятном кашле, не в силах остановиться, с глаз брызнули слезы, а Кира в это время смеялась во всё горло. Угомонив кашель, достала воду из рюкзака и выпила, а затем снова сделала затяжку, которая далась чуть легче. Сознание помутнилось и я, сидя на корточках до этого, упала назад, больно ударившись попой и подруга уже начала держаться за живот, падая за мной, что я тоже не сдержала смех, не смотря на боль. — Это просто офигенно, — вздох наслаждения вырвался из меня. — Первые разы всегда так. Ты еще траву не пробовала, — улыбнулась Кира и я посмотрела на нее со страхом, а потом с интересом начала расспрашивать, требуя, чтобы она дала мне попробовать, но та на отрез отказалась, сказав, что много мне позволяет и остальное лишь после восемнадцати. Я так и не поняла, она имела ввиду, что когда она станет совершеннолетней, или когда я, но допрашивать не стала. На следующий день после школы я курила неподалёку, стрельнув на перемене сигарету у подруги, стояла нарочито серьезно, пуская дым по воздуху, пока мозг будто обволакивало густым туманом. — Эй, малявка, ты когда сигарету в руки успела взять? — подошли ко мне одноклассники, во главе с Ваней. Сердце зашлось в рванном танце и дыхание сбилось, когда они приблизились ко мне. Я встала поудобнее, чтобы не упасть. — А я уже давно курю. Ты не знал? Может научить? — врала я, выставляя себя взрослой и делая вид, что меня не волнует одно его присутствие рядом. — Да ну, стрельни-ка нам по сижке, — попросил он, протягивая руку. Вот блин, я же сама у Киры взяла. — Извини, последняя, — пожала я плечами, не подавая вида. Надо было еще отжать у подруги. Парни не сдержали разочарованного вздоха, жалуясь, как их сложно раздобыть. — Я у старшаков беру, они мне покупают, а я им сверху пятьдесят рублей даю, — надо бы перестать врать, но как можно закончить, когда после каждой фразы Ваня на меня смотрит с таким благоговением. — Слушай, у меня день рождения скоро, если принесешь несколько пачек, конечно за мой счет, то я тебя приглашаю, — предложил Ваня и моё сердце будто вот-вот вырвется из груди, а я даже не заметила, как начала курить фильтр, который в момент сильно разогрелся и бычок вывалился у меня из рук. — Гонишь? — я старалась не смотреть на него с надеждой, но получалось плохо. — Не гоню. С тебя сижки, а с меня приглашение. Будут только самые близкие.– мы забились с Ваней. У нас даже дни рождения были в один день, ну разве это не судьба? Я сразу сказала ему об этом, на что он пообещал, что тоже подготовит подарок, поэтому домой я вернулась чуть ли не в припрыжку, а ночью так и не смогла уснуть в ожидании, даже написала письмо отцу, чтобы поделиться своей радостью.На следующий день в школе я была сонная, но всё такая же счастливая. На уроках сидела как окрыленная, стреляя глазками в Ваню, который мне периодически улыбался, мы даже перекинулись парой записок. Идя в столовую, я уже представляла наших детей, интересно, они будут такие темненькие как я или светлые как Ваня? Надеюсь светлые, если мальчик, то Алексей, как мой отец, а если девочка то… Я еще не придумала, но у нас ещё есть время. А какой мне подарок сделать? Ваня любит машины, мотоцклы и футбол. Но у меня почти нет денег, да и идей для подарка. Может тогда просто попросить у мамы деньги и подарить ему в конвертике? Мысли вертелись в голове безостоновочным торнадо, но это были хорошие мысли. Было приятно подумать о чем-то кроме проблем в семье. Мы с Кирой встретились в столовой, она была в окружении старшаков, поэтому я нагло втиснулась к ним в компанию и подруга обняла меня, знакомя с друзьями. Все трепали меня по голове, словно я была милой собачкой, а я смотрела на них с восхищением и позволяла это делать, задирая голову вверх, чтобы рассмотреть лица. Это так круто быть взрослым, у них наверное крутые тусовки в доме с бассейном и они постоянно пьют, курят и трахаются. Я представляла сцены из американских фильмов, мечтая когда-то оказаться в подобном. Возвращаясь в кабинет, я с улыбкой ждала снова момента, когда смогу рассматривать Ваню. Я внезапно полетела вниз, споткнувшись. Закричав, ударилась носом о кафельный пол и брызнула кровь, после чего услышала смех над собой. — Смотри под ноги, чудик, — знакомый насмешливый голос одноклассницы Сони. — Только не трогайте её, а то вдруг чем-то заразитесь! — Хотелось заплакать от боли и обиды, мне поставили подножку собственные одноклассницы. Я сдержала слёзы и грусть сменилась злостью. — А вдруг она пожалуется своей мамочке или папочке… Ой точно, — поддакивали её подружки. Они знали, что мой отец умер, знали и насмехались надо мной. — Следи за ногами, дура, — вскочив на ноги, я схватила за блондинистые волосы Софии и та запищала, пытаясь вырваться, периодически всхлипывая. — Помогите! — завопили девочки. — Она напала на неё! — Соня больно вцепилась ногтями в меня, я сильно укусила её за руку и хватка ослабла, а верещание усилилось. — Отстань, больная! — девушка ударила меня по лицу, но я держала её крепко и тянула за волосы, чувствуя как они трещат под пальцами. Её подруги, увидев беспомощность одноклассницы, вцепились в мои волосы и руки, пытаясь оттянуть, но я молчала, не отпуская. — Всё, успокойтесь, — мужской голос прервал нашу разборку и кто-то поднял меня, закинув на плечо. — Пусти! Я не закончила! — закричала я, избивала кулаками его спину и дёргала ногами, что бы вырваться. — Если еще раз повторится, то пиняйте на себя. Я видел как вы поставили ей подножку, — пригрозил парень подо мной и начал уводить. Злость пробирала до костей, а руки чесались, чтобы вновь надрать задницу Сони. Сдавшись в попытке вырваться, я обмякла в его руках и тихонько заплакала, ища в себе проблему. Когда мы дошли до кабинета директора, то мой «защитник» наконец спустил меня. — Я не буду говорить тебе спасибо! — крикнула я, что есть злости. Парень был высокий и в очках, видимо старшеклассник. Я ударила его кулаком в живот, но он даже не почувствовал, только усмехнулся и, недовольно развернувшись, я вошла в кабинет Александра Владимировича, чтобы больше не видеть эту наглую морду. Когда я была дома меня встретила мама Киры, тётя Ирина. Она приходила помогать, пока все были заняты. Оповестив, что дома приготовлен ужин, женщина собралась и ушла, поцеловав меня на прощание. Быстро поев, я вышла на улицу и пошла за младшим братом в детский сад. Был прохладный март, грязь и лужи, которые с трудом получась обходить. По дороге я прокручивала в голове сегодняшний день, пиная один и тож камень, пока он не укатился далеко в сторону. Я была худой и бледной, выглядела болезненно и была ниже сверстников, за это они и смеялись надо мной, как будто у меня был выбор. Мне было завидно, что я не могу быть красивой и высокой, краситься, как другие девочки в классе, обсуждать парней и месячные, которые до сих пор не пришли в мою жизнь, поэтому не знаю, о чем бы они смогли болтать со мной. Мне нравилось смотреть аниме, я тащилась от иностранных сериалов, слушала странные песни, да и выглядела нелепо. Волосы были покрашены в красные и криво обрезанны ножницами в ванной. Мы с Кирой года два назад делали проколы в ухе пистолетом, который подруга откуда-то достала, они зажили, но были кривыми, поэтому я стеснялась носить украшения, а еще не умела краситься и как бы не старалась всё получалось ужасно, все попытки оборвались, когда мать забрала свою косметику и запретила её брать.Когда я пришла за Кириллом, то весь обратный путь он плакал и не хотел идти, рвался играть на детской площадке, а я его игнорировала и тащила домой. Дома наложила ему поесть, после чего села за домашнюю работу, пока брат собирал лего у меня под ногами. — А мама сегодня вернется? — на этот вопрос у меня не было ответа, поэтому продолжила писать, пока Кирилл тянул меня за штанину, требуя ответ. — Не знаю, малыш, — тяжелый вздох эхом отразился в стенах комнаты. Я зажмурилась, чтобы не заплакать и меня пронзила боль, отчего слёзы всё же брызнули. Нос всё еще болел и на нем появился синяк. Отвернувшись, чтобы брат не видел, тихо всхлипывала. Грудь сводило, пока я пыталась понять, что сделала не так в этой жизни и почему у меня ничего не получается, хотелось бы никогда не рождаться, хотелось бы сделать шаг вперед из последнего этажа высокого здания, но сейчас и здесь, смотря на младшего брата, понимаю, что брошу его и он останется совсем один. Услышав открывающуюся входную дверь, я стерла рукавом слезы, встала и наткнулась на разбросанные кубики лего, зашипев от боли, прихрамывая, последовала за братом, который уже побежал встречать маму. — Привет, солнышки, — она, пошатываясь, еле как сняла обувь и подошла к нам с объятиями. Горький запах алкоголя ударил в нос и мне пришлось приложить усилия, чтобы не зажмуриться снова. — Мама, а почему ты вчера не пришла? Я собрал фигурку, пойдем покажу, — потащил её за руку Кирилл. — Не сегодня, Кирюша, — мама вырвала свою руку и ушла в гостиную, а я поплелась за ней. — Мам, у меня скоро день рождения. Ты можешь дать мне денег? Я буду отмечать с друзьями, — замялась я поодаль от неё, наблюдая за никчемными попытками переодеться. — Да, конечно, — она всё же сняла кофту, оставаясь в кружевном лифчике и начала копаться в своей сумочке. — Извини, больше не смогу, — я взяла протянутую мне купюру тысячи рублей и не поблагодарив, ушла. Это, конечно, не много, но сколько есть, надеюсь Ваня не обидится. Блин, мне же ещё сигареты надо как-то раздобыть.Когда я написала Кире, то мне пришлось очень долго её уговаривать, но она не согласилась, после чего я бегала за ней несколько дней, а мой день рождения приближался. В конце концов подруга прогнулась под мои уговорами и согласилась, приговаривая, что это точно последний раз. Что ж, а теперь надо поговорить с Ваней, он же сказал, что сам заплатит. После уроков я подошла к нему. — Привет, — сказал он улыбкой, а я так засмотрелась на то, как красиво ветер играется с волосами. — Что-то хотела? — Да, в общем, ты попросил меня купить сижки и сказал, что заплатишь. Я договорилась с человеком, так что… — мне не хотелось рассказывать ему про то, как ныла Кире, поэтому начала уклончиво, а потом у меня язык не повернуося просить у него денег. — Блин, точняк. Слушай, я сейчас на мели, ты сможешь сама заплатить? Тогда можешь не готовить подарок, — я не смогла ему отказать, от одной этой улыбки мне хотелось отдать ему всё своё небольшое наследство и даже свою жизнь, просто чтобы он улыбался мне так каждый день. Может, я ему тоже нравлюсь? Мне оставалось только смотреть ему вслед, окрыленная надеждой на светлое будущее. Когда наступила суббота я проснулась с хорошим настроением. Наконец-то мне четырнадцать, а ещё сегодня я буду вместе с Ваней праздновать этот день. Сегодня мне просто пришлось стащить у мамы косметичку, слегка накрасить губы красным цветом и по совету Киры наносить цвет слегка притаптывающими движениями, а потом размазать пальцем, поэтому получилось очень неплохо, затем подвела ресницы тушью и, довольная результатом, очень долго выбирала одежду. У меня было одно платье, но погода не позволяла его надеть, поэтому я думала между футболкой с модным принтом, которая была мне большой, ведь её подогнала мне подруга, и между обычной однотонной черной кофтой. Выбрала я, конечно же, первый вариант и заправила футболку в черные джинсы на ремне. Обув кеды, выскочила на улицу, где ждала меня Кира. — Даже годик прибавился, к твоему лицу, — оценивающе сказала она. — Теперь выглядишь на десять, — я стукнула её в плечо. Кира была красоткой, на самом деле, не зря за ней бегают чуть ли не все парни в школе, а она совсем и не против, поэтому стабильно слушаю истории о том, как она уложила очередного наивного парня в постель. У неё были каштановые волосы, остриженные в идеально ровное каре и она всегда заправляет одну сторону волос за ухо и мне кажется это крутым. У неё голубые большие глаза, длинные ресницы, в общем, она собрала всё самое лучшее от родителей и успешно этим пользовалась. Ростом она была на голову выше, и не смотря на всю привлекательность, была тощей, её клеймили доской, а она говорила, что просто ей завидуют, скорее всего это и было так. Не смотря на это Кира твердит, что после восемнадцами сделает себе грудь и губы, всегда шутила, что эти части достались ей от отца. Харизматичная и бойкая, я думаю, что именно этим она цепляла людей больше всего, в отличие от меня, тихой и мрачной.Она оставила меня снаружи местной табачки, а сама зашла внутрь, взяв у меня тысячную купюру. Спустя какое-то время вышла оттуда с шестью пачками сигарет. — Я решила, что вам плевать что курить, поэтому взяла самые дешёвые и побольше. Нам даже осталось на мороженое, — я чуть ли не подпрыгивала от радости, запихивая пачки по карманам. — Ты самая лучшая! — пищала я. — Конечно, я знаю, — она манерно вскинула рукой волосы, делая самодовольное лицо. — Но не слишком, — добавила я на последок и мы посмеялись. Кира довела меня до нужного дома. — Напиши мне как закончите, я тебя заберу, — кивнув, я крепко обняла её, вдыхая приятный аромат сладких духов, а после отстранилась, помахала ей рукой и зашла в подъезд. Это был самый богатый район в городе, я поднималась по отремонтированному красивому подъезду, совсем забыв про лифт и сильно запыхалась, поднявшись на седьмой этаж. Испугавшись, что выгляжу плохо, посмотрела в телефон и поправила внешний вид. Нажав на звонок возле нужной двери, за которой слышалась музыка, я переминалась с ноги на ногу в ожидании, но мне никто не открывал. Прошло еще некоторое время и несколько попыток дозвониться, но всё тщетно, до меня доносились лишь приглушенные голоса и музыка. Сильно расстроившись, я уже развернулась, чтобы уйти, но услышала как дверь открывается. — Привет, мы тебя уже заждались, — встретил меня Ваня, растрепанный и он так круто выглядел, одетый в черные джинсы и толстовку, отчего сердце подскочило к горлу. В таком образе он выглядит еще более привлекательным. Поздаровавшись, я зашла внутрь и одноклассник даже приобнял меня, от этого жеста ноги моментально онемели. — Я буду в гостиной, — он ушел, пока я снимала куртку и разувалась. Вытащив сигареты, пошла за ним. — Ты принесла? — спросил Ваня, а затем посмотрел на мои переполненные руки и засиял. — Умница. — Это было просто, — соврала я, делая вид, будто у меня не перевернулись все внутренности от его похвалы. — А зажигалка где? — замявшись, я притупила взгляд в пол. Боже, какая я дура, конечно, как можно было забыть про зажигалку. — У меня есть, — спас меня парень, имени которого я не знала, сидящий на диване и после этого я обратила внимание на гостей. Тут были некоторые мои одноклассники, включая Соню и её подруг, отчего мне стало совсем не по себе. Ещё были люди из параллельных классов и двое постарше. Усевшись на предложенное место, я стала наблюдать тем, как парни играют на плейстейшн, а все остальные дожидаются своей очереди, болтая. Ваня с некоторыми парнями ушёл на балкон, чтобы покурить, поэтому я молчала, даже не зная, о чем говорить. На столе стояли бутылки с алкоголем, кажется одноклассник упоминал о том, что его отец любит пригубить рюмочку любимого коньяка или виски и видимо выцепил несколько бутылок из его закромов, рядом стояли кола, соки, из еды были роллы и пицца, которые я не решалась брать из-за стеснения. — Раз все пришли, то начнем? — весело вернулся Ваня, после чего все дружно загоготали, разливая алкоголь в стаканчике, не зная пропорций. — Ты что будешь? — спросил он у меня. Я особо не пила, но мы с Кирой пили виски с колой и на праздники вино. — Виски с колой, — улыбнувшись, взяла протянутый стакан, случайно коснувшись пальцев возлюбленного, отчего моё лицо вспыхнуло и я сразу принялась пить, сделав слишком большой глоток. Алкоголя было больше, чем газировки, отчего рот обожгло, отдавая неприятным ощущением в лоб. Мы веселились, кто-то танцевал под музыку, кто-то играл или смеялся. Наконец дошла моя очередь взять геймпад в руки, но к сожалению я совсем не умела им пользоваться, но тактика нажимать все кнопки подряд сработала, поэтому в паре сражений мортал комбат я одержала победу и будучи раскованнее из-за легкого дурмана, громко радовалась. Все потихоньку пьянели и всё чаще выходили покурить. Я взяла сигарету и тоже направилась на балкон, садясь на стоящий там стул, закурила. Давление моментально подскочило, в глазах зарябило, а к горлу подкатывала тошнота, которую мне удалось сдержать и докурить сигарету. Пить на голодный желудок или не закусывая всегда было плохой затеей, Кира учила меня этому, но видимо я так и не усвоила урок. Позывы вырваться содержимому желудка наружу становились все яростнее, поэтому найдя туалет, закрыла дверь и села возле унитаза на колени. Прошла минута, желудок забило в судороге и я старалась быть как можно тише, думала, что задохнусь из-за не останавливающийся рвоты, но к счастью она закончилась. Я еще некоторое время просидела так, сплевывая остатки, а затем встала и выдавив зубной пасты на палец, начала чистить зубы, чтобы сбить неприятный запах.Когда я вернулась, то все уже пошатывались. Девочки танцевали в центре комнаты, глаза их были расфокусированны и они стали более раскованнее. Они выглядели взрослыми, ярко накрашенными и одеты так модно, что я и сама не смогла оторвать от них глаз. Взяв кусок пиццы я съела его очень быстро, надо было сделать это раньше. Ваня всё подливал и подливал мне, а на мои просьбы остановиться он рявкал, говоря, что это его праздник и все должны пить. — А ведь сегодня у нашей Ани тоже день рождения, — сказала Соня, приглушая музыку. Она достала свой телефон и начала снимать видео. — Вы же заготовили подарок, мальчики? — её тон был наигранно радостный, отчего я заподозрила что-то неладное. — Конечно, — Ваня приобнял меня за талию, сжав локоть. Мне уже не казалось, что это романтично, лицо одноклассника вдруг приняло злобный оскал. Другой парень схватил меня за ноги, рывком укладывая на диван. — Остановитесь, мне страшно, — пыталась вырваться я, но парни крепко держали меня. — Надеюсь тебе понравится наш подарок, чудик, мы долго над ним думали, — София всё ходила рядом, вместе со своими подругами, снимая всё на видео. — Ты будешь вспоминать его долго. — Животный страх острым копьем пронзил моё сердце, которое зашлось в рваном танце. Дыхание участилось, когда один из парней снимал с меня джинсы, а я дёргала ногами, чтобы ударить его, но девочки пришли ему на помощь, схватив мои ноги. Когда Ваня отпустил меня, я попыталась встать, но эти попытки прервали, прижав меня обратно к дивану, больно нажав на грудь. Я не знала кто держит сейчас мои руки, но этот человек нагло лапает мою грудь, через тонкую ткань футболки. — Нет, пожалуйста! — кричала я, когда Ваня некоторыми усилиями порвал мои трусы, а затем поднял футболку к моему горлу. Парень сверху теперь закрыл мой рот рукой. Я дёргалась и выравалась, мне даже удалось высвободить ногу и ударить Ваню по лицу. — Сука, — зашипел он и схватил нож, мне стало по настоящему страшно, может они хотят убить меня? — Сонечка, сколько раз обижала тебя Аня? — Недавно она обозвала меня, — Ваня поднес нож к моему ребру, я закричала что есть силы, но рот все еще был закрыт и получалось только мычать, из глаз брызнули слёзы, когда он водил острым лезвием, оставляя глубокую рану от живота почти до спины, из которой тут же просочилась алая кровь. — А ещё схватила за волосы, — второй порез, боль была невыносимой, а все попытки вырваться, лишь сильнее рвали рану. За что? Я же просто хотела отпраздновать день рождения, утром моему счастью не было предела, почему меня никто не предупредил, почему все надежды рухнули в один миг, почему люди бывают такими злыми? Силы были совсем на исходе, капли холодного пота стекали по моему лицу, а перед глазами мигали огоньки. — А еще укусила меня, — третим порезом он прошелся поперёк прошлых ран и я завопила сильнее. — Теперь ты будешь знать как обижать мою девушку. А чтобы усвоить урок… — Ваня расстегнул ширинку, я только слышала звук застежки, смотря в потолок, в голове было пусто. О чём люди думают в такие моменты? Как я могу спастись в окружении врагов? Я слышала гогот ребят, которые поддерживали друга, как болельщики на соревновании, словно он делал то, что заслуживает уважение, будто это его победа. Соня ходила вокруг, подбадривая своего парня и снимая всё на телефон. Я чувствовала как струи крови текли по моему телу, пыталась сосредоточиться на этом ощущении, чтобы не чувствовать то, что последует дальше. Шорох, кажется, это был звук блистерной упаковки презерватива. Парень сверху сжимал мои соски, теребил их, но я уже ничего не чувствовала, всё вокруг темнело. Резкий рывок внутрь меня откинул сознание ещё дальше и я поддалась вперед образовавшейся бездне внутри груди. Вокруг было темно, когда я пришла в сознание, была уже ночь. Я попыталась встать и резкая боль пронзила всё тело. Сдержав порыв заплакать, всё же встала, осматривая комнату. Звук сопения рядом только дошел до меня, все спали, кто-то на полу, кто-то устроился на диване, музыка всё так же играла, но уже тихо. Я нашла свой телефон в куртке в коридоре и включила фонарик. На мне была только футболка, на ноге засохшая кровь тянулась от рёбер. Я потрогала себя между ног и зашипела от боли, а на руках появились ошмётки крови. На полу нашла три использованных презерватива. Было много пропущенных от Киры, от дяди Серёжи и тёти Иры, быстро найдя свою одежду, натянула её на себя и выскочила из квартиры, набирая номер подруги. — Алло, Анька, мы тебя обзвонились. Тусовка была настолько классной? — услышала я сонный голос на другом конце трубки. — Кира, пожалуйста, забери меня, — мой голос дрожал и я всхлипнула, слыша как Кира вскочила с кровати. — Буду через пять минут, жди на улице, — пять минут длились вечность, я не могла присесть, стоять тоже было больно, даже переминаться с ноги на ногу. Когда подруга с дядей Серёжей подъехали, я с их помощью добралась до машины, они что-то спрашивали, но я не могла разобрать из-за гула в ушах и упала на задние сидения автомобиля, вновь теряя сознание.