Неустойчивые игры. Новый рассвет.

      Красная Соренто была все на том же месте, где припарковался Антон. Семён, вынырнувший из постельного тепла в осеннюю прохладу, укутался поплотнее в куртку и заглянул в окно. Антон дремал, откинувшись на водительском кресле.       Семён какое-то время стоял и изучал его умиротворенное лицо, понимая, что совсем не хочет его будить. Но потом стукнул костяшками пальцев по стеклу, невесомо, совсем тихо. Антон, с глубоким вдохом разлепив глаза, открыл дверцу. Кружанский забрался внутрь и расслабленно плюхнулся рядом.       – Почему не уехал? – спросил он, подкуривая и делая затяжку, особенно сладкую после таких-то обстоятельств.       – Не нашёл ключи от квартиры, – сонно пробурчал Антон.       – А меня только что выебали.       – Я и ставил на эту крошку.       – Чёрт, Окс… ЧЁРТ! – выразительно ругнулся Кружанский, и Антон, обнажив зубы в сонной улыбке, покатил к общаге.              Сосед уже похрапывал у себя. Семён от одного его вида прочувствовал всю свою усталость и завалился в кровать прямо в одежде, моментально отрубаясь. Антон переоделся в его треники и футболку и, оттеснив Кружанского, залез в тесную койку. Они спали в притирку друг к другу, и Антон всю ночь глотал запахи духов и женственности, исходящие от того душными волнами.       На утро он проснулся с рыжей головой на своей груди, утопающей в слюнях. Голова самого Антона трещала и раскалывалась. Он аккуратно выбрался из-под слюнявой туши и ощутил зверскую ломоту во всём теле. Что бы там Кружанский от него не требовал, к этому невозможно было привыкнуть. Эта кровать была ужасна.       Антон, растирая бока и шипя, растолкал Семёна. Рыжая голова недовольно замычала и спряталась под одеяло.       – Душ прими. От тебя несёт, как от парфюмной лавки, – утомленно процедил Антон, приподнимая одеяло за уголок. От этих уничтожающих запахов хотелось отмыть и себя, и его.       Семён что-то сонно пробурчал в ответ и зарылся глубже. Антон стащил с соседского стола табличку с сомнительным мотиватором, вынул вкладыш и чёрным маркером черканул что-то на обороте. Потом бухнул её на тумбу рядом с кроватью Семёна, почесал рыжую макушку через одеяло и ушёл.       Сосед, проснувшийся через пятнадцать минут после его ухода, протёр глаза.       РАЗБУДИТЕ МЕНЯ В СЛЕДУЮЩЕЙ ЖИЗНИ, – гласил его собственный мотиватор, стоящий на чужой тумбе. Не зная, где заканчивается у Кружанского старая жизнь и начинается новая, он решил его не будить. И, тихо собравшись, пошёл на учёбу.       Семён, проспавший первые две пары, раздражённо втащился в аудиторию уже под конец третьей.       – Чья ёбаная идея была напиться в воскресенье? – плюхнулся он рядом с соседом.       – Твоя… кажется, – неуверенно промямлил сосед.       – А чья ёбаная идея была поддержать мою ёбанную идею? – развалился Кружанский на стуле.       – Окса… кажется, – подхватывая мысль, продолжил сосед.       – А кто эти ёбанные идеи сопроводил до места их реализации?       – Я, – уже совсем уверенно заявил сосед.       – И как у твоего «Я» дела?       – Чувствую себя футбольным мячом, – горестно вздохнул тот.       – Почему? – поинтересовался Семён, широко зевая.       – Потому что меня отфутболили, – изрёк сосед уж совсем печально. – Ну а у тебя как прошло?       – Отлично. Я удовлетворён.       – Повезло же тебе, рыжий ты гад! Выглядишь затраханным… но каким-то невесёлым.       – Потому что затрахали меня… страпоном, – уточнил Семён безрадостно.       – Ну ты и пидор! – восхищенно выдохнул сосед.       – Это я вчера уже выяснил.       – Ну… хочешь я тебя с другом познакомлю? – сосед растерялся, но попытался проявить участие. – Он тоже из этих…       – Из каких «из этих»? – Семён в пол-уха слушал соседа, досадуя, что вообще притащился на пару, когда она всё равно уже закончилась.       – Ну… из заднеприводных, – деликатно пояснил сосед, слабо владеющий терминологией.       – Вот тебя пусть и заднеприводнит, – Семён и без того раздражённый, теперь обозлился окончательно. – А у меня уже есть ёбари. ЦЕЛЫХ ДВОЕ! – рявкнул он, подскакивая с места, и, чеканя злобный шаг, направился к выходу.       Дверь за собой он захлопывал под жиденькие аплодисменты оставшихся.              На следующий день одногруппники торжественно вручили ему крафтовый пакет, в котором Кружанский обнаружил спасительный лубрикант и богатый ассортимент презервативов всех форм и размеров. Он, рассыпаясь в благодарностях, под общее одобрение бережно опустил пакет в сумку, внезапно осознав, что всё это и правда внесёт комфорт в его сексуальную жизнь.       Но только этим их забота не ограничилась.       Что и говорить, одногруппники Семёна были людьми понимающими и обладали утончённым чувством юмора. Одним словом, были такими же далбаёбами, как и он сам. В перерыве между занятиями он, подперев голову рукой, бессмысленно водил мышкой по рабочему столу, раздумывая, чем бы занять себя на предстоящих сдвоенных парах, когда развлечение нашло его само.       – Семён, можно тебя на минуту? – подходит к нему одногруппница.       Семён, занят? – пиликает сообщение в чате.       Будучи расслабленным и глубоко погружённым в себя, он вздрагивает от неожиданности и от того, и от другого.       – В чём дело? – откликается он.       В чём дело? – отправляет он тот же вопрос в чат.       Одногруппница присаживается рядом за парту, интимно придвигается, осторожно льнет к нему бочком.       В окне переписки появляется ссылка, Семён бесстрашно по ней кликает. В это же время блестящие алые губы, совсем близко от его лица, приоткрываются, готовые вступить с ним в диалог.       На всё окно разворачивается видео. Оглушает звуком аудиторию.       Они вдвоем завороженно смотрят в экран монитора. На них завороженно смотрят одногруппники.       – Классссс… – спустя пять минут выдыхает одногруппница.       Класс! – отпечатывается в чат Семён.       – Спасибо… – шепчет одногруппница и на нетвёрдых ногах идет к выходу из аудитории.       Спасибо! – печатает Семён.       – Хотела-то чё? – спохватывается он ей вслед.       – Если честно, я забыла, но это было великолепно. Пойду перекурю.       Чё хотел-то? – вопрос в чат.       В ответ тишина.       Семён пожимает плечами, вытаскивает из кармана наушники, втыкает в ноутбук и ставит гейское хард-порно на повтор.       Ещё есть? – вопрос в чат.       Два часа современного естествознания пролетели быстро и познавательно.