Беспородный

Дождь наконец-то прекратился, но густой, словно молоко, туман не дал нам насладиться утренним солнцем. Весь путь до найденного вчера места последней битвы лесного хозяина, как называли медведя в некоторых регионах, мы проделали в гнетущей тишине. В этот раз света было достаточно, чтобы осмотреть место недавнего сражения. Белл определил, что всё случилось не больше недели назад. Небольшая полянка, образованная поваленными деревьями, была усеяна следами волчьих лап разных размеров. Зверей тут явно было не меньше десятка. — Судя по всему, стая загнала медведя сюда целенаправленно, — Белл показывал и объяснял нам, как правильно читать следы. Отпечатки лап медведя вели сюда с севера, и преследовало его четверо или пятеро волков. — А тут их уже ждали другие, — старший ученик указал нам ещё на две группы следов, которые были расположены по периметру поляны. — Вот тут видно, что животные долго стояли. Никогда не слышал, чтобы волки умели вести столь организованную охоту. — Может быть, это просто совпадение? — подала голос Влада. — Всё может быть, но лучше предполагать наихудший для нас сценарий событий, — сурово отрезал Беллер. — А именно, что это каким-то образом организованная крупная стая из более чем десятка особей. — А мы с ними справимся? Может, стоит позвать на помощь мастера Тьодарра? — спросил я. Я уже бился с волками и здраво оценивал собственные силы. С тех пор, я, конечно, немного окреп, да и обретённое с тех пор оружие придавало уверенности в себе, но с более чем пятью крупными волками я в одиночку сейчас не справлюсь. Что же до моих спутников, то тут для меня была загадка. — Волки не проблема, даже с запредельно огромной стаей в сотню зверей, я, скорее всего, смогу совладать, — после недолгих размышлений ответил Белл. — Вот только, если с ними будет кто-то ещё, всё может повернуться совсем по-другому. Да и наша укротительница, явно имеет опыт общения с животными. Влада картинно вздёрнула носик, принимая похвалу, после чего показала мне язык. — И что мы тогда делаем дальше? — поинтересовался я. — Постараемся выследить стаю, у них где-то должно быть логово, а для этого нужно всего лишь пройти по звериному следу. Задача, и правда, казалась довольно простой, учитывая, что с поляны в глубь чащи вела явственно видимая звериная тропа, проложенная десятками лап. Поначалу идти по следу было довольно легко, вот только звериная тропа вела нас в самую глубину леса, который становился всё гуще и старше. Было уже около десяти часов утра, и солнце высоко поднялось над горизонтом, но под густой тёмный лесной полог оно почти не пробивалось. Иногда случайный яркий лучик небесного светила пробивался сквозь густую листву, но и это встречалось всё реже. След, по которому нас уверенно вёл старший ученик, постоянно петлял и был всё меньше заметен. Судя по всему, звери разделялись и то один, то другой отходили от основной стаи. К обеду мы, по моим наблюдениям, прошли уже около десяти километров. Тёмно-зелёный мрак стал почти совсем непроницаемым, а тишина стояла такая, что эхо наших шагов слышалось со всех сторон. Лес выглядел совершенно мёртвым. Никто не шуршал в густом подлеске, не было слышно перекликающихся птиц, белочки не скакали по ветвям. Гнетущее ощущение окружающей пустоты начинало давить на нас всё сильнее. Влада, которая, поначалу, пылала энтузиазмом, поникла и всё чаще бросала взгляды, в которых читалось сомнение, на Беллера, но старший ученик невозмутимо вёл нас всё глубже в это царство тьмы. Не знаю, как Белл продолжал определять след, я уже давно потерял его из виду, но вскоре после очередного привала мы оказались перед спуском в глубокий овраг. Его крутые склоны с растущими наверху деревьями образовывали арку входа, который выглядел, как чёрный провал даже в окружающем нас мраке, но к моему ужасу, нам нужно было именно туда. — Наконец-то! — радостно произнёс старший ученик. —  А то мне уже надоело играть в следопыта. Звериная тропа, разделившаяся на множество отдельных следов, снова собиралась воедино и вела в тот самый овраг, вход в который больше походил на пещеру. К счастью, Белл раздал нам факелы, коих у нас было не так много. Проход был высоким, но довольно узким, по нему в ряд могло идти не больше двух человек. Мы же двигались друг за другом: впереди шёл старший ученик, я был в середине, а замыкала нашу процессию маленькая герцогиня. Дно оврага было песчаным, а из стен тут и там торчали древесные корни, вот только дорогу они почему-то не перегораживали. Разгадка этому феномену обнаружилась довольно скоро. Я споткнулся об очередной корень, торчавший из земли, и, чтобы не упасть, мне пришлось схватиться за стену, для чего выпустить из руки факел. К счастью, он не потух, но когда я нагнулся, чтобы его поднять, то обратил внимание на один из корней, который немного торчал из стены, точнее это был остаток корня, на котором явно виднелись следы зубов. Спустя какое-то время стены оврага начали расходиться в стороны, и впереди забрезжил свет. До выхода оставалось совсем чуть-чуть. — Там кто-то есть, и он следит за нами, — услышал я шёпот Владиславы, которая пыталась что-то разглядеть на краю возвышающегося над нами склона оврага. Я поднял голову и тоже заметил какую-то тень, мелькнувшую над нами. — Это волки, — спокойным тоном ответил ей Беллер. — Вот уже час, как они следуют за нами. — И ты так спокойно об этом говоришь!? — дрогнувшим голосом поинтересовался я. — Ну, так не гоняться же за ними по всему лесу, — невозмутимо произнёс старший ученик. — А так я был уверен, что мы движемся в нужном направлении. И раз они решили перестать скрываться, значит, мы уже почти пришли. Приготовьте оружие, а все остальные вещи оставьте здесь. Делать было нечего. Мы с Владой сложили всю нашу поклажу рядом со стенкой оврага. Девочка проверила, хорошо ли вынимаются клинки из ножен, я поправил перевязь с ножами, после чего мы двинулись вперёд к выходу. Мы оказались в огромной низине с крутыми склонами. Вечернее солнце ярко подсвечивало верхушки деревьев, которые стояли по её краям, но совершенно не освещало дно, которое было погружено в глубокую тень. После лесного мрака и тьмы подземелья, даже тусклый свет резал глаза. Низина представляла собой круглую поляну диаметром в полторы сотни метров, посреди которой возвышался небольшой холм, покрытый очень густой блёклой травой. Но больше всего в этой картине пугало то, что сухая и безжизненная земля вокруг холма была густо усеяна костями. — Вот мы и пришли, — глухим голосом констатировал Беллер. И словно в подтверждение его слов раздался сотрясающий всё вокруг вой, в котором явно слышалась свирепая злоба и ликование. — Вот мы и пришли, — повторил я, взводя арбалет.