Искра в ночи

***

— Я так устал… Когда мы уже придем?       Суйгетсу шел медленно, будто плавился под солнцем, и еле передвигал ноги. За пару дней троица делала лишь короткие привалы, почти не отдыхала и не ела, чтобы как можно быстрее дойти до страны Горячих Источников и пересечься с Хотару. Если она не явится в течение дня, то команда отправится на поиски Итачи. Саске не хотелось лишаться такого ценного союзника, с ее-то способностями. Карин хороша в своем деле, но Хотару он доверял больше. — Если тебе что-то не нравится, ты можешь валить, — надменно произнесла Карин, косясь на блондина сверху-вниз. — Раз ты не можешь просто шагать дальше, нам такие слабаки не нужны, — она хмыкнула, откидывая прядь волос за спину. — Дамы вперёд. Покажи мне, куда валить, — Хизуки ухмыльнулся, наклонившись над девушкой, что та немного смутилась, но ее взгляд оставался твердым. — Саске меня первым взял в команду, значит, я был важнее. А вот твой отказ вступать в команду мы бы пережили, ведь у нас есть Хотару, так что тебя легко заменить. А нет, погоди, — он задумался, хитро улыбаясь, — замена ведь у нас — ты.       Карин покраснела от возмущения, глубоко вздохнула, сжала кулаки и замахнулась над заливающимся смехом парнем. Джуго остановил ее руку и покачал головой, призывая одним лишь своим спокойным видом к мирному решению вопроса. Птица на его голове коротко запела, с укором смотря на ругающуюся парочку. Суйгетсу цокнул, достал бутылку и демонстративно пошел дальше, попивая воду. Карин недовольно вырвалась, гордо задрала нос и ускорила шаг, обгоняя блондина и равняясь с Саске, что размеренно шел, слушая природу и не обращая на перепалку внимания. Если бы поблизости был враг, сенсор бы об этом сказал. — Саске, зачем мы возвращаемся в деревню? — Карин всячески пыталась показать, что она просто хочет узнать что-нибудь, а не идти рядом с объектом восхищения. — Разве твоя миссия не важнее? Когда мы о ней уже узнаем? — Расскажу, как будем в полном составе, — Учиха смотрел вперед, спуская ей с рук то, как куноичи пыталась его как бы невзначай коснуться.       Иногда приходилось делать шаг в сторону. — Неужели ее присутствие так важно? Суйгетсу говорит, что она и так знает твою цель. Значит, ей необязательно слушать ее вновь, — девушка сузила глаза, высматривая, как Учиха отреагирует на упоминание Хотару.       Учиха оставался бесстрастен, хотя ладонь на рукояти катаны сжалась сильнее. — Если она не явится через сутки, как мы прибудем в деревню Горячих Источников, то ничего не останется, как рассказать вам о планах без нее, — парень продолжал говорить спокойно: его панцирь Карин пробить не смогла. — Чем она так полезна? Я выполняю ту же самую работу, что и она. — Она выполняет ее молча и не отвлекается, — лишь сейчас юноша коротко взглянул на спутницу, и она опустила глаза, поджала губы и наконец замолчала, фыркая на смех Суйгетсу за спиной.       Команда ненадолго остановилась около Бамбукового Леса, но Карин не ощутила чакры Харукаге, поэтому они двинулись дальше, остановившись в одной из гостиниц деревни. Джуго ушел за покупками, Суйгетсу направился к горячим источникам, даже не выслушав дальнейший план, а Карин, радуясь сложившейся обстановке, сидела на подоконнике, открыв окно нараспашку и наслаждаясь открывшимся видом.       Пусть и ненадолго, но отдых никому из команды бы сейчас не помешал.       Девушка всеми силами пыталась изогнуться так, чтобы казаться соблазнительной: закинула одну ногу на другую, кокетливо убрала волосы за ухо, расстегнула рубашку на две верхние пуговицы. Учиха был непоколебим. Какое-то время он разбирал вещи и припасы оружия. Сюрикенов и кунаев катастрофически не хватало, взрывных печатей осталось совсем немного, лески и вовсе не наблюдалось. Возможно, он попросту ее забыл, хотя это не было на него похоже. Придется зайти в Сора-ку перед поиском Итачи, чтобы пополнить запасы и быть готовым к бою. — Саске… — начала Карин, ее тон вновь стал приторно сладким, когда она оставалась наедине с ним.       Учиха уже знал наизусть, какую тему она поднимет. — Сходи за обедом, — коротко приказал Саске, мельком глянул на девушку, которая удивленно наблюдала за ним какое-то время. — Я… я вам не девчонка на побегушках! — хмыкнула она, надув щеки от того, что юноша не замечал призывов к действию.       Ее будто одернули уже за процессом, отчего она стремительно застегнула рубашку. Впрочем, даже до этого смотреть там было не на что. — Тогда я сам, — ожидая такого поворота событий, он стремительно вышел из номера, оставив ошарашенную Карин в одиночестве.       Учиха вышел на улицы с сувенирными лавками, ресторанами и прочими товарами, которые пригодились бы гостям деревни. Он рассматривал содержимое без особого интереса, гулял, чтобы просто убить время, пока на глаза не попался браслет: гладкие камни будто светились изнутри, и между ними была составлена пара серебряных крыльев, настолько тонких, что удивительно, как мастер смог выточить материал настолько и не сломать его. Парень невольно взял украшение, повертел в руках, приблизил, чтобы лучше рассмотреть свечение. — Это лунный камень, молодой человек, — доброжелательно прокомментировала женщина в возрасте. — Очень красивый и редкий. Прекрасно подойдет вашей спутнице.       Саске поднял раздраженный взгляд на собеседницу, и она замолкла. Немного подумав, он достал из мешочка деньги и расплатился.       До конца дня он старался узнать хоть что-то об Акацуки, наплевав на обед, за которым и ушел из номера. Лишь пара жителей высказалась о том, что видела шиноби в черных плащах с красными облаками, но их цели и места их пребывания оставались неизвестными. Или в живых не оставалось никого, кто их находил.       Разочарованно идя обратно в номер, Учиха что-то ощутил. Лёгкое теплое дуновение, которое прошло будто не по коже, а внутрь, впитываясь в нее и расползаясь по всему телу. Он остановился, активировал шаринган, положил ладонь на рукоять катаны и сосредоточился, продолжая идти к гостинице. Он оглядывал каждого, кто проходил мимо, и некоторые вздрагивали, замечая на себе взгляд красных глаз. — Саске?       Парень обернулся на знакомый голос. Хотару сияла от радости. Она в принципе изменилась, и не только внешне; стала как-то ярче, легче и свободнее. В ее взгляде не было привычной усталости и смирения. В них зажглась искра, жизнь и уверенность. На мгновение в памяти всплыло, что такой она была в детстве. Воспоминание всплыло само собой, и Саске надеялся, что оно не было создано гендзюцу Итачи. Это сомнение отрезвило, вырвав Учиху из раздумий. — Мы думали выдвигаться уже завтра, если бы ты нас не нашла, — рука невольно сжала браслет, чтобы его не было видно сразу.       Только сейчас парень понял, что не знает, как дарить подарки.       Хотару сейчас почему-то досконально его осматривала. Она подошла, и Учиха заметил символ незавершенного круга на ее лбу, более стабильное свечение паутинки на ее коже, ощутил рядом с ней какое-то спокойствие: тревога за завтрашний день и куча мыслей в голове о том, как найти брата, готов ли он к битве, все ли пройдет по плану, немного стихли. Его голова прояснилась и стала будто легче. Шаринган исчез сам по себе. Это из-за нее, ее способности? Саске впервые за столько лет растерялся, не зная, как реагировать на подобные ощущения. — Я боялась не успеть. Мне помогла Сэй-Рё. За время нашего пребывания у Орочимару она привыкла к твоей чакре и стала хорошо ее отличать от миллионов других. И я ее стала ощущать лучше, — Хотару сощурилась, будто видела юношу теперь по-особенному, и она явно была довольна своим нынешним состоянием. — Как я вижу, у тебя все получилось? — Да. По ощущениям я там провела около месяца или даже больше. Сколько прошло дней здесь? — Четыре дня. — Ты собрал всех, кого хотел? Можем приступать к делу?       На мгновение Саске показалось, что она жаждет мести больше, чем он. Огонь, горящий в ее глазах, возвращал мысли в нужное русло. Хотару стала сильнее, и ему тоже не стоило отставать и забывать, для чего все это делалось. — Да. С завтрашнего дня выступаем, — Учиха кивнул и, секунду помедлив, незаметно спрятал браслет в кармане, когда разворачивался в сторону гостиницы. — Нам туда. — Я знаю…

***

      Команда сидела в гостиничном номере, слушая, почему Учиха собрал команду и с чем всем придется ему помочь. Карин все так же, как и утром, сидела на подоконнике, только теперь недовольно скрестившая руки на груди. За окном багровел закат, и Джуго умиротворенно наблюдал за ним, поглаживая белку, что радостно запрыгнула в его руки по пути в номер. Хотару находилась рядом с Хозуки, пытаясь подлечить его шишку на голове, полученную от девушки из горячих источников, когда он имел неосторожность не вовремя высунуть свою голову из воды. — С этого момента наша команда называется «Хэби», — подытожил Саске свой рассказ, оглядывая каждого присутствующего.       Воцарилось молчание, каждый думал о своем. Возможно, все, кроме Хотару, рассчитывали на что-то более прибыльное и масштабное, а не на помощь в убийстве одного нукенина, пусть и не такого простого. — Как я знаю, Итачи находится в паре с Кисаме — одним из Семи Мечников, — начал первым Суйгетсу, когда шишка на лбу стала уменьшаться, а отек спадать. — Я не против забрать у него Самехаду, слишком уж соблазнительное оружие. Так что я с тобой, — он потер больное место, когда Хотару закончила его лечить, проверяя, правда ли все прошло.       Остальные предпочли промолчать, лишь кивнув. Карин не желала озвучивать свои истинные мотивы перед всеми, Джуго бы в любом случае двинулся за Саске, видя в нем своего умершего друга, Кимимаро, — единственного, кто мог усмирить звериный порыв монстра. С Харукаге все было понятно и без слов. Даже если бы все отказались, она бы двинулась за ним в любом случае. — Завтра мы выдвигаемся в Сора-Ку, чтобы пополнить запасы, — видя, что никто не высказывается против, продолжил Саске. — После — двинемся на поиски Итачи. Свободны.       Команда дружно, насколько это можно было назвать, принялась разбирать продукты, которые принес Джуго. Поесть после дальней дороги им было необходимо, особенно перед очередным изнуряющим путешествием. И не столько их волновал путь к цели, как ссоры, которые преследовали по пути.       Наспех собранная команда из лучших шиноби, которых знал Саске и которые могли бы пойти за ним, к сожалению, ни в какую не хотела мириться друг с другом. Хотя сейчас, в присутствии Хотару, жар между двумя конфликтными личностями сошел на нет. Было ли это следствием ее техники или все просто устали, понять он не мог. Да и смысл об этом думать, если результат его устраивал?       Учиха перевел взгляд на Харукаге, мирно сидящую на спальнике у стены и поедающую онигири. Что она обо всем этом думала? Почему решила пойти за ним? Она знает его так долго и так мало одновременно, знает, каким он был и чувствует, каким становится, но все равно находится рядом и поддерживает, становится сильнее сама ради его же цели. Саске сжал губы, отвел взгляд и посмотрел вдаль через открытое окно. Это ее выбор. Он ее не заставлял. И он не против того, что она следует за ним. — А что будет потом? — спросил Суйгетсу. — Что будет после того, как мы найдем Итачи и ты ему отомстишь? — В каком плане? — Ну, мы будем продолжать и дальше существовать как команда? Или разбежимся по своим делам? — После всего я не буду вас держать: вы свободны и вольны делать что вам вздумается. — То есть ты нас вырвал из мирного существования, чтобы потом бросить на произвол судьбы? — встряла Карин. Она все никак не могла простить, что ее узников выпустили и оставили ее без дома.       Саске вскинул бровь. — Не у всех было мирное существование, Карин, — раздражённо бросил Хозуки, Джуго кивнул, тяжело вздохнув. — Я не обязан с вами носиться, как с маленькими. Все здесь собрались по своему желанию, никто никого не держит. Можешь уйти, если тебя что-то не устраивает, — твердо произнес Саске, готовясь ко сну и разбирая свое место.       Девушка замолчала, ни в ком не найдя поддержки. — Я вот отправлюсь за остальными мечами, как мы все тут закончим, — мечтательно пролепетал блондин. — Соберу целую коллекцию и буду самым могущественным мечником в мире. — Я вернусь в лес, жить рядом с животными. Найду тишину и спокойствие, — Джуго наконец выпустил белку, и та ускакала по ветке, что находилась слишком близко к окну. — Мне хотелось бы путешествовать по миру и помогать нуждающимся, — подала голос Хотару. — Ты хочешь помочь Саске убить человека, — усмехнулся Суйгетсу. — Твоя помощь нуждающимся будет и дальше связана с такими вещами? Как на это реагирует твое божество? — Есть вещи, на которые оно не влияет, и это — решения людей. Оно принимает нас такими, какие мы есть, и понимает, что мы делаем, ради чего мы делаем и почему мы делаем. Убийства — несомненно жестоки в судьбе каждого человека, но в силу вступает мотив. Причина, из-за которой мы идем на такие вещи. Я и Сэй-Рё созданы, чтобы пропускать негатив через себя, очищать сердца людей и делать остаток их жизни более легким, чем бремя, что они несут, а не судить их. Иначе бы пришлось покарать и тебя. — Да я вообще белый и пушистый! Такого паиньку ещё поискать надо. А вот этой женщине точно нужно сходить и избавиться от демона, хотя она сама и есть тот еще бакэмоно! — блондин рассмеялся и получил очередной раз в то же место, которое Хотару только недавно залечила. — Заслужил, — коротко ответила Харукаге на жалобный взгляд наглеца, даже не подумав ему помочь.       Все спали без задних ног. Расположившись на матрасах в почти пустом номере, команда отдыхала, будто малые дети. Хозуки то и дело пытался закинуть ногу на Джуго, а тот смиренно ее убирал. Карин пыталась подвинуться поближе к Саске, но шуршание в полной тишине будто било по ушам, и все просили не мешать им спать. Только тогда она прекратила.       Хотару долгое время глядела в затылок Учихи, лёжа на животе, и все думала, что он тогда спрятал в карман. Это не могло скрыться от ее взгляда, и его смущение тогда она ощутила четко. Теперь это не выходило из головы, но, раз Саске решил об этом пока не говорить, она не смела настаивать.       Ночь прошла быстро, но дала команде нужный заряд сил. Они выдвинулись из деревни с первыми лучами солнца, наспех позавтракав оставшейся со вчера едой.       Их ждал день пути, который, на удивление, прошел спокойно. Лишь пару раз Хотару и Карин останавливали команду, но опасность проходила мимо, преследуя другую цель.       Харукаге чувствовала сомнения товарищей, их тревогу и раздражение от нахождения рядом друг с другом. Хорошо, что у Саске не было цели их сплотить, иначе все было бы намного тяжелее. Пока они были согласны следовать за ним, не нужно было волноваться о том, что они ударят в спину.       Учиха всегда шел впереди всех. Потому что считал себя лидером или просто не хотел видеть кислые лица — Хотару не знала. Ему и правда было не важно, уйдет ли кто-то посреди пути. Единственное, что его волновала с этого дня — приблизиться к своей цели, ведь ее достижение было буквально в паре шагах. Осталось лишь найти эту мразь и заставить ее погрузиться во тьму.       Город предстал перед ними, зловеще приветствуя холодом переулков и ледяным мелким дождем, который специально ударял прямо в лицо, будто иголками. Учиха шел по улицам так уверенно, хотя Хотару не припоминала, чтобы он путешествовал в это место за то время, что она его знает. Или эти воспоминания попросту к ней не вернулись.       Напрягало отсутствие людей на улицах, но такой крупный город не мог существовать просто так, хотя Харукаге ощущала их, и этот едкий привкус осел на языке, что она морщилась и часто сглатывала. Конечно, это никак не могло помочь. Она перевела взгляд на Карин, и ее выражение лица говорило о том, что она никого не чувствует. Значит, в городе скрывались не шиноби, а обычные люди. Нехорошие люди.       Саске завернул за угол, в темный и узкий переулок, вскоре повернул вновь, вошел в здание, спустился по лестнице, где их ждал длинный коридор с кучей труб и проводов под потолком. Остальные, будто птенцы, следовавшие за мамой, семенили за ним, желая поскорее оказаться в сухом и теплом месте. — А я говорила, что это Саске! — промурчал кто-то под ногами, и Карин в ужасе взвизгнула и отпрыгнула от кошки в кимоно.       Рядом с ней спрыгнул из вентиляции другой кот, довольно улыбающийся, если это можно было назвать улыбкой. — Я вижу, Хина. Ну что, Саске, принес? — Принес.       Команда переглянулась: никто не понимал, что здесь происходит и почему коты разговаривают, хотя Хотару это мало удивляло после общения с Сэй-Рё. Учиха вытащил из кармана какой-то пузырь и со словами «кошачья мята» кинул его второму коту, который ловко перехватил бутылек в воздухе. — Как некультурно, Дэнка, вот так сразу просить оплату, — лепетала Хина, хвостиком оглаживая все еще ошарашенную девушку и устремляясь вслед за другом. — Пройдемте. Некобаа по тебе безумно скучала, Саске. — Так что это за место и кто они? — спросил Суйгетсу, убирая руку с рукояти меча. — Здесь клан Учиха хранил боеприпасы и другие вещи, которые могут нам понадобиться в будущем. Хина и Дэнка — ниннеко, коты-ниндзя. Их тут достаточно. — Коты-ниндзя, ты серьезно? Не знал, что ты умеешь шутить. Они же похожи на тануки, — пошутил блондин, что не скрылось от хорошего слуха кота.       Дэнка в одно мгновение развернулся, промчался между Саске и Хотару, ловко прыгнул и размашистым ударом когтистой лапы оставил на щеке нахала порез. Он даже не успел среагировать, не ожидая того, что слова лидера окажутся правдой. Карин довольно улыбнулась. — Всегда будь готов отвечать за свои слова, кожаный, — буркнул ниннеко с бутылкой во рту и побежал вперед, ведя за собой гостей. — Заслужил, — хмыкнула Хотару, отмахиваясь от ноющего от боли Суйгетсу.       В любом случае на нем все заживало быстрее, чем у обычного человека. Крови, как таковой, не было, и тело лишь тратило некоторое количество влаги в зависимости от ранения. Выпив немного воды, блондин уже привел себя в порядок.       Вскоре им открылось просторное помещение, в центре которого сидела милая бабушка, выделяющаяся своим необычным кошачьим носом. Она покуривала трубку, и дым витал вокруг, оседая в легких. Она не сразу узнала повзрослевшего Саске и долго вглядывалась в него, спрашивая, зачем сюда явился этот молодой человек. — Мне нужны припасы, Некобаа, — снисходительно ответил он, и в голосе впервые за долгое время можно было услышать нотки уважения. — О, это ты, Саске… — виновато пропела старушка, затягиваясь. — Тамаки, милая, к нам гости!       Из-за закрытого шторой проема выглянула светловолосая девочка, с интересом осматривая гостей и задерживая удивленный взгляд на Саске. Хотару невольно свела брови на переносице, но одернула себя, решив не показывать свою ревность и осмотреть помещение. Ничем особым оно не выделялось: тут находились полки с книгами, различные сувениры и кровать. Несколько тяжёлых штор, видимо, закрывали проходы в другие комнаты. Удивляло количество котов на один квадратный метр, и Харукаге обрадовалась, что у нее нет аллергии. Они мурчали, подходили к каждому человеку и в большинстве своем толпились около Джуго, потираясь о ноги. — Нам нужна также верхняя одежда, — продолжил Учиха. — Желательно побыстрее. — Где хранятся припасы ты знаешь, Саске. Бери что необходимо, — Некобаа с намеком кивнула на одну из портьер. — А ты, Тамаки, принеси ребятам что-нибудь. Одежды у нас не так много, как оружия…       Девочка исчезла за тканью, Учиха также последовал в нужное ему место, и между гостями и хозяйкой возникло неловкое молчание. Суйгетсу отвернулся и присел, приставая к хвостатым, которые были обычными котами. Те, что их встретили, нежились в руках бабушки, которая пускала все больше дыма в помещение. Карин брезгливо морщилась, стоя у самой стены и стараясь не дышать. — А ты, девочка, — начала Некобаа, вглядываясь в Хотару, — не из клана Харукаге, случаем? Твое одеяние очень похоже на то, что носили жрицы. — Да, — кивнула девушка, уважительно поклонившись. — Вот как. Не знала, что вы ещё существуете. В свое время Учихи часто пользовались вашими целебными способностями. Как приятно, что эта связь продолжается и по сей день. Береги Саске. Он этого сам не попросит, но ему важна поддержка, особенно от представителя твоего клана, — она мило улыбнулась, и Хотару опешила, не зная, что сказать: они ведь не объяснили причину своего прибытия. — Как я знаю, эту связь не особо любили многие члены клана Учиха, и нас принижали достаточно долгое время, из-за чего клан сошел на нет. Тем более несколько лет назад Орочимару истребил его полностью, оставив в живых только меня, — девушка поджала губы, не ожидая, что эти воспоминания спустя время отзовутся горечью и болью в сердце. — Орочимару… Этот нукенин любил иметь индивидуальные экземпляры у себя в руках и лишать эти экземпляры домов и родных. Хотя его увлечения можно было направить в нужное русло. Думаю, тогда бы в мире шиноби было множество важных открытий. — Орочимару был великим человеком, — встряла Карин, не переставая кривиться. — Он прошел через множество личностных и физических изменений, что сопровождались болью и мучениями, но он продолжал изучать техники и пределы своего тела. Мало кому дозволено понять его замыслы, ради которых он был готов пойти на все. — Ага, скажи это Джуго, над которым он издевался, и Саске, чье тело он хотел захватить, — усмехнулся Суйгетсу, поглаживая черного кота. — Джуго как раз-таки понял силу Орочимару и сам пришел к нему. Благодаря этому была создана метка, которая делает Саске ещё сильнее, чем он есть, и убить Итачи он без нее не сможет. — Как это, убить Итачи? — старушка чуть ли не выронила трубку.       Учиха вышел с ящиками, холодно осматривая каждого. Он слышал диалог. Разложив нужные вещи на полу, он присел, раскрывая свиток с подготовленной печатью, куда он и собирался убирать оружие. — Саске… Я знаю вас еще с пеленок. Очень жаль, что до этого дошло. Ты уверен, что действительно хочешь этого? Из всего клана Учиха остались вы вдвоем, но собрались биться насмерть… — Я уверен в своем решении, — коротко ответил парень, разбирая припасы. — Хотару, — почти взмолилась Некобаа. — Пожалуйста, когда все дойдет до бойни, сделай все, чтобы никто из них не испустил дух. Мир не должен потерять хоть кого-то из них. — Я сделаю все, что в моих силах, — Хотару поклонилась и пересеклась со взглядом Саске, который почти сразу отвернулся от нее, продолжая свою работу.       Хотару почувствовала себя неловко. Что она сможет сделать, когда два брата столкнуться в смертельном поединке? Встанет между ними и помрет, незамеченная в их огненных техниках? От нее останется дымок — и только. Но она надеялась, что сможет помочь лишь Саске. Итачи того не заслуживал после всего, что сделал. И с ним, и с ней. — Может, останешься хотя бы на денёк? Поговорим, обсудим все, а то все быстрее и быстрее, — Некобаа заметно опечалилась новостью и больше не затягивалась едким дымом. — Невозможно, нельзя терять время, — не смотря на старушку, коротко ответил Саске, запечатывая оружия в свитке.       Тамаки появилась с коробкой, из которой повытаскивала серые плащи и раздала команде, кроме Джуго: на него ничего не налезло. Какое-то время она вновь исчезала и появлялась с другой одеждой, но и та не подходила. Тогда пришлось лишить помещение одной шторы, которую он натянул на себя так, что и вправду вышел неплохой плащ.       Команда была готова.

***

      Парочка двигалась по деревне не спеша. Миюки нервничала, и Рэнтаро чувствовал раздраженные вибрации в ее тяжелом дыхании и резких движениях. Они так и не нашли ничего ценного по Кабуто, и это было, откровенно говоря, провалом в их задании. Глубоким и беспросветным провалом. Они пересекли страну Огня, так и не решившись исследовать Северное Убежище. На сообщение, отправленное Пятой, никто так ничего и не ответил, но это не было причиной останавливаться.       Им довелось заглянуть в убежище, в котором Наруто пересекся с Учихой и Хотару, но, как и ожидалось, Кабуто там не оказалось. Правда, они смогли все равно туда пройти благодаря Миюки: она за пару минут разобрала завал, который закрывал вход.       Вновь их встретили длинные и запутанные коридоры, пропахшие запахом лекарств и крови, но на этот раз место не было пустым. Спустя время на руках Рэнтаро скопилось достаточное количество бумаг, разрисованных и исписанных почерком под стать безумному врачу. Кривой и почти непонятный, он сбивал с толку. Орочимару будто писал на языке, понятном только ему. В принципе, они бы делали так же, если бы занимались запрещенными вещами.       Среди всех бумаг, которые Судзумари смог отрыть в кабинете саннина, нашлась и папка с делами на некоторых шиноби. Потрепанные записи о Хотару он прочитал сразу. Хоть в документах нукенин не лукавил. — Он собирался использовать Хотару как инкубатор, — ужаснулся парень, несколько раз перечитав текст и не веря своим глазам. — Это же Орочимару, — ответила Миюки, будто эта фраза все объясняла, и выхватила бумажки у блондина, перечитывая их. — Не думала, что когда-нибудь это скажу, но хорошо, что Учиха оказался рядом, — она покачала головой, сдерживаясь, чтобы не разорвать дело. Его было важно передать в Коноху. — Я бы вытащил его из могилы и прибил снова, будь такая возможность.       Судзумари перебирал папки дальше: дела о Саске, каком-то Кимимаро и Джуго не имели важной для пары информации, а вот Карин привлекла внимание юноши. У нее была описана должность надзирательницы в убежище в Стране Волн. Настолько просто? Ничего не оставалось, как отправиться туда и проверить.       Тогда они собрали все по максимуму. В свиток были запечатаны все найденные документы и некоторые бутыли с жидкостями неизвестного свойства, и Рэнтаро передал его Амацуруги, чтобы та отнесла информацию в Коноху. Цучигумо в это время занималась разрушением убежища и выравниванием ландшафта.       На свой страх и риск, пара явилась в место, где должна была скрываться та самая Карин, но вот только точное местоположение убежища они не знали. Они устали и физически, и морально. Хотелось отдохнуть и выспаться. Рэнтаро любил спать под открытым небом, но не настолько, когда начинает дико ныть спина. Миюки тоже выглядела жалко: круги под глазами, впалые щеки, тяжелая походка — все говорило о диком изнеможении.       Команда взяла слишком быстрый темп в выполнении задания, в котором не продвинулись ни на шаг. Найденные убежища и информация в них могли быть полезны Конохе, но не им.       Кабуто будто не существовало, или он все почистил, зная, что за ним придут. Если так, то они пересекутся с сильным противником, который думает на несколько шагов вперед. И этот Якуши точно тогда не мог являться обычной правой рукой нукенина. Во времена экзамена на чуунина он произвел впечатление обычного ботаника-неудачника. Видимо, актерское мастерство у него было тоже на высоте. — Остановимся здесь на пару дней, — предложил парень, когда они проходили одну из гостиниц.       Миюки остановилась, устало посмотрела на парня. В ее взгляде горела решимость, как и всегда, и желание завершить дело, не позволяя себе таких слабостей, как полноценный отдых. Но Рэнтаро знал, что сейчас это — необходимость. Неизвестно, что ждало их дальше, если вдруг они быстро найдут Южное убежище. Оно могло оказаться таким же заполненным заключенными, раз уж там была необходима надзирательница. Тогда им ничего не останется, как присоединиться к ним и провести остаток жизни за решеткой.       Судзумари выжидающе посмотрел на подругу, развернулся и вошел в гостиницу, пригнувшись, чтобы не задеть норэн. Цучигумо вздохнула, провела рукой по лицу, но осталась стоять на улице. — Ты чего? Я снял номер, — Рэнтаро выглянул, вопросительно подняв бровь. — Я есть хочу, — через силу признала Миюки, и ее живот в подтверждение слов заурчал.       И правда, на улице, где находилась гостиница, расположились забегаловки с различной кухней. Пахло дымком от ресторанов-якиторий, кунжутным маслом и раменом. Парень понимающе улыбнулся и направился в сторону раменной.       Вечерело, людей на улицах стало больше. Кто-то просто вышел на прогулку, кто-то возвращался с работы, поэтому пара ускорила шаг, чтобы успеть занять места в ресторане.       Внутри, на удивление, никого не оказалось, кроме одного очень тощего, ослабшего и, видимо, очень бедного человека. На нем не было ботинок, вся одежда оказалась грязной и порванной во многих местах. Длинные сальные волосы и отросшие ногти говорили о том, что он давненько не принимал душ. Мужчина не обратил никакого внимания на гостей, повышая тон на хозяина заведения. — Да поймите же, мне нужна любая работа! Я готов делать что угодно. А внешний вид можно привести в порядок в любое время, просто я… Был не в том состоянии, чтобы следить за этим. — И в каком же состоянии ты был? Мне пьяницы не нужны! Проваливай, пока я сам тебя не выгнал. Всех клиентов распугаешь! — рявкнул старик, который ни в какое сравнение не шел с Ичираку в Конохе. Этот был намного противнее. — Да я не пью и не пил никогда! Мне не нужно много денег, я готов быть простым уборщиком… — Я тебе уже сказал — нет! Все, меня клиенты ждут, вали по-хорошему. — Не нужно так грубо, он ведь тоже ваш гость, — встрял Рэнтаро, отодвигая стул для Миюки. — Вы не хотите перекусить чего-нибудь?.. — он не закончил вопрос, ожидая, что незнакомец догадается на него ответить. — Гэко, — мужчина облегченно выдохнул, найдя в юноше островок безопасности. По нему было видно, что он в своем уме, просто попал в передрягу. — Только у меня нет денег, малец, сам понимаешь. — Мальца зовут Рэнтаро, его малышку Миюки, — не обратив внимания на фырканье девушки, Судзумари тоже сел. — Три стандартных порции, пожалуйста, — он лучезарно улыбнулся хозяину заведения, пытаясь из последний сил выдавить всю дружелюбность, которая у него осталась.       Старик цокнул, злобно сверкнул глазами, но развернулся, принимаясь за работу. Гэко неловко съежился, не ожидая встретить таких щедрых и добрых людей, готовых помочь. А Цучигумо — парень ощущал это затылком — проклинала воспитание, которое прививали в Академии: помогать слабым, сочувствовать и понимать их. Сейчас было не время распыляться деньгами направо и налево. Им самим еще неизвестно сколько придется блуждать в поисках Кабуто. — Ну так что, в каком это состоянии ты был и откуда ты такой здесь появился? — спросил блондин.       Мужчина поднял обреченный взгляд на парня. И он за свое! Посмотрел на девушку, надеясь, что она сможет перевести тему, но ее равнодушие обожгло холодом сильнее отказа в работе. Он ощутил, что теперь должен парочке хотя бы за то, что они утоляют его голод. А не ел он несколько дней. Гэко опустил голову, собираясь с мыслями, но не успел ничего сказать, как Рэнтаро отодвинул ворот его майки. — Это что, его метка?!       Руку тут же одернули. — Откуда ты знаешь о таких вещах, малец? — мужчина перешел на шепот, закрывая ладонью незаконченный рисунок, но того, как на него смотрели эти двое, хватило, чтобы понять, что они знают многое. — Кто вы такие? — Думаю, в ближайшее время вопросы будем задавать мы, — угрожающе произнесла Миюки. — Мы ничего с тобой не сделаем. Нам просто нужна информация, которой ты обладаешь, — видя испуганные глаза мужчины, дополнила она.       Гэка сглотнул и задумался. Если бы они преследовали цель навредить кому-то, то уже бы это сделали, а не откармливали первого встречного. Да и сами детишки выглядели очень уставшими. Если они помогли ему один раз, то, может, помогут и во второй, как только он им расскажешь все, что знает. Так мужчина и поступит.       Рамен, на удивление, вышел вкусным. Троица вплела его почти в один присест. Если бы ограниченное место во рту и необходимость пережевывать пищу, то справились бы быстрее. Рэнтаро оставил старику немного на чай или молчание о том, что слышал. Мало ли, что он мог подумать и понять из диалога.       Еда придала всем сил и бодрости. Появилось даже желание прогуляться до пристани, где они и остановились, сев на мосту и вглядевшись в даль. Гэка долго не начинал свой рассказ, теребя длинную прядь темных волос. Никто не торопил. Хотелось наконец отдохнуть и насладиться видом на море, за горизонтом которого медленно утопало солнце. — Меня выкрали еще в детстве и поместили в какое-то убежище на острове. Орочимару никогда не говорил о том, как назвал его. Это было просто укрытие, отличающееся от тех, которые он назвал Северным, Восточным, Западным и Южным. Там хранится почти вся его библиотека, все знания, которые он собрал. И машина, огромный механизм для перекачки крови. Благодаря моей повышенной выносливости, на мне испытывали множество ядов долгое, долгое время, пока в руки Орочимару не попал Джуго — обладатель разрушительной силы, которую Орочимару хотел обуздать. Так он создал метку, активируя которую, человек приобретал желаемую мощь. Меня отправили в Южное убежище, когда этот знак не оправдал ожиданий саннина: огибая первую стадию, сила перерастает сразу во вторую, из-за чего она крайне нестабильна и может пропасть в любой момент. Так что меня выкинули за бесполезность, но некоторое время назад в убежище пошли слухи о том, что Учиха убил Орочимару, и за их распространение Карин, надзирательница, убивала заключенных. — Гэко сглотнул, вспоминая, как это было. — Но он сам явился к ней без своего учителя, и тогда все поняли, что смерть змея есть самая настоящая правда. Нас отпустили какой-то блондин с мечом и девушка, вроде как Хотару, как назвал ее этот паренек. И мы бежали. У меня еле хватило чакры дойти до берега по морю. — Значит, множество заключенных с нестабильной силой и чакрой, над которыми Орочимару проводил эксперименты, сейчас разбежались кто куда? А если они поубивают обычных людей? — перебила Миюки, испепеляя взглядом мужчину. — В моей камере точно плохих людей не было. Некоторых заперли просто за отказ помогать Орочимару — и только. У кого-то не было чакры вовсе, и они отправились вплавь. Их дальнейшая судьба неизвестна. Кто-то еще оставался на острове, кто-то — не решился выйти из камер, предполагая, что это Карин хочет проверить, кто верит во весь этот бред, чтобы вырыть еще больше могил. Я самолично закапывал обычных людей, которым просто не повезло быть услышанными в неподходящий момент, — Гэко смотрел на руки, изуродованные в мозолях и царапинах — В любом случае, это крайне неприятная новость. — Мне главное, что я наконец свободен. — Ты говорил, что тебя изначально поместили в другое убежище. Где оно? — спросил Рэнтаро. — Около Страны Моря.       Новый знакомый, видимо, предавшись неприятным воспоминаниям, утратил возможность отвечать более подробно и развернуто. — Было ли что-то важное в Южном убежище? Расскажи, что именно ты знаешь о нем. — Это и убежищем не назвать. Обычная тюрьма. Я не знаю, есть ли там что-то важное, но Орочимару почти не появлялся и лишь ссылал туда тех, кого невзлюбил. — Что ты знаешь о Кабуто Якуши? — Это помощник Орочимару. — И все? — у Рэнтаро даже вырвался смешок. — А что еще я должен о нем знать? — Гэко уже выходил из себя от такого количества вопросов. — Он помогал Орочимару во всех экспериментах, выделялся светлым, по их страшным меркам, умом, расчетливостью и находчивостью.       Мужчина смотрел то на Рэнтаро, то на Миюки, не понимая, почему их лица такими кислыми. — Я могу вам показать, где именно находится то убежище. Оно скрыто барьером от посторонних глаз, так что сами вы не догадаетесь, как его найти. — Мы должны будем довериться… тебе? — Миюки обвела очередной раз мужчину скептическим взглядом. — Это очень опасно, мы ведь тебя почти не знаем. Это вполне сходит на ловушку: заманить нас туда, чтобы убить или сделать еще чего. — Орочимару мертв, — твердо напомнил Гэко. — Мне нет смысла заманивать куда-то кого-то и делать с ними что-то. Моя жизнь была наполнена лишь запахом хлорки, медикаментов и крови, и хотелось бы, чтобы она не прошла зря. Поэтому позвольте помочь хотя бы с этим. Все равно идти мне некуда.       Рэнтаро взглянул на девушку. Его простоте и наивности она могла лишь позавидовать, но если новый знакомый не врал, то без него они правда не отыщут место, о котором он говорил. И существовало ли оно, это место, в принципе? Выбора не оставалось. Больше зацепок не было. Если они не найдут Кабуто, то хотя бы разрушат все то, что создавал его хозяин. — Только помойся…