Запретное будущее

— Это тот самый Джером, ну, который тогда был? — тихо спросил Готье у Скэриэла, от чего-то подпрыгнув и при этом отмахиваясь от вопроса. Чтобы все успокоились и пришли в порядок, ушло около семи минут. Каждый думал о своем, пытаясь не обращать на друг друга внимания. Все старания Скэриэла отобрать книгу у Оливера были отбиты, а сам он унижен Гедеоном. — Ну, я начну, — прокарявлившись, промолвил Оливер. – Не знаю, что ты задумал, Джером, но так уж и быть, – скептически произнесла Вэл, пряча купюру в карман, затем громко проговорила, обращаясь к мимо пробегающей девушке: – Билли, тебя заказали в тринадцатую комнату! Скэриэлу казалось, что вот-вот у него впервые прилюдно дёрнется глаз. «Тринадцатая комната! События после путешествия Готье». Он был бы рад, если бы у него была амнезия и он забыл бы ещё какой-нибудь момент. Но, блять! Всё идет к тому самому. Гребанная тринадцатая комната! Это число стало теперь его самым нелюбимым. Положив ногу на ногу и выпрямив спину,он убеждал себя, что всё в порядке. — Ещё один в клубе, — вздохнула Оливия. – Что? Сейчас? Но я брала выходной на сегодня! – возмущённо выдала Билли, остановившись. – Я говорила об этом. – Клиент сказал, что только на полчаса. – Вэл поправила очки. Это была полная женщина лет сорока пяти, заправлявшая основным персоналом в «Глубокой яме». — Меня смущает, что он вообще кого-то там заказал, — сказал Леон. — Согласен, я только отошел от того треша, — поддержал Оливер. Я с интересом наблюдал за их перепалкой, выкуривая очередную сигарету. Вообще Вэл запрещала курить у стойки, но мы с ней были давними знакомыми, и по этой причине я пользовался некоторыми привилегиями. Помимо этого, она также позволяла мне пить сколько угодно кофе из кофемашины в подсобном помещении, в то время как если кто-то другой притрагивался к её кофе, то мог вылететь с работы. — Я бы сказал, что оттуда и вылететь не жалко, но для них, как я понимаю, это стоящая работа? — спросил Готье у Скэра. — Ну... — Скэриэл задумчиво протянул, одновременно вытягивая ноги и просаживаясь в кресло. — На мой взгляд, это самая законная работа, которая предоставляет нормальную прибыль, и то не всегда. — Самая законная? — хмыкнул Оскар, пялясь на Лоу. – В тринадцатой комнате не бывает на полчаса, – продолжала настаивать Билли. Она подошла ближе, облокотившись на стойку, сложила руки в мольбе. – Вэл, но я же предупреждала. У моего сына сегодня день рождения, ему исполняется три года. Я не могу задерживаться. Мне ещё за тортом надо зайти и свечки поискать. — Мне её жалко чуточку, — сказал Готье. — Жалко? — Гедеон открыто насмехался над Готье, пока тот во все глаза смотрел и не мог понять, что уже сделал не так. Голова словно часы тикала туда-сюда. Мельком, но детально, началось проявляться осознание. Готье сжал губы в трубочку и тихо спросил: — Как её звали? — Ты уже знаешь, — холодно отрезал брат. Было ли Готье обидно? Но он не понял до конца смешанные чувства. Он ведь думал, что Джером — просто несчастный рабочий. Или уже нет? А это... это Билли. О господи. Рядом дернулась нога Скэриэла, когда тот перекидывал ноги, постоянно меняя их положение. — Ты знал? — спросил Готье, смотря прямо в глаза Скэриэлу. Хоть голос Готье прозвучал тихо, все услышали вопрос и оглянулись на полукровку, пока тот сидел ошарашенный, надеясь, что про него забудут. Соврать? Нет, не вариант: пару строк — и они все узнают. Прикинуться дурачком? Брат-близнец, твою мать! Хоть волосы на голове вырывай — всё бестолку. В итоге полукровка оглядел всех взглядом «я вообще не понимаю, что здесь происходит», пожал плечами и благополучно отвернулся. Другие не стали требовать ответа, ведь книга в их руках, и она сама всё скажет. Готье было обидно из-за молчания Скэриэла и в принципе из-за ситуации. Он ведь хотел дружить с Джеромом. Это было бессмысленно. Вэл никогда не жалела девочек. – Билли, я всё понимаю, но клиент заплатил двойную цену за тебя и сказал, что ему нужно только полчаса. Мы не можем ему отказать. – Она деловито сложила руки на груди. — Двойную? — протянул Люмьер, будто пробуя фразу на вкус и косясь на Скэриэла. Тот, в свою очередь, встал и направился в сторону туалета, попросив не читать без него. Уже в туалете, отправив сообщение и удостоверившись, что оно было прочитано, он еще минут двадцать пять придумывал тысячи планов и их исходов — на всякий пожарный. Вдруг он услышал громкий детский плач, а затем — приглушённый. Не спеша он прокрутил замок, а затем повернул ручку двери. Медленными шагами он шёл в комнату, в которой сейчас находился. Улыбка так и рвалась показаться на его лице — опасная и коварная. Прежде чем зайти, он приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Там был беспорядок. Оливия, Гедеон и Лора крутились вокруг Габриэллы, пытаясь её успокоить. Оскар, Люмьер и Оливер смотрели на книгу, которую они ранее читали, пытаясь сделать хоть что-то, но останавливая друг друга. Леон и Готье стояли, не зная, куда пойти. Или, точнее, Готье. Тот оглядывался как сумасшедший, не понимая, кому лучше помогать, пока Леон просто стоял рядом и пытался привести его в порядок, пока тот не сошёл с ума от безделья. Подойдя, Лоу схватил полукровку за плечо и не удивился, когда тот чуть не подпрыгнул от такого прикосновения. —Что случилось? — обеспокоенно спросил Скэриэл. —Половина книги испорчена, — встревоженно ответил Готье. —Как? Что случилось? —Это, это... Мерзко... Глаза Лоу распахнулись от шока. Голос Готье, доносившийся до него, отдалялся все дальше и дальше. На миг Скэриэлу показалось, что мир вокруг него лопнул, превратился в осколки. Резкий укол в плечо заставил его прийти в себя. Перед ним стоял Готье, чья рука лежала на месте укола. Сзади переминался с ноги на ногу Оливер. Было видно, что он хочет что-то сказать, но не решается, хотя сейчас Скэриэла это мало волновало. —Тебе плохо? Может, вызвать скорую? Или... —Со мной все хорошо, Готи, спасибо, — Скэриэл улыбнулся во весь рот и резко поднялся, почесав затылок. Прикосновение отдалось острой болью, пусть и на пару секунд. —Нет, Скэриэл Лоу, — строго сказал Оливер. — Тебя не было тридцать минут. Мы думали, ты в туалете утопился, а ты в обморок упал! —В обморок? — недоверчиво переспросил Скэриэл. — Неа, я, наверное, просто уснул. Такое бывает, — улыбаясь, сказал он. — Лучше пойдемте, нас книжка ждет. —Да, нас ждут, но в столовой, — перебил полукровку Люмьер. — Извините, что мешаю, но нас и правда ждут. А ты, если и правда хорошо себя чувствуешь, не пропадай в туалете, — подметил он. —Пошли, — кивнул в сторону двери Оливер с испуганным лицом. Они шли медленно и не спеша, а в голове у Скэриэла крутились невыносимые мысли. Во-первых, из-за чего он упал в обморок? Просто так он не мог взять и отключиться. Прошло много времени с тех пор, как он работал, заражая других. Но и болезни вряд ли сработали бы на него так. А еще — книга, которую Оливер, казалось, из рук не выпускал. Лоу казалось, сейчас он прожжёт взглядом дыру в этой безделушке. Что, собственно, заметил Брум. —Не переживай, я не позволю никому читать без тебя или кого-то еще. Скэриэл кивнул. Существовало всего пару вещей, которые могли идти не по его плану или сценарию, и добавлять этот эпизод в их список он не хотел. Точно не хотел. Он бросил последний взгляд на книгу, прежде чем сесть за стол в столовой. Его посадили в самом конце, подальше от места Гедеона (так как тот был за главного), а новость о том, что книгу они продолжат читать по возвращении Леона, не очень радовала. Предупредив Эдварда и Джерома, которые, возможно, тоже не доживут даже до конца первой книги, что вернется поздно, полукровка покорно потягивал травяной чай с пафасным названием и, погрузившись в свои мысли, начал ждать своих немногочисленных провалов.