Запретное будущее

Стоя под мелким дождем и всматриваясь в огромный особняк, Джером хотелось развернуться и уйти куда глаза глядят. Мультифора, в которой находились десять бумажек, ради которых ему пришлось бросить уборку и бежать со всех ног, распечатывая их, противно шуршала. Батлер сплюнул вязкую слюну, взглянув еще раз на особняк, и облегченно вздохнул. Переведя взгляд на Эдварда, который минут десять сидел в машине и молча наблюдал за страданиями парня. Уловив взгляд, тот вышел из машины и, не спеша, обогнав его, пошел вперед, будто ведя за собой. Пальцы зазудели, начали шевелиться, так будто прокручивали сигарету, которой, к сожалению, не было. На пороге Скэриэл встретил их тихим бормотанием «какого хера», пока позади него, как на обьязьян клетке, во все глаза уже смотрели чистокровные. Джером сжал зубы и протянул документы. Как только пальцы Лоу коснулись мультифоры, низший быстро развернулся, чтобы уйти подальше от этого дома, который давил и даже разрывал изнутри. Успев сделать три резких шага, он почувствовал, как ладонь легла на его плечо, и в то же время голос — уже чужой, тяжелый, тихий, но достаточно громкий для той тишины, в которой каждый шелест мультифоры в руках Скэриэла казалась тиканьем бомбы, — произнес: —Стой, — приказал тот. Джером глубоко вздохнул, поднял голову наверх, зажмурился и медленно развернулся, глядя на одинаковых, по его мнению, чистокровных. Будь у него зрение хуже, он в жизни бы не отличил этих белоголовых. Эдвард, как зашел в прихожую, так и остался стоять неподвижно и, будто бы не дыша, чуя невидимую опасность. — Проходите, — с неуловимым недовольством проговорил Скэриэл. Джером медленно переводил свой взгляд на каждого, замечая лишь недостатки пропорций лица и слегка растрепанную за день одежду. Переведя взгляд на Скэриэла, тот тихо спросил: —Прям так? — Несмотря на маленький дождь, одежда довольно сильно намокла и неприятно прилипала к телу. —Если хочешь, можешь прямо так, — грубо отрезал голос. Джером мысленно кивнул и, сняв пожитые жизнью кроссовки, прошел к чистокровным. Где-то рядом, переступая с ноги на ногу, переминался Эдвард, что-то пытаясь разузнать у Скэриэла. Без задней мысли Джером развалился на диване, представляя, как его мокрая одежда пропитывает ткань. Гостиная, в которой они находились, была заполнена всякими украшениями, безделушками, красиво выгравированными узорами на стенах и мебели, но, с другой стороны, было так пусто, что аж тошно стало. Батлер не стал торопиться, не стал отвечать взглядам чистокровок, он просто ждал, когда Лоу сядет и расскажет, что за хрень. — Ты долго, — сказал Скэриэл, от чего Джером поморщился. — Ты распечатал десять штук, как я и просил? — Низший кивнул, а затем добавил (очень не нравились ему его же догадки): —Здесь восемь человек. — Но, смотрев на человека, который вызвал его сюда без объяснения, он захотел завыть. Его втянули в фиг знает что. Скэриэл начал раздавать бумажки по кругу, останавливаясь буквально на секунду, чтобы глазами пробежаться по каждому документу, убедившись, что все в порядке. — Итак, — он хлопнул в ладоши и, будто всю жизнь репетировал слова, проговорил: — Мы все понимаем, что без ссор и конфликтов не сможем. Так что предлагаю вам подписать бумажку, подтверждающую, что как минимум после прочтения мы все останемся живыми. Какое к черту прочтение? Разве это входило в планы Лоу? Точно нет. Тогда что за фигня? Он посмотрел на листы, которые печатал, и вспомнил, что сам половину усердно сочинял, думая, или он сошел с ума, или уже Скэриэла надо спасать. Но мог точно ответить, что не второй, ведь тот сам кого хочешь заставит просить о помощи. Пустым взглядом смотрел он на листок, ему протянули что-то длинное, и еще бы чуть-чуть — то что-то под названием «ручка» ткнуло бы его в руку. Аккуратно взяв ее, он расписался только что придуманной калякой-малякой и, протянув обратно, краем глаза обратил внимание на того, кто поделился с ним: Готье Хитклифф, не скрывая своего любопытства, пялился на низшего. Так что у того пошли мурашки по коже. — Серьезно? — грубый голос явно насмехался. — Полукровка думает, что какой-то дешевый лист сможет остановить что-то? —Это не просто лист. Это гарантия того, что мы благополучно сможем прочитать книги, не уничтожив их, — Скэриэл, словно заглядывая в будущее, говорил слова, что лились уверенно, будто он знал, что эти бумажки остановят чистокровных. Один из людей, по-видимому, старший, потолкал того, кто только что пытался на резонном унизить Скэриэла. Нахмурившись, тот подписал бумажку и бросил ее на стол посередине. Прокручивая множество имен: Люмер Уолдин и Гедеон Хитклифф — старший брат Готье. От этой мысли скрутило живот, причина ему была неизвестна, в то же время так близка. Он посмотрел снова на бумагу, где было написано мелким почерком: «За нарушение правил все секреты будут раскрыты обществу без исключений». --- Выкинув сигарету с балкона, Джером поморщился от холода и зашел внутрь, направившись вниз, на первый этаж, где уже находились Эдвард и Скэриэл. Первый спокойно попивал уже, по счету Батлера, четвертую кружку за день, а Скэриэл читал очередную непонятную для низшего книгу. Встретившись взглядом с Эдвардом, Джером хотел ему напомнить вытереть за собой круглый след от кофе на столешнице, но на секунду сбился и, кивнув ему, повернулся к Скэриэлу. Теперь оба сверлили полукровку взглядом, требуя объяснений. Тот, делая вид, что не замечает, продолжал читать, меняя мимику лица. Тишину первым решил прервать Эдвард. Дважды прокашлявшись, он обратился: —Скариэл, ты случайно не хочешь нам что-то объяснить? Тот поднял палец вверх, прокрутив его пару раз, будто описывал круг, и заговорил: —А разве не понятно? Безопасность нашу обеспечил, — он повернулся к Джерому и Эдварду, улыбаясь во все зубы. —При чем здесь мы? — спросил Батлер . —Какая-то мистика, но у тех, кого сегодня мы видели, появились замечательные книжки, — Скариэл будто пропел. — И в одной из них изображен ты, — он указал пальцем на Джерома, — и ты — второй из главных героев. Сердце будто в пятки ушло. Что за дичь-то? Неужто и правда головой тронулся? —А кто первый? — смог выдавить из себя низший. —Ну... — полукровка протянул, смерив взглядом обоих собеседников, — Готье Хитклиф. — После этих слов тишина казалась длившейся час, а не минуту. — И да, меня сегодня чуть не убили, размазали по стенке. Я упал в обморок, и мне целых сорок минут пришлось развлекать чистокровных. А там даже у Леон занятие отменили что то успел приехать. —Обморок? — перебил его Джером. — Как? — Искренне не понимал он, но Скариэл лишь покачал головой, не желая отвечать, да и сам не знал, как это было странно, особенно тот странный сон. —Зачем были эти документы? — наконец-то влез в диалог Эдвард. —Ради нашей безопасности, — повторил Скариэл. —Нет, чистокровки даже с этой бумажкой будут плевать на договор. —Не думаю. В большинстве случаев они слишком гордые. Леон, Оливия, Оливер и Готье точно ничего не сделают. Гедеон и может потерпеть, но все равно ради страховки. Также Оскар, узнавший о происшествии в клубе и что мы пытались его подставить... —Он знает? — воскликнул Эдвард, на что Скариэл покачал головой в знак согласия и продолжил: —Так же Люмер, о котором мы ничего не знаем. Это поможет хотя бы ближайшее время быть нетронутыми. Так как в книге описываются наши действия. — Закончив, он посмотрел на этих двоих таким тяжелым взглядом, что Джером в жизни не видел. Ему нужны были сигареты, и, посчитав, что разговор закончен, он вернулся назад, даже не поняв, как поднялся. Выкурив сигарету, тот сел на диван и, потянувшись к пачке еще за одной, почувствовал, как его пальцы пересеклись с чьими-то другими — до невыносимого горячими. Скэриэл, буквально забрав у него пачку, как последнюю сигарету, прикурил, сделав большую затяжку. —У меня уже есть план, — он улыбнулся во все зубы. Пока Джером все еще пытался переварить информацию.