Замена гибельного пути / Replacing the evil way

      Линь Хэюй принёс с собой папку с материалами расследования, но данные о подруге Чжао Шэня занимали всего несколько строчек. Цяо Жофэй, 26 лет, продавец в косметической компании. Жила с Чжао Шэнем два года, отношения были прекрасные, планировали пожениться в следующем году.       Родители Чжао Шэня уже встречались с Цяо Жофэй и хорошо относились к этой белокожей, большеглазой девушке. Договорились, что во второй половине года семьи встретятся и окончательно определятся со свадьбой. Кто же мог подумать, что внезапно случится такая беда: сын стал убийцей, да ещё и скрылся, спасаясь от правосудия.       Узнав, что так называемая «подруга» Чжао Яна — это Цяо Жофэй, Линь Хэюй немедленно связался с коллегами в Хайцзине и поручил им выяснить, когда Цяо Жофэй уехала из Хайцзина. Вскоре коллеги прислали ответ: после завершения полицейской проверки Цяо Жофэй под предлогом командировки покинула Хайцзин. Предполагалось, что она направляется в Ечэн, но никто не думал, что она окажется в Шэнчжоу.       — Зачем она приехала в Шэнчжоу? — Цзоу Бин недоумевал. — Неужели ищет Чжао Шэня?       Хэ Вэй кивнул. Такая возможность не исключалась.       — Но Чжао Шэнь же беглый преступник! Уже двух человек убил — разве она не боится?       — Почитай как-нибудь про «синдром поклонения преступникам». За рубежом часто сообщают, что серийные убийцы получают в тюрьме десятки любовных писем от женщин всех слоёв общества, включая высокообразованных. Если у Цяо Жофэй подобная психология, да ещё подкреплённая желанием «спасти», то её визит к Чжао Шэню неудивителен, — он повернулся к Линь Хэюю: — Что думаешь?       — Весьма вероятно. Но её связь с Чжао Яном… — взгляд Линь Хэюя стал многозначительным. — Нельзя исключать, что она приехала именно к нему.       Хэ Вэй сказал, что это легко проверить: достаточно понаблюдать несколько дней, и всё прояснится. Возможно, Цяо Жофэй знает, где находится Чжао Шэнь, поэтому нельзя показывать виду, чтобы не спугнуть её.       В этот момент из подъезда вышла Юнь Сяосяо и отрицательно покачала головой в ответ на немой вопрос Вэнь Хуабэя. Пока девушка заполняла данные, она внимательно осмотрела комнату — все признаки указывали, что здесь живёт только Цяо Жофэй, следов Чжао Шэня не обнаружено.       Но это не означало, что Чжао Шэнь не выйдет на связь с Цяо Жофэй. Вполне возможно, он мог тайно наведываться к ней под покровом ночи. Поэтому Линь Хэюй распорядился выделить Цзоу Биня и Вэнь Хуабэя для наблюдения за старым районом — дежурить у подъезда и пристально следить за каждым движением Цяо Жофэй, немедленно докладывая о любых подозрительных действиях.       Параллельно велось наблюдение и за Чжао Яном. Однако спустя несколько дней результаты оказались неутешительными: его жизнь сводилась к маршруту «дом — магазин — старый район», а Цяо Жофэй вообще не выходила из квартиры, и кроме Чжао Яна у неё не было ни единого посетителя.       — Говоришь, он приходит каждый день и проводит там по несколько часов? Чем они там занимаются? — Цзоу Бинь, разжёвывая бутерброд, уставился на Вэнь Хуабэя.       Тот потёр затёкшую шею и ответил вопросом на вопрос:       — Мужчина и женщина наедине в четырёх стенах. Как думаешь, чем они могут заниматься?       — Даже сомневаться нечего — у них явно роман, — Цзоу Бинь подперев подбородок указательным пальцем, принял классическую позу размышляющего детектива. — Подозреваю, Чжао Шэнь мог стать их жертвой. Они вдвоём его устранили.       — Но… зачем? Чжао Шэнь и так беглый преступник. Если его поймают, разве не смогут они быть вместе открыто? — поинтересовался Вэнь Хуабэй.       Цзоу Бин почесал затылок, затем хитро прищурился:       — А вдруг Чжао Шэнь им не доверяет? Приехав в Шэнчжоу, он скрывается самостоятельно, а эти двое пытаются выманить его, играя на том, что он из-за ревности сам появится. Тогда они смогут сдать его властям и спокойно быть вместе.       — …Что, вручим им грамоту «Лучшие граждане года»? — Вэнь Хуабэй вздохнул. — Давай просто делать свою работу — сидеть в засаде, а не играть в Холмса и Ватсона.       В этот момент зазвонил телефон. Цзоу Бин, выслушав, оживился и потянул напарника за рукав:       — Пошли! Начальник Линь приказал доставить эту сладкую парочку в участок! —————       В обеденный перерыв в кабинете уголовного отдела царила тишина. Весенняя дрёма и летняя усталость давали о себе знать — оставшиеся на местах сотрудники кто дремал, положив голову на стол, кто уткнулся в телефон.       В дверях показалась чья-то голова. Заметив её, один из полицейских крикнул:       — Эй! Ся Лян!       Его возглас разбудил всех, кто успел задремать. Ся Лян с хихиканьем вошёл внутрь. Одна его рука была на перевязи, в другой он держал пакет с охлаждёнными напитками — гостинец для усердно трудящихся коллег.       Все сразу же окружили его. Чун Чжэнь подошёл и потрепал Ся Ляна по коротко остриженным волосам:       — Парень, как рука? Восстанавливаешься как-то не очень, сколько времени прошло, а ты всё ещё в перевязи ходишь.       — Сяо Ся, не слушай его! Пулевое ранение — это тебе не царапина, за три-пять дней не заживёт! — Ху Сункай закатил глаза и обнял Ся Ляна за плечи. — Ну как живётся у старины Хэ? Дома условия хоть ничего?       Ся Лян закивал с таким видом, словно его нынешняя жизнь была выше всяких похвал — настолько, что он почти забыл, как его зовут. Его целыми днями величали «молодым господином», еду слуги подавали прямо наверх, каждый день на столе были куры, утки, рыба и мясо, а на каждую трапезу — самые отборные морепродукты, приготовленные знаменитыми поварами. Блюда получались настолько восхитительными, что он готов был язык проглотить. По вечерам же подавали лечебные бульоны и разнообразные тонизирующие средства, которые регулярно менялись, помогая заживлению раны. Если так продолжится ещё месяц, он рискует разучиться обслуживать себя сам.       …Чун Чжэнь развернул эскимо и яростно откусил:       — Роскошь и разврат!       — От скромности к роскоши перейти легко, а вот от роскоши к скромности — невозможно! — Ху Сункай открыл колу и случайно облился.       Две красотки из группы предварительного следствия с горящими глазами окружили Ся Ляна, расспрашивая, как выглядит дом начальника Хэ. Ходили слухи, что семья у него непростая, но сам он вёл себя на редкость скромно — и в одежде, и в быту был очень непритязателен. Со временем в управлении уже никто не знал, правда это или нет.       Ся Лян с нарочитой небрежностью бросил:       — Да ничего особенного. Всего-то пару этажей, общая площадь — несколько сотен квадратов. Если говорить в холле — эхо есть. Комнат так много, что постоянно путаешь, куда зашёл. Помните особняк из прошлого дела? Ну так вот, этот дом всего лишь в полтора раза больше.       — …       Чун Чжэнь с притворным негодованием воскликнул:       — Вы только гляньте на это самодовольное выражение на его физиономии!       Ся Лян тут же скинул маску равнодушия и, ухватившись за плечо Чун Чжэня, с жаром принялся делиться впечатлениями:       — Ой, да что я такого в прошлой жизни совершил?! Раньше мне лишь снилось, что живу в роскошных хоромах, а теперь вот и вправду в них обитаю! Начальник Хэ — это нечто! Теперь я точно уверен, что он расследует дела исключительно из интереса — наша зарплата даже на одного его слугу не тянет!       — Что?! Серьёзно?! Да наш начальник Хэ — эталонный образ идеального мужчины!       — Всегда говорили, что он живёт в казённом общежитии, я-то думал, у него финансовые трудности. А теперь понимаю — это он просто образ жизни постигал!       Все наперебой обсуждали эту тему, как вдруг главный герой их разговора стремительно вошёл в кабинет и начал вызывать людей:       — Чун Чжэнь, Да Вэй, Кэ Бо — в допросную. Быстро.       Вызванные тут же поднялись с мест. Хэ Вэй заметил Ся Ляна в толпе и улыбнулся:       — Сяо Ся, ты как здесь оказался?       — Слишком долго был оторван от коллектива, заскучал. Специально выбрал обеденное время, чтобы навестить всех.       Хэ Вэй окинул его оценивающим взглядом и кивнул:       — Неплохо, даже поправился. Как ладишь с моей матерью?       Ся Лян тут же закивал: тётя просто замечательная, относится к нему как к родному сыну, даже во время совещаний в компании может позвонить и спросить, поел ли он, что хочет — чтобы повар приготовил. Родная мать и то не проявляла такой заботы.       — Прекрасно. Мы с братом редко бываем дома, ей давно не хватало компании, — Хэ Вэй хлопнул Ся Ляна по плечу. — Спасибо тебе.       Ся Лян улыбнулся, блеснув двумя клыками:       — Тётя очень по вам скучает, всё время вспоминает. Начальник Хэ, в следующий раз, когда будете дома, не уезжайте так поспешно. Можно ведь и остаться на ужин, ничего страшного.       Хэ Вэй вопросительно уставился на него:       — Я в последнее время не возвращался домой.       — А? Но тогда два дня назад, когда приходили за одеждой…       — Это был Хэ Лу, глупыш, — Хэ Вэй потрепал его по голове. — Ладно, у меня дела. Возвращайся пораньше.       После его ухода Ся Лян наклонил голову в раздумьях:       — …Да? Неужели я ошибся? Но я же крикнул «Начальник Хэ» — и он обернулся и улыбнулся мне… —————       Когда полиция постучала в дверь квартиры 302, Чжао Ян открыл в явной растерянности, с помятой одеждой и даже не застёгнутым ремнём. Цяо Жофэй тоже выглядела взъерошенной, её лицо выражало испуг. Вэнь Хуабэй и Цзоу Бинь переглянулись: ясное дело, они подоспели очень вовремя — застали парочку в постели, прервав их занятие.       Обоих доставили в участок для раздельных допросов. Цяо Жофэй, дрожащая как осиновый лист, робко наблюдала за двумя полицейскими — особенно за той самой «девушкой из уличного комитета», что приходила ранее проверять учёт семьи.       — Фамилия и имя.       — Цяо… Цяо Жофэй.       — Возраст.       — Двадцать шесть.       — Где зарегистрирована?       — В Хайцзине…       — Зачем приехала в Шэнчжоу? Разыскиваешь Чжао Шэня? Где он находится?       Перед полицейскими вопросами Цяо Жофэй потупила взгляд, изображая хрупкую невинную жертву — картина, способная растрогать кого угодно.       Юнь Сяосяо швырнула ручку на стол:       — Быстро говори!       Цзоу Бинь вздрогнул от испуга и, стоя за дверью допросной, вполголоса пробурчал:       — Не ожидал, что она может быть такой резкой.       Цяо Жофэй тоже испугалась, слёзы мгновенно выступили на глазах, и она, всхлипывая, проговорила:       — Я… я просто беспокоилась о Чжао Шэне…       Согласно её показаниям, Чжао Шэнь договорился с ней связаться, как только найдёт безопасное место. Однако он бесследно исчез. Цяо Жофэй связалась с Чжао Яном, который тоже искал кузена. Не в силах справиться с тревогой, она в одиночку приехала в Шэнчжоу.       Чжао Ян поселил её в старом доме своих родителей, пообещав помочь в поисках. Боясь быть обнаруженной полицией, Цяо Жофэй не выходила из дома, и даже еду ей приносил Чжао Ян.       — Думаешь, он сюда отдыхать приехал? Ты ещё и сама явилась его искать, а он же беглый преступник! — Вэнь Хуабэй, ведший протокол, был в полном недоумении.       Цяо Жофэй покачала головой, её большие глаза наполнились слезами:       — Нет, я чувствую, что он не способен убить! Возможно, его оклеветали!       Вэнь Хуабэй встал и швырнул на стол перед ней отчёт:       — Это сперма, извлечённая из тела Дэн Вань, убитой в апреле этого года! Её ДНК полностью совпадает с ДНК с окурков, найденных в вашей съёмной квартире! И мы также провели анализ родства с родителями Чжао Шэня, подтвердив, что это именно он. Как ты можешь до сих пор верить, что он не убивал?       Цяо Жофэй, зажмурившись, отвернулась от доказательств, её лицо исказилось от муки:       — Даже… даже если он убил, я всё равно люблю его!       — Любишь? Тогда как же вышло, что ты теперь с Чжао Яном? — ручка в руке Юнь Сяосяо постукивала по столу. — Чжао Шэнь скрылся совсем недавно, а ты в Шэнчжоу всего каких-то десять дней. Как так вышло, что ты так быстро сошлась с его двоюродным братом? Или, может, у вас и раньше что-то было?       — Нет! Это… это потому что… я так переживала за Чжао Шэня, а он меня утешал… — слабо оправдывалась Цяо Жофэй.       — Если переключилась на другого, так и скажи прямо, не прикрывайся такими высокопарными оправданиями.       — Я правда нет! — Цяо Жофэй сжала кулаки, её худая фигура слегка дрожала. — Я не хотела этого, у меня не было выбора, это всё Чжао Ян…       — Он сказал, что если я буду послушной, то расскажет, где находится Чжао Шэнь.