Замена гибельного пути / Replacing the evil way

      Чэн Чжэньцин уже собрался войти через ворота во двор особняка, но Хэ Вэй схватил его и потащил в обход. Они перелезли через проржавевшую ограду и оказались в саду.       — А почему бы нам не зайти через главный вход? — спросил Чэн Чжэньцин, спрыгивая с железной решетки и отряхивая с себя пыль.       — Они оба где-то рядом. Хочешь, чтобы нас засекли?       Чэн Чжэньцин невинно похлопал глазами. Откуда ж ему было знать? Никогда раньше он в такие переделки не попадал.       Раз уж они попали в сад, план был прост: взломать ржавую заднюю дверь особняка и проникнуть оттуда внутрь. Но едва они приблизились к террасе, как стекло с оглушительным звоном разлетелось вдребезги. Пуля, вылетевшая из окна, направилась прямо в Чэн Чжэньцина.       Хэ Вэй, не теряя ни секунды, с силой пригнул его голову, увлекая за собой, и они рухнули на траву. Чэн Чжэньцин набрал полный рот земли и приглушённо вскрикнул:       — Какого хуя?! Ты специально что ли?       — … — Хэ Вэй не мог подобрать слов. Кто бы мог подумать, что этот выстрел, пущенный наугад в окно, едва не зацепит Чэн Чжэньцина?       — Не бери в голову, я не нарочно, — в голосе Хэ Вэя не было ни капли раскаяния. Он лишь предупредил: — Мог бы и поосторожнее быть. Тебе так не терпится помереть во второй раз?       Чэн Чжэньцин был в шоке. Ёб твою мать, откуда мне было знать?! Никогда раньше в такие переделки не попадал!       Хэ Вэй поднялся, заодно рывком подтянув Чэн Чжэньцина, и затаился за углом. Как и ожидалось, те двое, услышав выстрел, один за другим ворвались в особняк. Хэ Вэй был прав, если бы они сунулись через главный вход, их бы обнаружили в два счёта.       Задняя дверь была заперта на засов и огромный висячий замок. Чэн Чжэньцин подобрал с земли железный прут. Трухлявый замок, весь изъеденный ржавчиной, поддался без особых усилий — одно движение, и он сломался. Хэ Вэй выбросил обломки и принялся возиться с засовом, стараясь действовать как можно тише, чтобы не привлечь внимания.       Чэн Чжэньцин прижался ухом к стене, но, не услышав ни звука, спросил:       — Там уже убили кого-то?       — Пока нет, это был первый выстрел. Третий будет смертельным.       — Кто погиб? — Чэн Чжэньцина разбирало любопытство. — Какая версия тебя погибла в прошлом цикле?       Как по заказу, прозвучал второй выстрел.       — Скоро третий, — Хэ Вэй не успел ответить на его вопрос. — Заходи быстрее. Если провозимся, не успеем.       Железная дверь давно обветшала от времени, поэтому они открывали её с максимальной осторожностью, стараясь не шуметь. От чёрного входа в гостиную вёл коридор: один его конец упирался прямо в террасу, другой проходил мимо кухни. Хэ Вэй лихорадочно прикидывал в уме расположение троицы в гостиной. Он повернулся, намереваясь подать знак своему напарнику, что нужно разделиться. Это бы позволило Чэн Чжэньцину зайти с террасы, а ему самому — подкрасться со спины к Хэ Вэю, вооружённому пистолетом.       И тут он обернулся — а его и след простыл. Чэн Чжэньцин, только что заходивший с ним вместе, незаметно исчез. Железная дверь, которую они открыли, плотно захлопнулась, словно её никогда и не отпирали вовсе.       Хэ Вэй нахмурился. Опять начались непредвиденные обстоятельства. На этот раз тумана не было, но Чэн Чжэньцин всё равно умудрился потеряться. Неужели ему действительно не суждено приблизиться к месту преступления?       Не имея других вариантов, Хэ Вэй двинулся по коридору в сторону кухни. Присев на корточки у кухонного шкафа, он выглянул и мельком отметил, что Хэ Вэй с пистолетом как раз стоял к нему спиной. На террасе торчал ещё один. Плюс он сам — выходит, в этом чёртовом особняке одновременно существовали три одинаковых индивида.       Если пронумеровать их по временной линии, то с Чэн Цзэшэном был Хэ-1, вооружённый пистолетом — Хэ-2, а он сам, находящийся в завершающей части цикла, — Хэ-3. Пистолет Хэ-2 был нацелен прямо на Хэ-1. Стоявший рядом с ним Чэн Цзэшэн, затаив дыхание, ловил каждое движение Хэ-2.       Сцена была до боли знакомой. Хэ Вэй помнил наизусть каждый жест, каждую эмоцию на лице Чэн Цзэшэна. Но, чувствуя нервное подёргивание век, он постепенно начал осознавать: что-то здесь было не так.       Ведь это был его самый первый цикл, с которого всё началось. Однако недавняя передача пистолета в лесу, очевидно, должна была стать событием из второго цикла. Почему же, войдя в особняк, он наоборот угодил в ещё более раннюю временную линию?       Тревога разрасталась, сдавливая грудь. Хэ Вэй сидел на корточках у стены, ноги его затекли. Он попытался сменить позу и с удивлением обнаружил, что не может пошевелиться, словно какая-то чудовищная сила сковала его тело.       — Если ты и правда Чэн Чжэньцин, тебе должно быть известно всё, что происходит. Стоит ли направлять на меня оружие? Разве ты действительно выстрелишь?       — Выстрелю.       Холодный ответ. Затем прогремел третий выстрел.       Сейчас, наблюдая за этим со стороны, Хэ Вэй отчётливо видел, как Чэн Цзэшэн бросился его защищать. Пуля, не отклоняясь ни на миллиметр, вошла ему в грудь. Брызнувшая горячая кровь залила глаза всем трём находящимся здесь Хэ Вэям.       Не ожидал, что он всё-таки умрёт.       Хэ Вэй инстинктивно закрыл глаза, будучи не в силах больше на это смотреть. За долгие годы работы в уголовном розыске бесчисленные кровавые убийства не смогли оставить в его душе каких-то шрамов. Но, приходилось признать, смерть Чэн Цзэшэна уже стала для него настоящим наваждением, незаживающей раной.       Знакомый сюжет разворачивался, как в кино. Потрясённого и убитого горем Хэ-1 оглушили ударом приклада. В тот миг, когда он упал, тело Хэ Вэя вдруг освободилось от тяжести таинственной силы. В следующую секунду он уже рванул вперёд и накинул верёвку на шею Хэ-2.       Я знаю, у тебя не было выбора. У меня его тоже нет.       Хэ Вэй изо всех сил натянул концы верёвки, одновременно ударив противника ногой в подколенный сгиб, заставляя опуститься на колени. Теперь, когда образовался выгодный перепад высот, удавка стала ещё смертоноснее. Но этот Хэ Вэй тоже был не промах: даже с крепко сжатым горлом, когда каждый вдох давался с мучительным трудом, он умудрился со всей силы врезать локтем Хэ Вэю в живот.       Острый локоть вонзился в область желудка. Боль отозвалась в каждом нервном окончании, едва не заставив Хэ Вэя вывернуться наизнанку. Руки невольно ослабли, и, воспользовавшись этой заминкой, Хэ-2 схватил его за руку, чтобы броском через плечо швырнуть на пол рядом с диваном.       Блять! Хэ Вэй выругался, что с ним случалось редко. Головой он как раз приложился о ножку дивана, и перед глазами поплыли тёмные круги. А тот, кого он должен был убить, уже поднялся на ноги, прокашлялся и, подхватив с пола обронённую верёвку, набросил её Хэ Вэю на шею.       Ситуация резко изменилась. Хэ Вэй наконец-то прочувствовал на себе ту самую удушающую хватку. Неожиданно, но откуда в нём столько силы? И откуда такая потрясающая способность к регенерации? Такое ощущение, что этот тип вообще не получил никаких повреждений! Хэ Вэй же вложился по полной, разве что шейные позвонки не хрустнули под удавкой!       От невыносимой боли при нехватке кислорода сознание начало меркнуть. Хэ Вэй нащупал руку противника и, собрав остатки сил, с нажимом вывернул её вниз. Отчётливый щелчок подтвердил вывих лучезапястного сустава.       Хватка на шее мгновенно ослабла. Хэ Вэй отпихнул его ногой, упал на колени и зашёлся в жестоком кашле, перемежающемся рвотными спазмами.       — Кхе-кхе… Давай ещё! — он потёр губы тыльной стороной ладони и поднялся на ноги.       Хэ-2 напротив него тоже встал. Держа выбитую кисть, он одним чётким толчком вправил сустав на место, затем окинул Хэ Вэя оценивающим взглядом:       — Ты откуда взялся? Из прошлого или из будущего?       Хэ Вэй, растирая багровый след на шее, холодно усмехнулся в ответ:       — Уж точно пережил побольше твоего.       — Тогда… ты не сможешь меня убить.       Хэ Вэй застыл. И в следующую секунду, словно молния среди ясного неба, он осознал, какой серьёзный просчёт допустил.       До этого момента он исходил из того, что убийство Чэн Цзэшэна — дело его рук. Всё казалось логичным и обоснованным… Однако без внимания осталась критически важная проблема — правило временно́го парадокса.       Если выстроить их по хронологии: Хэ-1 → Хэ-2 → Хэ-3, то он находился в самом конце временно́й линии. А это значит, что он, Хэ-3, как бы ни старался, физически не мог убить Хэ-1 или Хэ-2. Зато они — могли убить его.       Осмыслив это тревожное обстоятельство, Хэ Вэй помассировал шею. Горло дико болело, даже сглатывать было мучительно. Вот почему раньше, используя все свои силы, он так и не смог задушить его до смерти. Оказывается… он вообще не мог убить этого Хэ Вэя.       А Хэ-2 пристально разглядывал его, словно наконец понял что к чему:       — Так вот оно что… Тот труп — это ты.       — Это я должен был тебя задушить.       Хэ Вэй ошеломлённо опустил голову, оглядел себя. Рубашка, брюки, обувь… Всё в точности совпадало с одеждой жертвы этого преступления!       Холод прокатился ледяной волной от пят до макушки. Хэ-2, растирая только что вправленное запястье, неторопливо направился к нему.       — Если это поможет разорвать петлю, все Хэ Вэи скажут тебе спасибо.       Нет. Неправда. Это лишь замкнёт круг. Сделает его ещё неразрывнее.       Тело Хэ Вэя будто окаменело. Его повалили на пол и снова сдавили горло верёвкой. Страх и отчаяние проникли в каждую клетку тела. И дело было даже не в самой смерти, а в этой безысходной мёртвой петле. Он умрёт здесь и, когда очнётся, опять ничего не вспомнит. Цикл начнётся заново.       Выходит, все его отчаянные попытки что-то изменить наоборот привели к наиболее завершённой развязке. Чэн Цзэшэн мёртв. Он тоже погибнет. Всё вернётся в исходную точку.       Встреча — это и есть начало.       Нехватка кислорода уже начала вызывать галлюцинации. Перед глазами Хэ Вэя замелькали обрывками причудливые, сюрреалистичные образы.       Сцены, одна за другой, всплывали в памяти. От неприязни между ним и Чэн Цзэшэном до взаимного притяжения. И разговоры с воздухом, и перепалки, и трапезы едой из доставки другого мира — всё это было его самым драгоценным воспоминанием. Единственным и неповторимым в сердце Хэ Вэя.       Странно… они так давно не виделись, не говорили по душам. Вопреки всему, внутри теплилось предвкушение.       На губах Хэ Вэя мелькнула лёгкая улыбка. Руки безвольно опустились.       — Хэ Вэй!       Сквозь пелену забытья до Хэ Вэя донёсся чей-то оклик. Голос был такой знакомый, что в обычное время всегда хотелось врезать его обладателю, но в критический момент он прозвучал как родной.       — Чэн Чжэньцин?! — Хэ-2 был потрясён до глубины души.       Чэн Чжэньцин внимательно всматривался в этих двоих. Их лица были совершенно одинаковыми. На первый взгляд ему даже показалось, что душит тот Хэ Вэй, с которым они вместе вошли. Он не вмешивался, безучастно наблюдая со стороны:       — Вы ещё не закончили? Помощь нужна?       Хэ-2:       — ???       Хэ Вэй:       — …       — Не надо, уже скоро закончу.       Хэ Вэй в последнем усилии чуть приподнял пальцы и выдавил из себя едва различимое:       — …Яма…       — Яма? — Чэн Чжэньцин впал в ступор, но тут же следом хлопнул себя по бедру. — Ёб твою мать!       Тело Хэ Вэя качнулось, и в последний момент, когда сознание уже готово было погаснуть, его отпихнули в сторону. Он лежал на полу, веки приоткрыты, а в ушах звучал шум борьбы и ругань Чэн Чжэньцина с Хэ-2.       — Чэн Чжэньцин, ты больной?! — Хэ-2 был на грани безумия. — Где тебя черти носили?! Не помогал — и ладно. А теперь вылез, под ногами путаешься!       — Если бы не он, я б вообще оттуда не выбрался! Как я могу дать тебе его убить?!       — А вдруг это один из способов разорвать петлю!       — Херня! Он уже пережил то, что будет после! Что ты понимаешь?!       …       Хэ Вэй долго приходил в себя, прежде чем наконец смог подняться. Его бледные щёки раскраснелись от удушья, и требовалось какое-то время на восстановление. Никогда ещё он не был так рад появлению Чэн Чжэньцина. В тот момент, когда ему казалось, что всё уже кончено, случился самый неожиданный поворот, который дал ему понять: все его предыдущие попытки что-то изменить были не напрасны. По крайней мере, появился шанс на лучшее, который грел душу.       Этот неожиданный поворот оказался самым приятным из всех возможных.       Звуки ссоры внезапно оборвались. В особняке воцарилась тишина.       — Чёрт, а где он?!       С трудом встав на ноги, Хэ Вэй обнаружил, что в особняке остались только он и Чэн Чжэньцин. Труп на полу, бессознательное тело, Хэ-2 — всё исчезло в одно мгновение, словно их телепортировало.       Чэн Чжэньцин подбежал и поддержал Хэ Вэя:       — Ты как? Если не умер — скажи что-нибудь.       Хэ Вэй прохрипел:       — Сколько времени?       Тот взглянул на часы:       — Полчетвёртого.       Хэ Вэй окинул взглядом опустевший особняк. Двое людей вместе с трупом исчезли в один миг. Неужели точка соединения двух параллельных миров временно закрылась?       Чэн Чжэньцин похлопал его по спине, помогая отдышаться:       — Что с тобой стряслось? Тебя так отделали.       — Я не мог его убить, — Хэ Вэй покосился на него. — Кстати, тебя ещё не спросил. Ты просто взял и исчез. Где ты был?       — В кино ходил.       Если говорить о Чэн Чжэньцине, то опыт, который он пережил, был весьма необычным. Обнаружив, что Хэ Вэй пропал, ему пришлось отправиться к месту преступления одному. Спрятавшись за углом у террасы, он наблюдал, как двое Хэ Вэев сцепились в драке, а его младший брат Чэн Цзэшэн застыл в нерешительности, не зная, кому помогать.       Они оба его возлюбленные. Говорил же, что братишка сам создаст себе трудности, только никто не верил, — мысленно сыронизировал Чэн Чжэньцин.       Он хотел было вмешаться, сказать им, что мир превыше всего, что не стоит драться и убивать, ведь «мы от одного корня — зачем же так торопиться губить друг друга? Эй! Почему невозможно пошевелиться? Только глазами мог хлопать. Так и просидел на корточках у стены, наблюдая за бесплатным кино.       До тех пор, пока не грянул третий выстрел. Густой запах крови вместе с криками двоих людей поплыл по особняку.       — Хэ Вэй! Ты как?! — Чэн Цзэшэн был вне себя от тревоги.       — Я не знаю, как так вышло! Я не стрелял! — Хэ Вэй застыл в растерянности.       Чэн Чжэньцин наблюдал за ними со стороны. Чэн Цзэшэн сорвал с себя одежду и прижал её к кровоточащей ране на груди Хэ-2. А Хэ-1, стоявший рядом, всё ещё не мог поверить в случившееся:       — Я правда не хотел его убивать! Он сам нажал на курок моей рукой!       — Я знаю. Это был его выбор.       — Не понимаю, зачем он это сделал? Неужели чтобы разорвать петлю? — в голосе Хэ-1 звучала горькая досада.       Чэн Цзэшэн покачал головой. Он знал только одно: нужно спасти Хэ Вэя. Во что бы то ни стало.       Один зажимал рану тканью, другой, разжав пальцами рот, делал Хэ-2 искусственное дыхание. Отчаянная борьба за жизнь длилась несколько минут. Оба были полностью поглощены своим занятием и даже не заметили, что кто-то уже давно сидел на корточках за углом, подсматривая за ними.       Когда стало ясно, что Хэ-2 мёртв, Чэн Цзэшэн и Хэ-1 без сил опустились на пол. Растерянные, подавленные, они словно были не в силах принять произошедшее.       — Как же так… — пробормотал сам себе Хэ-1 и вдруг заметил, что труп Хэ-2 начал становиться прозрачным.       Чэн Цзэшэн рванул к нему, попытался сжать в объятиях, но тело в его руках таяло, постепенно рассыпаясь мириадами светящихся пылинок.       Наблюдавший за этим Чэн Чжэньцин обомлел, вытаращив глаза. Оказывается, вот какими были последствия предыдущего цикла, через который прошёл Хэ Вэй. Когда погибший совсем исчез, Чэн Чжэньцин вдруг обнаружил, что снова может двигаться. Он ринулся вперёд, чтобы увидеть брата, но, выскочив из-за угла, сразу же попал на новую сцену преступления: Хэ Вэй… душил сам себя — сдавил верёвкой горло другого себя.       Дослушав рассказ Чэн Чжэньцина, Хэ Вэй надолго замолчал. Он не ожидал, что всё обернётся именно так. После того как Чэн Чжэньцин проник в особняк, петля времени словно раздвоилась. Возможно, именно благодаря его появлению этот цикл стал таким уникальным. Иначе Хэ Вэй неизбежно бы умер здесь.       Финальная точка круговорота была разрушена. Что ждало их дальше?