Расколоть звезду на части

Вечерело. Туманная розовая дымка постепенно накрывала небосвод. Вдалеке сияли игривые искры звёзд. Мэй Няньцин и Фэй Линьфэн в компании двух принцев скакали в сторону леса. Они постарались незаметно покинуть дворец и столицу. На удивление у ворот стражи не было. Возможно, им просто повезло. Хотя, судя по довольному взгляду второго принца, в этом была его заслуга. Нежно поглаживая свою кобылу по загривку, Мэй Няньцин всматривался в даль. Он чувствовал небольшой дискомфорт от того, что соврал наследному принцу. Надуманная «скука» для того, чтобы выйти на ночную охоту, была не единственной ложью. Он неверно сказал и про погоду. Заклинатель выяснил, что сегодня ночью должен был пойти дождь. Ливень, тёмный лес, полный тёмных тварей, склон горы. Сложно было предсказать, от чего пострадает их небольшая группа – от оползня, холодной воды или от когтей нечисти. В любом случае, это давало шанс Мэй Няньцину вселить небольшой хаос в их дружный строй и умчаться прочь, в столицу, чтобы навестить учителя в храме. [Мастер, вы уверенны?] – В чём? – мысленно ответил юноша. [В своём плане.] [Я понимаю, что ваше сердце в тревоге из-за наставника, но что будет с вашими сопровождающими? Стоит ли так рисковать?] Он не сомневался в том, что с принцами и вассалом всё будет хорошо. Как минимум двое из них были хорошими воинами. Поэтому волноваться за них не приходилось. – Всё будет под контролем, – ответил системе заклинатель. – Не бойся. [Даже если и так. Вы думаете, что наследный принц так просто упустит вас из виду?] – Когда произойдёт неожиданная ситуация, то скорее всего он, как хороший прилежный принц, кинется спасать брата, не овладевшего духовной энергией, – мысленно ответил он. – Так что ещё раз повторю, не бойся. [Слушаюсь…] Лошадь послушно скакала, отбивая копытами ритм. Второе Высочество и Фэй Линьфэн сзади о чём-то шептались. А наследный принц ехал рядом с Мэй Нянцином, время от времени задумчиво поглядывая на него. Дорожная пыль неприятно оседала в лёгких своим мутным туманом. Щуря глаза от бьющего в лицо ветра, Мэй Няньцин решил начать разговор, чтобы разбавить обстановку: – Ваше Высочество, вы когда-нибудь принимали участие в ночных охотах? – Пару раз мог наблюдать за этим событием, – ответил ему Бай Усянь. – Но вот участвовать не приходилось. Это мой первый раз. – Тогда я буду рад показать вам, как это правильно делается, – бодро ответил юноша. – Я очень опытный. Мой наставник любил оставлять меня в лесу наедине с нечистью. Он, конечно, поначалу помогал мне, но в более старшем возрасте стал все дела скидывать на меня. – Ты занимался охотой один? – спросил наследный принц. – На паре ночных охот я объединялся с заклинателями из других орденов. Правда... На одной такой охоте произошёл один неприятный инцидент. Были разногласия и у меня, и у них. Произошёл конфликт. Поэтому теперь я предпочитаю всё делать в одиночку. За исключением сегодняшнего дня. – Может расскажешь более подробно, что произошло? – задал вопрос Бай Усянь. – Неприятная ситуация, – слегка нахмурился Мэй Няньцин, крепко сжав поводья лошади. – Деревенские жители пострадали от одной твари, которая людей в болото утаскивала. Меня пригласили поучаствовать в ночной охоте на неё. Заклинатели, которые остановились в нашем монастыре проездом, решили помочь людям, потренироваться, так сказать. Этот орден не сказать, что самый популярный, но всё равно, вес имеет… Я согласился, всё равно хотелось сменить обстановку. – А потом? – А потом они поймали одну тварь, и я поймал одну тварь, – с неслышным вздохом произнёс заклинатель. – Нужно было выяснить, какая из них утаскивает жителей деревни. Один был шуйгуем, водным призраком, а другой юаньхунь. И если первого нужно было точно убивать, потому что он никогда не сможет переродиться, то второго нужды не было. Юаньхунь – это призрак человека, который был несправедливо убит. Скорее всего он утонул неслучайно, потому что мстительная энергия горела в нём особенно сильно. Я хотел провести ритуал спасения души, чтобы юаньхуй умиротворился и ушёл на перерождение. Заклинатели же не хотели задерживать ночную охоту, поэтому ими было принято решение уничтожить эту нечисть. – Получается, вы не сошлись в методах решения проблемы с этим мстительным духом? – Можно и так сказать, – кивнул принцу Мэй Няньцин. – Для меня уничтожение такого духа это крайняя мера, ведь душа тогда стирается навсегда без возможности на перерождение. Лучше бы эти заклинатели тогда предложили изгнание… – В чём разница? – При изгнании душа имеет шанс очиститься и уйти на перерождение. Вот и всё, – ответил юноша. Оглянувшись на Фэй Линьфэна и Второе Высочество, он заметил, как они внимательно слушали его рассказ. – Однако, старший заклинатель заявил, что им не хватает практики в уничтожении нечисти, поэтому они решили проигнорировать моё предложение. Возник небольшой спор. Так как я был единственным, кто хотел провести ритуал, меня отстранили от решения вопроса с юаньхунем. Конечно, я сопротивлялся. Не смотря на мои протесты, они уничтожили нечисть. – Неприятная ситуация… – растерянно произнес второй принц за его спиной. – Полностью согласен с кузеном, – сказал Фэй Линьфэн. – Не волнуйтесь, потом я рассказал об этом наставнику Мэй, – довольно улыбнулся юноша. – Он отчитал этих заклинателей на чём свет стоит и с позором их выгнал из монастыря, не дожидаясь даже, когда они свои вещи соберут. У монахов есть золотое правило – «Если можно отправить на перерождение – отправляй!». Все души должны иметь равные возможности, не смотря на то, во что они могли превратиться после смерти. Часть нечисти – это неупокоенные мертвецы в различных обличиях, другая часть – мутация скоплений духовной энергии и злых эмоций. Есть еще мифические звери… С ними всегда трудности на ночных охотах. – А как мы поймём, что в лесу водится нечисть? – спросил второй принц. – Ночью в лесу всегда водится нечисть, – улыбнулся краешком губ Мэй Няньцин. – Вы, возможно, не знали, Ваше Высочество, но всем детям в деревнях говорят с самого детства: «Не ходи в лес, а то тёмная тварь сожрёт». И люди правы. В лесах происходит много разных злодеяний. Нечисти мало, только если место наполнено чистой духовной энергией, либо если рядом с лесом люди не живут. – А как мы будем сегодня охотится? – внезапно спросил Бай Усянь. – У нас самые обычные металлические мечи. – Я буду использовать лук и стрелы, с закреплёнными талисманами, чтобы замедлить тёмных тварей, – ответил ему Мэй Няньцин. – Вам же я выдам пачку талисманов. Вы должны будете прикрепить их на свои мечи. Однако есть и другой способ, если хотите, то просто направьте свою ци в оружие, и тогда в печатях не будет нужды. Частые удары духовного оружия повредят тело нечисти, и через некоторое время, когда она истощится, произойдёт изгнание. Всё просто и легко. – Хорошо, понял тебя, – послушно сказал наследный принц. Вскоре они оказались перед входом в лес. Мэй Няньцин достал из своего цзянькунь талисманы и раздал их молодым людям. Второй принц повертел в руках печать, потыкал вязь иероглифов и спросил: – А эти бумажки точно помогут на ночной охоте? Рядом с ним Фэй Линьфэн тоскливо вздохнул и приложил руку ко лбу. А Мэй Няньцин вместо того, чтобы что-то ответить, взял один из талисманов и влил ци. А после подкинул наверх ветку с земли как можно выше и кинул в неё талисман. Ветка с оглушительным треском взорвалась и мгновенно загорелась. Щепки дерева, не успев упасть на сухую траву, превратились в пепел. – Ох, – ошеломлённо выдохнул второй принц. – Если влить нужное количество ци, атакующий талисман сделает всё за вас, – ответил на вопрос Бай Иханя заклинатель. – На мечи обычно цепляют защитные печати, которые несут в себе нужное количество духовной энергии. Она плавно обволакивает оружие и позволяет спокойно бороться с нечистью. – Вот это удивительно, – сказал Бай Ихань. – Мой дядя никогда мне не рассказывал об этом… Представьте, использовать печати заклинателей в военных сражениях. Да мы бы в раз завоевали весь мир. – Мой отец не зря генерал, – вмешался Фэй Линьфэн. – Использование предметов заклинателей под строгим запретом. Если бы правители разных государств использовали такие духовные вещи, то давно бы воцарился хаос. Генерал Фэй не зря не рассказывал тебе об этом, кузен. – Фэй Линьфэн прав, – сказал Мэй Няньцин, звякнув своим колокольчиком на поясе, – Заклинатели не вмешиваются в жизнь смертных. Они избавляют мир от нечисти и сохраняют баланс между царством живых и царством мёртвых. Никакой праведный заклинатель в здравом уме не отдаст свои печати и духовные приспособления человеческим войскам. – Невозможно, – возмутился Второе Высочество. Неподалёку послышался вздох Бай Усяня. Он явно знал о всех этих правилах. – Разве никто не пытался подкупить заклинателей, чтобы они продавали свои атакующие талисманы? – Хм, мой учитель рассказывал о паре случаев, – качнул головой Мэй Няньцин. Он направил свою лошадь в лесную чащу, и все аккуратно последовали за ним. – Такие люди плохо заканчивали. За нарушение негласных общепринятых законов их наказывали сами заклинатели. – О, понял, – задумчиво кивнул Бай Ихань. Тем временем дряхлые ветви столетних деревьев начали сгущаться над их головами. Чем дальше они шли, тем быстрее темнело. Мэй Няньцин нервно дёргал ногой, отбивая ритм. Он старался прислушаться к окружению. Одновременно с этим в его желудке ухнуло неприятное чувство, будто что-то упало комком нервов и сжалось. Попытавшись вдохнуть полной грудью, он откинул мешающиеся прядки волос. Ему нельзя было волноваться. Хотелось, чтобы его план прошёл без сучка без задоринки. Местность, по которой они ехали, была достаточно свободной, чтобы там могла проехать лошадь. Поэтому они постепенно ускорились. Мэй Няньцин обострил свою духовную энергию. Плавно ощупывая пространство, он заметил небольшой кусочек холодной ци вдалеке. Тёмная тварь. Юноша натянул поводья своей кобылки и направился в сторону источника мёртвой энергии. Внезапно наследный принц, до этого молчавший и внимательно изучавший обстановку, произнёс: – Ты тоже что-то почувствовал? – Вы правы, Ваше Высочество, – Мэй Няньцин махнул другим двум. – Держите оружие наготове. В той стороне источник тёмной ци. – Значит ли это, что наша охота официально началась? – игриво хихикнул второй принц. На его лице заблестела азартная улыбка. Бай Усянь всё еще сохранял спокойное выражение лица. В отличие от младшего брата на его лице не было ни единой тени эмоций. Он подстегнул свою лошадь и обогнул Мэй Няньцина. – Идите все за мной, – сказал наследный принц. Ради безопасности своих спутников, он выступал первым, как более опытный воин. Бай Усянь внимательно вглядывался в чащу. Воздух, ещё недавно напитанный запахом хвои и ночных цветов, вдруг загустел и потяжелел. Каждый почувствовал леденящую духовную энергию. Второй принц, никогда не изучавший совершенствование, нервно передёрнул плечами, улыбка его чуть погасла. Фэй Линьфэн, скакавший за ним и прикрывавший тыл, вытащил свой меч с печатями. Его напряжённая фигура была готова среагировать на малейший шум. Лошади заволновались и забрыкались. Они отказывались идти вперёд. Конь наследного принца шарахнулся в сторону, недовольно фыркая. Его ноздри раздувались, вбирая в себя невидимую угрозу. Принц погладил жеребца по загривку, пытаясь успокоить. Тишина в лесу стала звенящей, неестественной, будто мир поставили на паузу, и оставили лишь звуки их стучащих сердец. [Мастер, оно рядом! Будьте аккуратны!] Голос системы заставил вздрогнуть. На предупреждение он незаметно кивнул. Мэй Няньцин посмотрел на лицо наследного принца. Бай Усянь слегка хмурился. На его обычно бесстрастном лице мелькнула тень тревоги и тут же пропала. Они сами согласились на эту ночную охоту. Отступать было поздно. Постепенно начало накрапывать. Второй принц тихо чихнул, когда непослушная капля воды упала ему на нос. Неожиданная морось притупила их внимание, однако не избавляя группу молодых людей от напряжения. Тонкий слух заклинателя уловил шелест листьев. Будто что-то старалось тихо наступать на землю, припорошённую ветками и иголками. Если бы здесь находился обычный человек, он бы ничего не услышал. К счастью, их группа таковыми не была. Все они тренировались с детства, поэтому приближение неведомой твари почувствовать могли. Пронёсся порыв ветра. Справа послышался шорох в кустах, одновременно с этим слева затрещали ветки от веса чужого тела. Нечисть, на которую они охотились, была крупного размера. Мэй Няньцин вскинул лук и наполнил свою стрелу ци. Он готов был выстрелить в любой момент. Все ощущали, как нечто передвигалось с места на место, пытаясь запутать их. Внезапно тёмная тень резко прыгнула на Фэй Линьфэна. Сталь блеснула в отблесках капель дождя. Юный воин отразил нападение своим клинком и яростно швырнул атакующий талисман в сторону существа. Раздался взрыв. Тёмная тварь отбежала от него и отскочила в противоположное место, оказавшись прямо перед мечом наследного принца. Бай Усянь перехватил своё оружие и замер. Перед ними предстало существо, будто сшитое по частям криворуким творцом. Это был не просто тёмный дух. На них своим единственным глазом смотрел тигр. Его форма ещё хранила былое величие хранителя леса – мощный костяк, очертания жилистой мускулатуры, но всё это было изувечено и осквернено. Шкура, которая должна была сиять янтарём, была теперь тусклой, как пепел, и дырявой. На груди мёртвого животного сияла огромная рваная рана, из которой сочились струйки густой, как смола, тёмной ци. Через неё было видно белёсые ребра, которые были грубо выломаны, оставив после себя лишь острые неровные обломки. Приглядевшись чуть внимательнее, наследный принц заметил, что у тигра отсутствовало сердце, будто его безжалостно вырвали. Дождь полил ещё сильнее. Тигр недовольно зарычал и пригнулся. Мэй Няньцин, сидящий на лошади за наследным принцем, чуть привстал из-за плеча Его Высочества и направил свою стрелу на тёмную тварь. Его глаза, наполненные блеском пурпурной энергии, внимательно следили за движениями животного. Если оно кинется на Бай Усяня, он сразу же выпустит стрелу и кинет пару печатей вдогонку. Но тигр не двигался. Несмотря на то, что он выглядел раненым, заклинатель прекрасно понимал, что эти ранения были получены им при жизни. А значит сейчас эта нечисть не испытывала боли. Лишь её душа горела жаждой мести своему обидчику. Тигр приоткрыл свою пасть, принюхался и вновь зарычал. Краем сознания Мэй Няньцин понял, что пора воплощать свой план в жизнь. И так. Первый шаг. Тёмная тварь вскинула свою голову и оскалила клыки. В поломанной челюсти мелькнул истерзанный язык. Животное, дышащее тёмной ци, резко бросилось прямо на наследного принца. Бай Усянь крепко сжал свой меч и, прежде чем он отбил удар, рядом с его ухом пролетела стрела, взметнув непослушные пряди волос. Она попала зверю в голову. В ошеломлении принц оглянулся назад. Его взгляд поймал чуть прищуренные глаза Мэй Няньцина. – Не расслабляйтесь, Ваше Высочество, – произнёс юноша и кинул пару атакующих печатей в сторону взбешённого зверя. Тигр ловко увернулся от шумных бумажных снарядов. Создавалось впечатление, что ему плевать на древко, торчащее у него изо лба. Вслед за ним начали свою атаку и другие молодые господа. Фэй Линьфэн направил своё оружие прямо на тигра, который успел перепрыгнуть в другую сторону. Его клинок очертил стремительную дугу и задел ухо зверя. На рычащей нечисти появилось золотистое сияние от удара. – Я же правильно понимаю, что, воздействуя духовной энергией, мы повреждаем его тело? – спросил Фэй Линьфэн у Мэй Няньцина. Отбиваясь мечом, усыпанным талисманами, он пытался задвинуть за спину второго принца. Тот в свою очередь ойкал и рвался в бой. – Верно, – отрывисто ответил заклинатель, пытаясь понять, куда кинуть еще талисманов и при этом не задеть окружающих. Тем временем второй принц не выдержал и задористо засмеялся. – Давненько я не развлекался таким зрелищем, – он плавно обогнул своего кузена, чьи попытки защитить его были теперь бесполезны, и встал напротив безумного тигра. – Поиграем, большой котик! Он бросился в атаку, и в тот же миг его тяжёлый меч отбила когтистая лапа. Не ожидав такой силы от мертвого зверя, Бай Ихань неловко слез с лошади и отпрыгнул в сторону. Беспокойный конь без наездника неистово заржал и ускакал в лес подальше от бездумных действий Второго Высочества. Принц этого совершенно не ожидал: – Моя лошадь! А ну вернись! – в то же время тигр накинулся на второго принца. Две крупных лапы уже были готовы свернуть ему шею, как вдруг он подкинул свой меч и кувыркнулся под брюхом твари. Бай Ихань скривил нос. От тигра веяло запахом сырой земли с могильных холмов и медной ржавчиной крови. – Чуть головы своей болтливой не лишился, – подхватил принца за руку Фэй Линьфэн, потирая ушибленный бок. Тёмная тварь успела задеть и его. Сразу же после этого наследный принц кинулся на свирепого зверя. Его клинок, наполненный золотистой ци, изящно кружился вокруг нечисти. Его своими стрелами страховал Мэй Няньцин. Бай Усянь успел сделать три быстрых шага, пока заклинатель кидал атакующие печати, и с силой вонзил свой меч в череп тигра. Раздался звук, похожий на треск ломающегося фарфора. Зверь неистово заревел и задёргался, пытаясь своими лапами задеть принца. К счастью, тот был в лёгких доспехах и коготь поцарапал лишь ладонь. Принц втянул воздух. Было немного больно. Мэй Няньцин кинул ещё больше талисманов и всю поляну озарило яркой вспышкой. Лошади заржали ещё громче. Яростный огонь, горевший в единственном глазе тигра, сдался, чуть сверкнул и погас. Огромный скелет, обтянутый остатками плоти, замер, а потом медленно, почти величаво осел на землю, рассеваясь в кучку костей. В хаосе оконченного сражения лошадь Мэй Няньцина взбесилась и угнала своего всадника в темноту дождливого леса. – Хэй, куда это он! – воскликнул второй принц, пока все пытались отойти от мощного взрыва. Бай Усянь, почуявший неладное, обернулся и увидел, как промокший силуэт его вассала пропал в ночи. Вскинув брови, он пришпорил своего коня. – Фэй Линьфэн, позаботься о Втором Принце, – приказал наследный принц. – Куда вы? – За Мэй Няньцином, – решительно ответил Бай Усянь и кинулся вслед за заклинателем. Его жеребец стремительно исчез в темноте. Второй принц присел на землю. Он чувствовал, как на его бедре наливался синяк. Фэй Линьфэн присел рядом с ним. Им оставалось только ждать своих спутников, чтобы не заблудиться. Некоторое время они молча смотрели на кости тигра. Не было и следа тёмной ци, зверь был окончательно повержен. – А помнишь у меня в детстве был тигрёнок? – внезапно начал Бай Ихань. – Его принёс с одного из походов дядя. – Да, помню, – ответил Фэй Линьфэн и начал протирать свой меч. – Только я не помню, куда он делся… – В смысле? – Тебя тогда генерал Фэй взял в очередной военных поход. Ты не помнишь… Просто в один момент мой тигрёнок пропал и появился плюшевый. – Может он убежал? – И оставил плюшевую замену? Вряд ли, – усмехнулся второй принц. – Будучи ребёнком я закатил истерику от его пропажи, как сейчас помню, а потом заболел. Весь гарем переполошил. – Может он не устроил кого-то? – неуверенно предположил Фэй Линьфэн. – Сейчас я так и думаю. Возможно, этот кто-то – моя мать. – Почему? – Она не любит живность. Даже сейчас не разрешает мне завести кошку. – Кузен, хочу напомнить тебе, что ты Второй принц, – начал Фэй Линьфэн. – Твоя власть должна быть выше власти наложницы. – Эта наложница – моя мать. Как я могу плевать на ее слова и расстраивать лишний раз? – Ух… Ну совсем не в таком ключе надо думать. – А в каком? – Если ты будешь от этого счастливее, то почему бы и нет? – Ну, я это и своему братцу пытался привить в некоторой степени. Он, кажется, совсем не забоится о счастье своего дорогого брата. – А что Наследный принц?.. – А он не хочет мне отдавать своего вассала. – Зачем тебе вассал, ты же не работаешь с государственными делами… Целыми днями ты проводишь своё время в ресторанах столицы, слушая поэтов, либо тренируешься с отцом, – осуждающе промолвил Фэй Линьфэн. – Тем более если ты хочешь себе Мэй Няньцина, то забудь. Его Высочество особенно заботится о нём. – А может у тебя есть на примете свободные вассалы? – Да зачем тебе… – недоуменно сказал воин, а потом в его голове мелькнула шальная мысль, от которой он ухмыльнулся. – Вообще есть один. Гу Юэсинь – младший сын премьер-министра Гу. Очень хороший молодой господин, тебе понравится. – Правда? Знакомое имя… Возможно мы с ним виделись… Тогда буду рад с ним заново познакомиться. – В последнее время он зачастил в императорский гарем. Может увидитесь. – Понял! – довольно улыбнулся второй принц, закидывая мокрые волосы назад. «Посмотрим, кто кого первым изведёт. Гу Юэсинь крепкий орешек.» – подумал Фэй Линьфэн и устало прикрыл глаза. Их беседа сошла на нет. Осталось дождаться Его Высочество и уходить. Возможно, он даже найдет убежавшего коня второго принца. Мыслями юный воин уже давно лежал на мягкой кровати, обнимая одеяло.

***

Лошадь быстро неслась по лесу. Она совершенно не видела, куда скакала, отчего непослушные ветки хлестали заклинателя по лицу. Мэй Няньцина неравномерно подбрасывало в седле. Мокрая ткань его одежд неприятно стесняла движения. Он пытался схватить лошадь за узду, но его пальцы всё время соскальзывали с кожаной веревки. У него получилось покинуть компанию королевских особ, лишь благодаря внезапному взрыву атакующих печатей. Он сделал это специально. А сейчас пытался перехватить управление над непокорной кобылой. Бедное животное и так было доведено до приступа паники, когда они сражались с тигром. Шум талисманов лишь усугубил припадок. Мэй Няньцин, прикрикивая на бегущую лошадь, наконец ухватил уздечку и попытался притормозить. Но она не послушалась, вместо этого кобыла в панике закричала и встала на дыбы. – Тише, тише, – чуть не упал юный заклинатель, в тревоге крепко схватившись за гриву кобылы. Он облегчил повод, а потом используя свои ноги и тело, юноша двинулся корпусом вперёд, заставляя лошадь опуститься. – Тише, всё закончилось уже. Животное, словно не слыша его успокаивающую речь, продолжало нервно дергаться. Через некоторое время лошадь угомонилось, и Мэй Няньцин облегчённо вздохнул. Он чуть с седла не вылетел. Это любого заставит напрячься. Хлопнув кобылку по крупу, чтобы вновь утешить, он заметил причину, по которой лошадь нервничала. Оказалось, что во время ночной охоты её задел тигр. В рану попали щепки деревьев, которые появились от взрыва печатей. Ранение начало воспаляться и истекать тёмной кровью. Тоскливо вздохнув, он начал вести бессмысленный диалог с лошадью. – Как только мы доедем до столицы, я тебя отведу к врачу, – погладил он животное. Оно на его слова махнула головой и поехала не в ту сторону. – Стой, стой, нам не туда. Он натянул уздечку и попытался повернуть кобылу. Недовольно фыркая, она пошла в нужном направлении. Её копыта чавкали по размокшей грязи. Весь лес был размыт водой, словно его окунули в чернильную тушь. – Вот, правильно идёшь, – кивнул Мэй Няньцин, поддёрнув плечами. Дождь не прекращал лить как из-под ведра. Мокрые волосы неприятно лезли в глаза. Тем не менее первый шаг своего плана он выполнил. – А теперь давай немного ускоримся, чтобы нас не нашли. И так. Второй шаг. Нужно было добраться до столицы, аккуратно миновав городскую стражу. А затем приступать к следующей части его плана. Словно в ответ на его осторожные мысли, в темноте ночного леса послышалось ржание. За спиной почувствовался холодок. Мэй Няньцин напрягся и сказал лошади: – Милая, а давай ещё быстрее… – одновременно с этим он вжался в седло, чтобы его не заметили. Однако было уже поздно. Из мрачной чащи вынеслись две тени. Ледяная игла прошлась по его телу. Позади него на вороном жеребце, недовольно пофыркивающем от капель воды, остановился наследный принц во всём своём великолепии. Его лакированные доспехи отбрасывали блики, тёмные глаза внимательно следили за фигурой заклинателя. Выражение лица было его напряжённым и… озадаченным. Бай Усянь сейчас сосредоточенно осматривал состояние своего вассала. Мэй Няньцин был весь покрыт листьями, в паре мест виднелись царапины от веток деревьев. Он весь был промокшим. Пурпурная шелковая одежда облепила его фигуру, как фарфоровую куклу. Учитывая, что только он недавно оправился от лихорадки, его вид заставил принца слегка нахмуриться. Не ушло от его взгляда и то, как заклинатель отчаянно приникнул к седлу лошади, словно стараясь слиться с окружающим миром. Наследный принц подъехал чуть ближе к своему товарищу. За ним неспеша шел другой конь. В нём Мэй Няньцин узнал жеребца наследного принца. Строптивое животное в этом диком лесу нашлось быстрее, чем сам вассал. – Мэй Няньцин, – его голос был спокоен, но в этой невозмутимости таилась сталь. Во время погони он давно начал усердно думать о причинах, которые могли заставить его вассала покинуть их компанию. Он сразу отринул фактор случайности. Зачем было кидать столько печатей в почти поверженного тигра? Тем не менее, наследный принц решил остановиться на самой простой идее, чтобы облегчить разговор им обоим. – Вижу, твоя лошадь испугалась и тигра, и взрывов… – Прошу прощения, Ваше Высочество, – настороженно ответил Мэй Няньцин, нервно сглотнув. Неприятно, что его догнали. – Просто… Она испугалась и убежала! Понимаете? Как и лошадь второго принца. [Пу-пу-пу, поймали кролика… А говорили, не поедет за вами!] Голос системы был всегда, как бальзам на душу, но не в этот момент. – Лучше придумай мне новый способ, как улизнуть, – мысленно ответил юноша. Одновременно с этим он делал вид, что с трудом справляется с поводьями. Второй шаг плана провалился, но он не собирался так просто сдаваться этой ночью. Кто знает, когда ещё он сможет покинуть дворец. [Хорошо, мастер!] Тем временем Бай Усянь поравнялся с своим вассалом. – Глупое животное, – проворчал он, но в его взгляде мелькнуло облегчение. Он сделал вид, что поверил в эту нелепость. – Ночью в такую погоду… После всего, что сегодня произошло, я не удивлен такому поведению. – Ещё раз прошу прощения, Ваше Высочество, – неловко произнёс заклинатель. – Ничего страшного. Главное, что ты в безопасности, – сдержанно ответил наследный принц. Его взгляд вновь упал на ранки юного заклинателя. – Хотя твой вид оставляет желать лучшего. – И за это я тоже прошу прощения, Ваше Высочество… – Не извиняйся. Это же от тебя не зависело, верно? – принц слегка наклонил голову. Его конь нетерпеливо бил копытом. – Лучше садись на моего коня, раз твоя лошадь не может удержать своего всадника. – Что? – недоумённо спросил Мэй Няньцин. – Я не могу так просто… – Можешь, – медленно продолжил принц. Он глядел на своего вассала сквозь завесу дождя. Казалось, в его глазах боролись разные, непонятные никому чувства. – Это мой приказ. Мой жеребец опытнее и может спокойно удержать двух людей. Остальных лошадей мы привяжем, и они пойдут за нами. Мэй Няньцин опустил голову. В ушах шумело. Если он сейчас поедет с принцем, то не сможет незаметно отстать от группы. – Садись передо мной, – флегматично повторил Бай Усянь свою просьбу, в углу его рта мелькнула тень улыбки. – Ты же не хочешь куда-то уйти ещё, верно? Он сказал это ровным тоном, но в его словах повис недосказанный смысл. – Нет! Что вы такое говорите, Ваше Высочество, – растерянно ответил Мэй Няньцин. Последнее, чего ему сейчас хотелось это того, что о его планах узнают. Тем временем, наследный принц меланхолично вздохнул, оглядев его промокшие до нитки халаты одежд, дрожащие руки, вцепившиеся в поводья не сколько для вида, сколько от нервной дрожи. Бай Усянь протянул ему руку, и Мэй Няньцин послушно уселся перед принцем, выгнув спину прямой палкой. Он старался максимально дистанцироваться от Его Высочества. Не хотелось лишний раз нарушать социальную дистанцию. И вообще по этикету они не должны были так сидеть! Сам принц завязал лошадей, а потом оглянулся посмотреть на неловкую позу своего вассала. Его не устроило то, как держал себя Мэй Няньцин в седле. – Расслабься и сядь чуть ближе, – наследный принц неторопливо притянул его к себе. Его грудь коснулась лопаток заклинателя. Сам Мэй Няньцин нервно дёрнулся от такого движения со стороны Бай Усяня и случайно задел чужую нижнюю часть тела. Принц резко выдохнул и продолжил. – Спокойнее… – Хорошо, прошу прощения ещё раз, – неловко заёрзал на месте заклинатель, максимально стараясь игнорировать наследного принца позади себя. Было небольшое чувство дискомфорта от того, что он влез в чужое личное пространство. Между тем наследный принц взял поводья лошади и повёз их обратно к месту, где остались сидеть Фэй Линьфэн и Второе Высочество. И так уж вышло, что когда они скакали на лошади, то их тела неизбежно соприкасались друг с другом. Нижняя часть спины заклинателя неизбежно скатывалась в сторону принца, когда он пытался отодвинуться вперёд. Вскоре он прекратил эти бесполезные действия. Как только они доедут, он сразу же слезет. Мэй Няньцин спиной ощущал, как его мокрая одежда тёрлась о холодные доспехи. Вместе с этим он чувствовал горячее дыхание Бай Усяня на своем правом ухе. Руки, окружавшие его, давали подобие тепла. Со стороны создавалось впечатление, что наследный принц бережно держал его в своих объятьях. Хотя он всего лишь таким образом старался управлять своим конём. – Ваше Высочество, не кажется ли вам, что это слишком? – начал Мэй Няньцин в тишине леса. – Что «слишком»? – холодно спросил принц. – Твоё положение рядом со мной? – Именно так, Ваше Высочество. – Считай, что ты оказался на своём месте. Мы не во дворце, чтобы соблюдать надлежащую вежливость. Мы в лесу. А ты промок от дождя. Боюсь, садить тебя на встревоженную кобылу – нерационально. – Вы правы, но… – Никаких «но», – бесстрастно возразил принц и притянул его ещё ближе, а потом зашептал. – Тем более моя физическая форма позволяет сохранять тепло в такую погоду. Хоть согреешься немного. Мэй Няньцин замолк. Возможно Его Высочество был и прав в своём утверждении… [Мне это напоминает одну сцену из книги…] – Ты читаешь книги и без меня? – мысленно спросил Мэй Няньцин. [К вашему сведению, я читаю то, что вы мне дали. Одна книга мне особенно запала в душу…] [Её вам порекомендовал Гу Юэсинь. «Тиран и его птичка» если помните!] [Очень хорошее произведение! И сцена, которая там была между тираном и его возлюбленным очень похожа на ту, которая происходит у вас сейчас! Только контекст другой…] – Я даже спрашивать не хочу, – чуть скривился Мэй Няньцин. – И не придумывай чушь. То, что происходит в реальной жизни и в том романе, не может быть одинаковым. [Ах, мастер! Вы разбиваете мне сердце!] – Будь добр, не пародируй героев из этой книги, – усмехнулся заклинатель. – Иначе уже моё сердце не выдержит. [Ух…] Протянула обиженно система и замолкла. Вскоре они доехали до поляны, где остались сидеть второй принц и Фэй Линьфэн. На лицах юношей была написана скука и нетерпение, но они всё равно верно и преданно ждали их. Как только Мэй Няньцин и Бай Усянь попали в их поле зрения, они вскочили на ноги и неловко отряхнулись. Из-за того, что они сидели на мокрой от дождя земле, их одежда растрепалась и стала грязной. Особенно сильно пострадали одежды второго принца. Из-за того, что он кувыркался во время боя с тигром, сейчас Бай Ихань был весь в мокрых пятнах и листьях. На лицо его лучше было лишний раз не смотреть – рассечена бровь, на скуле наливался синяк. В свою очередь Фэй Линьфэн выглядел ничуть не лучше своего кузена – такой же потрёпанный и побитый. Тем не менее, та ситуация, в которой они все оказались, не мешала Второму Высочеству сиять, как ярко начищенная монета. Он явно был в восторге от их вылазки. А уж когда увидел Мэй Няньцина на жеребце наследного принца, то и вовсе пустил смешок. – Теперь я понял, о какой заботе ты говорил, Линьфэн, – сверкнул очами Бай Ихань. Он подошёл к своему брату и отвязал своего коня. Лошадь радостно заржала, когда увидела своего всадника. – Посмотрите на него! Радуется! Хотя сам сбежал! – Балагур, – протянул у него за спиной Фэй Линьфэн, седлая свою лошадь. А затем обратился к наследному принцу. – Ваше Высочество, рад, что вы вернулись в целости и сохранности вместе с Няньцином. Едем во дворец? – Нет, – равнодушно ответил Бай Усянь, придерживая Мэй Няньцина в седле. Он не собирался отпускать его на ту лошадь. Кобылка тихо пристроилась за жеребцом второго принца и, казалось, не заботилась о своём хозяине. Мэй Няньцину оставалось лишь фыркать и пытаться выражать недовольство своим положением нервными движениями. Но когда рука наследного принца опустилась ему на голову и погладила его мокрые пряди волос, то он попусту сдулся. – Мы поедем на постоялый двор, который встречали на пути сюда. Переночуем, придём в себя и вернёмся в столицу. – Вас понял. – Хэй, дорогой заклинатель, – обратился второй принц к Мэй Няньцину. – А мне очень понравилась эта ночная охота! Могу ли я в качестве сувенира взять клык этого тигра? – Не советую, – прочистив горло ответил юноша, стараясь не облокачиваться на наследного принца. – Даже если мы и отправили душу этого тигра на перерождение, то остатки тёмной ци еще не скоро выверяться с физического тела. Тем более мертвые тела полны трупного яда. – Ах, с таким трудом изгоняли его своим оружием... А теперь я даже сувенир не могу взять… – Не стоит сожалеть об этом, – снисходительно ответил ему заклинатель, словно поучая маленького ребенка. – Вы же не хотите подхватить заразу? – Что правда, то правда, – развел руками Бай Ихань. Вскоре они поехали на выход из леса. Дорога была тёмной и скользкой. Приходилось внимательно смотреть вперед, чтобы не заблудиться в чаще. Как только они покинули недружелюбное место, то в голове Мэй Няньцина раздался голос помощника. [Дзинь! У меня есть идея!] – А я думал, ты сейчас книгу читаешь, – ответил ему юноша. [Это идея из книги!] [Вы можете покинуть постоялый двор ночью, поехать в столицу, а потом вернуться на рассвете в гостиницу.] [Никто и не заметит вашего отсутствия! Все будут спать после такой активной охоты.] – А это звучит неплохо, – мысленно сказал Мэй Няньцин. – Пожалуй так и поступлю. [Рад служить, дорогой мастер!]

***

Вскоре они оказались перед массивными воротами из чернёного дерева, украшенными чеканными изображениями летящих журавлей. Четверо молодых господ остановились у порога постоялого двора. Такое заведение вблизи столицы не стоило недооценивать. Оно выглядело качественно и богато. Белые стены, крытая черепица крыш с загнутыми карнизами – этот хороший внешний вид указывал на то, что гостиница пользуется спросом среди путешественников. К ним сразу же подбежали конюхи, чтобы забрать их лошадей. Наследный принц сошёл с седла сам, его движения были усталыми, но безупречно изящными. После же помог Мэй Няньцину спустится с коня. Бай Усянь бросил поводья ближайшему слуге, и его оценивающий взгляд скользнул по фасаду, будто проверяя, смогут ли они сегодня переночевать здесь. Постоялый двор казался заполненным разными людьми. – Позаботьтесь о лошадях, – сказало он тихо. Его низкий и ровный голос заставил прислужников замереть в ещё более почтительной позе. А после указал своим спутникам на вход. Все послушались его и зашли в гостиницу. Внутри пахло сандалом, свежим воском и едва уловимым ароматом еды. Главный зал был невелик, но каждый предмет говорил о вкусе и достатке владельца заведения: лакированные ширмы с пейзажами, нарисованными тушью, низкие столики из красного дерева, плотные циновки на полу. Их сразу же встретил управляющий – мужчина с умным лицом и яркой сединой. Его взгляд сразу же зацепился за наследного принца, который выглядел наиболее опрятно и благородно среди их компании, из-за чего он сложил руки в рукава и почтительно поклонился. – Это честь для нашего скромного постоялого двора принимать таких уважаемых господ, – начал он, но наследный принц прервал его церемонии. – Нам нужны комнаты, каждому по одной, – произнёс наследный принц. Управляющий смущенно отвёл глаза в сторону. – Молодой господин, этот нерадивый слуга просит прощения, но комнат осталось только две. Наше заведение пользуется популярностью. – Значит ли это, что мне придётся ночевать с царственным братцем? – устало протянул за их спинами Второе Высочество. Он заметил, как после этой фразы напряглись широкие плечи наследного принца. Его брат рассчитывал на отдых в одиночестве? И без него? По статусу им надлежало быть вместе. – Мэй Няньцин, – окинул быстро напрягшегося юношу беглым взглядом Бай Усянь. – Ты будешь со мной. – Я всегда с вами, как ваш верный вассал, Ваше Высочество, – решил прикинуться дурачком заклинатель. – Нет, сегодня ты ночуешь со мной, – вежливо уточнил наследный принц, не оставляя ему выбора. Не будет же юноша громко сопротивляться на весь постоялый двор? А после добавил. – Принесите нам всем в комнаты горячей воды и ужина. А Мэй Няньцин уже смирился и прикрыл глаза. Может напоить принца вином или снотворным, чтобы он не заметил его побега из гостиницы? Между тем за ними двумя наблюдал второй принц. Он щурил глаза и думал об одном: неужели его вид был настолько плох, что его брат не хотел делить с ним комнату? Или же их желания с братом были схожи, и этой ночью наследный принц хотел разузнать о заклинателях больше через Мэй Няньцина? Но не все мысли Второго Высочества должны быть схожи с желаниями его брата, верно? По правде сказать, не будь у второго принца такого престижного статуса, заставляющего его вести себя в рамках приличий, он бы давно схватил бы за плечи Мэй Няньцина и побольше бы расспросил бы о ночных охотах. После сегодняшнего он еще долго не будет испытывать чувства скуки. Достаточно вспомнить вид того грозного тигра, и у него уже трясутся колени и бешено колотится сердце. Пока наследный принц договаривался обо всём с управляющим и оплачивал их пребывание на постоялом дворе, Мэй Няньцин приметил в углу зала служанку, которая в руках держала мешочки с лекарствами. Как только он приблизился к ней, он сразу же почувствовал аромат медицинских трав. – Прелестная дева, – любезно обратился к ней заклинатель. Девушка вытаращила на него свои глаза и начала мотать головой по сторонам. Где тут рядом эта «прелестная дева»? Неужели она? Простая служанка? – Вы всё правильно поняли, – кивнул ей Мэй Няньцин. – Я к вам обращаюсь. – Молодой господин, эта служанка просит прощения, но эта не является прелестной девой, – неловко ответила бедная девушка, не смея поднять глаз на юношу. Хоть тот и выглядел потрёпанно, но по его осанке и походке она поняла, что он принадлежит высшему сословию. – Чем может эта услужить благородному господину? – Дело в том, что в последнее время меня мучают проблемы деликатного характера, – издалека начал Мэй Няньцин. Служанка уставилась на него в непонимании. – Появилась бессонница и кошмары. Прелестная дева, можете ли вы исцелить меня и дать мне снотворного? Я вижу у вас в мешочках много лекарств. Может и мне нужное найдётся. Девушка нахмурилась и начала разглядывать содержимое мешочков. Хозяин не должен отругать её, если она отдаст лекарство, верно? Тем более её мастер – уважаемый целитель. А Мэй Няньцин, видя, как служанка неуверенно копается в травах, продолжил: – Милая дева, конечно же я заплачу вам за снотворное, – после этих слов девушка начала искать порошок активнее и вскоре вытащила нужное. Осыпав медикамент в отдельный мешочек, она отдала его юноше. – Имейте в виду, молодой господин, не стоит смешивать снотворное с алкоголем. – Конечно, конечно, – улыбнулся заклинатель и заплатил за лекарство. А после он незаметно вернулся к компании молодых господ. [Ну льстец!] – Где-то я это уже слышал, – мысленно ответил он системе. [С другой стороны, возможно у вас получится наконец-то осуществить свой план! С такими-то актёрскими способностями!] – Я слышу недоверие в твоём голосе, – скептично ответил ему Мэй Няньцин. Управляющий постоялым двором уже успел приставить слуг в сопровождение, чтобы отвести их к комнатам. Поэтому Мэй Няньцин тихонько последовал за ними вместе с наследным принцем. Вскоре они оказались в номере. На удивление заклинателя тот состоял из нескольких комнат, поэтому сразу стало понятно, что в одном помещении он и Бай Усянь спать не будут. Покои были просторны и тихи. Бумажные фонарики наполняли их мягким рассеянным светом. Всё дышало уютом и заботой о гостях. Слуги принесли им горячей еды, а также наполнили бочки для обмывания горячей водой. Запах ароматных масел наполнил всё пространство и повысил градус в комнате. И так. Второй шаг. Попытка номер два. На отдельном столике стояли чашки чая. Мэй Няньцин сразу обратил на них внимание. Как только Его Высочество ушёл принимать водные процедуры и приводить себя в порядок после тяжёлого дня, он незаметно достал мешочек с снотворным и насыпал лекарство в одну из чашек. А потом в спешке залил всё это горячим чаем. После этого он сам пошёл мыться. Плескаясь в тёплой воде, заклинатель думал об одном. Когда на наследного принца подействует снотворное, то стоит ли его отнести в кровать или так и оставить за столом? Насколько сильно действует само лекарство? Не проснётся ли принц посреди ночи? Не хотелось бы, а то обнаружат его временную пропажу. А вдруг его поймают на полпути в столицу… И у него ничего не получится. И его вновь запрут во дворце без права голоса. А после этого в голову стали лезть совсем уж абсурдные мысли. Про вассалов, про госпожу Гу и её сына, про мечты императрицы, про банкет, про молчание наставника, про свой небольшой план побега, про самого императора… Найдешь «Зловещую звезду», а дальше что? Снимут печать молчания? Позволят увидеть учителя? Однако весь этот приказ выглядел, как огромная красная кнопка, которую нельзя нажимать! Убьёт! Подсластить награду каждый может, но не факт, что она окажется правдой. И в его мире, и в этом древнем скорее всего действовало логичное и одновременно трагичное правило – свидетели долго не живут. Что с ним станет, если он выяснит правду для императора? Тошно было думать. А если его поймают? …Ах да, он уже думал об этом… И так с каждой мыслью Мэй Няньцин тревожился всё больше и больше. Противная неуверенность в собственных силах душила. Только оставаясь наедине с собой он мог немного отпустить эмоции. То, что он испытывал сейчас ему совсем не нравилось. Сегодня на ночной охоте он храбрился и выступал, как профессионал, а сейчас дрожал от собственных ожиданий. Что за чёртова двойственность! [Мастер…] – Ну что! – резко всплеснул водой юноша. [Постарайтесь подумать о хорошем! Не волнуйтесь!] [Увидите вы своего наставника! Не переживайте!] – Знаешь же прекрасно, что я чувствую, – обнял себя руками Мэй Няньцин. Он начал покачиваться вперёд назад, вызывая волны на поверхности. Туманный взгляд скользнул в отражение воды. Там его встретило бледное лицо и яркие серые глаза, сощуренные в смятении. – Я давно не видел его… Он единственный, кому я вообще могу довериться в этом мире… [Мастер, я всё прекрасно понимаю… Я понимаю, что вы испытываете.] – Загнали в угол… – эхом, словно только для себя, произнёс юноша, пропустив слова системы мимо ушей. Он вытер лишние капли воды с лица и зачесал свои волосы назад. Юноша закинул голову, смотря на деревянный потолок, думая о своём, и решил. – Я выберусь. Мэй Няньцин резко встал. Дорожки воды потекли по его телу. Он аккуратно вышел из бочки, накинув на себя высушенную одежду. Заклинатель посмотрел в зеркало, висящее рядом. Он попытался улыбнуться, но получилось не сразу. Искривлённая мимика словно насмехалась над его жалкими потугами. [Дорогой мастер, а давайте я вам зачитаю отрывок из книги.] [Сразу придёте в чувство!] Мэй Няньцин стал еще бледнее. – Не стоит… Он тихо прошёл в общую комнату. Там уже сидел наследный принц. Бай Усянь уже успел поесть. Его фигура расслабленно развалилась на стуле. Мокрые волосы струились по спине. Небрежно завязанный халат приоткрывал вид на крепкую грудь. Впервые он предстал перед своим вассалом в таком виде. Казалось, он ждал Мэй Няньцина долгое время. Как только заклинатель появился в его поле зрения, Бай Усянь улыбнулся и пододвинул ему горячие блюда. Тёмные глаза неотрывно следили за Мэй Няньцином. Принц решил прервать образовавшуюся тишину. – Сегодня выдался напряжённый день. Этой ночью всем следует хорошо отдохнуть и выспаться. – Вы правы, Ваше Высочество, – согласился с ним заклинатель, приступив к еде и бросив беглый взгляд на чашку наследного принца. Та была пуста. – Как вам еда? – Хорошая, но с блюдами дворца не сравнится. – С императорским дворцом ничего не сравнится, – бросил формальную фразу юноша. – Ты как всегда прав, мой дорогой вассал, – пальцы наследного принца изящно прошлись по краю пустой чашки. Мэй Няньцин задумчиво залип на это движение. После бледные пальцы Бай Усяня поднялись наверх, прямо мимо раскрытого ворота одежд, и оказались на подбородке Его Высочества. Принц вздохнул и вновь обратил на себя внимание заклинателя. – Чай здесь хорош, но специфичен. Интересно, в какой стране его собирают? – Мне кажется его привезли с южных стран, – поддержал его светскую беседу Мэй Няньцин. – Всё-таки в нашей империи распространены элитные горные сорта, которые трудно выращивать из-за особенностей географического положения. – А мне кажется, что этот чай с севера, – вежливо возразил ему наследный принц. – Чувствуется некая холодность, горчинка на языке. Не очень приятно. Но чай был сладким. Заклинатель попробовал его, прежде чем заливать снотворное. Неужели это был эффект от лекарства? Хотя вкусовые ощущения не должны были так сильно меняться… Мэй Няньцин потянулся за своей чашкой с чаем, чтобы проверить его сладость, и решил отпить немного. Но как только он поднёс свой напиток ко рту, он почувствовал запах лёгкой горечи. Рука сразу же остановилась. – Что-то не так с чаем, Няньцин? – ласково улыбнулся Бай Усянь. – Северные сорта не очень подходят твоему изысканному вкусу? – Всё в порядке, Ваше Высочество, – улыбнулся принцу заклинатель, нервно сжав чашку. Спина покрылась холодным потом. Его Высочество знал обо всём с самого начала. – Возможно этот чай не для меня. – Я так и подумал, – прикрыл свои глаза принц, а затем продолжил. – Ничего не хочешь мне рассказать? Разум заклинателя заметался в панике. Ну почему он не подождал, пока лекарство смешается с чаем и не проверил запах? Хотя навряд ли он успел придумать что-то ещё, чтобы усыпить бдительность Бай Усяня. Да и нужно ли сейчас гадать о вариантах развития событий, если Мэй Няньцин очень глупо подставился. И вот что ему сейчас делать… Он не мог так просто сдаться. Отступать от своего плана не хотелось. Если он сейчас признается в том, что подсыпал принцу снотворное, то это прямая дорога к провалу. Неизвестно, как отреагирует Его Высочество. Тем временем наследный принц спокойно наблюдал за выражением его лица. Он пытался понять, что могло сподвигнуть его вассала пойти на такой поступок. Подсыпать неизвестное вещество наследнику престола – это подписать себе смертный приговор. С подобными ситуациями разбирались быстро и безжалостно. Людей устраняли, после того как выясняли, кто их послал. Однако, биография Мэй Няньцина была чиста. Это было похоже скорее на безобидную шалость с его стороны. Принц решил прервать размышления своего вассала. С каждым мгновением было видно, что юный заклинатель всё больше закапывался сам в себе. – Скажи мне правду, – спокойно начал принц. Свет от фонарей осветил его лицо, когда он наклонился чуть ближе к Мэй Няньцину. – Тебе ничего за это не будет, обещаю. О твоей глупой выходке никто не узнает. Юноша нахмурился. Он не мог так просто довериться принцу. С другой стороны его уже поймали с поличным… Видя небольшое сомнение на его лице, Бай Усянь продолжил: – В последнее время ты выглядишь всё тревожнее, – мягким голосом промолвил он. Принц взял чашку чая с подсыпанным веществом и отставил в сторону. – Даже твоя просьба отправиться на ночную охоту. Она ведь была сделана специально? Ты ведь сам знаешь, что тебе запрещено покидать дворец. – А почему же вы тогда согласились? – оживился вдруг Мэй Няньцин и посмотрел прямо на принца. – На то есть личные причины. Не буду скрывать, они связаны с поведением моего отца, – прямо ответил наследный принц, не собираясь ничего скрывать. – Его Величество довольно странно ведёт себя в отношении тебя. Хотя казалось бы, что может быть такого необычного в обычном молодом заклинателе? – Возможно личность его наставника, – решил открыть полуправду Мэй Няньцин. – Может быть, так оно и есть, – задумчиво кивнул принц. – Либо же дело в том, чему научил его этот наставник. Отец-император не зря является единственным правителем Уюн. Он привык смотреть наперёд. – Хм. – Няньцин, поверь, я не желаю тебе зла, – Бай Усянь поднялся со своего места и оказался за спиной заклинателя. Он наклонился к нему и тихо зашептал на ухо. – Давай вместе решим твою проблему. Не зря же ты решил подсыпать мне что-то в чай? Мэй Няньцин прикрыл глаза, не желая поддаваться словам наследного принца. Его уши заалели от стыда, и он отвернулся к окну. Там перед ним раскинулась дорога к столице. Которая даже в столь поздний час мелькала своими яркими красками. Наследный принц стоял и терпеливо ждал за его спиной. Выражения лица его не было видно. В конце концов юный заклинатель принял решение. – Я переживаю. С тех пор как я попал во дворец, мне не было ни дня покоя, – хриплый от волнения голос прорезал тишину. – Мой учитель игнорирует письма, а он единственный близкий мне человек. Поэтому я хотел сбежать и его навестить в императорском храме. – А чай? – Это снотворное, ничего страшного в нём нет. Вы бы и не заметили моего отсутствия, Ваше Высочество, – Мэй Няньцин печально смотрел на сияющую столицу. Она была далеко, две палочки благовоний на лошади, но её хорошо было видно с последнего этажа постоялого двора. Где-то там, в храме, был его наставник. Внезапно вид ему перегородила фигура наследного принца. Он посмотрел на Бай Усяня в непонимании. Принц смотрел на него серьёзным взглядом. Только тогда заклинатель произнёс с ноткой раскаяния. – Прошу прощения за всё это, Ваше Высочество. Принц всё ещё стоял, не двигаясь. Он сложил руки на груди и оглядел представшую перед ним картину. Мэй Няньцин выглядел, откровенно говоря, плохо. Такого не должно было быть. – Собирайся, – внезапно бросил ему Бай Усянь. – Что? – Я отвезу тебя в имперский храм, и ты навестишь своего учителя, – наследный принц приподнял его за плечи и отвёл в комнату, указав на одежду. – Надеюсь, самостоятельно собраться ты в состоянии. Поедем на моём коне. Никому говорить не будем. А потом покинул комнату, оставив Мэй Няньцина наедине с своими мыслями. Это совсем не то, чего он ожидал. Юноша приготовился к выговору от наследного принца, на крайний случай к наказанию. Но Его Высочество в очередной раз удивил. Заклинатель совсем не понимал, что творится у того в голове. В один момент строго допрашивает, а в другой помогает. Что это за характер такой? Тем не менее, его бешено колотящееся сердце чуть успокоилось. Это был самый лучший исход, который мог ожидать его в ситуации, когда принц узнал о подсыпанном снотворном.

***

Жеребец Бай Усяня стремительно скакал к воротам столицы. Мэй Няньцин цеплялся за спину наследного принца, чтобы не упасть. Руками он обхватил его за талию, плотнее прижимаясь. Конь наследного принца был слишком энергичным. Постояв немного в стойле и отдохнув, животное было только радо встретить своего всадника и отправиться в путь. Возможно, Бай Усянь слишком мало внимания уделяет своему жеребцу, раз тот хочет куда-то ехать с ним, а не отдыхать ночью, как все нормальные лошади. Мэй Няньцин усмехнулся своим мыслям. Но тут же ему в рот попала мошка. Неприятно. И так. Третий шаг. Долгожданная встреча с наставником. Вскоре они доехали до ворот города. Заклинатель уже приготовился к проблемам на контрольно-пропускном пункте, но стражи, подходившие к ним, остановились. Бай Усянь указал им на свой жетон на поясе. Это была пластина из белого нефрита с изображением цилиня, олицетворяющая его статус наследного принца. Как только городская стража заметила этот знак, она глубоко поклонилась и без проблем пропустила их в столицу. – Даже гадать не хочу, как бы ты проникал в столицу без меня, – спокойно произнёс Бай Усянь. Его жеребец перешёл с галопа на рысь. Копыта коня позвякивали, когда сталкивались с каменной брусчаткой. Город давно спал, и только этот звук сопровождал их в тёмных улочках. Тем временем они доехали до главного храма империи. Здание было таким же, каким и запомнилось Мэй Няньцину в первый день пребывания в столице. Изогнутые крыши с золотой черепицей, крепкие колонны и запах благовоний. Сейчас у ворот древнего храма стоял монах, он посапывал и мутными глазами смотрел вперёд. Казалось, ещё чуть-чуть и он уснёт. Как только мужчина услышал стук копыт, он проморгался и посмотрел вперёд. Перед ним предстало холодное лицо Мэй Няньцина, который уже приготовился трясти нерадивого монаха за плечи, чтобы разбудить. А позади стоял наследный принц, держащий за узду свою лошадь. По расширенным в шоке глазам монаха было ясно, что тот узнал их обоих. – Ох! Сейчас доложу! – воскликнул монах. – Сейчас доложу! И убежал внутрь, повторяя одну и ту же фразу. Наследный принц и Мэй Няньцин остались ждать снаружи. Немного погодя к ним выбежал знакомый Мэй Няньцину монах – Мо Шу. Он, словно лёгкая паровая булочка, подбежал к юношам, тяжело дыша. Было заметно, что мужчина торопился: халаты были одеты, как попало, по лицу стекал пот, ноги дрожали. Его сопровождал монах, стороживший ранее ворота. – Добро пожаловать, Наследник главного храма империи и Ваше Высочество Наследный принц! – протараторил Мо Шу. Мужчина явно не понимал, что они забыли тут посреди ночи. В его глазах читалась паника. – Я здесь только по одному делу, – строго произнёс Мэй Няньцин. – Я хочу узнать, по какой причине наставник Мэй игнорирует мои письма. И не только мои. Госпожа в монастыре Дахэй тоже волнуется. – Э… – замялся Мо Шу. Он бегло кинул взгляд на наследного принца. На что тот уставился своими тёмными омутами на монаха. Мужчина сбледнул с лица. – Он занят. Работы много… – Разве монахи должны лгать? – вежливо спросил Бай Усянь. – Ах! Кто сказал, что я лгу… – Монах Мо, что за увиливание перед лицом по статусу выше вас! – надавил на него Мэй Няньцин. Мо Шу сжался и тоскливо вздохнул. – Прошу за мной, молодые господа, – поклонился мужчина. – Тут сложно объяснить в двух словах. Наследный принц небрежно кинул поводья коня в руки монаха, стоявшего у ворот. И они пошли за Мо Шу по тёмным коридорам храма. Ветер всё также тоскливо завывал. Храм разительно отличался от своего вида при свете дня. Без прихожан и множества монахов, всё казалось одиноким и неприветливым. Мо Шу привёл их к комнате настоятеля Мэй. Мэй Няньцин узнал её сразу. Когда Мо Шу постучал в дверь, то послышался хриплый кашель. Сердце заклинателя сжалось. Наследный принц, стоящий за ним, заметил тревогу юноши и сжал его плечо, оказывая невидимую поддержку. Монах Мо открыл дверь и пригласил их внутрь. Горел свет. Человек внутри не спал. Их встретила пожилая фигура на кровати. Мэй Няньцин сразу же бросился к своему наставнику. Наследный принц и Мо Шу тактично отошли в сторону. В глаза юному заклинателю бросились посиневшие кисти рук его учителя. Настоятель Мэй попытался их скрыть под одеялом, как только увидел своего ученика. Но у него это вышло безуспешно. А потом строго посмотрел на Мо Шу. Мол, зачем пустил. Сам монах Мо весь сжался в углу. Наследный принц насмешливо посмотрел на мужчину рядом с ним. Какой боязливый монах. В этот же момент Мэй Няньцин осматривал своего наставника. Состояние старика ухудшилось. Если до отъезда во дворец, он был бодрым старцем в расцвете сил, то сейчас он выглядел так, будто из него выпили все соки. Мэй Няньцин требовательно стал сверлить взглядом своего учителя. – Ну, что ты смотришь, дитя, – хрипло произнёс настоятель Мэй. – Мне казалось тебе запрещено покидать дворец. – Так и есть, учитель, – бесстрастно ответил юноша. – Но игнорирование моих писем – это верх пренебрежения с вашей стороны. – Я их читал, – ответил ему настоятель Мэй. – Но ответить не мог. – Что с вами произошло, лаоши? – Одна неприятная ситуация… Прежде чем я тебе расскажу о ней, пообещай мне, что не будешь искать обидчика. – Хорошо, наставник, – смиренно ответил Мэй Няньцин. – Как ты знаешь, дорогой ученик, я восстановился в должности главного настоятеля императорского храма, – настоятель закашлялся и прикрыл глаза. – По традиции знать посылает дары новому настоятелю – нефритовые статуэтки божеств, украшения, золотые пластины, жемчуг. Всё то, что может усладить и меня, и храм, и богов. Народ же весь верующий, никому не хочется впасть в немилость храма. – Жест вежливости, понимаю, учитель. – Именно, – медленно кивнул его лаоши. – Однако, кто же знал, что среди подарков будет ловушка. На глаза мне попалась очень знакомая шпилька. Не буду скрывать, однажды я хотел подарить её кое-кому, но что же я теперь вижу. Шпильку дарят мне! Вот абсурд! Я поспешно схватил её, чтобы проверить подлинность предмета, и сам же поплатился за свои действия. На украшении было проклятье. Кто-то засунул душу мёртвой нечисти в эту драгоценность и отправил сей дар мне. – Вы знаете, кто это сделал? – холодно спросил Мэй Няньцин. Он внимательно осмотрел синие кисти рук наставника. От них разило холодной ци. Словно что-то вошло в духовные каналы через руки и там осталось. – Догадываюсь кто, чтоб этому чёрту икалось, – пробурчал настоятель Мэй. А после заговорил чуть тише, чтобы его не услышали другие в комнате. – Не волнуйся, Син-эр, я обязательно вылечусь. Целители делают настои с травами, и я окунаю свои руки в них, да и самому духовную энергию приходится гонять, чтобы совсем дяньтянь не закостенел. Только из-за этого я целыми днями сплю и не могу встать с постели. – И вы называете это «обязательно вылечусь»? Я уже давно во дворце наставник, вы потратили слишком много времени на лечение. – По правде сказать, – подошёл к ним Мо Шу. – Настоятель Мэй, как только схватил тот проклятый предмет, так сразу на две недели в обморок упал. А потом в бреду провалялся, что мы даже письма под диктовку записать не могли. – Ну вот зачем ты это сказал! – заворчал наставник Мэй. Ему не хотелось показывать слабость перед своим учеником. – А ну, кыш отсюда! – Ой-ой! – воскликнул монах Мо и отбежал обратно в тёмный угол. – Не слушай этого бездельника, – отстраненно сказал ему настоятель, вновь закашлявшись. – Прошу у тебя прощения, за то, что так долго не отвечал и заставил волноваться. Видимо моя безответственность настолько всех взволновала, что даже тебя заставила покинуть дворец, не смотря на все запреты. – Вы правы, заставили понервничать, – с тоской ответил Мэй Няньцин. – За это время успело многое произойти… – Расскажи мне, как ты устроился во дворце, – внезапно попросил наставник Мэй. Его иссохшая фигура оживилась и поблёскивающие глаза посмотрели на своего ученика с нескрываемым ожиданием. – Надеюсь, ты смог найти общий язык со своими сверстниками. – Ну… Можно и так сказать, – протянул юноша. – Даже не знаю с чего начать. – Начни с того, чего не одобрила бы госпожа Гу. – Я познакомился с вассалами наследного принца, и они меня научили играть в карты… – Хм, ладно, это можно, главное не ставить деньги… – а потом тихо засмеялся. – Но она бы точно ругалась и отлупила бы тебя, не взирая на твой возраст. Мэй Няньцин согласился со своим учителем. Он решил опустить тот момент, что играл он в карты в состоянии алкогольного опьянения. Нынешнее самочувствие его наставника не остановило бы его от нравоучений. Неподалёку послышалось хмыканье наследного принца. Он тоже вспомнил ту ночь. Также Мэй Няньцин рассказал о встречах с вассалами, бумажной работе, банкете. Он старался акцентировать всё на положительных моментах. Чтобы не волновать и без того больного наставника. Поделился тем, как они победили тигра на ночной охоте. В некоторые моменты учитель улыбался, а в некоторые тихо фыркал в отросшие усы. В один момент к ним подошёл наследный принц. Мэй Няньцин не сразу заметил Его Высочество за своей спиной. – Рад приветствовать знаменитого настоятеля Мэй, – Бай Усянь вежливо поклонился и посмотрел на юношу, который не ожидал, что принц решит присоединиться к разговору. – Меня… – Похож на Лю Жуань, – оборвал начавшуюся речь наследного принца настоятель Мэй и подслеповато прищурился. – Неужели ты её сын? – Моя мать – императрица Лю, а я её сын Бай Усянь, нынешний Наследный принц Уюн, – согласился со словами старца Его Высочество. – Так вырос… – протянул старший заклинатель. – Жаль, что я не застал тебя во младенчестве. Наследный принц неловко замялся, словно не зная, что ответить на эти слова. Ещё никогда с ним так не разговаривали. – На самом деле я по одному вопросу… И поэтому я попрошу монаха Мо покинуть помещение. Мо Шу в тёмном углу повздыхал, но смиренно вышел. А учитель Мэй сказал: – Говори. – Вы наверняка знаете моего отца, – на последней фразе настоятель Мэй скривился. – Когда сегодня я увидел ваш недуг и услышал о симптомах, это напомнило мне кое о чём. – Во дворце кто-то заболел? У вас же целый штат врачей со всего света. Проблем быть не должно. – Уже выздоровел, – ответил Бай Усянь. А Мэй Няньцин на этой фразе прищурился в подозрении. Вроде никто из приближённых принца не болел так сильно, чтобы заподозрить там проклятье. – Но до этого, тот человек виделся с моим отцом-императором. И я допустил непозволительную вольность, решил узнать, что произошло тогда в кабинете. Много информации мне получить не удалось. Однако во время визита там приуставал человек из палаты Шанхэ. – Хочешь сказать, что служащий палаты что-то сделал с человеком, отчего тот заболел? А Мэй Няньцин смотрел на принца с шоком. Теперь он понял, про кого говорил Его Высочество. Про него... Сердце сжалось в панике. Возникло странное желание. Не хотелось рассказывать о печати молчания. По какой причине принц решил затронуть этот давний случай? Наследный принц же на него совсем не глядел, его взгляд пристально следил за стариком на кровати в жажде узнать ответ. – Если вы думаете, что тот человек подхватил заразу до визита к императору, то это не так, – продолжил Бай Усянь. – Он был абсолютно здоров. – Я понял тебя, юноша, – нахмурился настоятель Мэй. – Тогда у меня для тебя плохие новости. Палата Шанхэ любит действовать радикально. Особенно по приказу императора. Случай со мной очень показателен. Меня сослали в монастырь и мне повезло, что не наложили печать. Однако, на других преступников накладывали печать, чтобы они не сбежали. Скорее всего твой отец решил перестраховаться… – Тогда я должен вам признаться… Но его речь прервал резко вставший Мэй Няньцин. Его зрачки в панике расширились, а дыхание стало прерывистым. Он был сам на себя не похож. – Может не стоит признаваться без согласия человека? – резко произнёс юноша. Тем не менее реакция юного заклинателя сказала больше слов. Теперь уже его пристально рассматривал учитель Мэй. Старик сощурил свои веки и цокнул языком. Он тоже всё понял. – Сядь! – рявкнул пожилой человек. Он кивнул принцу, чтобы тот помог усадить беспокойного юношу на место. А затем продолжил необычайно громким голосом. – Руки покажи! – Не буду! – истерично ответил ему Мэй Няньцин. Что-то в нём отчаянно сопротивлялось тому, чтобы о печати узнали. – Руки! – Нет! – Усянь, держи этого сорванца, – внезапно приказал принцу монах. Его Высочество послушно схватил Мэй Няньцина, мешая его движениям. – А теперь схвати его руки и задери рукава одежд наверх! Наследный принц без сопротивления спокойно проделал нужные манипуляции. Теперь его бледные пальцы крепко держали Мэй Няньцина чуть ниже локтей, пока тот пытался вырваться. А настоятель Мэй пристально разглядывал оголённые запястья юноши. Через некоторое время он сделал неутешительный вывод: – Вот же чёртов козёл! Чтоб он был проклят! – в сердцах выругался наставник. Его тучные брови сгустились, а лицо чуть покраснело от гнева. А потом, словно опомнившись, он посмотрел на юношей, которые замерли, как сурикаты, от подобных непочтительных слов. – Не повторяйте за мной. Забудьте вообще, что я сказал. Наследный принц прикрыл глаза, досчитал до десяти и спокойно спросил: – Так что же с ним? – Поставили печать, – промолвил старец. Внимательно изучая своим взглядом вязь иероглифов, доступную для вида только заклинателям. – Не знаю, на что она направлена. Но я думаю Няньцин нам сам скажет, верно, юноша? От обиды у Мэй Няньцина на глазах выступили капли слёз. Зачем Его Высочество всё рассказал! Зачем так схватил его! Он бы сам со всем разобрался! Юный заклинатель остервенело мотал головой, и ни одного слова не вырвалось из его рта. – Или не скажет, потому что не сможет, – подвёл итог о действии печати его лаоши. После тот обратился к наследному принцу. – Видишь, как его корёжит? Это неестественная реакция. Скорее всего тут виновата печать, которую наложил тот сотрудник палаты. – И что же тогда делать? – Искать способ её снять, – старик указал на полку с книгами. – У меня есть опыт работы с печатями. В монастыре Дахэй много кто их носил. Скорее всего, та печать, которая сейчас у Мэй Няньцина, схожа по структуре, но имеет другие свойства. Возможно, это усовершенствованная её версия. Остаётся только гадать и строить теории. Принц отпустил нервного заклинателя и подошёл к полке книг. Сам Мэй Няньцин безвольно опустил голову вниз и потух, словно свеча. Настоятель Мэй с тоской смотрел на своего ученика. Казалось бы, только недавно они радостно беседовали, и вот сейчас, всё было совершенно наоборот. – Возьми зелёный и красный трактат, – сказал принцу монах, а после вспомнил кое о чём. – Я слышал, что ты хочешь вознестись. Возьми себе синюю книгу. Считай, что подарок. – Хорошо, спасибо вам. В то же время настоятель обратил внимание на своего ученика. Юноша сидел и не двигался. Он не понимал, что это было сейчас за представление. Так опозориться перед наследным принцем и наставником… Это надо уметь. От стыда у него покраснели кончики ушей. Когда Бай Усянь вернулся к ним с трактатами, то заметил его смущение сквозь распущенные пряди волос. Не утерпев, он незаметно погладил его по плечу, пытаясь утешить. Мэй Няньцин вздрогнул от чужой руки и рефлекторно потянулся, чтобы смахнуть. Подняв голову, он встретился со взглядом наследного принца. Тот старался выразить ему свою поддержку. Наставник Мэй поглядел на них обоих с непонятным прищуром и хмыкнул. – Няньцин, – обратился к своему ученику монах. – Я рад, что сегодня ты навестил этого бесполезного старика. Да ещё и привёл такую интересную компанию. Юноша очень похож на мать. – Лестно это слышать, – отозвался принц. – Не думаю, что эта собака-император одумается и станет нормальным человеком, – как ни в чём не бывало продолжил старик и сказал юному заклинателю. – Поэтому я даю тебе эти книги. Они описывают структуру печатей монастыря Дахэй. Там есть и способ снять их. Просто тебе нужно поработать со своей и придумать безопасный способ избавиться от неё. – Хорошо, наставник Мэй, – тихим голосом ответил Мэй Няньцин. – Также я хочу дать тебе одну вещь, – внезапно решил монах. Он вновь попросил принца принести с полки предмет. Это была изящная нефритовая подвеска с цветами пиона и изображением главной пагоды императорского храма. Каждая деталь была выточена с особой тщательностью. – Не только мадам Гу должна дарить подарки. Тем более я вижу тебе пришлось трудно во дворце. У этого нефрита есть особое свойство. Если вдруг меня не будет рядом в момент опасности, капни на него крови с духовной энергией и произойдёт чудо. – Наставник Мэй, что вы такое говорите! Вы собираетесь на тот свет? – Ни в коем случае, – важно сказал монах и чихнул. – Но перестраховаться не помешает. – Вас понял… – А теперь всё! Идите, юноши! Что-то меня клонит ко сну… Няньцин, не обижайся, если я не буду отвечать на письма. И не мучай этих олухов во дворце, всё равно это я им всё приказал, чтобы не беспокоить тебя… А вышло наоборот… Кхе! – Хорошо, лаоши… И вновь наследный принц и заклинатель ушли в тёмные коридоры храма. Ветер по-прежнему тоскливо выл, только теперь Мэй Няньцин чувствовал себя спокойнее. Ему удалось выполнить свой план, хоть и с оговорками на вмешательство Его Высочества. Когда они покинули храм, Бай Усянь забрал поводья своего коня и протянул руку юноше, предлагая сесть вместе с ним. Однако, Мэй Няньцин замешкался. – Что такое? – неспешно спросил принц. Его тёмные омуты пристально наблюдали за фигурой заклинателя на земле. Юноша показал ему сегодня максимально необычную сторону своего характера. Нужно будет потратить несколько дней, чтобы обработать всё произошедшее. – Почему вы рассказали, Ваше Высочество? – О чём? А… О твоей лихорадке, – спокойно ответил Бай Усянь. Он крепко сжал поводья жеребца, который начал недовольно цокать копытами. – Я заметил твоё напряжённое состояние еще во дворце. Да и беспокоило меня поведение императора. Я тебе уже об этом говорил. – Странно, – протянул Мэй Няньцин, смотря прямо на Его Высочество, снизу вверх. – Разве вам не должно быть всё равно? – Ты мой вассал, – сказал как отрезал Бай Усянь. – Я должен заботиться о тебе. – Но у Гу Юэсиня тоже было однажды такое состояние, и вы за ним так не бегали… – припомнил разговор в кабинете юноша. – Садись на лошадь, поехали во дворец, – увильнул от ответа наследный принц. У заклинателя возникло впечатление, что Его Высочество сам не понимал, почему так себя ведёт. Поэтому он решил подыграть ему. – Хорошо, Ваше Высочество. После этих слов Бай Усянь тихо вздохнул и помог ему взобраться. Он не стал спрашивать, почему они едут во дворец или гостиницу. Он не стал допытываться, почему принц решил расследовать деятельность его отца, после того как Мэй Няньцин свалился в лихорадке от печати молчания. Не стал спрашивать, почему принц так спокойно отреагировал на то, что он подсыпал ему снотворное. Всю ночную охоту ему казалось, что принц ему словно подыгрывает. Но зачем? Какова причина отпускать его с дворца. Другой бы на его месте не согласился отправиться в дикий лес, чтобы половить тварей. И всё же сейчас, смотря на крепкую спину Его Высочества, Мэй Няньцин думал об одном: возможно, Бай Усянь и впрямь хороший человек и ему можно довериться. Это будет трудно. Начать доверять. Но он постарается. Оставалось надеяться, что наследный принц оправдает его ожидания.