Часть 6. Апгрейд свиданий
10 сентября 2025 г., 18:32
***
— Раз уж ты меня учишь старомодным штукам, — заявила Харпер, сидя напротив Баки в его кабинете и болтая ногой, — я решила, что обязана показать тебе, как всё устроено сейчас. Барнс настороженно поднял глаза от бумаг, нахмурившись. — Даже боюсь спросить. — Не бойся! — она захлопнула ноутбук, словно это был пафосный финал презентации. — Мы идём на современное свидание. Баки моргнул. — На… что? — Современное свидание! — повторила Эмили так, будто объясняла самые элементарные вещи в мире. — Там никакого официанта в белой рубашке, никакой живой музыки, и уж точно никаких букетов роз. Мужчина пытался придать себе безразличный вид, но догадывался, что его попытка провалилась. — И что тогда там есть? Блондинка хитро улыбнулась, уже представляя реакцию Барнса. — Ну, там есть доставка прямо на диван, Нетфликс, перепалки о том, что смотреть, и обязательное фото для сторис. — Что для чего? — О-о, — Эмили театрально закатила глаза. — Это будет весело. Вечером Баки сидел на её диване, уставившись на странно пёструю коробку с едой, которую они только что заказали через приложение. Он с подозрением ткнул палочками в ролл, который напоминал суши, но был с авокадо и клубникой. — Люди это едят добровольно? — мрачно уточнил шатен. — Люди это любят! — почти обиделась Харпер и сама схватила кусочек. — И, кстати, ты должен улыбаться, когда ешь такие вещи, а не смотреть на них, как на потенциальное оружие. Джеймс тяжело вздохнул и покачал головой. — В моё время еду не фотографировали, прежде чем съесть. — Ну а в моё время — фотографируют, — невозмутимо ответила блондинка, доставая телефон. — Так что двигайся ближе и сделай вид, что тебе весело. — Эмили… — Подружка! — напомнила она с дьявольской улыбкой. — Скажи «сыр». Баки закрыл глаза и покачал головой. — Харпер, я не понимаю, зачем мне это смотреть, — недовольно сказал Баки, разваливаясь на диване с видом человека, которому сейчас будут делать операцию на заднице. — Потому что, — Эмили ткнула его локтем в бок, — это лучший фильм про любовь. И если ты собираешься учить меня свиданиям по твоим сороковым, то я обязана подтянуть тебя по современной романтической классике. Мужчина прищурился, глядя на экран. Он уже представил, какими мучительными будут следующие пару часов. Первые сцены пошли, герои начали плести свои любовные линии, и он едва не закатил глаза от банальности сюжета. — Он влюблён в жену лучшего друга? — с искренним ужасом переспросил Барнс через двадцать минут. — Ты серьёзно считаешь, что это романтика? Это предательство. — Это красиво! — возмутилась Эмили. — Это про чувства, про невозможную любовь! Баки расстроенно покачал головой. — В моё время за такое давали по морде. Когда на экране герой с плакатами признался девушке в любви, Джеймс чуть не поперхнулся своим чаем. — Это шантаж, Харпер. Чистый, откровенный шантаж. Он пришёл в её дом, пока муж в другой комнате, и требует внимания — это не романтика, а преступление. — Боже, да ты же вообще бесчувственный! — всплеснула руками девушка. Он поднял бровь и холодно заметил: — Я просто умею отличать романтику от сталкинга. А когда настал момент с танцующим премьер-министром, Баки уставился на экран в полном недоумении. — Ты хочешь сказать, это человек, который управляет целой страной? И он тратит время на то, чтобы плясать, как идиот, вместо того чтобы подписывать законы? Харпер закатила глаза, но всё равно прыснула от смеха. — Да, это же мило! — Это катастрофа, — мрачно заметил Барнс. — Если бы Рузвельт так делал, война длилась бы до сих пор. Фильм закончился. Эмили вытирала слёзы и умилялась последней сцене в аэропорту, Баки же сидел каменной глыбой. — И что, — спросил он сухо, — я должен был вынести из этого? Харпер только хитро улыбнулась. — Что любовь — везде. Даже там, где ты её меньше всего ждёшь. Мужчина посмотрел на неё долгим, усталым взглядом, прежде чем сказал: — В моё время, — буркнул он, вставая, — фильмы были про войну. Это были понятные фильмы. Каким-то чудом Эмили уговорила Барнса на ещё один фильм, и он с ужасом для себя осознал, что этот фильм хуже предыдущего. Баки взял горсть попкорна, посмотрел на экран и буркнул: — Я уже вижу, чем всё кончится: они будут ненавидеть друг друга, а потом внезапно окажутся под дождём — всё. — Это классика жанра! — возмутилась Эмили. — Дождь всегда работает. Фильм шёл. На экране герои спорили, дразнили друг друга, и в какой-то момент Джеймс весело усмехнулся. — Что? — удивилась девушка. — Ты впервые улыбнулся за весь фильм? Баки помолчал пару секунд и нехотя сказал: — Просто у меня в Бруклине была одна девчонка. Дот. Она тоже спорила всё время. Носила такие дурацкие береты и могла часами рассказывать, почему вишнёвый пирог лучше яблочного. Блондинка только вытаращила глаза, до конца не осознавая, что Барнс действительно рассказывал о своём прошлом. — Баки Барнс, ты только что рассказал про своё прошлое! Тогда мужчина нахмурился, будто пожалел, что выдал лишнего. — Это было сто лет назад, Харпер. Она нравилась мне своей упрямостью, но потом я ушёл на фронт, и… — он пожал плечами. — Она вышла замуж за парня из соседнего квартала. Я тогда подумал: «Ну и правильно, теперь у неё будет нормальная жизнь». Эмили поймала себя на мысли, что действительно сочувствовала этому грозному мужчине в панцире. — А ты? — спросила она тихо. — А я, — Баки откинулся на спинку дивана, глядя в экран, — так и не научился жить «нормальной жизнью». На экране как раз началась сцена с дождём. Главные герои бросились друг к другу, целуясь взахлёб. Харпер грустно вздохнула, прижимая подушку к груди. — Красиво же. Барнс скосил взгляд на неё и устало усмехнулся. — Знаешь, Харпер, в реальности, когда стоишь под дождём, ты думаешь только о том, что обувь и трусы промокли, а носки потом будут вонять. — Господи, ты невозможный! Мужчина чуть мягче посмотрел на Эмили и подумал: «И всё же она первая за много лет, кто заставил меня вспомнить Дот». На экране шли титры, но телевизор работал сам по себе — Харпер сидела, поджав ноги, и задумчиво грызла попкорн. Баки поймал себя на том, что её тишина звучит непривычно, ведь обычно она болтала без остановки. — О чём думаешь? — спросил он, ломая привычное молчание. — О том, что у тебя хоть и грустная, но романтичная история с этой твоей Дот, а у меня сплошные ужасы. Барнс приподнял бровь, складывая руки на груди. — Хочешь сказать, твои свидания — это жанр хоррора? — Да хуже! — оживилась девушка и тут же села поудобнее. — Вот тебе история: парень пригласил меня в дорогущий ресторан. Я думаю: «Вау, наконец-то взрослые отношения», а он… знаешь, что он сделал? — Сбежал? — предположил Баки сухо. — Нет, хуже. Он достал блокнот и начал записывать, сколько стоит каждое моё блюдо. И сказал: «Я просто фиксирую расходы, чтобы потом разделить пополам». Джеймс замер на секунду, а потом хрипло выдал: — Это серьёзно? — Абсолютно, — подтвердила она. — И да, десерт я уже заказывала назло. Самый дорогой. Баки невольно рассмеялся. Настоящим, низким смехом, который он давно не слышал у себя — это было действительно приятно и хорошо. — Ладно, — сказал шатен, качая головой, — твоя история всё-таки хуже, чем моя. Харпер оживлённо кивнула, вспоминая другой казус. — А ещё был один парень. Он пригласил меня «посмотреть закат». Романтика, свечи, все дела. Я прихожу, а это стоянка возле супермаркета. Он говорит: «Смотри, тут отличный вид на парковку, а солнце садится прямо за вывеской магазина». Тогда Джеймс уставился на неё и, не выдержав, снова громко и легко рассмеялся. — Господи, Харпер, да у тебя талант выбирать идиотов. Она надулась, но тоже улыбнулась. — Может, потому что нормальные мужчины не зовут девушек на свидания. И в комнате на секунду повисла тишина. Баки поймал её прямой и откровенный взгляд, а потом внезапно почувствовал, как сердце сбилось с привычного ритма. — Может, — хрипло ответил шатен, — пора это исправить. Их глаза встретились, и Эмили вдруг заметила, что конгрессмен Барнс, «бука» и «подружка», впервые смотрит на неё не с усталой иронией, а как-то по-другому. Тогда она развернулась к нему корпусом, обняв подушку и хитро прищурившись: — Ну ладно, Джеймс. Мы уже обсудили моих «принцев парковки» и твою прекрасную Дот с пирогами. А теперь главный вопрос. Баки нахмурился. — Какой ещё «главный»? — Какую девушку ты хочешь? — спросила блондинка так просто, словно речь шла о выборе пиццы на ужин. Но даже над пиццей Барнс думал бы час. — Что? — Ну правда, — Эмили развела руками. — Ты же вечно бурчишь, что «современные отношения — ерунда». Вот мне и интересно: а какая для тебя идеальная? Он посмотрел на неё, а потом откинулся на спинку дивана, скрестив руки. — В сороковых мы не обсуждали такие вещи в лоб. — Добро пожаловать в двадцать первый век, — улыбнулась Харпер. Баки немного молчал, будто боролся сам с собой, и наконец сказал: — С которой спокойно, чтобы я мог быть самим собой, кто не шарахается от того, кем я был в прошлом, — мужчина сжал металлические пальцы, пряча их в рукаве. — Кто не пытается исправить меня или сделать меня удобнее, — Эмили замерла, не ожидая, что ответ будет таким честным, и поймала себя на мысли, что этот вечер был по-настоящему хорошим. — И ещё, — добавил он с тенью усмешки, — кто не тратит половину дня на разговоры о пирогах. — Значит, я уже отпадаю? — фыркнула девушка. — Не уверен. Ты, Харпер, разговариваешь обо всём подряд, кроме пирогов. Девушка прыснула от смеха, но в глазах уже мелькнуло что-то тёплое. — Мы тут уже разобрали все мои идеалы, так что твоя очередь. Какой парень нужен тебе? Она засмеялась и махнула рукой. — О, Джеймс, список длинный. — Так укороти, — не отставал Барнс. Харпер закусила губу, словно впервые задумалась об этом серьёзно. — Ну… наверное, тот, кто будет на моей стороне. Кто не скажет, что я слишком болтливая или слишком яркая, кто не будет бояться, что меня «слишком много». И ещё… — добавила девушка тише. — Чтобы был честным, чтобы если говорит «я останусь», то правда оставался. В комнате повисла пауза. Баки почувствовал, как у него в груди неприятно сжалось, потому что в её словах было слишком много правды. — Хороший список, — сказал он наконец, отводя взгляд.***
В пятницу они задержались в его кабинете дольше обычного. Эмили уже собирала свои вещи, когда Баки вдруг сказал: — Харпер. Она остановилась и подняла взгляд. — Да? Барнс медлил настолько долго, что она нахмурилась, решив, что он собирается снова дать ей какой-то список поручений. Но вместо этого Баки глубоко вдохнул, словно собирался на миссию. — Я хочу пригласить тебя на свидание. Эмили глупо хихикнула и моргнула. — Но мы же уже ходили, Баки: ресторан, кино, готовка — всё было. — Нет, — покачал шатен головой, — это были твои «современные свидания» и моё «из сороковых», а я хочу одно настоящее. Харпер прикусила губу, пряча улыбку. — Настоящее? Баки кивнул, и в его глазах мелькнуло то редкое уязвимое выражение, которое она видела всего пару раз. — Я слишком долго жил по чужим правилам, Эмили. Думаю, пора установить свои. Молчание повисло на секунду. Эмили шагнула ближе, посмотрев на него снизу вверх, и улыбнулась: — Звучит как лучший план из всех, что у нас были. Джеймс с облегчением выдохнул и чуть неловко, но решительно протянул ей руку. — Тогда это свидание. — Тогда это свидание. И впервые за долгое время он почувствовал, что делает выбор сам, потому что хочет.***
Баки ждал её у входа в парк. На нём была простая чёрная футболка и джинсы, а в руках он держал бумажный пакет с едой и плед. Он нервничал, хотя никогда бы этого не признал, и тут он услышал звонкий лай. Эмили появилась на дорожке в лёгком платье, с довольной улыбкой и с крошечной чихуахуа на поводке. У собаки на шее красовался бантик, а взгляд был явно полон презрения к миру. — Знакомьтесь, мистер Барнс, — сказала Эмили с самым серьёзным видом, — это Капитан Крошка — мой друг. Баки уставился на комок шерсти, который только громко залаял на него. — Ты шутишь, Харпер. — Ни капельки, — она присела и погладила собаку. — Он мой телохранитель. — Твой телохранитель весит полтора килограмма. — Полтора с половиной! — возмущённо уточнила Эмили. Капитан Крошка в этот момент рванул к мужчине, злобно потянув поводок. Джеймс недоверчиво посмотрел вниз. — Ты серьёзно хочешь, чтобы я боялся этой сосиски на лапках? Собака залаяла ещё громче, а Эмили прыснула от смеха. — Кажется, он уже тебя недолюбливает. — Отличное начало свидания, — проворчал Баки, всё ещё волнуясь. Когда они устроились на пледе прямо на траве, Барнс достал из пакета бургеры, и девушка буквально засияла. — Бургеры в парке — это неожиданно и романтично. — Романтично? — недоверчиво переспросил Баки. — Конечно! — она развернула упаковку. — Ты бы знал, сколько девушек мечтают, чтобы их просто пригласили в парк, а не в пафосный ресторан. Джеймс покосился на Капитана Крошку, который теперь нагло пытался стащить его еду. — Угу. Очень романтично. Особенно этот маленький террорист. Когда они поели, Баки достал телефон с самым невозмутимым видом. — У меня есть кое-что. Он включил старый плейлист — тихий джаз сороковых годов зазвучал из динамика, и Эмили удивлённо подняла брови. — Серьёзно? Барнс поднялся и протянул ей руку. — Я обещал свидание по своим правилам. Это они — танец. Девушка чуть смущённо, но радостно встала и вложила руку в его ладонь. Они начали танцевать прямо на траве. Капитан Крошка поначалу возмущённо тянул поводок, но потом улёгся на пледе, смирившись с тем, что его хозяйка занята. Баки держал её осторожно, но уверенно. — Видишь, — сказал он тихо, наклоняясь ближе, — мои правила не такие уж и плохие. Эмили улыбнулась, глядя ему в глаза. — И Капитан Крошка тоже не такой уж и плохой. Баки закатил глаза, но в этот момент уже не смог сдержать смеха. — Ладно, и этот мелкий тоже. Они кружились под музыку, а собака, будто чувствуя, что свидание удалось, наконец-то уснула. Музыка стихла, они вернулись на плед. Баки молча сидел рядом и смотрел куда-то в сторону: на прохожих, на темноту парка, но не на неё. — О чём думаешь? — спросила Эмили мягко. Он повернул голову, встретил её взгляд, и выдохнул почти так же, как тогда в кабинете, когда решился пригласить её на это свидание. — Я думаю… можно ли тебя поцеловать. Девушка замерла и моргнула несколько раз, будто не верила в услышанное. — Ты серьёзно спрашиваешь? — Конечно, серьёзно, — сказал Джеймс тихо. — В моё время так делали. И после всего, что было в моей жизни, я не собираюсь отнимать у тебя право сказать мне «нет». Эмили смотрела на него пару секунд, а потом вдруг широко и мягко улыбнулась, так, что глаза засияли. — Ну тогда мой ответ «да». Баки чуть наклонился, давая ей время передумать, но она сама сократила расстояние, и их первый поцелуй оказался тёплым и нежным. Джеймс уже и забыл, что это за чувство, когда нежные женские губы касаются его губ. Когда они отстранились, девушка шёпотом сказала: — Знаешь, Баки, это была совсем не патовая ситуация. Барнс весело хмыкнул, покачал головой и коснулся её щеки живой рукой. — Наконец-то ты правильно употребила это выражение, Харпер. Она рассмеялась, снова прильнув к его губам, а Капитан Крошка лениво зевнул, будто говоря: «Ну наконец-то».
