Удар хлыстом

Кастиэль с явным удовольствием рассматривал верёвки, ласково проводя рукой по мягкому материалу, туго обвивавшему узлами запястья Дина. Он потянул за верхнюю петлю, ближе к предплечью, проверяя натяжение. Верёвочный узор в виде стрекозы, спускавшийся вдоль рук Дина, который Кастиэль последние пять минут тщательно вязал, выглядел потрясающе на его хорошем мальчике. В углу комнаты Виктор сидел с планшетом на коленях и наблюдал за разворачивающейся сценой с профессиональным интересом. — Мм… слишком редко мне доводилось видеть тебя вот так связанным, — низко протянул Кастиэль, прижимая ладонь к эрекции, натягивавшей ткань брюк. Дин стоял на коленях, опустив голову, с совершенно затуманенным взглядом. За время выпускного экзамена они уже успели пройти через несколько кинков: были и ударные практики, обозначился кинк на похвалу и вуайеризм. Всё, что любил Дина, а под конец — немного шибари. За последний час Дин уже дважды кончил, но Кастиэль собирался вытянуть из него как минимум ещё один оргазм, прежде чем сцена закончится. — Голый и беспомощный, просто ждёшь меня, — с довольством пробормотал Кастиэль. Дин не ответил, и когда Кастиэль присел перед ним, чтобы взглянуть в лицо, то увидел стеклянный, расфокусированный взгляд. — Мой мальчик особенно красив в сабспейсе, — одобрительно заметил Кастиэль. Он услышал скрип ручки Виктора по бумаге, и грудь переполнило гордостью. Для выпуска достижение сабспейса во время финальной сцены не было обязательным, но, безусловно, шло в плюс. Теперь Кастиэль ни секунды не сомневался, что Дин пройдёт экзамен с блеском и покинет «Чистилище» сразу после подбора пары в реестре. Памела уже дала медицинское заключение: показатели Дина официально держались на среднем или выше среднего уровня всю неделю. А с одобрением Виктора досье Дина первым делом ляжет на стол Чака уже завтра утром. Как раз перед встречей, назначенной у Кастиэля с отцом. Встречей, на которой он собирался открыто заявить о своих намерениях насчёт Дина. Пока Дин всё ещё был связан, Кастиэль развлекал его простой сенсорной игрой. Он чередовал удовольствие и боль — перья, воск свечи, плётки и поцелуи, — а Дин растворялся под ним, тихо всхлипывая и окончательно отпуская себя. Потом Кастиэль быстрыми, осторожными движениями распустил узор-стрекозу, и тонкая верёвка упала на пол, тогда как Дин по-прежнему безупречно сохранял позу. От этой покорности член Кастиэля тяжело налился у бедра. Несколько месяцев назад, да даже пару недель назад, стоило бы освободить Дина от верёвок, и тот мгновенно вышел бы из сабспейса. Но сейчас он оставался глубоко внутри него. Настолько глубоко, что прозвучал почти удивлённо, когда Кастиэль перегнул его через бридинг-скамью и начал трахать. — Ммгх, — простонал Дин, когда Кастиэль резко и без предупреждения вошёл в него, вжимая лицом в кожу скамьи и резко толкаясь внутрь. Кастиэля не забыл, что всего несколько дней назад Дин застал его в похожем положении с другим сабом. А теперь он трахал здесь своего хорошего мальчика, на этой самой скамье, и не мог поверить, насколько иначе это ощущалось. Между ними пульсировало что-то, чему Кастиэль никак не мог подобрать название. Даже глубоко в сабспейсе, мягкий и послушный, Дин всё равно живо отзывался на каждый толчок. Кастиэль запустил пальцы ему в волосы и крепко потянул, заставляя на миг оторвать голову от скамьи. Дин снова вскрикнул — что-то среднее между бессвязным звуком и именем Каса — и Кастиэль тихо спросил: — Тебе нравится, когда я тебя трахаю, сладкий? — Ммм, — невнятно промычал Дин, едва различимо за тяжёлым, бешеным ритмом, в котором его сейчас брали. Кастиэль чуть изменил угол движения бёдер, почти уверенный, что вот-вот попадёт по простате, и резко толкнулся глубже. — А-а-а! — Я задал вопрос, Дин, — низко и хрипло произнёс Кастиэль. Он хотел, чтобы Дин присутствовал в момент оргазма. Хотел, чтобы тот хотя бы немного вынырнул из сабспейса и смог прочувствовать их последнюю сцену в «Чистилище». — Тебе нравится, когда я тебя трахаю? — Д-да, М-Мастер. Я… мне это… нравится. — Что именно тебе нравится? Дин моргнул, и капли пота скатились по его лбу. — Я люблю ваш член, — отчаянно простонал он, вцепившись в скамью побелевшими пальцами и подаваясь назад навстречу всё более глубоким толчкам Кастиэля. — Продолжай. — Б-блядь, я люблю… чувствовать вас внутри… я вообще не могу думать, когда вы… внутри меня… люблю, когда вы держите меня… люблю, когда трахаете быстро и жёстко, вот так… — Тебе нравится, когда я тебя использую? — Кастиэль вошёл ещё глубже, и Дин сжал задницу, вскрикнув, когда его член потёрся о кожаную поверхность скамьи. — Нравится быть моей игрушкой для траха? Просто дыркой, от которой я получаю удовольствие, и неважно кончаешь ты или нет? — Д-да, Мастер. Мне нравится доводить вас до оргазма. Мне нравится знать, что вы меня хотите, — выдохнул Дин. И от этой искренности внутри Кастиэля всё залило теплом, несмотря на то, насколько грязной стала их сцена. Дин хотел угодить своему Дому, но ещё он хотел угодить именно Кастиэлю. И сейчас были довольны оба — и мужчина, и Дом. — Мне нравится, как сильно я тебя хочу, — прорычал Кастиэль. — Дин, мне никогда не будет тебя достаточно. — К-Кас, — дрожащим, приглушённым голосом позвал Дин. — Кас, пожалуйста… можно мне ещё раз кончить? — Только на моём члене. И никак иначе, — ответил Кастиэль. Он повернул голову Дина набок, прижал ладонью и начал вбиваться в него с полным, безудержным напором. Его член был горячим, влажным, пульсирующим внутри тесного Дина, распухшего, розового и раскрытого, и Кастиэль сам был уже на грани. Свободной рукой он опустился к соску Дина и резко выкрутил его. Спина саба выгнулась над скамьёй, и он вскрикнул от неожиданности, а затем кончил прямо на кожаную поверхность длинными белыми полосами, от чего у Кастиэля даже выступил пот на лбу. Он сморгнул влагу с глаз и тут же излился глубоко внутрь Дина. А потом ему в голову пришла особенно порочная мысль, и он резко вышел из него. Дин дрожал от последствий оргазма: голый, вспотевший, со следами от ранней порки на спине. Кастиэль опустился на колени и раздвинул ему ягодицы. — Господи Иисусе, блядь, — закричал Дин, дёргаясь на скамье, пока Кастиэль вылизывал и глотал собственную сперму, грубо и беспощадно вылизывая его так, будто собирался довести до края. — Слишком… слишком… Мастер… — На тебе была клетка, три дня без единого оргазма, — напомнил Кастиэль, проводя щетиной по раздражённой коже ягодиц Дина так, как тот любил, а потом жадно скользя языком по его дырке, — так что ты будешь кончать столько раз, сколько я захочу, сладкий мальчик. Потому что эта дырка принадлежит мне. И этот член принадлежит мне. Твоё тело — моё удовольствие. — А-а-а! — вскрикнул Дин, извиваясь всем телом, пока Кастиэль проталкивал кончик языка внутрь распухшего входа, влажного от слюны и спермы. Он ввёл в Дина два пальца, загибая указательный вверх в поисках той самой чувствительной точки, и Дина тут же скрутило судорогой. Он закричал, задёргался и сорванным голосом выкрикнул имя Каса. — Вот так, — одобрительно сказал Кастиэль. — Отпусти себя, Дин. Отпусти и отдай мне всё. — Кас, — сломанным шёпотом простонал Дин, а потом прикусил собственную руку, когда тело выгнуло от сухого оргазма. Звук, сорвавшийся с него, был почти нечеловеческим. Его трясло и ломало, пока он наконец не обмяк на скамье с крепко зажмуренными глазами. — Ох, Дин, — тихо произнёс Кастиэль, проводя рукой по его волосам и убеждаясь, что саб всё ещё дышит. Он слегка потряс его за плечо, но Дин не шевельнулся, так и оставшись с закрытыми глазами, поэтому Кастиэль сосредоточился на том, чтобы позаботиться о нём. Он привёл себя в порядок, сначала вытерев рот, застегнул брюки, а потом поднял потерявшего сознание Дина на руки и отнёс к кровати в углу комнаты, осторожно уложив его на матрас. В углу Виктор выпрямился в кресле, и оно тихо скрипнуло. Кастиэль едва не вздрогнул, совершенно забыв о присутствии другого Дома. — Он часто теряет сознание? — с интересом спросил Виктор, закрывая папку и поднимаясь на ноги, чтобы размять их. Кастиэль задумался над вопросом, пока вытирал Дина влажной салфеткой. — Редко. Только после нескольких оргазмов подряд. Обычно я даю ему поспать пару минут, потом бужу соком и горячей ванной с пеной. Он захочет снова надеть клетку. После таких сильных оргазмов она помогает ему чувствовать себя спокойнее. Виктор одобрительно хмыкнул. — Думаю, не мне вам это говорить, но перемены в нём действительно впечатляют. Вы отлично с ним поработали, Сэр. — Это было несложно, — признал Кастиэль. — Он замечательный мальчик, — он сел на край кровати, перебирая пальцами влажные от пота волосы Дина. — Что ж, тогда я оставлю вам честь сообщить ему хорошие новости, — Виктор вытащил из папки подписанный лист оценки и повернул его так, чтобы Кастиэль видел результат. Девяносто восемь процентов. Почти идеальный балл. Кастиэль улыбнулся — искренне и с облегчением. — С удовольствием. Виктор закрыл папку и направился к двери, но, уже взявшись за ручку, обернулся к Кастиэлю и улыбнулся. — Я рад за вас, Сэр, — он перевёл взгляд с него на Дина. — Надеюсь, у вас всё получится. — Спасибо, — тихо ответил Кастиэль. — Я тоже. Когда дверь за Виктором закрылась, Кастиэль придвинулся ближе и поцеловал Дина в лоб, с почти нервным волнением думая о том, что они стали ещё на шаг ближе к настоящему будущему вместе. Чтобы разбудить Дина, понадобилось почти полчаса. Его кожа всё ещё была горячей, влажной и липкой после секса, но Кастиэль всё равно целовал его в макушку и прижимал к себе. — С возвращением, — тихо произнёс он и поцеловал Дина в щёку, когда тот наконец приоткрыл глаза. Кастиэль потянулся за соком и закуской на тумбочке рядом, а Дин что-то невнятно пробормотал и, не поднимая головы с подушки, залпом выпил сок. — Ну, это было неловко, — пробормотал Дин. Кастиэль непонимающе сощурился, и Дин игриво закатил глаза. — Ты довёл меня до такого количества оргазмов, что я, блядь, вырубился. Кастиэль тихо рассмеялся и провёл ногтями по его спине. — Это был не первый раз, милый, и не последний… если уж от меня что-то зависит. Дин покраснел и уткнулся лицом ему в грудь. — Разве не в этом весь смысл наших отношений? Чтобы от тебя что-то зависело? — Ммм… справедливо, — согласился Кастиэль, подцепив пальцем его подбородок, чтобы ласково поцеловать. Это был всего лишь короткий поцелуй, лёгкое касание губ, но теперь, когда сцена закончилась и Виктор ушёл, в нём было куда больше настоящего. — Как ты себя чувствуешь? Дин фыркнул. — Ты меня отшлёпал, связал, трахал как отбойный молоток, заставил кончить четыре раза, а теперь спрашиваешь, как я себя чувствую? — Да, — невозмутимо ответил Кастиэль. На лице Дина медленно расплылась ухмылка. — Наверное, я псих, и моей заднице теперь понадобится какой-нибудь ебучий неоспорин, но чувствую я себя охуенно. Кастиэль улыбнулся, довольный тем, что сумел как следует удовлетворить своего саба. — Хорошо. И неоспорин будет, но сначала… — он крепче обнял Дина, опустив голову на спинку кровати. — Хочешь узнать, как ты справился? — Как я… — Дин моргнул, потом, кажется, вспомнил, что за сценой наблюдали не только ради развлечения. Он резко сел, и в глазах вспыхнуло возбуждение. — Чёрт, я почти забыл. Я прошёл? — Прошёл. Я так тобой горжусь, — он поцеловал Дина в волосы, успокаивающе поглаживая большим пальцем его запястье. — Слава богу, — Дин облегчённо закрыл глаза, а когда снова посмотрел на него, на лице появилось смущённое выражение. — Без обид, но я, честно, уже жду не дождусь, когда вернусь домой. Всё это место было как один длинный, слишком сексуальный летний лагерь, в который я вообще не записывался. — Бывало и хуже, — заметил Кастиэль, а потом с лёгкой насмешкой добавил: — К тому же я слышал, что один Дом тут от тебя без ума. — Ну так я охуенный, — шутливо заявил Дин, потягиваясь и хрустя шеей. Но когда он снова посмотрел на Кастиэля, его взгляд смягчился. — И этот Дом, между прочим, тоже охуеть какой классный. — Приятно слышать, — Кастиэль потянул его обратно на матрас, ладонью обхватив лицо и касаясь большим пальцем уголка губ, пока они целовались. — Я ещё слышал, что он, возможно, даже поедет за тобой в Су-Фолс, если ему позволят. Глаза Дина широко распахнулись, а губы медленно растянулись в улыбке. — Ты серьёзно? — Серьёзно. Хотя бы на пару недель, пока мы не поймём, что делать дальше. У меня накопилось более чем достаточно отпуска, — Кастиэль снова поцеловал его, на этот раз долго, неторопливо. Когда они отстранились друг от друга, Дин прижался лбом к его лбу. — Если только нас сведёт реестр. — Сведёт же? Да? — тихо спросил Дин, и в его голосе звучала непривычная уязвимость. — Я в этом не сомневаюсь, милый. Весь профессиональный опыт и инстинкты Кастиэля говорили о том, что они буквально созданы друг для друга, и результаты реестра это наверняка подтвердят. Он всегда доверял системе. Напоследок ещё раз быстро поцеловав мягкие, припухшие, до невозможности соблазнительные губы своего саба, Кастиэль перекинул ноги через край матраса и поднялся. — Давай приведём себя в порядок, а потом я поведу тебя праздновать. — Ты поведёшь меня куда-то? — Дин сел на кровати, вскинув брови. — А можно я поведу машину? Кастиэль рассмеялся, понимая, что стоило ожидать именно этой просьбы. — Можно. Но обратно повезу я, чтобы ты мог выпить. — Правда? — глаза Дина загорелись таким искренним восторгом, что это оказалось заразительно. Он тоже поднялся, и Кастиэль невольно залюбовался всеми шестью футами его обнажённого великолепия. — Правда, — ответил Кастиэль, с трудом подавляя желание снова утащить его в постель. — Охренеть. И как вообще Новаки празднуют? Пиджаки и шампанское? Кастиэль фыркнул, вспоминая удушливо чинные семейные праздники. — К сожалению, да. Но сегодня мы будем праздновать как Винчестеры. А это значит: бургеры, виски и максимально сомнительный бар. Теперь Дин выглядел по-настоящему счастливым, и его глаза светились теплом. — О да, блядь. Кастиэль не удержался и поцеловал его в лоб. — Всё что угодно для тебя. — Ага-ага, — Дин покраснел, явно смущённый этими словами. Но потом добавил: — Ты вообще-то почти идеальный, ты в курсе? Кастиэль подошёл ближе и положил руки ему на бёдра. — Возможно, сейчас ты передумаешь, но… я хотел кое-что спросить. Дин потёрся носом о его шею, быстро поцеловал кожу и шепнул ему на ухо: — Да, мой член и правда настолько большой. — Полезно знать, — сухо заметил Кастиэль. Дин фыркнул одновременно игриво и нежно. После короткой паузы Кастиэль прочистил горло. — Я хотел спросить… ты не против, если мой брат и его невеста присоединятся к нам за ужином? — Ты хочешь познакомить меня со своей семьёй? — удивился Дин. — С моим отцом ты уже познакомился, — напомнил Кастиэль. — Но да. Если мы собираемся провести какое-то время в Су-Фолс, я бы хотел, чтобы брат познакомился с тобой до нашего отъезда. Дин медленно выдохнул, и выражение его лица стало нечитаемым. — Ты уверен? Кастиэль нахмурился, слегка склонив голову, пытаясь понять его реакцию. — Ты спрашиваешь, уверен ли я, что хочу познакомить тебя с братом? Или уверен ли я насчёт нас? Дин закусил губу и не ответил. Кастиэль тяжело вздохнул. — Я хочу быть с тобой больше всего на свете, Дин. Ты ведь это знаешь? Дин молча кивнул, избегая его взгляда. — Знаю, но… — он пожал плечами и криво усмехнулся. — А если твой брат меня возненавидит? Если решит, что я какой-то мусор, саб-охотник за деньгами, который сейчас всё тебе испортит? Кастиэль невольно рассмеялся. — Это последнее, что придёт Габриэлю в голову. Честно говоря, большую часть ужина он, скорее всего, будет допрашивать тебя, зачем тебе вообще связываться со скучным старым Домом вроде меня. Теперь рассмеялся уже Дин, и напряжение наконец будто ушло из его плеч. — Ну, я скажу ему, что ты трахаешься как ебучая порнозвезда, может, это многое объяснит. Кастиэль усмехнулся и поцеловал уголок его губ. — И ещё… ты хороший человек, Кас. Рядом с тобой я чувствую себя в безопасности. Ты заставляешь меня чувствовать себя… — Дин запнулся, словно ему трудно было произнести нужное слово, а потом едва слышно прошептал: — Любимым. Кастиэлю показалось, что сердце сейчас просто разорвёт грудную клетку, и слова уже рвались наружу. Но вместо этого он наклонился и поцеловал Дина, вкладывая в поцелуй всё, что чувствовал, сжимая ладонью его затылок и прижимая к стене. Они целовались как подростки так долго, что их прервал сотрудник клининга, напомнивший, что последняя сцена закончилась ещё час назад. Дин покраснел, и они, переплетя пальцы, направились к лифту. — Итак… — Дин повернул голову, сжимая руку Кастиэля. — Как твой брат отнесётся к встрече в какой-нибудь дыре? Кастиэль усмехнулся, с облегчением понимая, что Дин согласен на вечерние планы. — О, он будет в восторге. Выпивать в сомнительных заведениях — его личное хобби. Дин одобрительно рассмеялся. — Кажется, он мне уже нравится.

***

Бар и правда оказался той ещё дырой, и Кастиэль поморщился, когда подошвы его ботинок прилипли к полу. Но Дин был в обтягивающих джинсах и потёртой футболке с классической рок-группой — именно в этой одежде он приехал в «Чистилище», — и Кастиэль невольно залюбовался. На Дине был мягкий коричневый кожаный ошейник с золотым кольцом спереди; жетон с надписью «Собственность Кастиэля» слегка выглядывал из-под воротника. Часть Каса чувствовала себя нелепо из-за того, как сильно его заводил Дин в одежде, а не голый, каким обычно он был в центре, но само предвкушение того, как он снова будет снимать с него эти вещи, заставляло Кастиэля дрожать от возбуждения так же, как при полёте дрожат крылышки у колибри. Они некоторое время спорили, будет ли Дин сидеть у ног Кастиэля на специальной подушке для коленей, которая лежала у них в багажнике машины. Кастиэль ни за что не позволил бы своему хорошему мальчику угробить джинсы об этот засаленный пол. В итоге решили, что сегодня они хотят сидеть рядом. Их устроили в угловой кабинке, выдали меню в потрескавшемся пластиковом покрытии, заляпанном пятнами, и Кастиэль скользнул на сиденье рядом с Дином, прижав его к стене. Он ткнулся носом ему в ухо, прихватив зубами мочку. — Сегодня ты выглядишь чертовски сексуально, — прошептал он, и саб рядом с ним вздрогнул. — Кас… — Дин чуть поёрзал, явно ощущая ограничения клетки на члене, скрытой под джинсами. — Мне хочется утащить тебя за бар и оттрахать в переулке, — рука Кастиэля легла ему на шею; пальцы медленно и чувственно разминали напряжённые мышцы. — Или затащить тебя в туалет, усадить на раковину и… Дин тихо зашипел и выругался себе под нос, обмахиваясь меню. — Прекрати, Кас. Ты и так весь день трахал меня до полной отключки, и мне не особо хочется сидеть возбуждённым перед знакомством с твоим братом. Это было справедливое замечание, и Кастиэль тихо усмехнулся: — Ладно, убедил, — после чего немного отодвинулся. Но руку с плеч Дина он не убрал; теперь в этом жесте было больше заботы, чем намёка, и саб, кажется, расслабился. Они немного обсудили меню и заказали по пиву, но до прихода Габриэля и Ровены оставалось ещё несколько минут. Кастиэль как раз размышлял, не взять ли закуску, когда заметил на экране телефона номер отца. Нахмурившись, он показал экран Дину в качестве объяснения, затем выбрался из кабинки и вышел наружу. — Алло? — ответил он, едва оказавшись за дверью бара. — Кастиэль, — тепло произнёс Чак, — извини, что беспокою, но мне придётся отменить нашу встречу завтра утром. Кастиэль подождал объяснений, но, когда их не последовало, произнёс: — Ничего страшного. Но мы можем перенести её? Это довольно срочно. — Вот как? — в голосе Чака послышалось удивление и интерес. — Тогда расскажи сейчас, пока у меня есть свободная минута. Кастиэль прикусил нижнюю губу, сомневаясь, стоит ли заводить этот разговор прямо сейчас. Внутри бара его ждал Дин, а Габриэль мог появиться в любую минуту. Но отец был занятым человеком, и Кастиэль не хотел упускать шанс. — Это касается Дина, моего саба на обучении. — А, да. Сегодня у него была выпускная сцена, — в голосе Чака прозвучало узнавание. — И как всё прошло? — Хорошо. Очень хорошо. Виктор скоро пришлёт тебе его файл, но, насколько я понимаю, для выпуска всё в порядке, — Кастиэль глубоко вдохнул, жалея, что не может поговорить об этом лично, но всё равно продолжил: — Остаётся вопрос его Дома… Пап, я хотел сказать, что внёс себя в реестр и хотел бы рассматриваться на эту роль. Дин потрясающий, и я… — Кастиэль сглотнул, чувствуя сухость в горле. — Я знаю, что не должен, и понимаю, насколько это непрофессионально, но с каждым днём влюбляюсь в него всё сильнее. Одно только признание вслух словно сняло с его плеч огромную тяжесть. Его чувства к Дину давно вышли за рамки сексуальной химии, хотя её между ними было более чем достаточно. Речь шла о чём-то более глубоком, о связи, которой Кастиэль прежде никогда не испытывал. Когда Чак на другом конце линии всё ещё молчал, Кастиэль тихо позвал: — Пап? — Прости, Кастиэль, я просто немного удивлён, — Чак прочистил горло, и тон его изменился. — Но я рад за тебя, сын. — Правда? — Конечно. Если Дин тоже хочет быть с тобой и ваши профили достаточно хорошо совпадут для его высоких потребностей, я не вижу причин, почему вам не стоит попробовать. Ты, строго говоря, не просил моего благословения, но если оно тебе нужно — оно у тебя есть. Кастиэля захлестнуло мощное чувство, почти похожее на восторг. Он всегда боялся, что отец не одобрит их отношения, что будет относиться к Дину так же, как относился к Ровене. Но, возможно, дело было лишь в том, что Ровена была свитчем и не могла полностью закрыть потребности Габриэля. А с Дином, по-настоящему выдающимся сабом, Кастиэль чувствовал бы себя удовлетворённым во всех смыслах. — Спасибо, — с благодарностью сказал он. — Для меня очень важно твоё одобрение. После короткой паузы отец спросил: — И где вы собираетесь жить? И что это будет значить для твоей карьеры? Кастиэль кивнул, считая вопрос справедливым, учитывая, что отец технически был ещё и его работодателем. — Мы пока не решили. Подумали, что лучше обсудить это уже после выпуска. Чак задумчиво хмыкнул в трубку. — Понимаю. Что бы вы ни решили, Кастиэль, у тебя есть моя полная поддержка. Кастиэль с облегчением улыбнулся, и после ещё нескольких минут похожего диалога звонок закончился. Он убрал телефон в карман и вернулся внутрь, чувствуя себя почти невесомым. По крайней мере, до тех пор, пока не завернул за угол и не увидел незнакомого мужчину, нависшего над их кабинкой. Чем ближе Кастиэль подходил, тем яснее понимал: перед ним точно Дом. Прямая осанка, исходящая от него самоуверенность, то, как он возвышался над Дином, будто имел на это право. Кастиэль видел, что присутствие этого человека раздражало Дина, и услышал, как тот повысил голос. — Я уже сказал тебе, чтобы ты проваливал нахуй, — твёрдо произнёс Дин, но мужчина только рассмеялся. — Ты не можешь мне отказать, маленькая шлюшка. Я выше тебя, забыл? Ты делаешь то, что я говорю, саб, — другой Дом, худой, в байкерской коже и весь покрытый татуировками, наклонился ближе и оскалился. — А теперь в последний раз: допивай своё пиво, и, может быть, я позволю тебе попрыгать на моём члене. Дин уже открыл рот, чтобы ответить, но так и застыл, когда Кастиэль резко вырос за спиной мужчины, схватил его за ворот и грубо развернул к себе. — Кажется, он сказал «нет», — произнёс Кастиэль, чувствуя, как по позвоночнику поднимается ничем не сдерживаемая ярость. — Кас, — спокойно произнёс Дин, выбираясь из кабинки и подходя ближе. — Эй, всё нормально. Этот лузер уже собирался свалить, — он прищурился, глядя на другого Дома. — Правда ведь, Чаклз? Кастиэль крепче сжал жёсткий кожаный жилет мужчины, едва удерживаясь от желания врезать ему. — Думаю, ты должен перед ним извиниться. Дин покачал головой, а другой Дом уже смотрел на Кастиэля. — Извини, мужик. Не знал, что эта сучка занята. Надо было ошейник на него надеть. — На нём есть ошейник, — холодно ответил Кастиэль. — Но даже если бы его не было, ты не имеешь права давить на человека, который явно не заинтересован. Сам намёк на то, что одного «нет» от Дина оказалось недостаточно, чтобы этот Дом отступил, снова разжёг в груди Кастиэля ярость. Но прежде чем он успел впечатать этого ублюдка в стену и расквасить ему лицо, кто-то коснулся его плеча сзади. Кастиэль вздрогнул, инстинкты уже были на пределе, готовые ввязаться в драку хоть со всем баром, лишь бы защитить Дина, но краем глаза он заметил осторожный взгляд Габриэля. — Эй, братишка, всё нормально, — улыбнулся Габриэль. — Просто отпусти этого байкерского долбоёба с комплексом неполноценности, ладно? Я бы очень хотел купить своей девушке выпить и не быть вышвырнутым отсюда. За его плечом стояла Ровена, миниатюрная и, как всегда, потрясающе красивая, с идеально уложенными пышными рыжими кудрями, и с интересом наблюдала за происходящим. Дин уже сидел в кабинке, не сводя с них напряжённого взгляда. Немного придя в себя, Кастиэль разжал хватку, оттолкнул другого Дома и проследил, как тот поспешно убрался к выходу. — Простите за это, — сначала он взглянул на Дина, потом на Гейба и Ровену. — Не переживай, красавчик, — протянула Ровена с нарочито сильным шотландским акцентом. — Я свитч, помнишь? Не нужно объяснять мне, что Домы бывают чертовски настойчивыми. Нужно время, чтобы найти хоть одного, который чего-то стоит, — она перевела взгляд на Габриэля, длинные ресницы кокетливо дрогнули, и тот обнял её за талию. — Присядем? Кастиэль коротко кивнул. Адреналин всё ещё бурлил в крови, когда он снова скользнул на место рядом с Дином. Наклонившись к нему, он коснулся губами его уха и тихо спросил: — Ты в порядке? Дин кивнул и потянулся к его руке, переплетая их пальцы. — Да, Кас, всё нормально. Кастиэль приподнял бровь. — Точно? — Да, чувак. Ничего такого, чего бы не происходило каждый раз, когда я захожу в бар, — Дин пожал плечами так, будто это было совершенно обычным делом, и у Кастиэля снова вспыхнуло желание кого-нибудь убить. — Домы часто так с тобой обращались? — Кастиэль сузил глаза, окинув взглядом помещение, словно ожидал, что к ним сейчас подвалит ещё какой-нибудь идиот. — Дин, это недопустимо. Ты ведь понимаешь? — Да, но… всё так устроено, не так ли? — улыбка у Дина вышла натянутой и неловкой, и он перевёл взгляд через стол на Габриэля и Ровену. — Ну так что, представишь меня? Или мне самому это сделать? Кастиэль открыл рот, чувствуя себя вполне заслуженно осаженным, а Габриэль прыснул со смеху по ту сторону стола. — Саб, который умеет поставить Кэсси на место? О, чёрт возьми, да. Похоже, Рождество в этом году наступило пораньше, — он протянул руку через стол и пожал ладонь Дина. — Я Гейб, а это прекрасное видение в платье — Ровена. — Очарована, — произнесла Ровена с яркой улыбкой. — Когда Гейб сказал, что мы встречаемся с Кастиэлем на двойном свидании, я была вне себя от любопытства. Он столько лет ходил в холостяках, что мне не терпелось наконец-то взглянуть на тебя как следует. Дин покраснел и мягко улыбнулся. — Дин Винчестер. Рад познакомиться. И… эээ… надеюсь, вы не слишком разочарованы. — Скорее наоборот, — приятно удивлённым тоном ответила Ровена. — В тебе чувствуется огонь, мальчик мой, а это меня всегда восхищало. Ты напоминаешь мне саму себя, когда я бываю сабом. — Поверь, Дино, это комплимент высшей пробы, — подмигнул Гейб и ласково поцеловал Ровену в макушку. Официант снова подошёл к столику, они заказали ещё выпивки и закусок, а потом Габриэль вновь с любопытством уставился на Дина. — Ну, так расскажи о себе. Мой братец подозрительно мало болтал, но я уже вижу, что он на тебе слегка помешался. Дин ухмыльнулся и повернулся к Кастиэлю. — Да ну? — Ещё как, — ответил Габриэль. — Последний раз он кого-то «знакомил с семьёй» ещё в колледже. А по количеству седых волос на нём можешь понять, как давно это было. Кастиэль, только-только сумевший подавить остатки злости, бросил на брата предупреждающий взгляд. — Напомни, пожалуйста, зачем я вообще захотел вас познакомить? — Потому что в глубине души, братишка, тебе нравятся мои подколы, — ухмыльнулся Габриэль. Кастиэль прищурился. — С каждой секундой всё меньше и меньше. Дин рассмеялся и под столом коснулся колена Кастиэля. — Всё нормально, малыш. Я понимаю эту тему со старшими братьями и вечными подначками, — сказал он после ещё одного глотка пива. Потом он повернулся к другой паре. — Моему младшему брату недавно стукнуло семнадцать. У него на дне рождения была девчонка, и, господи, как же легко было тянуть из него жилы. Пока Дин и Габриэль обменивались историями про младших братьев, Кастиэль мог думать только о слове «малыш». Раньше Дин его так не называл. Это прозвучало легко, естественно, будто они и правда были обычной парой на обычном двойном свидании. Это ласковое прозвище вместе с рукой Дина у него на колене наполняло Кастиэля тёплым трепетом. Он так отчаянно хотел, чтобы у них всё получилось, что едва мог это вынести. В конце концов они заказали ужин, и Дин взял ещё пива, а Кастиэль перешёл на воду, потому что позже собирался вести машину. Дин дразнил его за излишнюю осторожность, но потом благодарно поцеловал в щёку, и они устроились в кабинке ещё ближе друг к другу, пока Ровена развлекала их историями о своём бунтаре-сыне Фергусе. Дин спросил Габриэля, как тот относится к мысли скоро стать отчимом, и разговор плавно перетёк в ужин, а потом, как и следовало ожидать, они заговорили о Чаке. — Папа знает, что ты у нас теперь влюблённый котёнок? — с любопытством спросил Габриэль, подняв вилку с куском мяса и многозначительно переводя взгляд с Кастиэля на Дина. — Пожалуйста, постарайся больше никогда не называть меня «котёнком», — сухо отозвался Кастиэль. Когда он посмотрел на Дина, тот жевал бургер и явно с интересом ждал ответа. — Но да, знает. Вообще-то я только что ему рассказал. Поэтому и выходил из бара. Он знает, что я зарегистрировался в системе, и дал нам своё благословение. Габриэль громко и протяжно присвистнул, а Дин с полным ртом выдал: — Охренеть, ты серьёзно? Кастиэль едва мог выдержать, до чего же тот был очарователен, даже со своими ужасными манерами. Он взял салфетку и осторожно стёр кетчуп с уголка рта Дина. — Серьёзно, милый, — произнёс он с тёплой улыбкой. Но когда Кастиэль снова поднял глаза, Габриэль уже выглядел задумчивым и непривычно тихим. — И никакого скандала? — недоверчиво спросил он. — Ни слова про семейное наследие? Про личную ответственность и загубленное будущее? У Кастиэля что-то сжалось в горле, и он сделал большой глоток ледяной воды. Он слишком хорошо помнил тот конфликт — требования, которые отец предъявлял Габриэлю, и то, как брат в конце концов отказался дальше жить по прихоти Чака. — Нет. Ничего такого, — он перевёл взгляд с Гейба на Ровену, нахмурившись с искренним сочувствием. — Мне жаль, через что вам пришлось пройти. Это несправедливо. Большие глаза Ровены внимательно изучили лицо её жениха, прежде чем она подарила Кастиэлю лёгкую улыбку. — Да ладно, дорогой, всё это уже травой поросло. К тому же я всегда говорю Гейбу, что так обычно и бывает. Старшему ребёнку всегда достаётся больше всех. — И не поспоришь, — проворчал Дин. — Ну да, ну да… — Габриэль поднял взгляд от почти пустой тарелки, и настроение у него резко переменилось. — Хватит об этой херне. У нас тут праздник, вообще-то, — он снова посмотрел на Дина. — Кэсси говорил, ты скоро выпускаешься? Дин кивнул и нервно улыбнулся. — Ага. Осталось дождаться результатов реестра, и я поеду домой, в Су-Фолс. — Тогда я заказываю все десерты в меню. И ещё по кругу выпивки, — заявил Габриэль с широченной улыбкой. — Надо сделать этот вечер запоминающимся. — Будто тебе нужен повод, чтобы заказать слишком много сладкого, — легко заметила Ровена, и Габриэль закатил глаза. Пока они о чём-то тихо переговаривались между собой, Кастиэль воспользовался моментом и снова нашёл под столом руку Дина, сжав её. Дин придвинулся ближе и наклонился к его уху. — Слушай, можно кое-что сказать? Кастиэль кивнул, заинтересованно глядя на него. — Спасибо, что привёл меня сюда. Я сейчас типа… неприлично счастлив, — Дин сказал это тихо, а потом поцеловал его — коротко, мягко и с таким количеством чувства, что у Кастиэля перехватило дыхание. И когда они отстранились друг от друга, Кастиэль уже не был уверен, что жизнь вообще может стать лучше, чем сейчас.

***

— Знаю, Сэмми. Да успокойся ты, — хохотнул Дин, включая громкую связь, пока рылся в ящике комода в спальне Кастиэля. — Просто не верится, что ты и правда возвращаешься домой! — Сэм звучал так восторженно, что у Дина уже болели щёки от улыбки. — Мы с Бобби уже съездили за продуктами и купили всё, что ты любишь. И я ещё уговорил его взять всё для пирога. — Ого. Погоди-ка. Ты собираешься печь пирог? — недоверчиво переспросил он, вытаскивая одежду и запихивая её в дорожную сумку. Та уже слегка трещала по швам, потому что Кастиэль успел подкинуть ему несколько новых вещей с тех пор, как Дин приехал в «Чистилище». Он понимал, что уедет, скорее всего, только через день или около того, но решил, что начать собираться заранее не помешает. — Да что там сложного, Дин. Ты же всё время их печёшь, — добавил Сэмми своим самоуверенным подростковым тоном. — А-а, вот оно что? То есть если твой тупой саб-брат с этим справляется, то любой сможет, да? — проворчал Дин, уже представляя смущённый румянец на щеках брата. — Я не это имел в виду, и ты сам это знаешь, — фыркнул Сэм, но звучал вполне пристыженно. — У меня есть рецепт, и я даже загуглил советы и всё такое. Это просто базовая химия. А у меня, между прочим, высший балл по углублённой. — Ну, удачи тебе, мой маленький безумный учёный, — снова рассмеялся Дин, утрамбовывая одежду, чтобы потом сумку можно было застегнуть. — А когда ты узнаешь насчёт своего Дома? — спросил Сэм, пока Дин ненадолго сел на кровать, чтобы перевести дух. — У меня встреча с главным, мистером Новаком. Он сообщит результаты реестра и объяснит всё остальное, — он старался не выдавать нетерпения в голосе, но подозревал, что получается так себе. — Ну а ты нервничаешь? Я имею в виду… меня бы пиздец как напрягала перспектива попасть к незнакомцу, — уже серьёзнее поделился Сэм. — Не-а. Вообще-то я скорее рад. Не думаю, что мой Дом окажется незнакомцем, — он не был уверен, хочет ли вообще выкладывать эту новость, но, какого чёрта. Сэму он рассказывал всё. — Кастиэль зарегистрировался в системе, чтобы нас могли сопоставить, — на линии повисла пауза, и Дин добавил: — Сэмми? — Боже мой. Она должна мне двадцатку! — заорал Сэм. — Чего? — Мы с Джо поспорили. Я сказал, что ты вернёшься домой с Кастиэлем в качестве Дома, а она говорила, что нет. Ха! Я так и знал, этот парень по тебе конкретно сохнет, Дин, — захихикал Сэм, пока Дин сидел с отвисшей челюстью. — Ах ты мелкий засранец. Ты на меня ставки делал? — фыркнул он. — В свою защиту скажу, что я ставил в твою пользу. Мне кажется, Кас реально классный мужик, и ты заслуживаешь кого-то, кто делает тебя счастливым, Дин, — голос Сэма смягчился. — Ты рядом с ним выглядел таким счастливым. — Ну, тогда делись выигрышем со мной. А с Джо я ещё поговорю, когда вернусь домой, — он покачал головой, но втайне почувствовал облегчение от того, что Сэм за него рад. — Ладно, мне пора, а то опоздаю. Напишу тебе и скажу, когда мы приедем домой. Думаю, мы с Касом снимем номер в отеле, пока не найдём квартиру и не разберёмся со всем. — Вы могли бы пожить здесь, вообще-то, — пробормотал Сэм. — Мы там все не поместимся. И вообще, я теперь взрослый, Сэмми. Мне нужно своё место. Не переживай, я снова буду работать у Бобби в мастерской, и тебе быстро надоест видеть мою страшную рожу, — он не стал упоминать о том, что хотел держаться чуть подальше от отца. Ему всё ещё было не по себе от одной мысли показать тому свою сабмиссивную сторону. — Просто напиши мне, ладно? — Обязательно. Пока, сцуко, — ухмыльнулся Дин. — Пока, придурок. Сэм отключился, а Дин сунул телефон обратно в ящик. Кастиэль сидел у себя в кабинете, разбираясь с делами перед несколькими неделями отпуска и передавая часть обязанностей Виктору и Бенни. Дин немного нервничал из-за новой встречи с отцом Кастиэля, но больше всего ему хотелось уже покончить со всей этой следующей частью. До встречи оставалось несколько минут, и он решил заглянуть к Кастиэлю. Натянув штаны для сабов, он быстро проверил себя в зеркале и вышел из комнаты. Он дошёл до кабинета Кастиэля и тихонько постучал, пока не услышал знакомый тёплый голос, разрешающий войти. — Дин? Разве у тебя не встреча через несколько минут? — спросил Кастиэль, и Дин замер, проверяя время. — У меня ещё десять минут, а идти отсюда всего две минуты по коридору, — Дин пожал плечами, подошёл к Кастиэлю и уселся верхом ему на колени прямо в офисном кресле. Сильные руки легли ему на задницу, когда он поёрзал, устраиваясь удобнее. — Хм. Не могу сказать, что не рад тебя видеть, — прошептал Кастиэль, едва касаясь губами его шеи в невесомом поцелуе. — Я заметил, — Дин ухмыльнулся, чувствуя, как в штанах его Дома растёт выпуклость. — Если бы тебе не нужно было на встречу, я бы поставил тебя на колени и заставил разобраться с этим, — пробормотал Кастиэль, толкнувшись бёдрами вверх, и у Дина вырвался тихий возбуждённый выдох. — Я хочу заглотить вас до самого горла, Мастер, — прошептал Дин ему на ухо, с удовольствием чувствуя дрожь. — Давиться вашим членом, пока не смогу дышать и весь мир не начнёт расплываться. Кастиэль тихо промычал, сильнее сжимая его ягодицы. Дин прикусил губу, чувствуя, как его собственная эрекция упирается в клетку. И это ещё был достойный результат, учитывая, что накануне Кастиэль буквально выжал его досуха. Даже сабам нужно время, чтобы восстановиться после такого. — Тебе пора идти, мой маленький зверь, иначе опоздаешь, — Кастиэль прихватил зубами кожу у него на шее возле ошейника. — Отец сказал, что позовёт меня, когда ты будешь готов обсуждать распределение, но сначала хотел сам провести с тобой заключительную беседу. Дин кивнул, мысленно проклиная всю эту бюрократическую хрень. Но поскольку его дело было связано с судебным предписанием, требовалась дополнительная бумажная волокита и подписи. Он бросил взгляд на стол Кастиэля и заметил несколько папок сабов, подававших заявки в программу. — Можно кое-что спросить, Сэр? — он посмотрел на кипу папок, невольно задаваясь вопросом, были ли те сабы настолько же сломаны, как он сам. — Конечно, можно, — Кастиэль откинулся назад, чтобы видеть его лицо. — А что насчёт Домов? — Хм? Что насчёт них? — Ну, Домы ведь тоже болеют. Не только сабы, так? В смысле, если у них нет возможности нормально доминировать или они не понимают, как закрывать свои потребности, они тоже заболевают. Прямо как сабы. Кастиэль кивнул. — Ты не ошибся. Я и сам чувствовал себя ужасно, когда думал, что подвёл тебя как Дом, после того как тот ублюдок напал на тебя, — при упоминании Аластара пальцы Кастиэля сильнее сжались на его бёдрах. — Вот именно. И тот тип в баре вчера… он ни хрена не понимал, как быть нормальным Доминантом. Он такой же, как куча других мудаков, которые просто пытаются продавить подчинение у любого саба, которого встретят, — добавил Дин, наблюдая за лицом Кастиэля и замечая, как до него постепенно начинало доходить. — Да, должен признать, знакомство с тобой показало мне, как много Доминантов на самом деле нуждаются в помощи, — Кастиэль нахмурился самым очаровательным образом. — Просто странно, что для них нет никакого центра. Не только сабам нужна помощь, и, может, им бы требовалось меньше помощи, если бы вокруг было больше хороших Доминантов вроде тебя, — Дин пожал плечами. — Очень верное замечание, мой умный мальчик. Об этом стоит подумать, — Кастиэль подался вперёд и поцеловал его в щёку. — А теперь иди. Мой отец не терпит опозданий. Дин кивнул, наклонился, чтобы поцеловать Кастиэля, потом соскочил с его коленей и вышел за дверь. До кабинета Чака он добрался за минуту до назначенного времени и легко постучал, прежде чем его пригласили войти. Кабинет резко отличался от остальной части комплекса с его современным белым минимализмом. Здесь стены были тёмно-бордовыми, а книжные шкафы тянулись от пола до потолка. И, честно говоря, тут оказалось куда больше беспорядка, чем Дин ожидал: на массивном старом дубовом столе громоздились стопки бумаг. — Здравствуй, Дин. Прошу, садись, — Чак указал на два кресла перед столом, и Дин сел в ближайшее. — Спасибо, Сэр, — он выдавил из себя самую уверенную улыбку, пытаясь скрыть нервозность. — Сегодня нам многое предстоит обсудить. Выпуск — очень важный момент для наших сабмиссивов, — Чак взял одну из папок, раскрыл её перед собой и надел очки для чтения. Затем достал две фотографии и протянул их Дину. — Это я, — удивлённо сказал он, разглядывая снимки, сделанные доктором Барнс при поступлении. — Поразительно, правда? Я бы сам тебя едва узнал, — Чак тепло улыбнулся. Дин внимательно посмотрел на фотографии, вспоминая, как выглядел всего несколько недель назад. Бледная кожа с сероватым оттенком, заживающие раны после аварии. Усталые глаза, ссутуленные плечи, тёмные круги под глазами. Он даже не помнил, что тогда так сильно выпирали рёбра или что волосы выглядели настолько тусклыми. На снимках действительно был будто другой человек. — Не могу поверить, что это я, — тихо произнёс он, возвращая фотографии Чаку. — Когда ты только приехал сюда, твоё состояние было очень тяжёлым, Дин. Надеюсь, теперь ты понимаешь, насколько сильно нуждался в помощи. И я рад, что мы смогли её тебе дать. Сабмиссив, который сидит передо мной сегодня, — сильный, здоровый, послушный и уравновешенный человек. Виктор дал тебе очень высокую оценку за выпускную сессию, — Чак снова доброжелательно улыбнулся, и Дин немного расслабился в кресле. — Я хочу, чтобы ты понял: хотя ты полностью восстановился, дальше ответственность за твоё здоровье и удовлетворённость будет лежать на тебе самом. Нам было приятно, что ты находился здесь, но мы не хотим снова видеть тебя в таком состоянии. Ты согласен? — Да, Сэр, — тут спорить было не с чем. — Вот результаты твоих анализов при поступлении и результаты, полученные несколько дней назад. Видишь, показатели крови, вес, нейромедиаторы и гормоны теперь в норме. Сахар и давление тоже пришли в здоровые пределы, — Чак протянул ему оба листа. — Я и правда был очень болен, да? — спросил Дин, чувствуя неловкость. — Был, мой мальчик. И должен сказать, твоё восстановление впечатлило нас всех. Доктор Барнс, Виктор и, разумеется, мой сын, как и многие сотрудники здесь, очень хорошо о тебе отзывались, — Чак сложил руки домиком на столе, и Дин немного удивился тому, насколько похвально тот о нём говорил. — Теперь поговорим о твоём будущем. Мы уже кратко обсуждали это раньше, но я хочу подробно объяснить, что будет дальше. Марв, наш специалист по базам данных, прогнал твой профиль через национальный реестр. Я уже изучил результаты. Обычно я выбираю трёх наиболее подходящих Доминантов и отправляю им профиль сабмиссива, чтобы узнать, заинтересованы ли они. Следующий этап — собеседования. Завтра эти Доминанты приезжают в центр, встречаются с тобой, и ты решаешь, с кем хочешь продолжить. Дин сглотнул тяжёлый ком в горле, думая о том, придётся ли ему вообще проходить через всё это, если он уже знал, что хотел Кастиэля. — Как я уже говорил тебе раньше, обычно для успешной пары мы ищем совпадение минимум в семьдесят пять процентов. Для низкоуровневых Доминантов и сабмиссивов иногда подходят и меньшие показатели, но в случае людей высокого уровня, как у тебя, совпадение должно быть значительно выше, иначе вероятность провала резко возрастает. Для тебя у меня есть три Доминанта, все они заинтересованы в контракте с тобой, и на завтра я уже назначил встречи, — Чак взял ещё одну небольшую стопку папок. — А как же Кастиэль? — спросил Дин, чувствуя, как нервы мгновенно подскочили. — Это как раз следующий вопрос, который я хотел тебе задать, Дин. Как основатель «Чистилища», я прежде всего обязан действовать в интересах наших сабмиссивов. Ты хочешь сейчас обсудить результаты реестра только со мной или предпочитаешь, чтобы я пригласил моего сына, и мы поговорили втроём? — Чак улыбнулся, видимо считая эту улыбку успокаивающей. — Я бы хотел, чтобы он был здесь, пожалуйста, — выдавил Дин. Ему отчаянно хотелось схватить папки со стола Чака и самому убедиться, что среди них есть Кастиэль. — Хорошо. И пожалуйста, не волнуйся, Дин, Кастиэль действительно среди этих файлов. Но прежде чем двигаться дальше, нам нужно обсудить несколько вещей, хорошо? Дин кивнул, шумно выдохнул и попытался хоть немного успокоиться. Чак быстро набрал сообщение, и уже через пару минут в дверь кабинета вошёл Кастиэль с ярким, полным надежды взглядом. Дин с трудом удержался от желания вскочить и буквально наброситься на него. Кастиэль быстрым шагом подошёл и сел рядом, сразу протянув ему руку. Одно это прикосновение мгновенно подействовало успокаивающе, и Дин понял: что бы ни сказал Чак, они справятся, пока Кастиэль будет среди этих вариантов. — Здравствуй, сын. Спасибо, что пришёл. Я уже рассказал юному Дину о его прогрессе и о следующих шагах по подбору Доминант-контракта, — Чак выглядел немного нервным. Кастиэль сжал руку Дина. — И насколько хорошо мы совпали? — наконец спросил он то, что вертелось у самого Дина на языке. — Именно это нам и нужно обсудить. И сейчас я говорю как отец: я хочу того, что сделает моего сына счастливым, а всё во мне говорит, что это ты, Дин. Ваш процент совпадения в системе составил семьдесят четыре целых и пять десятых, — Чак взял папку и подвинул её через стол. Кастиэль отпустил руку Дина и быстро схватил папку, нахмурившись, пока читал результаты. — Всего семьдесят четыре? Ты уверен? — он поднял взгляд на отца, и от выражения его лица у Дина скрутило желудок. — Да. Я попросил Марва пересчитать всё дважды, просто чтобы убедиться, зная, насколько это важно для тебя, сын, — Чак виновато улыбнулся. — Но семьдесят четыре — это ведь не так уж плохо, да? Это всего на процент меньше хорошего совпадения. И мы уже знаем, что идеально подходим друг другу, — вмешался Дин. — Да, Дин, ты прав. В прошлом у нас уже были пары с пограничными показателями. Если, узнав всё, вы всё равно захотите заключить контракт, мы можем это устроить, хорошо? — заверил его Чак. Дин почувствовал некоторое облегчение, но по напряжённым плечам своего Дома понял: Кастиэль вовсе не был так уверен. — Дин, в системе есть ещё три Доминанта, с которыми у тебя совпадение. Первый — Ник Морнингстар. Совпадение семьдесят девять процентов, живёт примерно в сорока пяти минутах от твоего дома, — Чак подвинул папку к Дину, но тот даже не притронулся к ней. Ему не нужен был другой Доминант. Ему нужен был Кас. Чак невозмутимо продолжил: — Второй — Зик Гадриэль, восемьдесят два процента совпадения, живёт примерно в часе езды от тебя, — он положил вторую папку поверх первой, но Дин лишь мрачно уставился на стол, отказываясь признавать эту бессмысленную трату времени. — И наконец, Доминант по имени Каин Найт. Совпадение девяносто три процента. К тому же он живёт всего в двадцати минутах от твоего дома. Он рано вышел на пенсию после продажи основанной им компании и сейчас владеет фермой в Су-Фолс. Его прежняя сабмиссив умерла от рака, но он очень заинтересован в знакомстве с тобой. Дин стиснул зубы, стараясь не сорваться. — Я вообще не понимаю, зачем мы тратим время на этих Доминантов. Кастиэль хочет меня, я хочу его, всё, вопрос закрыт. Давайте подпишем эти чёртовы бумаги и избавим этих парней от поездки сюда, — он скрестил руки и повернулся к Кастиэлю. Его Дом сидел неподвижно, почти без эмоций на лице. — Кас? — в собственном голосе Дину слышалась тревога, и он ненавидел это. — Он прошёл проверку биографии? — спросил Кастиэль ледяным тоном, беря верхнюю папку и просматривая бумаги. — Разумеется. Иначе я бы его даже не упомянул, — ответил Чак. — Кас, это какой-то бред. Почему тебя вообще волнует этот парень? Есть только ты и я, ясно? — Дин повернулся к нему, чувствуя, как внутри закипает злость, пока Кастиэль продолжал читать. — Он пчеловод? — произнёс Кастиэль так, будто это имело хоть какое-то отношение к происходящему. — Да кому не похуй? — Дин резко поднялся, больше не в силах сидеть спокойно. — Спокойнее, Дин. Мы просто обсуждаем твои варианты. Я хочу для тебя лучшего, и уверен, Кастиэль тоже, — попытался успокоить его Чак, но Дин видел только одного Доминанта в этой комнате, и этот Доминант сейчас упорно избегал на него смотреть. — Кас! Посмотри на меня, чёрт тебя дери! — рявкнул Дин, выхватив папку у него из рук и с грохотом швырнув её на стол. — Папа, не мог бы ты оставить нас на минуту? — голос Кастиэля звучал пугающе спокойно и совершенно безэмоционально. — Конечно. Что бы вы ни решили, я вас поддержу, — Чак поднялся, проходя мимо Кастиэля, сжал его плечо и вышел из кабинета. — Дин, пожалуйста, сядь, — попросил Кастиэль. Он почти никогда не просил. Он говорил, что делать. Сейчас он вёл себя не как Дом. Он вёл себя, как какой-то посторонний человек. — Нет. Ты сейчас же объяснишь мне, почему вообще смотришь в эту грёбаную папку. Я думал… думал, мы оба хотим одного и того же, — голос у него сорвался, а грудь будто сжало тисками. Ему хотелось, чтобы Кастиэль заставил его успокоиться, усадил обратно в кресло и помог взять себя в руки, потому что сам он уже не справлялся. Кастиэль только поднял на него печальный взгляд. — Девяносто три процента, Дин. Это практически неслыханно. За всю карьеру я видел лишь несколько таких совпадений, — его голос звучал совершенно разбитым, и от этого Дина начинало мутить. Всё внутри кричало, требовало найти способ угодить Кастиэлю и исправить это. — Слушай, мне плевать на этого мужика, ясно? Я хочу тебя. Тебе я отдаю своё подчинение. Ты тот… тот, кого я люблю, — от признания у него едва не перехватило горло. Кастиэль закрыл лицо руками. — Я тоже люблю тебя, Дин, — хрипло прошептал он. Тогда Дин опустился на колени и подполз ближе, кладя руки ему на икры, отчаянно нуждаясь в прикосновении. — Тогда нахуй эти цифры, Кас. Есть только ты и я. Мы справимся, — он пытался поймать его взгляд, но Кастиэль смотрел только себе на колени. — Но как я могу так поступить с тобой? Дин, я не могу лишить тебя идеального совпадения. Если мы останемся вместе, ты можешь снова заболеть. Я могу оказаться не способен удовлетворить твои потребности. У нас совпадение даже ниже минимального. А этот человек… он может дать тебе всё, что тебе нужно, — в голосе Кастиэля было столько боли, что у Дина скрутило живот. — Ты и есть всё, что мне нужно, Кас. Я никогда не был счастливее и здоровее, чем рядом с тобой, — Дин не понимал, почему эти чёртовы цифры значили для Кастиэля так много. — Ты этого не знаешь, Дин. Вспомни хотя бы, как я уже причинил тебе боль. Твоё лицо, когда ты увидел меня с тем сабом. А если я не справлюсь? Если не смогу стать тем, кто тебе нужен, а этот человек найдёт кого-то другого? Как я могу отнять это у тебя? Ты заслуживаешь целого мира. Заслуживаешь лучшего Доминанта, который будет любить тебя, заботиться о тебе и быть рядом, когда ты нуждаешься в нём. Я не стану мешать тому, что для тебя лучше. Не могу, — Кастиэль резко поднялся, оттолкнув кресло, и отошёл от Дина, оставляя его руки хватать пустоту. — Кас, не делай этого, малыш. Этот другой парень для меня ничего не значит, — Дин почувствовал жжение в глазах. — Ты должен попробовать. Нельзя просто отвернуться от идеального совпадения. Ты должен хотя бы попробовать! — почти выкрикнул Кастиэль. Дин поднялся с колен, сдерживая слёзы, пока злость и боль жгли его изнутри. — Я ничего никому не должен. Кастиэль подошёл к столу и поднял одну из бумаг — фотографию Дина, ту самую, что Чак показывал ему раньше. Кас долго смотрел на изображение больного, измученного человека, которым Дин был несколько месяцев назад, и в его лице читалась твёрдая решимость. — Никогда больше, Дин. Я больше никогда не позволю тебе дойти до такого состояния. Ничто не важнее твоего здоровья и благополучия. Даже я, — он положил фотографию обратно. — Тогда я приму решение за нас обоих. Я убираю себя из реестра, Дин. Это для твоего же блага, — Кастиэль расправил плечи, сжав руки в кулаки так сильно, что побелели костяшки. — Знаешь что? Пошёл ты, Кас! — Дин чувствовал, как ярость выжигает боль дотла. — Ты грёбаный лжец. Если ты этого не хотел, не нужно было водить меня за нос. Скажи прямо сейчас. Скажи, что не хочешь меня. Скажи, что ты не мой Дом. Давай, скажи это, и я сообщу Чаку, что завтра уезжаю с Каином. И на этом всё. Лицо Кастиэля стало холодным, как камень, когда он нанёс удар, от которого у Дина будто всё внутри умерло. — Я больше не твой Доминант, Дин. — Надо было догадаться, — хрипло выдавил Дин. Казалось, его с размаху швырнуло в стену: секунду назад все мечты были почти у него в руках, а теперь их вырывали с мясом. — Семидесяти четырёх процентов для тебя недостаточно. Я недостаточно хорош для тебя. Ну и отлично, больше я тебя не побеспокою. Можешь больше никогда меня не видеть… жалкого прилипчивого саба, — прорычал он. — Пожалуйста, не… — начал Кастиэль, но Дин уже не мог это выдержать. Он не собирался разваливаться на части у него на глазах. Он прошёл мимо Кастиэля и, чувствуя, как по лицу текут слёзы, просто позволил ногам унести себя прочь.