Заклятье 845-го

***

Ангелина . — Лили! — крикнула я, подбегая, чтобы подхватить её. Голова шла кругом от переживаний. Ноги так дрожали, что я и сама рухнула на колени, но всё ещё крепко держала Лили. В тот же миг дверь камеры открылась. В проёме возникла девушка в очках. Я инстинктивно прижала подругу к себе сильнее. «Я не знаю этих людей, нельзя им доверять, надо её защитить» — эти слова бесконечным эхом отдавались у меня в голове. Девушка присела на корточки. — Успокойся, я просто хочу её осмотреть… Её голос немного успокоил меня. Я слегка ослабила хватку. Девушка, кажется, пыталась нащупать пульс. — Она очень слаба, ей нужен осмотр. С момента, как Лили увезли, прошло меньше пяти минут. Я понимала: здесь всё небезопасно. Небезопасно находиться, небезопасно доверять, небезопасно что-либо рассказывать. Я безумно винила себя за то, что согласилась на этот эксперимент… За то, что не отговорила, не подумала о таком исходе. Но, кажется, другого выхода у меня не оставалось. И вот я стою перед высоким блондином. Кажется, его звали Эрвин… Эрвин Смит. — Твоя подруга будет в порядке. Мне нужно, чтобы ты ответила на мои вопросы. Я молча смотрела ему в глаза, пытаясь скрыть, как сильно переживаю на самом деле. «Успокойся, успокойся, спокойствие и только спокойствие». Я ничего не ответила. Он понимал, что выбора у меня нет — придётся говорить. — Кто вы и что делали за стенами? Он сказал это серьёзно; в его голосе не было ни капли осуждения или агрессии. — У меня тот же вопрос, — так же спокойно парировала я. Мы продолжали смотреть друг другу в глаза. Со стороны это могло показаться решительностью, но на деле я отчаянно пыталась придумать хоть что-то правдоподобное. Мне нужно было завоевать его расположение… — Я — Эрвин Смит, командующий Разведкорпусом. Девушка, что была со мной, — Ханджи Зое, командир и научный эксперт. Мужчины, что привезли вас, — капитан Леви и Майк, высококлассные солдаты. Наша задача — истреблять титанов, исследовать мир за стенами и многое другое. У нас нет цели вредить вам. Нам просто нужно знать, кто вы. Мы по-прежнему смотрели друг на друга, но теперь это не казалось таким напряжённым. — Я ответил на твой вопрос. Теперь ответь ты на мой, — сказал командир, слегка жестикулируя. Времени на раздумья не было, но в голове уже начала вырисовываться удачная мысль. — Меня зовут Ангелина, мою подругу — Лили. Я не могу рассказать вам всего, но могу сказать одно: мы можем быть вам полезны. Я произнесла это уверенно и, по сути, не солгала. — Меня не интересует ложь. Мне нужна правда, — он не договорил, я перебила. — Я говорю чистую правду. Разве вам не интересно, как мы оказались за стенами? — Тогда расскажи мне всё, — его тон стал серьёзнее. Но ни одна мышца моего лица не дрогнула: я не боялась, я была уверена, что смогу добиться своего. — Я не могу этого сделать. Я не уверена, что могу вам доверять, так же как и вы — нам. Как мне убедиться, что после моего рассказа вы не убьёте нас? — Я тебя понял… — он казался задумчивым. Кажется, мне удалось его заинтересовать. — Можешь идти. Я распоряжусь, тебя поселят в казарму. У меня к тебе много вопросов, но ты выглядишь уставшей и испуганной. Отдохни и явись ко мне после полудня. Его голубые глаза, казалось, пронзили меня насквозь. Я развернулась, собираясь уходить, но замешкалась. — Что будет с Лили? — Её также разместят в одной из казарм и окажут медицинскую помощь. — Спасибо, — и это всё, что я смогла выжать из себя. Впервые за всё время пребывания в этом месте мне стало по-настоящему спокойно. Командующий сдержал слово: мне действительно выделили комнату. Не успела я переступить порог казармы, как сразу же познакомилась с соседками. Со мной в комнате были Микаса, Криста и Саша. Мы обменялись банальными приветствиями и именами. Я отвечала им приветливой улыбкой, хотя внутри чувствовала себя последним дерьмом. У меня даже сменной одежды не было… «Сука», — в который раз пронеслось у меня в голове. И это, увы, была не единственная моя проблема. «Эрвин сказал прийти. Нужно выходить». Поправив волосы, я спросила у Кристы, как пройти к командующему Разведкорпусом. Она показалась мне ангелочком — добрая, нежная и ласковая, Криста подробно объяснила дорогу. Я поблагодарила её и поспешно ушла. Не хотелось опаздывать к человеку, который мог одним лишь словом решить мою судьбу. Хотя он таким и не казался. Но это было неважно. Я не могла доверять лишь одному «казалось». Я его не знала, но знала одно: во мне была решимость, и я любой ценой добьюсь расположения этих людей. Другого выхода не было. Похоже, мы отсюда уже не выберемся… Я тряхнула головой, пытаясь отогнать мрачные мысли.

***

Вот я стою перед его дверью. «Надо дёрнуть чёртову ручку. Ну же, Ангелина, дёрни эту ёбаную ручку!» Моя ладонь дрожала. Я отдавала себе отчёт, что от этого разговора зависит наше будущее. «Как же, сука, страшно». «Да к хуям всё это!» — сказала я себе и дёрнула ручку. Я вошла в кабинет. Всё здесь казалось идеальным — каждая вещь на своём месте. Книжные шкафы, стол, заваленный бумагами. За ним сидел он. Его взгляд по-прежнему пронзал насквозь. Он с интересом наблюдал за мной, словно пытаясь понять, нервничаю ли я. Да, нервничаю. Покажу ли я это? Ни за что. — Здравствуй. Присаживайся. Мне будет интересно тебя послушать. После этих слов мне впервые захотелось закурить. Казалось, вот-вот грохнусь в обморок от напряжения. «Спокойствие и умиротворение, Ангелина, спокойствие и умиротворение». — Благодарю, — коротко бросила я и села в мягкое кресло рядом со столом. — Во-первых, хочу сказать: как бы странно, необычно или бредово ни звучало то, что я скажу, — это чистая правда. Мне нет смысла выдумывать. Он посмотрел на меня с ещё большим интересом. — Продолжай, я выслушаю, — произнёс он серьёзно, внимательно вглядываясь в меня. — Я… Мы не из этого времени. Мы жили в 2025 году. Опережу ваш главный вопрос: нет, в нашем времени титанов не было, и, не попади мы сюда, мы бы никогда о них не узнали. Объясню, как мы оказались в вашем времени. Мы… ведьмы, если так можно выразиться. Обладательницы сверхчеловеческих способностей. Мы решили перенестись в прошлое, чтобы выйти на новый уровень. Это должно было быть похоже на сон: мы здесь, но ничто не может нам навредить. К нашему сожалению, всё пошло не по плану, и во время ритуала произошёл сбой. Мы осознали это, когда титан нанёс мне ранение. Я замолчала, внимательно изучая его реакцию. В его глазах читалось недоверие, и я это ясно чувствовала. Нужно было как-то доказать ему это. Решила отложить эту мысль на потом — Перейду к тому, как мы можем быть вам полезны. Мы обладаем знаниями, которые вам даже не доступны. Мы с Лили сильно отличаемся от вас. Не забывайте, эволюция на вас не остановилась. Поверьте, мы очень наблюдательны, и наши советы могут вам сильно помочь. Лили, в свою очередь, — врач. Она сможет помогать раненым, в том числе и солдатам. Она знает о медицине то, что вы узнать пока не можете. В этот миг я почувствовала свою власть и поняла, что у него теперь один выход. Закинув ногу на ногу, я продолжила: — Поверьте, она это сделает. Я видела, как она смотрела на раненых солдат, и ни за что не поверю, что она не захочет им помочь. Но самое главное: строение титанов несильно отличается от человеческого. Ей не составит труда найти их слабые места, чтобы обездвижить. Да и в целом она очень умна. Я же, в свою очередь, — отличный солдат. У меня хорошая физическая подготовка, я год провела в месте под названием «армия», где меня учили воевать. И я, несмотря ни на что, буду спасать людей, оказавшихся в опасности. Это мой принцип, и раньше это было моей обязанностью. Я знаю, о чём говорю, господин командующий. Я стану для вас отличным и преданным воином. Меня переполняла такая уверенность, что я вскочила, упёрлась руками в стол и стала убеждать его в том, во что его разуму было невозможно поверить. — Я никогда не предам и не позволю своим ближним умереть. Умру за них, но не дам им навредить. Я готова вступить в Разведкорпус и защищать людей от титанов. Готова защищать своих ближних и тех, кто за стенами. Он молчал. Казалось, всё ещё не мог поверить в услышанное. По привычке я потянулась к карману, где у меня лежал под. Нащупав его пальцами, я засунула руку в карман и… ПОД! ПОД!!! У них в таком времени этого нет! На моём лице тут же расцвела улыбка. Эрвин посмотрел на меня с подозрением. Я достала устройство и чуть ли не швырнула его на стол. — Это называется «под». Курительное устройство из моего времени. В нём нет табака, но есть никотин. В него заливают жидкость, в которой он и содержится. Жидкость бывает разных вкусов. Эрвин то поднимал глаза на меня, то опускал их на под. Проморгавшись, он потер глаза и наконец решился что-то сказать. — Я тебе верю. Мне нужно время, чтобы всё обдумать. Возвращайся в казармы, я сообщу тебе своё решение завтра. Я поспешно забрала под со стола. — Спасибо, господин командующий. Тёпло улыбнувшись, я вышла из кабинета. Готова была прыгать от счастья. Я смогла. Эта мысль согревала сердце и успокаивала. Вернувшись в казармы, я зашла в комнату и повалилась на кровать. В помещении была только Криста. — Ты вернулась такая счастливая. Случилось что-то хорошее? — спросила она с милейшей улыбкой. — Да, Криста. Я, кажется, всего лишь словами изменила своё будущее, — глядя в потолок, я снова широко улыбнулась. — Звучит здорово, я рада за тебя. Конечно, она ничего не поняла, но, казалось, была искренне рада за меня. — Спасибо, — бросила я и закрыла глаза. Этот день изрядно вымотал меня. Я снова и снова прокручивала в голове свой рассказ Эрвину. Вспоминала и всегда останавливалась на том моменте, где я встаю, убеждаю его, а он с ещё большим интересом смотрит на меня…

***

Лили. Приходя в сознание, я зажмурилась, и в моём мозгу теплилась лишь одна надежда: вот я открою глаза и окажусь дома на полу. Но когда я с трудом разлепила веки, то увидела старый потолок. Боли в теле не было, но я чувствовала, что давление явно повышенное, а также сильную усталость и, возможно, в какой-то мере алекситимию. Ноги всё ещё были ватными, голова раскалывалась, точно после тяжелейшего похмелья. Осмотревшись, я увидела маленькую тумбочку рядом с кроватью. На ней заботливо лежали тарелка с остывшей кашей и чай. На руке был катетер, но самой капельницы не было. Приподнявшись, я разглядела кое-что ещё на тумбе: мой под и жидкость для него. По телу пробежал холод; я, кажется, на миг забыла дышать. Но в комнате я была одна, что явно было моим козырем в рукаве. Я встала и начала искать хоть какие-то зацепки. Нашла инфузионную стойку с тем самым раствором, что мне вводили. Подойдя ближе, я стала читать. — Глюкоза и хлорид натрия… Ну, спасибо, что хотя бы в медицине вы что-то знаете, — пробормотала я и стала искать дату изготовления. Мне показалось странным, что почерк и в целом написание были незнакомыми, но я понимала слова и могла их читать. Сейчас было явно не до этого. Я была благодарна хотя бы за это. — 20.06.845… Какого…? Я попятилась назад, споткнулась о собственную ногу и рухнула на кровать. Я сидела в раздумьях, и казалось, будто пролетели одновременно и вечность, и секунда. В комнату вошла та самая девушка в очках. — Привет, как самочувствие? — А? — я не сразу расслышала её. — Как себя чувствуешь? — переспросила она. — Я… лучше. Спасибо за физраствор… Она поправила очки и посмотрела на меня с интересом. — Откуда ты знаешь, что это? — приподняв бровь, спросила она. — Я сама врач… — ЧТО?! Серьёзно? И по какой специальности? — девушка резко оживилась, словно с ума сошла. — Ну, сначала отучилась на медсестру в шестнадцать, а потом пошла на хирурга, психиатра и эндокринолога. — Что… Что такое эндокринолог? Никогда не слышала о таком… — Эндокринолог… Как бы полегче объяснить… Это врач, который занимается диагностикой, лечением и профилактикой заболеваний эндокринной системы. То есть системы, что включает железы внутренней секреции, вырабатывающие гормоны. Гормоны регулируют работу всего организма: обмен веществ, рост, репродуктивную функцию, уровень сахара в крови и многое другое. — Интересно… Думаю, мы с тобой найдём, чем заняться. Мне бы хотелось узнать об этом больше, но сейчас не об этом. Скажи… ты очень лёгкая. Сколько ты весишь? — Ой… ну, всегда по-разному. То 42, то 43. Если плотно поем, то и все 44, — спокойно ответила я. — СКОЛЬКО?! Ты вообще ешь или только воздухом питаешься? — Питаюсь, конечно… достаточно сбалансированно. — У нас все девушки весят минимум 50… Ты не чувствуешь себя ослабленной? — Нет, вроде… Мы пообщались ещё немного. Я узнала, что её зовут Ханджи Зое. Она пообещала встретиться со мной ближе к вечеру в лаборатории, чтобы я могла дать ей несколько советов по эндокринологии. И, не знаю, чёрт меня дёрнул, но я согласилась. С ней было спокойно и хорошо. Да и если я могу им чем-то помочь, то мой долг как наставницы и ведьмы — обучить тому, чему научилась сама когда-то. Ханджи сказала, что, когда я буду готова, могу пойти в кабинет капитана Леви и узнать у него, где моя казарма, объяснила, как найти его кабинет, сняла катетер и, попрощавшись у двери, ещё раз по-своему, немного безумно, улыбнулась и ушла. Она выглядела настоящей. В ней не было показушности, пафоса или попыток надеть маску. На душе от этого стало светло и приятно. Она не боялась осуждения, да и, по её рассказам, в общении здесь этого нет: нет лицемерия, и никто никого не судит за то, какой он есть. Это вызывало уважение и приятное чувство тепла в груди. Собравшись с мыслями и приняв, что всё это неизбежно и я, видимо, уже не вернусь домой, я встала, заправила постель, схватила подик и жидкость, затянулась и вышла на поиски кабинета капитана Леви. Побродив по коридорам, я наконец дошла до нужной двери. Постояв немного, я сказала себе: «Ну… терять уже нечего. Так что бери сиськи в руки и в бой, Лили». Я постучала несильно. Из-за двери послышался тихий и усталый голос: — Входите. Я медленно открыла дверь. В нос ударил запах чистоты. — Который час? — спросила я. Леви, сидя над какими-то бумагами и не отрывая от них взгляда, проворчал: — Для этого пришла? Три часа дня. Или ты, помимо того, что глухая, ещё и слепая? — всё так же не поднимая головы, он указал рукой на стену сзади себя, где висели часы. — Раз сейчас день, тогда добрый день, — выдохнула я. — Мисс Ханджи попросила зайти к вам узнать, где будет моя казарма. Он наконец поднял голову и посмотрел на меня, слегка прищурившись. — Присядь, — он указал на стул напротив. Я села в ожидании. Он отложил бумаги, взял какую-то папку и начал говорить: — Твоё полное имя и фамилия? Я сглотнула. Всё-таки я не доверяла им. — Ты не знаешь, как тебя зовут? — в его голосе послышались нотки раздражения. Уже полностью потеряв надежду и смысл скрываться, я начала говорить: — Лилит Морвейн, но запишите меня как Лили. — Лилит, значит… — он повторил имя, будто пробуя его на вкус. — Интересное имя. — Сочту за комплимент, — сказала я. — Дата рождения? — 8 мая. — Год, — он смотрел на меня, как на тупую дуру, с явным раздражением. Быстро рассчитав в уме, я ответила: — 820-й. — Тебе 25? Выглядишь моложе, — бросил он. — Спасибо, — я попыталась улыбнуться. — Это не комплимент, а констатация факта. — Ладно… — Твоя комната в конце коридора. — Спасибо… капитан Леви. Он не успел кивнуть, как я уже вышла. Повернула голову направо и увидела свою дверь. Десять тысяч раз прокляла всех за то, что моя казарма оказалась сразу после его кабинета. Войдя внутрь, я не увидела ничего необычного: кровать, стол, шкаф и стул. На кровати аккуратно лежала стопка одежды. Подойдя ближе, я взяла её в руки. Приглядевшись, я узнала ту же форму, что носили все в этом месте. Пока решила с ней повременить. Я вышла из казармы и направилась осматривать штаб в поисках Ангелины. Пройдя все этажи, я никого не нашла, зато обнаружила нечто вроде кладовки. Там лежали старые ненужные вещи и принадлежности для уборки. Подумав немного, я взяла всё, что показалось мне симпатичным и полезным, и отправилась обратно в свою комнату. Я не знала, зачем я это делаю, но уборка и обустройство своего угла успокаивали меня и отводили от тяжёлых мыслей. Я решила, что ничего страшного — эти вещи явно никому не были нужны, раз валялись здесь в пыли. Да и в комнате я была одна. Проблема была в другом: мне нужна была вода… Я вышла на улицу в поисках бочки или колодца. Обойдя весь штаб, я заметила Армина. Подойдя и подозвав его, я застала его врасплох. — Привет… — сказала я немного неуверенно. — Привет. Тебе лучше? Весь штаб только и говорит что о тебе с твоей подругой. Говорят, ты в обморок упала. Всё в порядке? — Да, уже лучше. Ты не мог бы помочь найти воду? Хочу прибраться, а воды нигде нет… — А… Конечно. У нас недавно воду отключили, завтра должны включить. А пока берём из колодца. Идём. Я пошла за Армином с ведром в руках. Я наполнила ведро, а остальное хотела вылить обратно. — Эй, зачем выливать? — спросил Армин. — Боюсь, целое ведро не смогу донести… А вот половину — ещё как-нибудь да смогу. — Не сможешь?.. — Армин слегка скептически нахмурился. — Давай тогда помогу… — Благодарю, — я улыбнулась ему уже чуть свободнее и увереннее, чем раньше. Армин донёс ведро до моей комнаты. — Ты рядом с капитаном живёшь? — Да… а что такое? — Ничего. Просто тебе тогда не повезло. Да и эта комната раньше всегда пустовала. Я думал, тебя, как и почти всех, поселят на первом этаже. — А кто на втором? — посмотрела я на него с недоумением, качая головой. — Ну, здесь капитан Леви и его отряд, кроме Петры и Оруо. Здесь же туалет, ванная, комната командира и… ты. — М-м… ну… я не стану оспаривать решение вашего капитана или командира. В случае чего — меня переведут, — спокойно бросила я. Армин кивнул и скрылся, а я принялась за работу. Спустя два часа комната начала мне нравиться больше. Кровать была застелена уже не абы-как, на столе стоял подсвечник на три свечи, на полу — тёмно-зелёный ковёр, цвета плащей людей, которых я здесь встречала. Но, кажется, я возненавидела этот ковёр больше всего на свете — почти всё время я потратила на то, чтобы вычистить его от пыли и вернуть былую насыщенность цвета. Но результатом я была довольна. На подоконнике стояла что-то похожее на хрустальную вазу, в которой так не хватало цветов, но это было решаемо. Я вспотела и решила надеть хотя бы верх из выданной мне формы. Рубашка сидела хорошо, но немного висела на мне из-за худобы. Я решила подвязать её низ, создавая нечто вроде топа чуть выше пупка. Посмотрела в зеркало, слегка склонив голову набок. — Красиво. Не вульгарно, оригинально и, главное, удобно… Вроде всё нормально. И я вышла — на поиски подруги или хотя бы Ханджи. Было странно: обычно я не слишком общительна, но сейчас я переживала за Ангелину, это раз, а во-вторых, мне так хотелось избавиться от тяжёлых мыслей… Ханджи очень в этом помогала.