Каникулы аристократов

Солнечный свет заливал ухоженные газоны поместья Малфоев, превращая каждую каплю росы в крошечный алмаз. Девушки, смеясь и болтая без умолку, шли по серебристой тропинке, убегавшей от главного дома вглубь владений. Воздух был наполнен ароматом свежескошенной травы и далеких цветущих полей. Предвкушение чудесного, ничем не омраченного дня витало в воздухе. Их целью был старый ангар, скрытый за рощей вековых дубов, где, по словам Астории, хранились «развалюхи» — велосипеды, купленные много лет назад родителями, когда те были немногим старше своей дочери. Гермиона с улыбкой слушала подругу, которая с жаром доказывала, что поездка на этих раритетах будет куда авантюрнее и веселее, чем на современных моделях, которые миссис Малфой непременно заказала бы, узнав об их планах. — Так, бери этот, — скомандовала Астория, указывая на внушительный вид мужской велосипед с высоко поднятым рулем. — На нём когда-то рассекал папа. Сейчас поищу мамин. Ангар встретил их прохладой и запахом старого дерева, масла и пыли. Лучи света, пробивавшиеся сквозь щели в ставнях, выхватывали из полумрака замысловатые очертания забытых предметов: садовой мебели, покрытых брезентом картин, сундуков с непонятным содержимым. — Тебе помочь? — предложила Гермиона, с любопытством оглядывая это царство забвения. — О нет, совершенно не нужно! Я взрослая самостоятельная леди и справлюсь с этим сама! — с пафосом заявила Астория, изящно положив ладони на талию. Гермиона лишь усмехнулась, вспомнив, как буквально несколько дней назад эта же «леди», задрав курносый носик, с жаром доказывала Тео, что она «совсем не леди». — Нашла! — радостно воскликнула Тори, ее голос прозвучал громко в тишине ангара. Она подняла руку, пританцовывая на месте. — Осталось его как-то достать из-под этого хлама… Взгляд Гермионы скептически скользнул по хлипкой конструкции из старых ящиков и картинных рам, за которой прятался второй велосипед. Отложив свой, она сделала решительный шаг вперед. — Мисс Грейнджер, если вы сделаете ещё шаг, мне придётся на вас обидеться! — заявила блондинка, но в ее глазах прыгали озорные чертики. Гермиона с недоверием посмотрела на подругу, но, скрепя сердце, сдалась. Она отступила, с комичной торжественностью подняв руки вверх. — Вот бы сразу так, — победоносно улыбнулась Тори. Уверенно лавируя между расставленными коробками, она ухватилась за руль и сиденье велосипеда. Потянув его на себя, Астория начала осторожно отступать, но ее нога вдруг наткнулась на давно выпавшую и сливавшуюся с цветом пола мраморную статуэтку амура. С громким «Ой!» она чудом удержала равновесие, но велосипед с грохотом рухнул на пол, из-за чего от него отлетел злополучный руль. — Вот чёрт! — Леди так не выражаются, мисс Малфой, — не удержалась от колкости Гермиона, поймав идеальный момент. Она смотрела на подругу с вызовом. — А я и не леди! — парировала блондинка, смешно вздёрнув тот самый носик и с вызовом посмотрела на подругу. Буквально через несколько секунд из ангара донесся громкий дружеский смех, который дарил особое тепло и создавал идеальный момент для памяти. Как только они вышли из помещения, сразу построили маршрут. Их путь лежал вниз по холмистой тропинке, петляющей меж изумрудных полей. Астория, которая честно призналась, что искусством езды на велосипеде владеет весьма посредственно, восседала на багажнике, смешно расставив ноги и вцепившись в плечи Гермионы. — Держись крепче! — крикнула та, почувствовав, как хватка ослабевает на особенно крутом вираже. — Я держусь! — в голосе девушки слышался и смех, и легкая паника. Гермиона крутила педали, ощущая, как ветер треплет ее волосы и забирается под легкую голубую летнюю ткань платья. Солнце припекало плечи, а впереди расстилалась бескрайняя, потрясающая своей простой красотой долина. После душных лондонских улиц и напряженной учебы это было чистым блаженством. Они строили планы на каникулы, наперебой выкрикивая идеи, которые тут же подхватывал ветер: покататься по окрестностям, разбить палатку, смотреть фильмы под открытым небом (только не ужастики, это было железным условием Астории), изучить домашнюю библиотеку Малфоев, съездить в Суиндон. Гулять, дышать полной грудью и наслаждаться свободой. Вскоре Гермиона решила остановиться, уперев ногу в землю. Пока Тори неуклюже слезала, она огляделась и ахнула. Они стояли на краю огромного поля, часть которого была сплошь усыпана белыми и желтыми цветами. Казалось, неведомый садовник тщательно высадил их, создавая идеальный узор. — О, это же мамины любимые! — воскликнула Астория и, схватив подругу за руку, потянула ее за собой, совершенно забыв о бедном велосипеде, брошенном на траву. Грейнджер, смеясь, позволила увлечь себя в самую гущу цветущего моря. Она кружилась на месте, запрокинув голову к синему-синему небу, и не могла надышаться этим пьянящим ароматом. — Вау, это нереально красиво! — вырвалось у нее. Все вокруг напоминало иллюстрацию к старой доброй сказке: и гигантский замок, горделиво возвышающийся вдали на холме, и эта дикая, щедрая природа у его подножия. Не хватало лишь высокой башни с заточенной в ней принцессой и грозного дракона, охраняющего ее покой. Хотя на роль последнего у Гермионы уже был вполне конкретный, раздражающе надменный кандидат. Время потеряло свою власть над ними. Они лежали на спине в высокой траве, уставшие и безмерно счастливые, наблюдая за пухлыми облаками, медленно плывущими по небу. Мысли о скором ужине и возможном неудовольствии мистера Малфоя из-за их опоздания тревожили Гермиону, но Астория лишь махнула рукой, не позволяя ей подняться. — Когда приедут твой брат и мама? — спросила Гермиона, стараясь, чтобы вопрос прозвучал максимально нейтрально. Она не могла признаться вслух, что мысль о новой встрече с Драко заставляла ее внутренне сжиматься. Он задел ее за живое, наговорив кучу грубостей и удалился, словно был абсолютно прав. Хотя она знала, что это не так. — Должны успеть к ужину. Но Драко, наверное, поедет сразу к Тео и Блейзу и вряд ли вернётся домой на ночь, — ответила Астория, и легкая тень недовольства промелькнула на ее лице. — Блейз — это ещё один друг? — уточнила Гермиона. — Вы такая внимательная, мисс Грейнджер, — подтолкнула ее в плечо Астория и рассмеялась, приподнимаясь на локтях. — Он такой же, как твой брат? Или больше похож на Тео? Блондинка задумалась, устремив взгляд в небесную высь. — Ну, все они очень разные. Тео более чуткий, внимательный, но иногда ведёт себя как законченный эгоист. Драко… ну, ты сама видела — способен придумать себе проблему из ничего и с упоением раздуть ее до вселенских масштабов. Хотя, клянусь, это на него вообще не похоже. Обычно он скорее холоден и циничен, если ему что-то не нравится, но так, чтобы вступать в конфронтацию… Я такого за ним раньше не наблюдала. А Блейз… он серьёзнее, что ли, взрослее. Но по-своему придурок, пожалуй, побольше Тео. Гермиона понимала, что дружба не означает полного сходства характеров, но втайне надеялась, что ее первое впечатление о Драко было ошибочным, что под маской надменного сноба скрывается кто-то другой. — А твой брат со всеми так себя ведёт? Или мне выпала особая честь? — с лёгкой иронией и не самой веселой улыбкой поинтересовалась она. — Будущая госпожа судья… — протянула Астория. — Вообще-то, прокурор. Будьте внимательны, мисс Малфой, это крайне важно для дела, — парировала Гермиона, и обе снова залились смехом. Казалось, их общение наконец вернулось в прежнее, беззаботное русло, каким оно было до приезда в поместье. Астория с комичной торжественностью положила руку на сердце, а другую подняла вверх. — Клянусь говорить только правду, всю правду и ничего, кроме правды! Их жизнерадостный смех разносился по полю, развеивая последние остатки печали и напряжения в душе Гермионы. Если Драко и правда не появится, эти каникулы могли стать одними из лучших в ее жизни. Вернувшись в поместье с опозданием, чуть запыленные, с цветами в волосах и счастливыми улыбками на лицах, они оставили велосипед у входа и ринулись наверх, чтобы быстро переодеться к ужину. Они не думали о заботах и проблемах, которые окружали девушек еще утром. Сейчас все было иначе. Как-то легче. Выбрав наиболее подходящее платье из гардероба подруги (что далось ей с большим трудом), Гермиона вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь. Спустившись в столовую, она застала всю семью Малфоев в сборе. Настроение за столом витало странное: Астория и Драко смотрели друг на друга с откровенной прохладой, а их родители, не понимая причины напряжения, уставились на вошедшую брюнетку. — Добрый вечер. Прошу прощения за опоздание, — ее взгляд встретился с внимательным взором Нарциссы. — Я еще не совсем освоилась в доме. К ее удивлению, женщина не стала упрекать ее, а лишь мягко улыбнулась и жестом пригласила занять свободное место рядом с Асторией и напротив Драко. — Всё в порядке, милая. Это мне следует извиниться за свое поведение. Неделя выдалась крайне напряженной, но мы наконец подписали сложный договор. Искренность миссис Малфой сразила Гермиону наповал. Но больше всего ее поразило то, что Драко упорно не смотрел в ее сторону. Неужели они узнали, где она проходила стажировку? — Я даже не могу представить, насколько сложна ваша работа, — вежливо ответила Гермиона. — О, я обязательно расскажу тебе обо всех перипетиях. Если, конечно, тебе это интересно? — Нарцисса с лукавой, почти девичьей улыбкой подмигнула ей, вызывая одобрительный смех у Люциуса и Астории. Единственным, кто сохранял каменное выражение лица, был Драко. Он сидел, будто на стуле из гвоздей. — Драко, — Люциус неторопливо отпил из бокала с виски и обратился к сыну. — Тебе есть что сказать? Молодой человек сжал губы, провел языком по внутренней стороне щеки и медленно поднял голову, встретив взгляд отца. — Конечно, — его взгляд, тяжелый и неохотный, наконец скользнул по Гермионе, отчего у нее внутри всё похолодело. — Я приношу свои извинения за свое недостойное поведение за ужином. Я был неправ. Как выяснилось, ты проходила стажировку не в нашей компании, как это было принято раньше. Гермиона не знала, что ответить. Его извинения звучали формально, вымученно. Принять их значило простить отвратительное поведение, но отказать — проявить невоспитанность по отношению к хозяевам. — Благодарю, — сухо ответила она, стараясь сохранять вежливую улыбку, и потянулась к салату. — Завтра мы совершаем прогулку на яхте, — Драко продолжил, словно ничего не произошло, хотя по его неестественной позе было видно, как он дискомфортно себя чувствует. — Гермиона, Астория, вы составите нам компанию? Тори, с преувеличенной медлительностью пережевывая кусок мяса, смотрела куда-то в пространство, игнорируя брата. Проглотив, она наконец бросила на него вызывающий взгляд. — А кто там будет? Кроме тебя и твоей очередной спутницы? Нарцисса поперхнулась вином и сурово посмотрела на дочь. — Астория! — Разве я сказала что-то не так? Мы все прекрасно осведомлены, как и с кем проводит время мой обожаемый братец, — последние слова она произнесла слащаво-ядовитым тоном. — Кроме меня, Тео, Блейза и вас, если почтите нас своим присутствием, — никого, — холодно парировал Драко, и Гермиона заметила, как он нервно провел языком по нижней губе. Почему-то этот жест показался ей странно привлекательным. — Вот и славно, — Нарцисса обернулась к мужу, и ее лицо смягчилось. — Дорогой, у нас наконец-то выдался шанс провести время наедине. Она нежно наклонилась и поцеловала его в кончик носа, от чего он сморщился — точь-в-точь как их дочь. Гермиона, с застывшим на вилке кусочком мяса, лишь удивленно наблюдала за этой сценой. Неужели в таком огромном замке у них не было иного способа уединиться?

***

Следующее утро прошло в приятных хлопотах и легком хаосе. Астория с азартом врывалась в комнату Гермионы каждые двадцать минут, сметая всё на своем пути и закидывая подругу новыми и новыми нарядами — летящими платьями, шифоновыми туниками, льняными брюками и купальниками, от которых рябило в глазах. — Ты просто обязана что-то выбрать! — ультимативно заявила она, устроившись на кровати по-турецки и с видом эксперта окидывая критическим взглядом разбросанные вещи. Гермиона, сидя на корточках перед целой горой одежды, чувствовала себя скорее потерянной, чем обрадованной. — Понимаешь, ты и так уже сделала для меня слишком много, — осторожно начала она. — Ты пригласила меня в свой дом, твои родители невероятно гостеприимны… Я живу в комнате роскошнее любого пятизвездочного отеля, а этот гардероб… — она с благоговением указала на дверь гардеробной. — Мне и этого более чем достаточно. Ты слишком добра. Астория надула губки и с обидой отворачивалась к груде шелка и шифона. — Поняла. Ты просто стесняешься меня. Гермиона опешила от такой неожиданной трактовки. — Да ты что! С ума сошла? — она рассмеялась. Во взгляде блондинки снова заплясали знакомые чертики, и Гермиона наконец поняла, что ее просто ловко разыгрывают. — Ах ты ж, наглый манипулятор, Астория Малфой! — Ты же знала, с кем дружишь, — победно ухмыльнулась та и с новым энтузиазмом принялась составлять для подруги комплекты. — Драко сказал, что мы остаемся с ночёвкой, так что нужно подобрать еще и пижаму, — деловито бросила она через плечо, начиная упаковывать выбранное в огромную сумку. Грейнджер проигнорировала тот факт, что слова «подобрать» и «пижаму» были поставлены в одном предложении. Для нее это было непонятно — ведь можно взять любую из этих вещей, чтобы выглядеть как с обложки глянца. — Но я там почти никого не знаю… — слабо попыталась возразить Гермиона, чувствуя, как ее охватывает легкая паника. — Как никого? Ты знаешь меня, Тео и Драко. Блейз тоже классный парень, ты сразу найдешь с ним общий язык. Гермиона сглотнула и подошла ближе. — По-настоящему я знаю только тебя… И то, моя подруга скрывала такую весомую часть своей жизни. Астория бросила занятие и развернулась к ней. Ее лицо стало серьезным. Она не хотела снова начинать эту тему, ведь девушки вроде как уже все решили. Но раз от раза открывающиеся подробности ее реальной жизни заставляли смущаться и испытывать невероятное волнение. Фраза сама слетела с ее языка, и девушка в ту же секунду хотела затолкать ее обратно. — Ты права. Я вела себя некрасиво. Но, если честно, я просто боялась, что ты не захочешь дружить с такой вот, «аристократичной» мной, узнав правду. — Это глупо, Тори. — Я и сама это поняла. Но стало уже поздно, и мне было ужасно стыдно. — Я тебя люблю, понимаешь? — тихо сказала Гермиона. — И я тебя, — улыбнулась Астория, и они обнялись.

***

Дорога до порта, где, по словам Астории, стояли яхты «избранных», пролетела в напряженном молчании. Драко, сидевший за рулем мощного матового автомобиля с тонированными стеклами, демонстративно игнорировал присутствие Гермионы, уткнувшись в дорогу. Астория же, утомленная сборами, почти сразу мирно уснула на заднем сиденье. Шатенка украдкой изучала его профиль в полумраке салона: точёная линия носа, острые скулы, идеально уложенные светлые волосы. Даже простая темная рубашка сидела на нем безупречно, подчеркивая широкие плечи. Он был красив, чертовски красив, и было бы лицемерием отрицать это. Его холодная, отстраненная аура лишь подогревала интерес, что бесило ее еще больше. Внезапно его губы дрогнули. — Тебя не учили, что пялиться на людей — невежливо? Фраза прозвучала как удар хлыстом. Гермиона резко отвела глаза к окну, за которым уже неслись придорожные пейзажи. — Извини. — Извинения приняты, — произнес он, и ей показалось, что в его голосе промелькнула едва уловимая насмешка. Но это не вязалось с образом надменного сноба, сложившимся у нее за эти дни. Он скорее бы взорвался сарказмом, чем стал бы подтрунивать. В салоне снова повисла тягостная пауза, нарушаемая лишь ровным дыханием спящей блондинки. — Так значит, адвокатура? — неожиданно снова нарушил тишину его низкий голос. Через зеркало заднего вида на нее смотрели холодные серые глаза, казалось, видевшие ее насквозь. Ему правда интересно? Или это лишь способ заполнить неловкую паузу? А может, это новая уловка, чтобы снова вывести ее из себя? — Мг… — это был единственный нечленораздельный звук, который она смогла издать. Машина плавно затормозила на обочине, издавая характерный на брусчатке звук. Драко повернулся к ней всем корпусом, и кожаный салон мягко заскрипел от его движения. — Она будет спать до самого прибытия. Пересаживайся вперёд. Этот человек с каждой минутой становился для нее все большей загадкой. И Гермиона пока не могла понять, нравится ей это или пугает.