Женское воспитание

      — Тётушка Хэл! — Стив, громко хлопнув дверью, ворвался в дом с метлой на перевес.       Мокрый, в снегу с ног до головы, в расстегнутой мантии и с шапкой набекрень. Шарф сиротливо волочился следом, подметая пол. Ботинки… да что там ботинки, вся одежда была облеплена снегом. Но полу немедленно начали образовываться островки талой воды.        — М? — ведьма сидела у камина, листая книгу с яркими картинками, поправляя очки в тонкой золотой оправе и недовольно хмурясь.       Стив уже не в первый раз видел такие книги у неё — разной толщины, с яркими картинками и словами в белых облачках, завернутые старую газету. Но тетушка не давала их ни читать, ни просто рассмотреть. «Тебя расстроит любое моё объяснение, почему тебе не стоит их читать. И мой запрет будет несправедлив. Но мой ответ — нет. Пожалуйста, постарайся понять. И не обижайся на меня слишком долго, скоро обед».       Обижаться на тетушку не получалось, хотя книжки посмотреть хотелось. Но Стив решил, что сиюминутное любопытство не стоит испорченных отношений с ведьмой. Он чувствовал — такой поступок может разрушить нечто очень важное. Поэтому не пытался проникнуть в спальню, где тетушка хранила личные книги, или заглянуть через плечо, когда она читала. Тем более, что все другие книги — и волшебные и магловские, а так же журналы и газеты, были абсолютно доступны. Он мог читать что угодно и сколько угодно, а если чтиво оказалось непонятным или скучным — просто положить обратно в шкаф.       В отличие от дома Дурслей, где к книгам, выставленным в гостиной на обозрение возможных гостей, не позволялось даже просто подойти. «Испортишь еще своими штучками, дрянной мальчишка, брысь отсюда!»       — А расскажете мне про Хогвартс? А я правда буду там учиться? Именно для этой учёбы мне и понадобится наследство? Как думаете, на какой факультет я попаду?..       — Тихо, тихо, ребёнок. — Ведьма усмехнулась и отложила свою книгу, сняв очки.       Она окинула мальчика внимательным взглядом, особенно задержавшись на оторванной застежке мантии, перевязанных жутким узлом ботинках и солидной луже талой воды на полу. Стив смутился, немедленно взмахнул рукой, высушивая мокрые следы, скинул мантию, которая зашуршала на кухню и поставил «Черную стрелу» в угол. Разулся, щелкнул пальцами, отправляя ботинки шагать на кухню к сухому припечку, приманил тапочки и пригладил торчащие волосы.       И только потом устроился на толстом пушистым ковре у камина. К нему в руки тут же влетела большая чашка.       Так уж было заведено, что все разговоры — в гостиной, возле уютного огня, за кружкой какао с печеньем, с кошкой под боком и без лишней суеты. И правило это Стиву нравилось.       Ему вообще тут нравилось. И метла, и Пэмброк-хиллс и магия, окружающая на каждом шагу. С Рождества уже прошло несколько недель. Он научился летать — сначала во дворе, под наблюдением тетушки Хэл и кошки. Потом маршрут расширился до сада и примыкающего луга, ну а теперь ему было позволено самому летать в деревушку, но возвращаться до темноты. Зимние дни коротки, а заблудиться вечером даже в поле ничего не стоило.       Стив быстро завел себе приятелей среди местной ребятни. Вместе с ними бегал по улице, летал над полем, ел булочки прямо из печи и запивал горячим шоколадом. Тетушка давала ему целый сикль в неделю, чтобы «знал счет деньгам». И зря он боялся, что будет как в Литтл Уингинге. Дети легко приняли новичка в свою компанию. И хотя здесь тоже был заводила наподобие Дадли — Эд Коллинз, никакой драки или преследования не случилось. Тем более, что почти все дети уже учились в магических школах или похожих заведениях, дома бывали на каникулах или наездами, поэтому и авторитет держать не вышло бы при всем желании.       Эду было уже целых одиннадцать лет и в этом году он пойдёт в Хогвартс. Ему как раз после Нового Года пришло письмо, и родители решили ответить согласием. Поэтому темы разговоров всех детей и крутились вокруг Хогвартса уже целую неделю.       — Итак, что ты хочешь знать про Хогвартс, Стиви? — ведьма расправила подол вязаного домашнего платья.       — А это правда самая лучшая школа магии? А чему там учат? А кого туда берут? — мальчик возбужденно заерзал на месте, едва не расплескав свое какао. — А меня возьмут?       — Столько вопросов, и все одной маленькой мне! — рассмеялась ведьма, а мальчик смущённо вздохнул и потупился.       — Я в Хогвартсе не училась, и никогда там не была. Так, видела школу издалека, когда посещала Хогсмид. Это деревушка, вроде Пемброк-хиллс, но там попроще живут, как-нибудь посетим, если хочешь…       — А Хогвартс оттуда видно? А он большой? А Хогсмид?       — Не перебивай, торопыга, а то мы до утра с этим Хогвартсом не разберемся, — фыркнула тетушка. — Начнём по порядку. Это старейшая школа магии в Британии и письмо оттуда получают все юные волшебники, кому исполнилось одиннадцать лет. Тебе тоже придёт, не переживай.       Стив выдохнул и дальше уже слушал спокойнее, внимательно ловя каждое слово.       — В школе четыре факультета — Хаффлпафф, Рейвенкло, Слизерин и Гриффиндор. Согласно традиции, разделяет детей Волшебная Шляпа, в свое время зачарованная основателями Хогвартса, в честь которых и носят свои названия факультеты. Скажу сразу — обучают всех детей одному и тому же, не зависимо от факультета. Каждый факультет живёт в своей части замка, в отдельных общежитиях. Пока все понятно?       — Ага. А чему там учат? — мальчик развалился на ковре, опустевшая чашка уплыла на кухню, а кошка уютно мурлыкала под боком. Другой бок грел камин, а спокойный, чуть насмешливый тон тетушки Хэл настраивал на благодушный лад. В кресле привычно щелкали спицы, вывязывая яркий свитер.       — Там учат традиционной магии — то есть магии с волшебной палочкой и только. Никакому «домашнему» колдовству, как уже немного умеешь ты, не обучают. Насколько мне известно, там о нем даже не слыхали, да-да. Может кто-то из учителей, выросший в глубинке, как мы с тобой живем, и знает, как колдуют дома. Но в Хогвартсе учат по-другому. Там без палочки не принято даже шнурки завязывать. Это как…м-м-м… как бы сравнить, чтобы ты понял… Ну вот как жить на Тисовой улице или в Лондоне. Ты бывал в Лондоне?       — Да, — мальчик наморщил лоб, пытаясь сообразить, как другие волшебники могут обходиться без уже привычных ему мелочей, вроде приманивания тапочек или управления веником. Странно как-то, неинтересно получается. — А почему не учат? Неужели учителя не умеют… или нельзя? Не понятно…       — Да пес его знает... то есть, кхм, понятия не имею, почему так. Не учат и все тут. Там учат махать палочкой, говорить заклинания, или колдовать молча. Но так, как умеешь ты или я — нет. Что-то иногда нет-нет да прорывается — школьники учат друг друга, учителя порой подскажут, но не более того. Я думаю это потому, что волшебники вроде нас с тобой, жителей Пэмброк-хиллс и других таких же деревень — не ездят учиться в Хогвартс, не отдают туда своих детей. Простые колдуны и ведьмы учатся дома, потом у всяких ремесленников и наставников, и только если очень надо для чего-то — сдают экзамены в Министерстве Магии. Потомственным магам, как я поняла, и без этого прекрасно живётся. Ну вот как нам с тобой.       Тетушка Хэл пожала плечами и глянула на часы над камином, такие же, как на кухне. Овал показывал заснеженный пейзаж, неторопливо закатывающееся за горизонт солнце и узкий серп луны.       — А как вообще, ну… какие там учат штуки с палочкой, если почти все можно руками делать? — конечно Стив видел, что тетушка использует палочку, но далеко не всегда. Да и сам уже много чего умел, а с каждым днем колдовать получалось все легче и естественнее, словно занимается этим с пелёнок.       — Колдовство бывает разным, мой дорогой. Есть и такое, что делается без жестов и палочки — рисунками. Увы, это тоже в Хогвартсе не преподают. Есть такое, что можно сделать только палочкой или легче даётся с ней. Вот на такое и делается упор в Хогвартсе. Там учат таким дисциплинам как трансфигурация — превращение одного в другое, заклинания, зельеварение, защита от темных искусств, история магии, гербология. Есть занятия по древним рунам, астрономии и нумерологии. Без диплома Хогвартса нельзя поступить на службу в министерство магии. А для чего еще нужен этот диплом… да кто ж знает. Не люблю я эту школу, извини, малыш.       — А почему не любите?       Тётушка Хэл вздохнула, потеребила газетную обложку своей книги, что-то пробормотала себе под нос на неизвестном языке, и наконец сказала:       — Знаешь, малыш, взрослые вечно себе все усложняют. От этого и не могут толком ничего объяснить, да. Вот ты — непременно будешь в восторге от древнего волшебного замка, его загадок и тайн. Будешь целыми днями бегать по коридорам, тыкать пальцем в говорящие портреты, искать тайные ходы, опаздывать на уроки и заводить себе друзей. Будешь прятаться от завхоза ночью, потому что шило в попе погнало тебя любоваться луной с какой-нибудь восточной галереи, а это, вообще-то запрещено. Или заведешь себе «страшных» врагов на другом факультете — вы будете пакостить друг другу в силу своей смекалки и талантов, а потом с переменным успехом отбывать скучное наказание… А я буду тут, дома, думать о том, что в замке ледяные сквозняки, что ты там на десять месяцев в году, что увидеться мы сможем только на каникулах. Там нельзя выходить за территорию, нельзя отлучаться по семейным делам. Там почти нет кружков, нет воспитателей, нет отдельных для каждого комнат… Поэтому тебе там может очень даже понравиться, а вот я буду продолжать думать плохо об этом учреждении.       — Хм, — задумался Стив. Он смотрел на огонь в камине. Ещё слишком маленький, мало что повидавший, он с трудом мог представить себе такую жизнь. Да и уезжать из их уютного маленького домика, из своей чудесной комнаты, от замечательной тетушки так надолго… даже ради какого-то замка, который может и не понравится ему вовсе…       — В любом случае, дорогой, у тебя ещё много времени впереди, в Хогвартс приглашают с одиннадцати лет. Поэтому я только предложу тебе пообщаться с ребятами из Пэмброк-хиллс, кто всё-таки учится в этой школе. Ну и дам почитать «Историю Хогвартса». И помни — выбираешь ты. Твоё решение будет самым главным.       — А вы не расстроитесь, если я все-таки захочу там учиться? — Стив с надеждой посмотрел на ведьму.       — Я скажу тебе честно — мне будет грустно расставаться с тобой так надолго. Но любить меньше я тебя на стану. Иди сюда.       Тетушка Хэл обняла его, поцеловала в макушку и взъерошила непослушные волосы.       — А теперь можешь смело проказничать дальше, до ужина еще далеко.       — А мы побываем в Хогсмиде? — Стив уже знал на что намекает тетушка — время читать и тренироваться писать пером.       — Обязательно. И много где еще. А теперь беги, я пойду сражаться с отбивными и малиновым вареньем.       — Ура, на ужин будет малиновый пирог!       Хогвартс был невообразимо далек от вкуснейшего малинового пирога с нежнейшим творожным кремом. И если там таким не кормят — замок однозначно проигрывает, да.