Парные Знаки

      Солнце над Пристанью Лотоса било в глаза с непривычной яростью, будто отражаясь от чего-то невероятно яркого. И отражалось оно от золота. По скромному взгляду Вэй Сянь огромная процессия, растянувшаяся от середины тренировочного поля до ступеней главного павильона, казалась живой рекой из драгоценных камней, шелков и редчайших сокровищ.       Вэй Сянь стояла на крыльце, поджав губу, глаза ее были размером с выросший лотос. Она конечно ожидала богатого выкупа – Вэнь Хань упрямо твердил что даже если она не отправила ему приданое вообще он всё ровно б выкупил её за огромные деньги. Но это… Это превосходило все ее самые дерзкие детские фантазии о бандитских кладах: – Матушка Небесная… – прошептала Цзян Яньли, стоявшая рядом и сжимающая руку брата. Лицо Цзян Чэна было красно от подавленной ярости и… ошеломляющей зависти... – Это… это же больше, чем приданое принцессы Империи!       Цзян Фэнмянь, обычно спокойный, нервно потирал переносицу. Его взгляд скользил по рядам слуг ордена Вэнь в бело-алых одеждах, невозмутимо представлявших сокровища под присмотром бедолаги Вэнь Нинa, которого через все за и против отправили сюда как главного представителя Вэнь, ибо его двоюродные братья чересчур "заняты", он скромно стоял в стороне с огромным свитком в руках. – С-список вы-выкупа за госпожу Вэй Сянь, из ор-рдена Юньмэн Цзян, от Верховного Заклинателя Вэнь Жоханя! – голос Вэнь Нинa дрожал, но был громким. Он развернул свиток, и тот упал ему почти до ног. Началось. Каждый пункт ударял как молот по наковальне: 1. Золотые слитки: десяти тысяч золота (Цзян Чэн фыркнул: — "Нам хватит отстроить Пристань заново… трижды!"). 2. Шелка: триста рулонов лучшего гусуского облачного узора, пятьсот – цишаньской огненной парчи, триста – ланьлинской золототканой пряжи. 3. Драгоценности: Ларец жемчуга величиной с кулак (пятьдесят штук), два ларца нефритовых изделий древнейшей работы, диадема с солнечной звездой из червонного золота и рубинов. 4. Магические Артефакты: Полный комплект лучших бумаг для талисманов, шкатулка с редчайшими минералами для массивов, включая три куска звездного железа. 6. Личное для Вэй Сянь: Двадцать кувшинов лучшего "Улыбки Императора" и "Лунный Рассвет"; набор уникальных резцов и материалов для изобретений; библиотека редких трактатов заклинательству; гардероб из пятидесяти нарядов, сшитых лучшими портнихами Безночного Города (алые и черные). 7. Для Ордена Цзян: Пять кораблей новой конструкции, способных ходить против сильнейшего течения; щедрые пожертвования в казну на развитие. И последнее, самое личное: Небольшая, но тяжелая шкатулка из темного дерева. Вэнь Нин вручил ее лично Вэй Сянь. Внутри, на черном бархате, лежала ярко алая тика с и небольшой запиской – Знак будущей хозяйки Безночного Города. Этот подарок я хочу что бы ты одела на свадьбы дабы сразу показать что ты не простое дополнение моё солнце, ты моя хозяйка.       Вэй Сянь взяла тику в руки. Её сердце бешено колотилось. Не от богатства. От осознания. Он прислал не просто выкуп. Он прислал обещание, того что они будут на равных, обещание того что он только её, а она только его.       Цзян Фэнмянь тяжело вздохнул, глядя на море сокровищ. Радости за воспитанницу смешивалась с горечью. Он видел тень тревоги в глазах жены. Мадам Юй стояла прямо, подбородок гордо поднят, но ее пальцы сжимали ткань рукавов так что казалось она её скоро порвёт... – Это… слишком... – тихо сказал Вэй Сянь Вэнь Нину, все еще держа тику в руках. – Он не должен был… – Дядя сказал – Вэнь Нин покраснел. – что ничто не может быть "слишком" для его восходящего солнца. И что… – он понизил голос, – он надеется, что хоть малая часть этого скрасит горечь разлуки для семьи Цзян. Цзян Чэн резко развернулся и зашагал прочь, вглубь павильона, громко бурча что-то про "покупку невесты" и "бахвальство главы Вэнь". Цзян Яньли бросила за ним понимающий взгляд, братик не выдержал и пошёл плакаться об том что его бросают своим собачкам в псарню за пределами пристани. Цзян Яньли положила свою ладонь ей на плечо тихо и красиво улыбаясь.       Вэй Сянь окинула взглядом ослепительное море подарков, потом тику в своей руке, потом удаляющуюся спину названого брата, и наконец – озабоченные лица дяди Цзяна и тети Цзян. Мда, постарался А-Хань, всю семью расстроил, встретятся вновь точно на ругает бесстыдника!