Парные Знаки

      Вечер в покоях Вэнь Жохани был тихим и спокойным. Он просматривал доклады, наслаждаясь редкой минутой уединения. Вэй Сянь, как всегда, отсутствовала — её неуёмная энергия редко позволяла ей сидеть на месте дольше получаса. Он не волновался; её смех доносился то из сада, то с тренировочных площадок, и это был самый желанный звук в его жизни. Внезапно дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Вэнь Чао, бледный, запыхавшийся, с глазами, полными неподдельного ужаса. — О-отец! — выдохнул он, заикаясь. — Госпожа… Госпожа Вэй… Рожает! Её уже доставили в павильон целителей!       Сердце Вэнь Жохани ёкнуло, а затем заколотилось с бешеной скоростью. Бумаги полетели на пол. Он вскочил, сметая со стола свитки, и ринулся к двери. Никакие традиции, запрещавшие мужьям присутствовать при родах, не существовали для него в этот миг. Так было с матерями его старших сыновей — он стоял рядом, чувствуя вину и беспомощность перед их болью. Так будет и сейчас. Но на этот раз в его груди горела не только тревога, но и надежда.       Он влетел в павильон целителей, едва не снес дверь с петель. Воздух был густым от запахов целебных трав и напряжения. Лекари, увидев его, почтительно склонились: — Господин, у госпожи Вэй продолжительные схватки. Роды могут начаться в любой момент, — доложила старшая из них, сохраняя профессиональное спокойствие. Он кивнул, не слыша слов, и подошёл к ложу. Вэй Сянь лежала, вся в поту, её обычно сияющее лицо было уставшим и сосредоточенным. Но, увидев его, она слабо улыбнулась. — Вэнь Хань… — её голос был хриплым. Он сел на край кровати, отбросив все условности, и взял её руку в свою. Его пальцы нежно провели по её мокрым от пота волосам. — Всё хорошо, А-Ин. Я здесь. Ты сильная. Всё будет хорошо, — его голос, обычно властный и твёрдый, теперь звучал мягко и успокаивающе. В прошлом он говорил подобные слова из чувства долга и вины. Теперь же он смотрел на неё и видел не хрупкую женщину, а нерушимый огонь, который никакая боль не могла погасить. Их тихий разговор прервали новые схватки. Лицо Вэй Сянь исказилось от боли, и она с силой вцепилась в его руку. Лекари засуетились. — Ребёнок идёт! Началось. Вэй Сянь тужилась, её крики смешивались с ободряющими шёпотами повитух. Вэнь Жохань не отходил от неё, его рука была её якорем в этом море боли. Так продолжалось долгие часы. За окном ночная тьма начала уступать место первым лучам рассвета.       И тогда, вместе с первыми птичьими трелями, раздался новый звук — громкий, яростный и здоровый плач.       Повитуха подняла крошечное, барахтающееся тельце. — Мальчик! Здоровый и крепкий, господин!       Облегчение, такое мощное, что у него могли подкоситься ноги, волной накатило на Вэнь Жохани. Его сыновья, Вэнь Сюй и Вэнь Чао, при рождении были такими хрупкими, едва живыми. А этот… этот кричал так, будто бросал вызов всему миру.       Младенца завернули в мягкие пелёнки и бережно положили на грудь к ослабевшей Вэй Сянь. Она, вся в слезах и поту, прижала его к себе, безудержно улыбаясь, глядя на красное, недовольно морщащееся личико своего первенца. — Он прекрасен… — прошептала она. Они вдвоём, забыв обо всём на свете, склонились над малышом, тихо воркуя и касаясь его крошечных пальчиков. Затем Вэй Сянь, обессиленная, но счастливая, подняла на мужа усталые глаза. — Вэнь Мён… Хочу назвать его Вэнь Мёном.       Сказав это, она тут же погрузилась в глубокий, заслуженный сон. Вэнь Жохань нежно поцеловал её в лоб и, отдав сына на руки подготовленной служанке, вышел. В его груди бушевала буря из радости, гордости и бесконечной любви.       В своих покоях он сел за стол и написал письма. В Юньмэн Цзян, в Цинхэ Нэ, всем союзным кланам. Его перо выводило на шелке самые радостные слова в его жизни: «Сегодня ночью на свет появился третий молодой господин Вэнь — Вэнь Мён. Он и его мать здоровы... ».

***

      На третий день в Безночном Городе прошёл обряд Цзао сань — первое омовение младенца. Повитухи омыли маленького Вэнь Мёна в большой золоченой ванночке, наполненной тёплой водой с лепестками пионов и целебными травами, чтобы отогнать злых духов и даровать долголетие. На церемонии собралась вся семья. Присутствовали все, кроме представителей клана Лань. Вэй Сянь, уже окрепшая и сияющая, не отходила от сына. В зал влетели, едва дождавшись конца формальностей, Цзян Чэн и Юй Цзыюань. «Бабушка» Цзян тут же притянула к себе названного внука, и её обычно строгое лицо расплылось в умилённой улыбке. Вэй Сянь смотрела на это и уже с нетерпением ждала рождения племянника или племянницы от Яньли — иначе бабушка Цзян могла залюбить пока что единственного внука до смерти...       Через месяц состоялся грандиозный пир по случаю первого месяца малыша. Зал Безночного Города сиял от роскоши и обилия подарков со всей Поднебесной. Именно тогда было официально объявлено имя третьего наследника — Вэнь Мён. Среди гостей на этот раз присутствовала и сдержанная делегация из Гусу Лань, которая принесла искренние, хоть и немного скорбные, поздравления.       Ещё спустя два месяца радостная весть прилетела из Башни Золотого Карпа. Почтовый ястреб доставил известие о рождении первого наследника Цзинь — Цзинь Лина. Через три дня вся большая семья, включая Вэнь Жохани, Вэй Сянь и маленького Вэнь Мёна, прибыла в Ланьлин, чтобы присутствовать на церемонии омовения нового члена их большой, сложной, но теперь такой прочной семьи.