Там, где мы свободны

Ранним субботним утром Сакура подъехала к приюту на своей старой, но надёжной машине. Почти осеннее солнце едва пробивалось сквозь серые облака, создавая мрачную атмосферу, которая, казалось, предвещала что-то тревожное. Юджи и Рёмен вышли из дома с небольшими рюкзаками — в них лежали только самое необходимое: вода, перекус и тёплые куртки. Рёмен выглядел взволнованным, но в его глазах впервые за долгое время появился живой блеск. Он несмело взял Юджи за руку, когда они садились в машину, и старший брат не отстранился. Этот маленький жест дал им обоим надежду на то, что между ними ещё не всё потеряно. — Дорога займёт около часа, — сказала Сакура, заводя двигатель. — Место довольно глухое, так что будьте осторожны. Я доведу вас до тропинки, но дальше придётся идти самим — машина туда не проедет. Итадори кивнул, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Он помнил этот путь. Помнил тот отчаянный вечер, когда он ехал сюда, полный решимости пожертвовать собой ради спасения мира. Теперь же они возвращались сюда с совершенно другой целью — найти способ исцелить их разбитые отношения. **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** По мере того как они удалялись от города, пейзаж за окном становился всё более диким и безлюдным. Знакомые аккуратные домики сменились густыми лесами, а асфальтированная дорога — грунтовой тропой. Итадори смотрел на пролетающие мимо деревья и невольно вспоминал тот день, когда он впервые шёл по этому лесу. Тогда он был полон отчаяния и решимости. Каждый шаг приближал его к концу, и он это знал. Холодный осенний ветер пробирал до костей, а мрачные силуэты деревьев казались ему проклятиями, готовыми наброситься. Он помнил, как пытался подбадривать себя глупыми шутками о ёжиках и белках, но внутри у него всё сжималось от ужаса предстоящего. — Братик, ты чего-то грустный, — тихо сказал Рёмен, сжимая его руку. — Волнуешься? Итадори встряхнулся, возвращаясь в настоящее. Рёмен смотрел на него с беспокойством, и в его взгляде не было ни тени того могущественного проклятия, которым он когда-то был. Только искренняя забота младшего брата. — Немного, — честно ответил Юджи. — Просто это место... оно важно для нас. Рёмен кивнул и ещё крепче сжал его пальцы, как будто хотел передать ему часть своей силы. **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** Машина остановилась у начала лесной тропинки. Сакура обернулась к ним с материнским беспокойством в глазах: — Я буду ждать вас здесь. Если что-то случится, кричите — я услышу. И не уходите слишком далеко, хорошо? — Хорошо, мама, — ответил Рёмен, и его голос звучал увереннее, чем за последние недели. Братья вышли из машины и зашагали по тропинке, которая вела вглубь леса. Осенние листья шуршали под ногами, создавая единственный звук в гнетущей тишине. Итадори вёл их по памяти, хотя его сердце колотилось всё сильнее с каждым шагом. Он помнил каждое дерево на этом пути. Помнил, как тогда, в прошлой жизни, пытался отвлечься от мрачных мыслей, помнил жуткий вой ветра, который принял за стоны проклятий. А главное — он помнил ту избушку, где всё и закончилось. Где всё и началось. — Юджи, — позвал Рёмен, останавливаясь. — А ты точно помнишь дорогу? Мне кажется, мы уже давно идём. — Да, помню, — ответил Итадори, хотя голос его дрожал. — Уже недалеко. И он не ошибся. Через несколько минут деревья расступились, и перед ними предстала та самая избушка. Она выглядела точно так же, как в его воспоминаниях — полуразрушенная, покрытая мхом, с провалившейся крышей. Но теперь в дневном свете она казалась не такой зловещей, скорее просто старой и забытой. — Вот она, — прошептал Итадори. — Здесь нас и нашли. Рёмен с любопытством рассматривал избушку, но в его глазах не было страха. Лишь удивление и какое-то смутное узнавание, словно что-то глубоко в его памяти откликалось на этот вид. **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** Они медленно подошли к двери. Итадори помнил, как тогда толкал её дрожащими от волнения руками, готовый встретить свою смерть. Теперь же он осторожно приоткрыл скрипящую дверь, впуская в избушку дневной свет. Внутри было тихо и пыльно. Солнечные лучи, пробивавшиеся через дыру в крыше, освещали то самое место, где когда-то стоял Артефакт Небытия. Теперь там была только пустота — никаких следов того деревянного ящичка, который изменил их судьбы. — Странно, — пробормотал Рёмен, заходя внутрь. — Мне кажется, я здесь уже был. Но не помню когда... Итадори хотел ответить, но вдруг почувствовал что-то неладное. Воздух в избушке стал густым и тяжёлым, а температура резко упала. Его инстинкты из прошлой жизни мгновенно включились — здесь было проклятие. Из тёмного угла избушки медленно начала проступать тёмная фигура. Она была неясной, постоянно меняющей форму, но от неё исходила такая злоба и ненависть, что Итадори невольно шагнул назад. — Сукуна... — прошипело проклятие, и его голос был похож на скрежет металла по стеклу. — Чувствую... твой запах... Король Проклятий... Рёмен в ужасе прижался к Итадори, его глаза широко распахнулись от страха. Он видел проклятие — это означало, что часть его прежних способностей всё-таки сохранилась — но понятия не имел, что происходит. — Юджи, что это? — прошептал он дрожащим голосом. — Что оно хочет? — Не знаю, — соврал Итадори, инстинктивно заслоняя брата собой. Он прекрасно понимал, что проклятие узнало в Рёмене прежнего Сукуну, несмотря на все изменения. — Но я не дам ему тебя тронуть. Проклятие засмеялось — звук был отвратительным, как хруст ломающихся костей: — Ты думаешь, можешь защитить его, жалкий человечишка? Он наш! Сукуна принадлежит тьме! **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** Не раздумывая ни секунды, Итадори бросился на проклятие. В этот миг все его сомнения исчезли — остался только один инстинкт: защитить Рёмена. Удар. Он глубоко вдохнул, и мир вокруг будто сжался. Сердце стучало так громко, что отдавалось эхом в ушах. Его кулак дрожал, мышцы ныли, а проклятая энергия в теле привычно отставала — не в такт движению, словно упрямое эхо. Но именно это было его оружием. — Давай… ещё раз! — мысленно выкрикнул он и рванул вперёд. Костяшки пальцев с силой встретили плоть проклятия — и в ту же секунду, с запозданием, в кулак врезалась проклятая энергия. Раздался гул, будто ударил колокол, воздух сжался и содрогнулся. «Расходящийся кулак» попал в цель, заставив проклятие пошатнуться. Это и есть я,— мелькнула мысль в голове Юджи. Я не гений техник. Я просто дерусь так, как умею. Моими кулаками. Моим сердцем. Но проклятие только расхохоталось. — Слабак, — прошипело оно. — Думаешь, жалкие удары могут защитить его? Оно взмахнуло рукой, и из тьмы хлынула волна проклятой энергии. Ответный удар оказался сокрушительным. Юджи отбросило через всю избушку, он с грохотом врезался в стену. В груди что-то хрустнуло, во рту появился вкус крови. — Юджи! — закричал Рёмен, в ужасе прижимаясь к нему ближе. — ЮДЖИ! Но брат, стиснув зубы, снова поднялся. Его тело трясло от боли, дыхание сбивалось, но взгляд оставался упрямым. — Я… не дам… тебя забрать его! — прохрипел он и, собрав остатки сил, рванул вперёд ещё раз. Кулак снова вспыхнул слабым отблеском энергии и врезался в голову проклятия. Существо взвыло, но лишь на миг. Его силуэта хватило, чтобы отбросить Итадори обратно на пол. — Жалкий человечишка, — прошипело оно, приближаясь к Рёмену. — Теперь твоя очередь, Король Проклятий. Вспомни, кто ты на самом деле… Именно в этот момент Рёмен изменился. Его розовые глаза вспыхнули, лицо стало жёстким, и из тела вырвалась волна ужасающей силы. Воздух раскололся, стены задрожали. — Не смей… — его голос уже не был детским. — НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ МОЕГО ЮДЖИ! Сукуна поднял руку, и пространство словно разрезало невидимое лезвие. — «Рассечение»! Проклятие завопило, тело его покрыли десятки глубоких разрезов. Оно попыталось собрать остатки сил, но Сукуна лишь презрительно усмехнулся. — Для тебя хватит и этого, — холодно произнёс он. Пальцы сложились в новый жест. — «Клеверное рассечение»! Волна проклятой энергии разорвала противника на куски, и тот бесследно растворился в воздухе. **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** Тишина обрушилась внезапно. Сукуна сделал шаг вперёд, его аура рассеялась, лицо смягчилось — это снова был Рёмен. — Юджи... — прошептал он, делая шаг к брату, но ноги подкосились, и он рухнул на пол без сознания. — Рёмен! — Итадори, превозмогая боль, бросился к брату. — Рёмен, держись! Он прижал его к груди, чувствуя, как слабое дыхание едва касается его кожи. И в этот миг Юджи знал только одно: кем бы он ни был — Королём Проклятий или испуганным ребёнком — он всё равно останется его самым дорогим человеком. — Всё будет хорошо, — шептал он, неся Рёмена к выходу из избушки. — Я тебя не брошу. Обещаю. Всё будет хорошо... Но в душе его грызли сомнения. Что произошло с Рёменом? Почему в нём вдруг проснулся прежний Сукуна? И самое главное — что это означает для их будущего? **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** Выбравшись из леса, Итадори увидел Сакуру, которая тревожно ждала у машины. Увидев их состояние, она побледнела и бросилась навстречу. — Что случилось?! — воскликнула она, помогая усадить без сознания Рёмена на заднее сиденье. — Не знаю, — соврал Итадори, не в силах объяснить правду. — Он вдруг потерял сознание. Нужно срочно в больницу! Сакура не стала задавать лишних вопросов. Она завела машину и нажала на газ, превышая все разумные скорости. Всю дорогу Итадори держал голову Рёмена у себя на коленях, гладил его по волосам и шептал слова утешения, хотя брат их не слышал. Что со мной не так? — думал он в отчаянии. Почему я не смог его защитить? Почему он должен был снова стать тем монстром, от которого мы сбежали? Но даже в своих самых мрачных мыслях Юджи знал одно — он не оставит Рёмена. Что бы ни случилось, что бы ни проснулось в его брате, он будет рядом. Потому что тот человек, который только что рисковал собой, чтобы защитить его, был не Король Проклятий. Это был Рёмен. Его младший брат, которого он любил больше собственной жизни. **✧･ﾟ: *✧･ﾟ:*** В больнице их встретила целая бригада врачей. Рёмена увезли на каталке, а Итадори остался в коридоре, борясь с паникой. Каждая минута тянулась как вечность. Сакура сидела рядом с ним, пытаясь успокоить, но Юджи едва её слышал. Все его мысли были сосредоточены на том, что происходило за дверями реанимации. Проснись, пожалуйста, — мысленно молил он. — Проснись и будь просто Рёменом. Моим младшим братом, который боится темноты и любит рисовать. Не важно, что произошло в той избушке. Важно только то, что ты вернёшься ко мне. Время шло, а новостей всё не было. И Итадори продолжал ждать, цепляясь за надежду и за память о том мальчике, который называл его братиком и верил, что они всегда будут вместе.