Проклятая

Яркая, будто светящаяся в темноте, рыжая макушка отвлекла на себя внимание. Алика, выходя из своего дома в такой час, совершенно не ожидала встретить хоть кого-нибудь, не то что Предвестника. Парень, лет двадцати по виду, запыхавшись, остановился аккурат перед ней. — Вы… хах… Вы Алика Аших?.. Он зачесал взмокшие волосы назад и наконец выпрямился. Аккуратное лицо, веснушки на красивых скулах и большие голубые глаза, однако без свойственного всем живым людям блеска. — Да, это я, — девушка рассматривала его, обошла сбоку. — А вы Чайлд Тарталья? Царица рассказывала о вас. Чайлд отвёл взгляд из-за последней её фразы, будто засмущался. — Эммм… да, да. Я Одиннадцатый Предвестник, — он закивал. — Её Величество попросила выполнить мелкое поручение, а именно найти вас и передать, что ваше посвящение в Предвестники пройдёт завтра в час дня. Назначать на должность будет господин Пьеро, вы с ним наверняка знакомы. Он тараторил, зарывшись пальцами в волосы и не смотря ей в глаза. Если честно, у Аякса по спине шли мурашки от её взгляда. Чёрный, бездушный, незаинтересованный. Парень подметил про себя, что такие глаза были у его наставницы — Скирк. Алика в последний раз окинула его взглядом и наметила улыбку. — Спасибо. Можно тебя ещё попросить кое о чём? Зайди, пожалуйста, к Доктору. Передай, что я не вернусь этой ночью. Тарталья лишь кивнул, не решаясь спрашивать, зачем нужно его предупреждать и что вообще их связывает. Лишь улыбнулся в ответ, демонстрируя красивые ямочки на щеках, и ушёл в темноту ночи, шурша шубой. Девушка краем глаза заметила, что на подкладке верхней одежды были вышиты пиро-руны, которые слегка светились. Взяв это себе на заметку, Алика вернулась в дом. Короткая стрелка часов столкнулась с цифрой четыре на циферблате. Идти спать смысла не было, да и желания тоже. Девушка была слишком взбудоражена тем, чем они с Дотторе занимались весь день. Исследования, эксперименты, анализы… Всего этого так давно не было в её жизни, что её аж потряхивало от вернувшегося к ней забытого азарта. До утра она разгребала свои вещи, ища другие свои записи, что могут оказаться полезными для этого мужчины. Лишь за два часа до выхода стала приводить себя в порядок: погладила то, во что оденется, заплела причёску, накрасилась. Раннее возбуждение сменилось на нервозность, отчего у неё слегка подрагивали руки. Через час она уже была на сцене, перед которой стояли кресла, в которых расположились незанятые Предвестники и прочие представители высоких чинов Фатуи. Доктор смотрел на неё особенно пристально, его взгляд ощущался даже через маску. На губах была ухмылка, но она как будто бы не была ехидной — отдавала какой-то благосклонностью. На сцену к ней вышел Пьеро. Алика поклонилась ему. Выпрямившись, дала надеть на себя специальный значок, вновь поклонившись и, повернувшись в сторону наблюдающих за ней, прочитала клятву в верности Её Величеству. Лёгкие хлопки ладони о ладонь послышались со стороны статной беловолосой женщины. Арлекино, с которой Алика была знакома и имела довольно тёплые отношения, улыбнулась ей и начала очередь аплодисментов. Колумбина похлопала в свои почти детские ладошки и улыбнулась. Дотторе удостоил её ухмылкой и встал с кресла, помогая женщине сойти со сцены, подав руку. Та удивилась такому жесту, но приняла его. Остаток дня она провела за столом в администрации Фатуи. Меняла документы, в которых числилось её звание, оформляла заявку в бухгалтерию, дабы поменять размер заработной платы, выстраивала график. Хотелось уже побыстрее попасть в холодную лабораторию, а не заниматься бюрократией. Воспоминания о шприцах и скальпелях вызывали мурашки. Образ Доктора будоражил куда больше. Отчего-то Алика получала удовольствие лишь от того, кто был её «врачом». Наконец, закончив все свои дела, Аших вернулась домой, переоделась и с большим предвкушением направилась в сторону заветного кабинета. Не постучав, вошла внутрь. Её встретила чужая спина. Доктор стоял у стола, разбирая какие-то бумажки, не обращая внимания на неё, либо просто не услышав. Она недоумённо глянула на него. — Дотторе? Мужчина вздрогнул и медленно повернулся к ней. Алика замерла, её тёмные брови взлетели вверх. Перед ней стоял Дотторе, несомненно, но… большие красные глаза, как рябина, мягкие, как будто подростковые черты лица, кудрявая копна волос, свободно свисавшая чуть ниже ушей, а на самом лице — неуверенное, даже испуганное выражение. — Я… эм… вы Алика, да? Омега о вас говорил… Женщина обошла его с другой стороны, оглядывая со всех сторон. Белая рубашка, брюки, обычная чёрная пара обуви. — Ты клон, не так ли? Не думала, что встречу одного из вас так скоро. Парень отвёл взгляд, ему было явно неловко от её взгляда. Он мялся, сцепив руки. — П-простите, мне надо идти… И буквально выбежал из кабинета, едва не налетая на того Доктора, которого знала Алика, — того, что выходил из лаборатории. Промямлив что-то, парень ушёл вглубь помещений. Тот проследил за ним взглядом и встретился с удивлённым выражением лица стоящей перед ним. — Кхм. Это бета. Он слишком… стеснительный. Думаю, вам ещё предстоит встретиться не раз. Он будто сам был слегка смущён этой неловкой ситуацией, но быстро забыл об этом, направляясь к Алике и беря у неё из рук новые записи. — Я собрала всё, что смогла найти. Многое осталось в Сумеру и, пожалуй, в Мондштате. Подозреваю, меня туда направят рано или поздно. Мужчина задумчиво окинул её взглядом. — Я скоро поеду в Сумеру, надо наведаться в Академию к старым знакомым. Составите мне компанию? Я отпрошу вас у Её Величества. Казалось, что он настаивает. В целом, она была не против, поэтому лишь кивнула, и после небольшой заминки, когда они просто смотрели друг на друга, пара прошла в лабораторию. Алика вновь разделась, легла на кушетку, кожа покрылась мурашками от холода. Соски на обнажённой груди затвердели, и ей почему-то вдруг стало стыдно. Женщина прикрыла их ладонями, на что Доктор недоумённо на неё глянул. — В самом деле, вы что, меня стесняетесь? Уберите руки, ваши вставшие соски меня никак не смущают. Если вам холодно, то на моменты обработки предметов могу предоставить свою шубу. — Да, это было бы кстати. Она одёрнула руки и легла ровно. Грудная клетка мерно вздымалась, когда Дотторе мягкими движениями лезвия срезал вновь загнившую кожу. Этот процесс удаления тканей Алике уже надоел, ведь она на протяжении многих лет занималась этим почти каждый день, но сегодня, поскольку делала это не она, женщина даже расслабилась, поддаваясь сонливости. Закрыв глаза, задремала. Не почувствовать, как холодные пальцы, причём без перчаток, касаются её щеки, было невозможно. Они будто следовали за чем-то на её скуле, смахивая что-то. Аших открыла чёрные глаза и встретилась с лицом Доктора, что было в паре десятков сантиметров от её. Она просто смотрела на его лицо, не говоря ничего. Если так подумать, он был красив — даже очень. Идеальные черты. Кажется, на старых фотографиях Зандика он выглядел точно так же: боги одарили его красотой. — У вас была слеза на щеке. Он отстранился, прочищая горло и растирая солёную капельку меж пальцев. Алика ехидно и позабавленно улыбнулась, прикрывая глаза, но как только он глянул на неё, улыбка тут же смягчилась. — То есть мои вставшие соски вас не смущают, но слеза заставила притронуться ко мне? Какие странные у вас приоритеты, Доктор… Дотторе тоже улыбнулся, словно смеясь над собой. — Шутки шутками, но ночь не бесконечна. Нам ещё многое предстоит сделать. Женщина кивнула и вновь закрыла глаза, не мешая. В этот раз Доктор хотел посмотреть на структурные изменения нейронных связей, поэтому, сбрив волосы у места, где шея переходит в голову, провёл небольшую операцию. Вскрыл часть черепа и сделал пункцию мозга. Алику чуть тряхнуло, когда игла зашла в орган, по рукам и ногам прошлась судорога, а лицо занемело. В голове она понимала, что это было специально, это заставило её закатить глаза. Он отомстил ей за шутку тем, что брал не просто кусок из мозга, а прямо из мозжечка. Именно поэтому тело так странно отреагировало. Дотторе увлечённо ходил от одного аппарата к другому, что-то проверяя, записывая и сверяясь с записями Алики. Через время он уложил её в большую конструкцию, напоминающую гроб. Сама она лежала на кушетке, а вокруг неё была труба, что явно имела магнитные поля. — Это… это аппарат МРТ, кажется? Видела такое в медицинских лабораториях Академии, но не думала, что такие вещи есть за пределами Сумеру. Доктор мерзко усмехнулся. — Эти самодуры так показательно разбрасываются знаниями, ведь уверены, что кроме них никто их не поймёт. Мне понадобилось немного смекалки и пара дней, чтобы понять, как это работает. Если вам интересно, могу объяснить. Она кивнула. — Оно работает на основе магнитного поля и радиоволн. Создаёт детальное изображение внутренних органов — в нашем случае мозга. Женщина нахмурилась, понимая, что слышала что-то подобное, а потом вспомнила. — Точно. И, кажется, оно не использует ионизирующее излучение, что делает его безопаснее, чем условный рентген. Увлекательно. — Да, вы правы. Также, за счёт того что само устройство состоит из магнитов, оно создаёт поле и отправляет короткие импульсы радиоволн в тело. Водород внутри тела реагирует на радиоволну. После, когда импульс прекращается, атомы возвращаются на место, оставляя свечение, которое я уже могу заметить. Невероятно, правда? Что бы я ни чувствовал по отношению к этим идиотам в Академии, среди них есть настоящие уникумы. Дотторе говорил быстро, увлечённо, нажимая на что-то на экране. Было видно, что он давно ни с кем не разговаривал на искренне интересные темы. Они, откровенно говоря, болтали, обсуждая науку, медицину и биологию в частности, ведь Алика была именно биологом. Она в своё время блестяще окончила Академию, а после, с наступлением своего бессмертия, повышала квалификацию настолько, насколько могла. Уже к утру они не проводили никаких экспериментов, просто сидели друг напротив друга и дискуссировали. Обсуждали предыдущих Главных Мудрецов, политику как Сумеру, так и Снежной. Потом обсуждали богов, выбирая себе фаворитов. Пришли к тому, что на данный момент лучшее решение по поводу правления принял Рекс Ляпис, собственной подстроенной смертью отдавая бразды правления своим людям. На счёт того, откуда у них в некоторых случаях запретные знания, они не спрашивали. Просто разговаривали, получая удовольствие. Алика сидела на кресле, обнажённая, но завернутая в шубу Доктора, что приятно грела. Голые ноги касались кафеля, но это её не беспокоило. Дотторе сидел напротив. Портупеи на его голубой рубашке притягивали взгляд, но Аших нравилось. Это подчёркивало его красивую фигуру. Через час Алика, уже одетая и пытающаяся расчёсывать свои волосы, стояла перед большим зеркалом в основном кабинете. Дотторе что-то разбирал на столе и, не поворачиваясь к ней, проговорил то, что заставило женщину в ступоре глянуть на него: — Шубу оставьте себе. Она вам идёт, а у меня есть ещё одна. Она проморгалася, кивнула и вышла из помещения, аккуратно закрывая за собой дверь. Шла по улице, носом уткнувшись в меховой ворот, вдыхая запах химикатов и чего-то, чем пах только Доктор.