Часть 7 Полный ступор.
25 сентября 2025 г., 20:07
Король Северных земель Чон Чонгук ходил кругами по тронному залу, размышляя о том, что делать, куда поехать и где искать омег.
— Уже целая неделя прошла... Мне нужен совет моего мудрого брата. Решено! — громко произнёс он. — Выдвигаемся в путь!
Слуги молча поклонились, и один из них быстро побежал в конюшню передать приказ об отъезде. Конюхи зашуршали, гвардейцы выстроились в ряды — все ждали появления Его Величества.
— Ваше Величество, — поклонившись королю, заговорил офицер королевской конной гвардии, — в какую сторону выдвигаемся?
— Едем к брату. Хочу поговорить с родным человеком. Соскучился… Да и совет мне нужен, — ответил Чонгук и сразу поник.
Дорога заняла почти полдня. После обеда король и его гвардейцы въехали на территорию дремучих лесов с дикими животными — так казалось со стороны. На самом деле это были земли милых зайчиков и приятных волчков, которые издалека наблюдали за неожиданными гостями, потревожившими их покой.
Приблизительно в то же время Мин Юнги, король Южных земель, страдая от безуспешных поисков, прошипел себе под нос:
— Нужно к другу. Давно не виделись. Решено! Выдвигаемся! Все слышали? Едем к моему дорогому другу!
Через короткое время процессия выдвинулась из дворца. Дорога была недолгой, но трудной. Солнышко светило, нещадно припекая неприкрытую королевскую макушку. Казалось, что солнце намеревалось ударить короля своим горячим кулаком за то, что тот медлит в делах, касающихся Чимина.
— Ваше Величество, может, вам зонтик подать? — осторожно спросил гвардеец.
Король резко остановился, повернулся и возмущённо вытаращил глаза, так что гвардеец мысленно уже попрощался с семьёй. Величество гневно зарычал:
— Я король Южного королевства, а не нежная омежка, которая падает в обморок от лёгкого перегрева!
Повисла тишина... Лошади перестали фыркать, птички замолчали, даже комарики и букашки опустили свои смычки.
— А у тебя, кстати, зонтик есть? — вдруг рявкнул король. — Давай сюда, а то некому будет искать мою омежку-потеряшку. Помру я тут, на этой дороге!
---
В это самое время братья-омеги продолжали травмировать психику Хосока. Омежки проснулись очень рано и решили отправиться в лес, на красивую полянку, которую видели, когда собирали ягоды и грибы. Поляна пестрела множеством цветов: ромашек, маков, фиолетовых, белых, жёлтых, розовых и других, названий которых омежки не знали. Это их огорчало, но не останавливало. Захотели сплести себе веночки... Двойняшки попили чай с пряничками, известили Богома, что идут на полянку, взяли с собой воды и двинулись в путь. Богом облегчённо выдохнул. Ему даже показалось, будто такой же вздох облегчения раздался у всех обитателей поместья — от кур до противного козла. Кот, вроде как, даже лапкой лоб вытер и стряхнул. Возможно, это просто воображение Богома разыгралось, но все, кто жил в доме, в последние дни точно мечтали о тишине. Хосок, утомлённый своими гостями, сегодня проспал восход солнца. Услышав голоса во дворе, он ринулся к окну и увидел, что омежки уже покидают двор. Богом с довольной моськой смотрел им вслед, готовый вот-вот лопнуть от счастья. Лекарь приоткрыл окно и шёпотом спросил: — Богом, а они куда отправились? У нас сегодня что, выходной? — Господин Чон, — омега поклонился, усиленно стараясь спрятать счастливую улыбку. — Наши принцы пошли на поляну, где много цветов. Хотят сплести веночки. Надеюсь, они там задержатся, и сегодня будет тихо, — слуга выдохнул так спокойно, будто ему отпустили все грехи разом. Хосок шикнул на Богома и тихо добавил: — Сплюнь, а то сглазишь! Богом послушно поплевал через плечо и что-то забормотал под нос (не иначе как молитвы). Ещё мгновение — и, наверное, упал бы на колени, но его остановил голос из-за угла: — Богоми, милый, вижу, ты в отличном настроении. Может, прогуляемся к нашей полянке и… Резкий крик из окна резко оборвал его: — Нееет! Нельзя! Идите к речке! Идите в лес! Идите в дом! Только не на поляну! — всё это было сказано на одном дыхании и испуганным голосом. — Доброе утро, господин Чон! — поклонившись, произнёс удивлённый Сонхо. — А почему нельзя на поляну? На Богома в этот момент было жалко смотреть: он краснел, бледнел, зеленел и снова становился красным до кончиков ушей. Глаза его бегали, а ноги подкашивались, пока лекарь и альфа невозмутимо обсуждали «проблему поляны». — У тебя есть пара свободных часов, — продолжил Хосок. — Забирай этого предобморочного омегу и уводи на прогулку. Сонхо, передай ему немного своего спокойствия, глядишь, нервишки у него поутихнут. Тут покраснел уже альфа, хотел что-то сказать, но лекарь резко выставил руку, мол: «Молчи!» — А то, — добавил Хосок, — скоро мне работы прибавится: придётся лечить этого умирающего лебедя травушками-муравушками, а я ой, как не хочу. Хосок, возможно, хотел добавить ещё что-то, но Сонхо, очень сообразительный альфа, подхватил своего любимого омегу и умчался в неизвестном направлении — только пыль поднялась. Лекарь, проделав утренние процедуры, спустился вниз, налил себе свежезаваренного чая и вышел на террасу насладиться лучами утреннего солнца. Порадовался хорошему началу дня… потом вздрогнул, сплюнул три раза через левое плечо, потом через правое — на всякий случай. Хосок упивался царившей вокруг тишиной и умиротворением: кот мурчал на соседнем кресле, пёс похрапывал у ног, козёл не блеял свою привычную песенку, свинки мирно похрюкивали, птички чирикали вполголоса... Бета, испытав релакс, провалился в глубокий сон. Проснулся он от звука шагов во дворе. Вздрогнул, резко обернулся и... выдохнул. К нему шла воркующая парочка, мило переговариваясь и хихикая. — Вы такие милые! — заулыбался Хосок, сложив ладони на груди. — Не хочу устраивать допрос, но всё же спрошу: дату назначили? Богом, ты согласился? Дом для вас у меня есть, работа есть, любовь есть… Хочу малышей, чтобы бегали по двору. Только не двойняшек-омежек, Боже сохрани! — Да, Богом принял моё предложение, — ответил Сонхо. — А дата... чуть позже, когда у вас в доме станет поспокойнее. За жильё — спасибо. Мы вам очень благодарны, нам век не расплатиться. А вот за омежек… ничего не обещаю (Богом при этих словах смущённо хихикнул). Хосок махнул рукой: — Вы для меня как дети. Мой долг — помочь вам. Мне это в радость. Я не жду оплаты, — на мгновение он нахмурился, а потом продолжил: — Сонхо, сегодня после обеда отправляйся в Северное королевство и сообщи королю об омеге. Переночуешь там, а на рассвете поезжай к Южному королю, передай и ему новость. А потом — к королю Киму. Сейчас напишу тебе три послания. А мы с Богомом постараемся как-нибудь продержаться пару дней. Через несколько часов Богом, передав письма, провожал альфу в путь. Скромно чмокнув любимого в щёку, Сонхо уже был готов выдвинуться в путь, как громкий голос Хосока остановил его. Несколькими минутами ранее. Хосок собирался пойти к животным, проверить, есть ли у них вода, еда. Подходя к сараю, он услышал какой-то шум. Лекарь подумал, что это омежки вернулись, но шум был слишком громкий, а затем послышался до боли знакомый голос. Бета отмахнулся: «Почудилось». Но вот раздался родной, хрипловатый голос: — Хосок, мой дорогой братец! Как же я соскучился! Лекарь резко обернулся и расплылся в улыбке, промурлыкав: — Гуки! А потом выпрямился, побледнел и заорал: — Сонхо! Стоять! Отбой! Сюда! Быстро! Вздрогнули все: король Северных земель и его гвардейцы, Сонхо, Богом. Залаял пёс, раскудахтались куры, замычала Рябушка, закрякали утки, захрюкали свиньи, а козёл снова затянул своё нудное: «Ме-е». Сонхо в панике спрыгнул с коня и побежал к господину. Увидев короля, он склонился в поклоне: — Ваше Величество, здравствуйте! Повернувшись к Хосоку, Сонхо спросил: — Господин Чон, я тогда, наверное, только два письма отвезу? — Сонхо, какой ты умный молодой альфа, — усмехнулся лекарь. — Да, так и сделай. Король Чонгук и его небольшая гвардия спешились. — Гвардейцы мои, вольно! Отдохните с дороги, — произнёс Чонгук. — Мы здесь ненадолго. Хосок загадочно хмыкнул и улыбнулся. — Брат мой, странная реакция… — удивился король. — Ой, Гуки, подожди немного, скоро сам всё поймёшь, — ответил Хосок и повернулся к слуге. — Сонхо, теперь ты быстрее справишься. Давай, скачи. Мы тебя ждём. Сонхо снова попрощался с Богомом, чмокнул его и уже собирался в очередной раз тронуться в путь, как снова замер от крика: — Сонхо! Стоять! Отбой! Сюда! Быстро! Хосок только подошёл к своему когда-то мелкому брату (который теперь был выше на голову, шире в плечах и возвышался, как скала) и уже собирался обнять его, как у ворот снова раздался шум. Лицо лекаря вначале застыло в напряжении, а потом расплылось в улыбке: в ворота въезжал король Южного королевства Мин Юнги. Прибывший посмотрел на Хосока, потом на Чонгука и удивлённо приподнял бровь: — Ваше Величество, извините за дерзость, но… почему вы здесь? Чонгук уже открыл рот, но за него ответил лекарь: — Это мой любимый младший брат! — лицо Хосока озарила солнечная улыбка. Услышав вопли хозяина, Сонхо в панике слетел с лошади, понёсся к нему и снова застыл в поклоне, увидев ещё одного короля: — Здравствуйте, Ваше Величество! — Господин Чон, я так понимаю, во второе место не нужно заезжать? — слуга повернулся к Хосоку и достал ещё одно письмо. Короли стояли в недоумении, поглядывая то на одного, то на другого. — Господин Чон, — пробормотал Сонхо, переминаясь с ноги на ногу, — мне выдвигаться в путь с третьим письмом или немного повременить? Вдруг сейчас и Ким нагрянет? — На сегодня всё отменяем, — устало вздохнул Хосок. — Завтра решим, что и как. Кимов с меня хватит! Больше не хочу. Да и поместье не резиновое. Сонхо, собирай работников, нужно готовить ужин. Нас теперь очень много. Короли всё ещё недоумённо хлопали глазами. Мин не выдержал, подошёл ближе к Чонгуку и прошептал ему на ухо: — Ваше Величество, что здесь происходит? Если вы понимаете, объясните мне. — Ничего не понимаю, Ваше Величество, — растерянно прошептал Чонгук. И вдруг снова — шум, визг, пыль столбом, крики, слёзы, вой и мольбы о помощи. Всё это в два голоса: — Помогите! Спасите! Уберите! Отстань! Перестань! Уходи прочь! Господин Чон, помогите! Папочка! Чон Хосок вздрогнул, закатил глаза и устало проговорил: — М-да… Сюрприз удался. И снова — все в ступоре.
