In love

За окном уже темно. Луна неспеша движется по небосклону, чтобы ровно в полночь быть на своём законном месте, небо неравномерно усыпано звездами, словно кто-то случайно рассыпал их, из-за чего в одном месте их больше, чем в другом. Вы зашли к нему после долгой прогулки по городу, чтобы сбежать от ноябрьского холода. Не можешь сдержать улыбку, когда видишь недовольное лицо Юки, у которого запотели очки после резкого перепада температур. Стараешься случайно не выдать глупую шутку, которая случайно всплывает в голове при виде этой картины, но твое веселье не остается незамеченным. Кенъю ничего не говорит, просто тихо вздыхает и протирает линзы, чтобы вновь иметь возможность четко видеть окружающий мир. Однако необходимость в остроте зрения пропадает, если дело касается тебя. Твои эмоции, чувства и мысли футболист улавливает на каком-то подсознательном уровне, читает тебя как открытую книгу, но, как бы парадоксально ни звучало, ему для этого даже не требуется ничего открывать, нет необходимости изучать мелкий шрифт, которым написаны страницы твоей души. Он уже всё знает. Ты давно не была в гостях у Юкимии. Слишком давно. Плохо помнишь расположение комнат в его квартире, путаешься в выключателях, а он лишь тихо смеётся над этим. Теряешься в пространстве, как будто у Кенъю целый замок, полный потайных проходов и одинаковых коридоров. Приглушенный свет в кухне, горячий чай, тихие, почти интимные в своей откровенности разговоры, случайные столкновения ваших ног под столом, вызывающие неловкие смешки, нежный, согревающий лучше любого чая взгляд парня, который направлен на тебя. Всё это создавало ощущение безопасности, с ним ты дома, даже если этот дом ты совершенно не знаешь. Да и не имеет значения вообще, где вы находитесь, если вы рядом. Сейчас вы в его комнате, ты с любопытством рассматриваешь окружающий интерьер, стараясь хоть немного запомнить его. Аккуратность, почти педантичность, с которой расставлены книги на полках, чистый стол, на котором стоит лишь ноутбук, поражают. Ничего лишнего в комнате, никакого визуального шума. —И как тебе только удается сохранять такой порядок в комнате? У меня бы это и двух дней не продержалось. В чём секрет, Юки? Оборачиваешься в его сторону и наблюдаешь за тем, как он закрывает шторы, нажав кнопку на пульте управления. А после свет в комнате гаснет, и вы остаётесь в темноте. Ты в замешательстве, а он закрывает дверь, лишая вас обоих единственного источника света, который хоть как-то подсказывал тебе примерное расположение предметов в комнате. Твои попытки разобраться в непонятных действиях парня, найти им хоть какое-то объяснение остаются безуспешными. Слышишь тихий звук удара. Юкимия небрежно снимает с себя очки одним движением и складывает душки. —Чтобы хоть где-то обыграть тебя. —О чем ты? —В отличие от тебя мне не нужен свет, чтобы в пространстве ориентироваться. Чувствуешь мягкую хватку на своем запястье, а после теплое дыхание касается твоих губ. Юкимия знает эту комнату, знает расположение каждого предмета, находящегося в ней. Порядок в комнате не просто привычка или желание держать всё в чистоте, это удобство, которое позволяет ему без проблем передвигаться по помещению, не боясь уронить что-нибудь или врезаться куда-нибудь. Перемещает руку с твоего запястья на талию. Кенъя прекрасно знал, где ты стоишь, отлично помнил каждый сантиметр твоего тела, которое был готов изучать с фанатичностью безумного учёного. По наитию тянешься к нему, надеясь поймать его губы своими, но складывается ощущение, что он специально отстраняется, стоит тебе оказаться слишком близко. —Мимо губ не промахнёшься? Бедняжка, не видишь же ничего. —Если дёргаться перестанешь, то не промахнусь... Его незаметные переходы от заботливого джентльмена до слегка дерзкого юноши сводили тебя с ума. И он это знал, а потому изменения в нём происходили тогда, когда ты меньше всего этого ожидала. Наклоняется ближе и целует. Медленно, тягуче. Сразу перестает дразнить, все движения выходят плавными и невесомыми. Его свободная рука сначала касается твоей щеки, задевает ее мимоходом (можно подумать, что даже случайно), а после скользит к затылку. Кенъю запускает пальцы в твои волосы, но не тянет, не смеет позволить себе даже легкого натяжения, просто притягивает тебя ближе. Спустя пару секунд отстраняется, но лишь совсем немного. Ваши носы соприкасаются, а твои глаза начинают привыкать к темноте. И пусть ты все ещё не видишь его, но знаешь, что он смотрит на тебя. И наверняка смотрит с таким тихим обожанием и любовью, как всегда делает это, будучи уверенным, что ты не заметишь. —Достаточно ощутил свое превосходство? —Ещё нет, хочу большего. Хочу убедиться в том, что знаю твое тело настолько хорошо, что мне никогда не потребуется свет, чтобы видеть его. В его речах нет похоти, нет никакого подтекста. Только страх перед будущим, в котором он действительно может больше тебя увидеть. Поэтому так отчаянно хочет запомнить тебя, каждый твой изгиб, каждую родинку на твоем теле. Ему нужно быть уверенным в том, что твой образ навсегда останется запечатлён в его памяти. А ты не хочешь, да и не можешь ему в этом отказать, поэтому позволяешь его тонким пальцам двинуться под подол футболки, в то время как ваши губы вновь сливаются в поцелуе.