In Pale Blood

Тейлор ответила на звонок, заходя в Мастерскую со своими трофеями. — Что, чёрт возьми, это было? — прошипел голос Эми ей в ухо. Как там вчера Вики описывала "Энн"? Колючая? Между ними двумя Тейлор была почти уверена: настоящей колючкой была именно Эми. — Ну, ты сказала, что я могу их пугать… — Я имела в виду: типа, прятаться в стенах и всё такое. А не вламываться и… — Эми простонала. — Знаешь что? Забудь. Что ты вообще натворила? — Прихватила немного тинкиртеха из лаборатории Оружейника. Познакомилась с Дракон, это было забавно. Попробовала завербовать Наручника, и он, технически, не сказал "нет"… — перечислила Тейлор. Молчание длилось долго. Тейлор была уверена, что Эми не повесила трубку, так что использовала момент, чтобы поменять пробирки в аппарате для сбора крови. — Знаешь, иногда я успеваю забыть, что ты безумна — ровно настолько, чтобы это потом проявилось и дало мне в морду, когда я меньше всего этого ожидаю, — вздохнула Эми. — Быть нормальной скучно, — пожала плечами Тейлор, разбирая новое оборудование. Высокотехнологичная электроника была не совсем её областью, но сила подсказывала несколько очень интересных способов встроить эти штуки в оружие и инструменты. — Ладно, мне пора, пока Вики не вернулась, но просто… я достигла лимита по дерьму на сегодня. Не испорть больше ничего. — Да, мэм, — ответила Тейлор с показной серьёзностью. — Я буду здесь, колоться волшебной нацистской кровью и заканчивать свою пушку. — Твою что... Эми резко оборвала себя, и Тейлор услышала приглушённый голос Виктории на фоне. — Пока, Эми! — крикнула Тейлор, пока связь не оборвалась. Тейлор тяжело выдохнула и уставилась на телефон. Даже поддразнивать Эми было уже не так весело, когда на горизонте маячили реальные проблемы. Ограбление Протектората, конечно, не было лучшей её идеей, но ей и сама мысль о пассивности не нравилась. Она добралась так далеко только потому, что постоянно ломала ожидания — и героев, и злодеев. Если она начнёт сомневаться в себе сейчас — всё скатиться в те мысли, в которые она не хотела лезть. Мысли о том, сводит ли её кровь с ума на самом деле? Стоит ли узнавание новых аспектов силы того, чтобы лишиться шанса на нормальную жизнь? Есть ли вообще смысл во всём этом — и важно ли это? Тейлор глубоко вдохнула и отогнала мрачные облака. Если уж мне пришлось бы выбирать… Как она сказала Эми — быть нормальной скучно. …я знаю, что выбрала бы тебя. Слишком поздно начинать сомневаться. Даже если бы могла всё изменить — она бы не стала. Сожаления только замедляют. Тейлор вздохнула и отложила в сторону и украденные материалы, и тяжёлые мысли, наклонившись проверить прогресс текущих дистилляций. Кровь Феньи и Меньи уже была готова к обработке, но Тейлор отвлеклась на пушку. И на Эми — просто… в целом. Её девушка была катастрофически отвлекающей. Странным образом, насколько она могла сказать, кровь Феньи и Меньи была одинаковой для её силы. Как будто это был один человек. Или, по крайней мере, одна парачеловеческая способность. Как это вообще работало? Ну, по крайней мере, это значило, что часть крови можно приберечь для других проектов и кровавых осколков. Однако это всё равно было странно и подчёркивало, как мало она на самом деле знала о парачеловеческих силах. Пожав плечами, Тейлор зарядила настроенную пробирку и вышла из лаборатории. Медленное, ровное биение сердца сопровождало во время ходьбы. К несчастью, Эми оставила сердце в её испытательной комнате. Не конец света, но ей хотелось повредить гигантский орган ещё меньше, чем лабораторное оборудование. Оборудование она могла легко заменить. А вот просить у Эми ещё одно преступление против природы, потому что первое она случайно сломала… было бы неловко. К счастью, больница бесконечна, и подходящих тестовых помещений — сколько угодно. Она нашла пустую операционную и приготовилась. Должно было становиться легче, но каждый раз она всё равно колебалась. Я не останусь позади. Она больше не была одна. Рейчел и Эми рассчитывали на неё. И я забочусь о тех, кто принадлежит мне. Тейлор не знала, откуда взялась эта собственническая жилка, но отрицать её не могла. Её охотники принадлежали ей, и она позаботится о них. Она будет лучшей из них. Она была первым Охотником — и поведёт остальных из авангарда. Тейлор ввела концентрированную парачеловеческую кровь в здоровую ногу и позволила чуждой силе захлестнуть её, когда сознание вновь расширилось. Зверь — чудовищный и нежеланный инстинкт, таящийся в глубинах человеческого сердца. О, это был один из них. Отлично. Тейлор содрогнулась, когда внутри неё начало нарастать яростное бешенство. Железные мышцы напряглись, сухожилия натянулись, как канаты, а пальцы заныли — им не терпелось вцепиться в живую плоть. Хорошо, что она не делала это рядом с сердцем. Это могло бы… плохо кончиться. Зверь накрыл разум, и она зарычала от ярости, сотрясая Лабиринт и обрушивая с потолка пыль и крошку штукатурки. И всё же кровь не ослабляет зов — принять эту самую природу. Тейлор пошатнулась, волосы сорвались и упали на лицо — дикой завесой, отрезавшей её от мира. Она чувствовала грубую, первобытную энергию, струящуюся из чужой крови в неразрушимые кости. С потоком силы пришло почти непреодолимое желание разорвать врагов до костей, вырвать их позвоночники и наслаждаться кровавым дождём. Глубокие, хриплые вдохи вырывались сквозь стиснутые зубы, пока Тейлор подавляла импульс найти ближайшую цель и разорвать на части. Когда дикий, звериный порыв наконец начал отступать, сила зверя просто… ушла вглубь. Временно. Она выпрямилась и дала себе мгновение прийти в себя, игнорируя новые чертежи, вспыхивавшие в сознании. Она чувствовала… что-то внутри. Новый резервуар силы, готовый раскрыться, стоит только пожелать. Из любопытства она вытащила свой серебряный клинок. Тонко, почти неуловимо, но новая энергия словно ласкала оружие. Она взмахнула им пробно. Ничего. Хм. Она взмахнула сильнее. По-прежнему ничего. Хммм. Тейлор откинулась назад, готовясь к нарочито драматичному выпадy, напрягая мышцы, натягивая стальные связки — и… Вот оно. Она почувствовала странную, животную силу, наполняющую конечности и устремляющуюся в клинок. Это было похоже на тугое натяжение резинки перед выстрелом. Как бейсболист, готовящийся отправить мяч за пределы поля, или гольфист, выверяющий замах. Тейлор уловила идеальный момент — и рванула вперёд. Клинок метнулся, как голодный зверь, и врезался в стену больницы. Громовой удар сотряс комнату, а стена растрескалась и осыпалась, словно в неё врезался грузовик. Тейлор усмехнулась и крутанула меч с удовлетворением. Она уже чувствовала, как звериная сила снова накапливается. Похоже, этот дар не зависел от той же жизненной энергии, что питала более эфемерные способности. Отлично. Ей нужно больше способов убивать, не выматывая себя. Она едва могла дождаться момента, когда испытает это на Крикхаммере.

***

Эми мерила шагами свою маленькую спальню, насколько та вообще позволяла, пинала то хлам, то очередную кучку одежды, что мешалась под ногами. При всей своей гениальности, Тейлор порой была ещё и полной, мать её, идиоткой. Серьёзно, чем она думала? Врываться в штаб Протектората именно тогда, когда там была Эми, чтобы стащить какие-то рандомные гаджеты? Стоило ли оно вообще того? Эми прекрасно понимала, что такое поведение для Тейлор не в новинку, но смеяться над этим было куда проще, когда Охотник просто пересказывала какой-нибудь очередной нелепый случай на крыше больницы. Сейчас это было по-настоящему. Сейчас это ставило под удар всё — и совершенно без нужды. Но, с другой стороны… стала бы Эми так любить жизнь, которую она собиралась принять — весь этот хаос и злодейства — если бы она не состояла именно из этих вещей? Сколько в её планах было из-за ненависти к собственной жизни… а сколько — потому что она на самом деле кайфовала от альтернативы? Она не знала. И это было ещё одним пугающим слоем поверх всего остального. И это даже не касалось того, что так напугало Оружейника. Неужели он как-то узнал, что пробирки с кровью Тейлор оставляют следы? Эми была уверена, что видеть это могла только она… но, возможно, у него есть какой-то чёртов тинкертех-сканер. Если он решит поговорить с ней об этом, придётся что-то придумать. Сказать, что она чувствует следы крови на каком-то уровне, но это безопасно. Может, прокатит. Она и сама не была уверена, безопасно это или нет. Но весь смысл визита в штаб Протектората заключался в одном — убедить их, что пробирки с кровью Тейлор не опасны. Тогда, возможно, они дважды подумают, прежде чем сравнять больницу с землёй, если когда-нибудь всё пойдёт совсем плохо. И всему этому точно не помогало, что Тейлор их ограбила. Эми откинулась на кровать и уставилась в потолок. Ну конечно, она вечно выбирает самый тяжёлый путь. Никакой обычной бытовой драмы. Нет, она способна только на два варианта: отвратительную, безнадёжную любовь без ответа… или безумный, непредсказуемый хаос. И всё же, как бы это ни злило, грудь всё равно сжалась, когда она вспомнила эту идиотскую, самоуверенную ухмылку Тейлор и идиотское, озорное махание рукой — перед тем как пойти и совершенно спокойно совершить неизвестно сколько преступлений. Чёртова раздражающая, неотразимая злодейка. Через час она должна была вернуться в больницу на вечернюю смену, но она просто... не хотела. Сама работа, люди, которые умирали, пока она не лечила их, люди, которые вели себя так, будто им были что-то должны — всё это было таким же грёбаным кошмаром, как и всегда. Даже те, кто не принимал её дар как должное, кто понимал, какой бесценный дар им достался, что она досталась им… даже они не делали это ни капли легче. Эми слишком резко села, и голова у неё закружилась; она упёрлась руками в край кровати, чтобы не упасть. Было только одно место, где она хотела сейчас быть. И у неё были способы туда попасть. К чёрту всё. Она поднялась и пошла вниз — сначала на первый этаж, потом ещё ниже, в подвал. На ходу отправила Виктории короткое сообщение, чтобы никто не решил, что её похитили. Эми: Еду к Энн. Она отвезёт меня в больницу. Спасибо, что подвезла сегодня. Эми убрала телефон, не став даже проверять, ответила ли сестра. Дверной проём из ослепительного призрачного пламени озарил тусклую котельную. За ним слышалось медленное, тяжёлое сердцебиение Лабиринта — и, в этот раз, это точно была не её фантазия. Впервые она входила на территорию Тейлор сама. Впервые — без приглашения. Словно имела на это право. Эми не позволила себе колебаться. Она и правда имела право. Тейлор — её. И она имела полное право взять из этой безумной, сломанной жизни всё, что захочет. Она осторожно переступила через барьер — и оказалась в разрушенной больнице. Странно было идти без руки Тейлор, которая обычно вела её. Но Эми следовала за странным, неощутимым зовом Мастерской, который не давал ей сбиться с пути. Где-то впереди раздался нечеловеческий, звериный рёв, от которого стены Лабиринта дрогнули. Эми едва не подпрыгнула — сердце ушло в пятки. Об этом она никому никогда не расскажет, но она была очень, очень близка к тому, чтобы развернуться и сбежать обратно. Что это, черт возьми, было? Несмотря на мурашки и холодок под кожей, Эми ускорила шаг. Чем раньше она доберётся до света свечей, тем лучше.

***

Тейлор остановилась на полпути к Мастерской. У неё было странное чувство, что что-то здесь… не так. Что-то не на своём месте. Она сняла фонарь с пояса, подняла его повыше и медленно обернулась вокруг своей оси. Рейчел — в приёмном отделении, которое теперь стало её убежищем. Отец — всё ещё на работе. Виктория — дома. А Эми… В Мастерской? Тейлор улыбнулась, и в груди будто разлилось тепло. Она надеялась, что ничего плохого не случилось, но… с Эми рядом всё казалось лучше. Всегда. Она знала, что это глупо, но всё равно побежала. Никто ведь не обязан об этом знать. Она пронеслась мимо источника вездесущего сердцебиения, а перед тем, как открыть двери, заставила себя перейти на более спокойный шаг. Эми сидела на краю пустого лабораторного стола, болтая ногами. Выглядела немного неуверенно — но когда увидела Тейлор, всё равно улыбнулась. Тейлор не смогла не улыбнуться в ответ. — Привет, — сказала она чуть неловко. Эми ещё ни разу не приходила без предупреждения, но Тейлор точно не возражала. — Всё в порядке? — Если не считать того, что кое-кто устраивает беспорядки именно тогда, когда я пытаюсь убедить Оружейника, что твои пробирки с кровью безопасны… — Эми улыбнулась криво, и выглядело так, будто злости в ней нет и следа. — Да. Теперь, в общем, всё окей. — Мне просто очень хотелось швыряться молниями, ладно? — фыркнула Тейлор, подходя ближе. — Ну серьёзно, молнии — это же круто. Эми моргнула. — Вещи, которые ты украла у Оружейника… позволит тебе создавать молнии? — спросила она, почти не веря своим ушам. — Ммм-хммм, — протянула Тейлор, устраиваясь между её колен и обнимая за талию. — Ну, устройство, которое я собираюсь собрать, даст. Я его ещё не собрала, но назову его Тонитрус*. — Ты такой задрот, — Эми улыбнулась, глядя на неё снизу вверх. И что бы Эми ни переделала в её внутренних органах, бабочки, от которых живот у Тейлор сжался в тугой узел, никуда не делись. — И ещё импульсивная, и безбашенная, и абсолютно поехавшая. Но, несмотря на слова, Эми подняла руку и запутала пальцы в её волосах. И Тейлор почти физически почувствовала, как напряжение уходит из неё. — И всё же, сколько бы ты ни ворчала… по-моему, тебе это нравится, — тихо сказала Тейлор, проводя пальцами по позвоночнику Эми, сквозь ткань футболки. Улыбка Эми стала острее, и в её взгляде шевельнулось что-то тёмное. — Может быть, — прошептала она, сокращая расстояние. — Только не позволяй этим словам вскружить тебе в голову. Тейлор позволила. Немного. А потом Эми поцеловала её — и всё исчезло. Все мысли, все планы, всё, что секунду назад было важным. Остались только губы Эми, вкус кофе, запах шампуня и... Тейлор невольно застонала, когда почувствовала, как сила Эми поднимается внутри неё, как огонь разворачивается в костях, как молния пробегает по нервам. Эми меняла её. Улучшала. Переделывала под свои желания. И это было… слишком приятно. Опьяняюще. Когда Эми отстранилась, Тейлор резко втянула воздух, позволяя искрам и жару постепенно угаснуть. Она открыла глаза — и увидела озорную улыбку Эми. — Ты опять съела нациста, да? — поддела Эми, и Тейлор рассмеялась. — Двоих, если считать вот так, — ответила она. — У Феньи и Меньи один и тот же набор сил, каким-то чудом. Я до конца не понимаю, как это работает. Но да, у меня новая способность. Теперь могу бить ещё сильнее. — Меня всякий раз это сбивает с толку, — сказала Эми. — Думаю, что уже знаю, чего ждать, но… то, что эти пробирки делают с твоей кровью, с клетками… это вещь, которую даже моя сила толком не понимает. Но… это будоражит. — А что ты вообще во мне меняешь? — спросила Тейлор. — Мне, честно, всё равно. Я тебе доверяю. Просто любопытно. Эми посмотрела странно, будто пытаясь понять, как такая фраза вообще может существовать в природе. А потом покачала головой с каплей нежной усталости. — Только ты могла сказать "мне всё равно"… Ладно. Если коротко — ничего особо другого, чем в первый раз. Чем больше в тебе этого… чего-то, что питает твою силу, тем дальше я могу продвинуть твои улучшения. Например… твои кости сейчас чертовски прочные. Я могу каждый раз переплавлять эту живую смесь кальция, углерода, железа и чёрт знает чего ещё, — Эми заговорила быстрее. — То же самое с органами и тканями. Я уже переработала и изменила почти все твои жизненно важные органы. Думаю, ты могла бы есть крысиный яд — и даже изжогу бы не поймала. Твои лёгкие — как промышленные фильтры, а кожу и другие органы я укрепила карбоновой сеткой. Эм… ещё срастила твой позвоночник с твоим... Тейлор наклонилась и поцеловала снова — просто чтобы заткнуть. Эми пискнула от неожиданности, и Тейлор улыбнулась прямо ей в губы. — Я передумала, — сказала Тейлор, чуть отстранившись. Эми нахмурилась. — Я ценю улучшения, правда. Но можешь делать со мной всё, что хочешь, а если есть что-то, о чём я должна знать — просто скажи, ладно? Лицо Эми смягчилась, она покачала головой с той усталой нежностью, которую показывала редко. — Ты потрясающая, но у тебя и правда крыша поехала. Ты в курсе, да? — сказала Эми. — Большинство людей, услышав "я перестроила тебе жизненно важные органы", не продолжают свой день как ни в чём не бывало. Тейлор пожала плечами. — Как я уже говорила, быть нормальной — скучно. Единственный минус в том, что иногда, время от времени, мне кажется отличной идеей вломиться в лабораторию Оружейника, чтобы сделать себе палку, стреляющую молниями. — Ну, никто не идеален, — фыркнула Эми, но улыбка у неё была та, словно она забыла нахмуриться. По ощущениям — победа. К удивлению Тейлор, у неё зазвонил телефон. Звонил обычно только один человек — и он сейчас был прямо у неё на руках. Значит, что-то необычное. — Эм… секунду, это может быть важно, — сказала Тейлор, вытаскивая телефон одной рукой, не давая Эми вырваться другой. — Ты и твоё тупое раскладушечное чудо, — пробормотала Эми. Тейлор показала ей язык и ответила: — Охотник. — У Выверта изменились планы. Он отозвал агентов, которые следили за вашим отцом, — сказал один из ее подчинённых без лишних вступлений. — После конфликта с Империей и ваших последних действий он посчитал это ненужным. Сейчас он охотится за недавно получившим силы ребёнком. Имя: Дина Элкотт. Тейлор прикусила губу. Эми вопросительно смотрела на неё. — Это… потенциально плохо. Что известно о Дине Элкотт? — спросила Тейлор. — Племянница мэра. Мы всё ещё собираем дополнительную информацию, но, похоже, её сила как-то нарушает работу способности Выверта. Нас уже несколько раз отправляли и тут же отзывали. Он считает, что у неё предвидение, — сказал наёмник. — Сколько ей лет? — спросила Тейлор. — Она ещё в школе? — Двенадцать. Чёрт. — Если Дину Элкотт действительно схватят, доставьте её в мою больницу при первой возможности. Пока — держите меня в курсе и действуйте в моих интересах, насколько это в ваших силах. — Да, Охотник. Тейлор захлопнула телефон и стиснула зубы. Ей очень хотелось просто ворваться в логово Выверта и прикончить этого ублюдка — но она знала: его там не будет. Слишком рискованно терять единственное преимущество, не понимая до конца, как работает его сила вероятностей. Чёртовы провидцы. Может, Лиза знает больше. Она спросит, когда поедет за документами Энн. И ещё — возможно, Выверт прекратил следить за ней именно потому, что она решила спросить Лизу. В будущем. Она просто ненавидела провидцев ещё сильнее. — Что это было? — спросила Эми. На лице у неё было странное выражение, которое Тейлор так и не смогла распознать. Тейлор определённо не хотела рассказывать ей о костяных клинках. — У меня есть люди внутри организации Выверта, — сказала Тейлор. — Так я узнала, что он следил за мной и отцом. А теперь он сменил тактику. Он пытается похитить девочку по имени Дина Элкотт, думает, что она — провидец. — Возможно, вопрос глупый… но нам не стоит рассказать героям? — сказала Эми. — Звучит больше как их задача. Тейлор тяжело вздохнула. — Герои захотят узнать, откуда у меня информация. А тогда я потеряю своё единственное преимущество. Плюс, у Выверта есть люди внутри СКП. С провидцами сложно воевать, но, думаю, он не знает о моих агентах — иначе они бы туда никогда не пробрались, понимаешь? — объяснила Тейлор. — Конечно, всегда есть шанс, что он всё знает, и просто кормит меня ложью… но пока это маловероятно. Эми уставилась на неё. — Знаешь… я оставлю вещи такого масштаба тебе. У меня уже голова болит, — сказала она. — Как ты можешь быть такой… продуманной, когда нужно, а в другие моменты… просто идешь в штаб Протектората, чтобы украсть хрень? Тейлор смущённо засмеялась, снова пожав плечами. — Ну… я просто крутая? Эми закатила глаза так сильно, что Тейлор на секунду испугалась, что они так и останутся. — Короче, — Тейлор попыталась собрать мысли. — Я постараюсь вести себя умнее. Я знаю, что не могу просто… оставлять тебя, или Рейчел, на произвол случая. Даже если я всегда выберусь, найду путь назад… я больше не могу просто бросать всё на удачу. Так что в следующий раз, когда решу ограбить Протекторат или отправиться на слишком бодрую прогулку — я скажу тебе, и мы всё спланируем. Чтобы сработало. Ладно? — Ладно, — тихо сказала Эми. — Я… спасибо, Тейлор. Просто… Она закрыла глаза, глубоко вздохнула. — Ты не можешь уйти. Ни из-за Протектората, ни из-за Империи, ни из-за Выверта, ни из-за Лунга, ни из-за какого-нибудь чёртового губителя, мне плевать. Ты не можешь… уйти, — Эми сглотнула и подняла на неё тёмный, резкий, болезненно-влюблённый взгляд. — Ты моя. Несмотря на всё, что Эми говорила раньше — несмотря на то, что Тейлор сама её выбрала — это было впервые, когда она сказала это вслух. И Тейлор смогла только кивнуть. Молча. Грудь сдавило странным, тёплым, пугающим чувством. Эми покраснела под россыпью веснушек и вдруг стала почти смущённой. — Хорошо. Рада, что мы разобрались, — сказала она нарочно лёгким тоном. — А теперь… у меня полчаса до того, как я должна вернуться в эту проклятую больницу, и я хочу увидеть, какого хрена ты имела в виду, когда сказала, что построила пушку. Тейлор рассмеялась. Она отпустила её, взяла за руку, и Эми спрыгнула с лабораторного стола. И Тейлор повела её вперёд — показывать своё последнее, слишком грандиозное творение.

***

Тейлор шла по Мастерской с каким-то почти пружинящим шагом — и в переносном, и в прямом смысле — пока её сфера Тонитруса медленно обретала форму. После недавнего разговора с Эми ей будто стало легче дышать. Да и лишний час рядом с ней был… чертовски приятным. Теперь Эми была в своей больнице, а у неё было целое море времени, чтобы засесть за своё новое творение, создающее молнии. Она аккуратно разобрала кучу высокотехнологичных деталей, утащенных у Оружейника, и переделала их, как подсказывала сила. Она толком не понимала, как всё это работает — но благодаря общим знаниям Виктора и чертежами, вспыхивающими в голове, справлялась. Сфера на верстаке была самым сложным куском тинкертеха, который она когда-либо делала. В центре быстро вращался на сложном подвесе магнитный гироскоп, стоя идеально ровно, как бы ни двигалась сама сфера. Вокруг него — тончайшая сеть трубок, наполненных ртутью, которую кружащие магниты гоняли туда-сюда, будто стаю мышей по лабиринту. Вся конструкция заключалась в корпус из двух стальных полусфер, изнутри обмотанных плотным медным проводом. По идее, сфера Тонитрус должна была использовать ртуть и как среду, и как топливо, сжигая её, чтобы вырабатывать ненормально мощный электрический заряд. Любая неиспользованная энергия перерабатывалась бы и уходила в конденсаторы в основании сферы — чтобы можно было снова запустить её, когда в систему добавят ещё ртути. Первая сфера вышла куда больше, чем в чертежах, что сидели у неё в голове. Сделать из сфер оружие она всё ещё планировала, но для прототипа у неё появилось более практичная идея. Чтобы не испортить оборудование в лаборатории, Тейлор подняла тяжёлую, почти полуметровую сферу и унесла её в Лабиринт, дальше — мимо бьющегося сердца — и вниз, в свою новую испытательную комнату. Она подключила проводку к рубильнику и отошла шагов на пятнадцать. На всякий случай. Большой серебристый шар лежал на растрескавшемся полу заброшенной операционной. Похожий на гигантскую новогоднюю игрушку — если бы новогодние игрушки могли убивать. Ну… понеслась. Тейлор нажала на переключатель. Она не смогла сдержать широкую, безумную улыбку, которая медленно расползлась по лицу, когда сверкающая бело-голубая молния осветила тусклое помещение. О да. О да, чёрт побери. Больше ей никогда не придётся беспокоиться о том, чтобы красть бензин для генераторов.

***

Следующий школьный день был таким же скучным, как всегда, но Эми всё равно чувствовала себя на взводе. От СКП никто не выходил на связь, но Оружейник точно что-то уловил в тот момент, прямо перед тем как Тейлор включила тревогу. Разве он ведёт расследование? Проверят камеры в больнице и поймут, что у неё есть одноногая подруга? Второй метафорический ботинок висел над ней, готовый упасть, — но всё ещё не падал. И именно это нервировало больше всего. И всё же прозвенел последний звонок, и никто не вызвал её в офис. Может, она действительно накручивала себя, а Оружейнику просто нужно было, чтобы она повторила информацию для протокола или ещё что-то. — Увидимся, Эймс! — пропела Вики, мягко опуская её на крыльцо. — Тебя сегодня подвозить в больницу? — Нет, я снова поеду к Энн, она отвезёт, — сказала Эми. Лгать становилось всё легче. — Угу. Смотри, не влипни ни во что, — сказала Виктория неожиданно серьёзно. Эми закатила глаза. В какие вообще неприятности она могла вляпаться… в смертоносной лаборатории кровавого технаря, спрятанной в огромном живом Лабиринте? Абсолютно обычная, нормальная послеобеденная деятельность. — Ладно, я пойду встречусь с Дином, выпьем горячего шоколада. Увидимся вечером! — крикнула Вики уже в воздухе и тут же унеслась прочь. На удивление, Эми не ощутила привычного укола ревности. У неё были свои планы с Тейлор, и Виктория заслуживала быть счастливой — с ней или без неё. Черт возьми, неужели мне действительно… становится лучше? Может быть. Ага. Эми закрыла за собой дверь и вошла в гостиную, остановилась и просто... существовала какое-то время. Дом ощущался таким же безликим, как всегда, но это уже не раздражало так, как раньше. Марк спал в своей комнате, и Эми не винила его за апатию. Она всё ещё не любила думать о том, чтобы лезть в мозги… но если она уже нарушила остальные правила, то и это, наверное, могла бы нарушить. Верно? Эми решила подумать об этом позже. Времени для экспериментов было достаточно — особенно если Тейлор поможет. Кстати о ней. Эми улыбнулась и направилась к подвалу. В дверь постучали. Эми застыла прикусив губу. Что-то было… не так. В этот дом никто не стучал. Не тогда, когда Кэрол не дома. Ещё один стук. Чёрт. Эми сделала глубокий вдох, пытаясь развязать узел в животе. Не вышло. Она подошла и открыла дверь. Господи Боже. Это же просто. Чёртов. Дин. Столько нервов впустую. Но почему тогда всё ещё казалось, что что-то не так? — Вики только что улетела, — резко сказала Эми. — Она сказала, что встретится с тобой на набережной. Забыл? — Нет… э… я знаю, — сказал Дин. Он выглядел… неуверенно. Совсем не так, как обычно. Что происходит? — Я сказал ей, что встречу её там позже. Хотел поговорить с тобой. Наедине. Если ты не против, — сказал он медленно. Она была абсолютно, категорически не против. Какого хрена, Дин? — Это… странно. Зачем? — спросила она, стараясь звучать непринуждённо. — Мы можем поговорить внутри? — спросил он. Он даже огляделся, нервно, будто они были в чёртовом фильме. Эми сузила глаза. — Ладно… — сказала она, разворачиваясь, чтобы пропустить его вперёд, и пошла за ним в гостиную. Он остановился посреди комнаты и обернулся к ней — одновременно неуверенный и решительный. — Я знаю, что я тебе не очень нравлюсь, но… хочу, чтобы ты знала: я правда забочусь о твоём благе. О твоём и о Виктории, — начал Дин. Звучало почти как заранее выученная речь. Почему у меня дрожат руки? Эми осторожно пересекла комнату. — Ты знаешь, моя сила показывает мне эмоции людей. Я не могу её выключить. Я стараюсь не делать из этого выводов, потому что чувства — это не всё. Важно то, что человек делает, а не что чувствует. Эми не нравилось, куда это всё идёт. Он что, понял, что она чувствовала к Виктории? Нетрудно догадаться, учитывая весь ад в её голове каждый раз, когда она была рядом с сестрой… но зачем говорить об этом сейчас, когда всё только-только стало легче? — Сегодня утром, на брифинге Стражей… — начал он, и слова будто застряли у него в горле. — Мы смотрели запись с камер безопасности. Как Охотник проникла в штаб Протектората. По спине Эми пробежал холодок. Она знала: скрыть выражение у неё не вышло. Покер-фейс у неё был дерьмовый. Дин определённо заметил — лицо или эмоции. Неважно. — Значит, ты знаешь, — сказал он тихо. — Энн... Рука Эми стиснула его запястье. Он оборвал фразу, в один миг замерший, когда она взяла под контроль его нервную систему. Чёрт. Чёрт-чёрт-дерьмо-сука... Эми тяжело, рвано дышала, удерживая Дина, каждую мышцу. Его глаза вылезли из орбит; ужас, боль и изумление боролись за место на остатках выражения лица, уже почти полностью подвластного её силе. Я могла бы просто убить его. Она уже не раз угрожала Тейлор убийством. Никто бы не нашёл тело. Точнее — не нашёл бы ничего. Он солгал Виктории о том, куда идёт. Для неё он просто… исчез бы. Где-то глубоко в груди Эми что-то дёрнулось. Она очень хотела его убить. Слишком часто фантазировала об этом. О том, как выжимает жизнь из этого напыщенного, самодовольного мешка дерьма, — и тогда она и Вики могли бы быть вместе и... Эми насильно оборвала эту мысль. Она не могла сделать это с Викторией. Даже если смерть Дина каким-то чудом сблизила бы их, а этого бы не произошло, Эми пришлось бы жить с этой ложью. Всю жизнь. А ещё… что это сделало бы с Тейлор. И со всеми их планами. Нужно позвонить Тейлор. Сейчас. Она всё исправит. Она может всё. Эми дрожащими пальцами вытащила телефон и открыла контакты. — Эй, Эми, что... — Ты мне нужна. Сейчас, — выдохнула Эми дрожащим голосом. — Дин… он… он знает, про Энн… и я… я не подумала… и… — Буду через тридцать секунд, — сказала Тейлор. — Сможешь отвести его в подвал? — Да… да, смогу, — прошептала Эми. Манипулировать мышцами Дина и вести его вниз по лестнице оказалось пугающе лёгким. Слишком лёгким. Когда они дошли до котельной, Тейлор уже стояла в дверях Лабиринта. — Веди его сюда, — приказала она. Заброшенный больничный коридор выглядел странно размытым под бледным призрачным огнём. — Тейлор, я… — Эми чувствовала, что должна плакать, но слёз не было. Никаких. — Я не знаю… что делать, я… Тяжесть руки Тейлор на плече заставила вздрогнуть, но Эми сразу поняла: Тейлор не касается кожи нарочно. Чтобы не сбить концентрацию и не разрушить контроль. Или… чтобы не прикасаться к ней. Рыцарь. Она должна думать о нём как о Рыцаре. Герое. Потенциальном враге. Это должно помочь, верно? Сделать проще? — Эми, — сказала Тейлор ровно. — Ты всё сделала правильно. Ты ничего не испортила. У нас есть варианты. Но мне нужно, чтобы ты была собрана. Перед тобой выбор — а выбирать нужно с ясной головой. Посмотри на меня. Эми всхлипнула, набирая воздух, и подняла взгляд на её чёрные глаза. Обычно там был огонь. Или насмешка. Или жизнь. Сейчас — ничего. Только холодный, беспросветный лёд. Неужели это то, что видела её добыча перед смертью? По позвоночнику Эми пробежал холодок. Она всегда знала — знала, — что Тейлор опасна. Убийца. Сотни раз. Но никогда ещё опасность не ощущалась такой. Не до этой секунды. Вот почему Адская Гончая следовала за ней безоговорочно. Вот почему СКП никогда по-настоящему не пыталась сражаться с ней. Эми смотрела в бездну — и бездна смотрела в ответ. — Я могу решить эту проблему за тебя, если ты попросишь, — медленно сказала Тейлор. — Но выбор должен быть твоим. У нас есть три пути. Ни один не идеален. И ни один не будет приятным. Сожаление тут не поможет. Эми бездумно кивнула. — Первый вариант: я убью его быстро и без боли. Ты тоже можешь, конечно, но я сделаю это за тебя, если не хочешь, чтобы его кровь легла на твою душу. Мы спрячем тело. Никто никогда не узнает, кроме нас. Эми уже думала об этом. И мысль была одинаково мучительно притягательной и ужасающе болезненной. — Второй вариант: мы отпускаем его — и смотрим, что будет, — продолжила Тейлор. — Может, он промолчит, и ничего не изменится. Или — что гораздо вероятнее — доска перевернётся, и фишки упадут. Я не знаю, что произойдёт, но ты всегда можешь остаться со мной в Мастерской. Я тебя защищу. В долгосрочной перспективе всё будет хорошо. Эми закусила губу так сильно, что почувствовала вкус крови. Она была не готова, чтобы карточный домик рухнул. Не сейчас. Не когда она впервые выжимала хоть каплю счастья из этой грёбаной жизни. Она не хотела бросать Викторию. Не хотела разрушать всё, что знала — плохое и хорошее, всё сразу. И если отпустить Дина… Виктория узнает. Узнает, что Эми почти убила его. Что взяла его под контроль в панике. Она могла бы никогда её не простить. Нет. Она не была готова к концу. — Третий вариант, — сказала Тейлор всё тем же ровным голосом. — Мы берем его под контроль. Надолго. И позволяем ему жить дальше как обычно — только без памяти об этом и без тех мыслей, что привели его сюда. Мысли Эми захлебнулись и рухнули окончательно. — Что? — выдавила она. — Нет, я не… я не умею… я не знаю достаточно о мозгах, даже если бы я... — Не ты, — сказала Тейлор. Что-то тёмное, изломанное блеснуло в глазах её девушки. — Я. Из скрытого кармана в подкладке пальто Тейлор вынула длинный зазубренный кинжал из кости. Воздух вокруг него словно искривлялся, как от жара — только это был холод. Что-то в нём было по-настоящему неправильным. — Я могу подчинять людей навсегда, на фундаментальном уровне, — сказала Тейлор. Её голос был таким же холодным и мёртвым, как взгляд. — Он не осознает, что был подчинён. Он не сможет сопротивляться. Протоколы СКП это не заметят и не найдут, если только не будут точно знать, что искать. Дрожь усиливалась. — Ты… делала это раньше? — прошептала Эми. — Да. Конечно, да. Эми стало холодно. Почему здесь так холодно? — Причина, по которой я уверена в верности своих людей внутри организации Выверта, проста, — тихо сказала Тейлор. — Они не агенты. Они — рабы. Тейлор часто называла себя монстром, но Эми никогда этого не видела. Даже среди изувеченных тел, в безумной лаборатории кровавого технаря. Сейчас — видела. В тусклом свете фонаря и неземного пламени. Она сделала это со мной? Это не очень сходилось с тем, что влюблённость в Тейлор не решила ни одной её реальной проблемы, но… Эми бы никогда не узнала наверняка. Если Тейлор подчиняла так глубоко — осознать это было бы невозможно. Никто, кто был подчинён сильным Властелином, не чувствовал, что подчинён. А Тейлор, как оказалось, была одной из таких. Пустота просто смотрела на неё. Имеет ли это вообще значение? Эми смотрела в ответ, пока мысли завивались в беспомощную спираль. Вот и всё. Какой бы путь она ни выбрала сейчас — назад пути не будет. Убить? Отпустить? Или… поработить? Что-то уродливое и чудовищное подняло голову в сердце Эми. Глубокое, эгоистичное желание просто взять то, что она хотела — без последствий. Единственный человек, который бы знал об этом, помимо неё, — это Тейлор. А Тейлор бы её не осудила. Похоже, мы обе немного эгоистки. Виктория никогда не узнает — а то, чего она не знает, не ранит. Она сможет быть счастлива, в блаженном неведении. И… может, это нормально. Дин тоже никогда не узнает. Он будет счастлив в своём неведении. Он сохранит Викторию — лучший приз в этом грёбаном мире. Он должен быть благодарен ей. Если бы не Тейлор, Эми бы просто убила его и в итоге забрала бы Викторию себе. Под всеми изломанными, извращенными эмоциями внутри неё билась слабая, ненормальная, отвратительная удовлетворённость. Тейлор была такой же ужасной, как и она сама, глубоко внутри. Всё это её переживание — "никогда не трогать мозги" — было смехотворным, когда Тейлор уже давно была Властелином, использующим рабов намеренно. Мы все тут монстры. — Сделай это, — прошептала Эми. — Поработи его. Тейлор даже не дрогнула. Она вогнала костяной клинок Дину в грудь. Раздался влажный, хрустящий звук, когда она провернула лезвие и сломала его, оставив кончик и ещё сантиметр кости внутри тела Рыцаря. Эми почувствовала эффект — по своей силе. Крошечные, микроскопические перестройки его мозговой химии. Тейлор была права. Никто больше не заметит. — Излечи его, — приказала Тейлор. — Но оставь костный осколок внутри. Вплети его в скелет, чтобы нельзя было вытащить или обнаружить. Сила Эми сорвалась с цепи, будто хотела этого. Это давалось ей легче, чем любое другое исцеление в её жизни. Если это вообще можно было назвать исцелением. Она манипулировала обломком кости, как будто он был частью Дина. Наверное, теперь так и было. Она растопила его и распределила вдоль его рёбер, срастив с настоящими костями так, что даже ей самой стало сложно понять, где чужое начиналось и заканчивалось. Взгляд Дина погас. Совсем. — Можешь отпустить, — мягко сказала Тейлор. Эми разжала хватку, и его рука безжизненно упала вниз. Тейлор протянула руки и прижала её к себе. Эми буквально растаяла, обрушившись в эти объятия. Что это за звук? О. Это она. Она рыдала в жилет Тейлор — громкими, рваными всхлипами, которые трясли всё её тело. Почему я плачу? Всё же получилось, верно? Дин никому ничего не расскажет. И никто ничего не узнает. Никто, кроме меня. Эми дрожала всем телом, судорожные волны прокатывались по ней снова и снова, пока она рыдала в руках Тейлор. Клетки её девушки сияли в биочувстве — хаотичный звездопад, танцующий внутри и вокруг неё. Тейлор гладила её по спине, по волосам, делала тихие, успокаивающие круги. Что-то говорила… но Эми не слышала. Она не слышала ничего. Только медленное, тяжёлое сердцебиение в глубине. Эми сосредоточилась на нём. Считала долгие секунды между двумя ритмичными ударами своего чудовищного творения. Пускала этот глухой удар сквозь себя, глядя на танцующие звёзды. Она не знала, сколько прошло времени. Но в какой-то момент дрожь ушла. Рыдания утихли, и она снова почувствовала себя полноценным человеком. Боже… Что я сделала? Личность Энн и так держалась на соплях, и Эми знала, что это ненадолго. Зачем она… Сожаление сейчас не поможет. Слишком поздно сомневаться. Эми подняла голову, и Тейлор осторожно провела ладонью по её заплаканной щеке. Глаза Тейлор снова были тёплыми — тлеющий жар под обсидианом. Как угли в догорающем камине. — Ты молодец, Эми, — прошептала Тейлор. — Всё будет хорошо. Не волнуйся. Казалось, что хорошо уже не будет никогда, но Эми всё равно кивнула. Если Тейлор в это верила… может, и она сможет. Тейлор перевела взгляд с неё на Дина, прикусывая губу. — Хочешь пойти в Мастерскую и подождать меня там? Или останешься, пока я закончу? — тихо спросила она. — Останусь. С тобой, — автоматически сказала Эми. Голос звучал куда ровнее, чем она себя ощущала. Её звёздам нельзя было уходить. — Ладно. Сядь здесь на минутку, — сказала Тейлор. Её плечи выпрямились; она повернулась к Рыцарю. — Дин. Объясни, зачем ты пришёл и что знаешь обо мне, — сказала она тем же властным голосом, каким командовала по телефону. — Ваши эмоции уникальны и легко узнаваемы моей силой. Я смог определить, что вы — Охотник и Энн один человек. Я пришёл сюда из уважения к Эми, чтобы понять, знает ли она правду и дать ей возможность подготовиться, прежде чем я сообщу о своих подозрениях Оружейнику. Я также хотел выяснить, не поработили ли вы Эми, — сказал Дин ровным, бесцветным тоном. Последняя фраза была почти издевательской, учитывая обстоятельства. — Ты кому-нибудь ещё говорил о своих подозрениях? — Нет. Тейлор кивнула. — Кто-нибудь знает, что ты здесь? — Нет. Виктория думает, что мы встретимся за горячим шоколадом на набережной, но я опаздываю. — У тебя есть какая-нибудь другая информация, полезная для меня сейчас? — спросила Тейлор. — Мой отец купил мои парачеловеческие способности у организации под названием "Котёл", которая может иметь влияние на СКП. Что? — Я давно подозревал, что Эми испытывает романти... — Заткнись к чёрту! — сорвалась Эми. Она даже не подумала, что он может это озвучить. Что за хрень?! Но он не замолчал. Теперь он слушал только Тейлор. Конечно Дин умудрился испортить её жизнь даже как грёбаный раб. — … романтические чувства к Виктории. И дрожь вернулась. И звон в ушах. Фантастика, просто фан-блять-тастично. — О, — моргнула Тейлор. — Хм. Ясно. Она посмотрела на Эми, и выражение её лица смягчилось. — Эй, только не начинай паниковать. Прошу прощения? Не паниковать? Кто паникует? Не я. Нет. Абсолютно спокойна... — Эми! — голос Тейлор стал резче обычного, и вдруг её лицо оказалось совсем близко. — Всё нормально! Я не то чтобы прямо догадывалась об этом, но я чувствую, насколько она важна для тебя, в свете фонаря. И, честно, на фоне всей той херни, что мы уже натворили, это даже не выделяется. — Ты не… что… я просто… — Эми захлебнулась словами. Тейлор её не ненавидела? Не уходила? Так… так это не должно работать. Это должно было стать концом. — Я не скажу "мне всё равно", потому что мне не всё равно. Очень не всё равно. Но это не плохо, — сказала Тейлор, обеими руками беря её лицо. Эми смотрела в эти чёрные глаза, не понимая ничего. — Это всё часть тебя. Даже сломанные, больные части. И ты — моя. Как я уже говорила, я позабочусь о Виктории тоже. Потому что ты её любишь. У Эми закружилась голова. Слишком много всего, сразу. Слишком сильно. Слишком быстро. — Мы ещё поговорим об этом. Но сначала я закончу с Пиноккио-Стражем там, а потом мы вернёмся в Мастерскую, — сказала Тейлор. Пиноккио? У Эми мозг работал примерно на половине сломанного цилиндра и трёх спущенных шинах. А. Потому что он кукла. Ха. Хорошая шутка, Тейлор. Она попыталась рассмеяться, но у нее вырвался лишь сдавленный хрип. — Эми, посмотри на меня, пожалуйста. Она старалась. Правда. Но глаза не хотели фокусироваться. В конце концов Эми зацепилась взглядом за кристаллизованный оникс и бесконечную галактику звёзд, закручивающихся в глубине. — Это ничего не меняет, — голос Тейлор был низким и уверенным. — Ничего не меняет в том, что я к тебе чувствую. Обещаю. Ты всё так же можешь быть всем для меня, если хочешь. Даже если я не могу быть всем для тебя. Хорошо? Мы все тут монстры. Слова давались тяжело, но одно она всё-таки смогла выдавить: — Хорошо.