In Pale Blood

Тейлор не смогла сдержать удовлетворённую улыбку, когда была завершена последняя руна на Брайане. Это был всего лишь маленький шаг в общем масштабе происходящего, но она была довольна тем, как далеко продвинулась группа в целом. Бывшие Неформалы — все до единого — добровольно приняли причастие. Они, вместе с Дмитрием, прошли базовые рунические усиления, которые Эми могла выполнить, используя остатки силы Оталы. Все, кроме Лизы, разумеется. Тейлор прекрасно понимала, что не стоит подпускать Эми к Лизе с ножом. Она надеялась, что со временем её девушка отпустит обиду, но давить сильнее она не собиралась. Эми была не машиной для рун — так же, как и не машиной для исцеления. По крайней мере, теперь все они будут на голову выше обычного человека в грядущих столкновениях. Пусть это и не шло ни в какое сравнение с полноценным рейтингом бугая, но в бою с серьёзным противником разница между ранением и смертью часто измеряется именно такими мелочами. Тейлор не знала, как долго руны «Глубинного Моря» смогут продержаться против такого властелина, как Симург, но это было явно лучше, чем ничего. — Хорошая работа, — сказала она, лениво проведя рукой вдоль спины Эми, прежде чем снова занять место перед группой. — У нас остался ещё один вопрос. Тейлор бросила взгляд на Эми и встретилась с ней глазами из-под капюшона. Они уже обсуждали это раньше, но ей нужно было убедиться. Та всё ещё выглядела взбудораженной после использования рунических усилений — в её взгляде плескалось непроизвольное удовлетворение от работы силы. Она кивнула — без прежней мучительной неуверенности, несмотря на привычную колкость. — Существуют и другие усиления, но они значительно более… глубокие. Сила Эми куда универсальнее, чем просто лечение. Она может напрямую изменять вашу биологию, усиливая вас самыми разными способами. Я не ожидаю такого уровня вовлечённости от всех. Это — выбор. Я сама прошла через куда большее количество изменений и улучшений, чем будет доступно вам, но знайте: я не предлагаю ничего, что не опробовала на себе. Я забочусь о своём. Нетрудно было понять, кто согласится. Это читалось у них на лицах. — Кто готов доверить нам свою жизнь — и позволить себя усилить? — спросила она серьёзно. Сейчас было не до шуток. Полный контроль Эми над их телами — это совсем не то же самое, что несколько рун, вырезанных на коже. Она заметила, что Алек собирается что-то сказать, но он замешкался ровно настолько, чтобы Рейчел его опередила. Она ничего не сказала. Просто уверенно шагнула вперёд, кивнула ей — и протянула руку Эми. В груди Тейлор разлилось странное тепло. Остальные были ценны. Эми была особенной. Но Рейчел… была другой. Она могла доверять ей так, как не могла доверять ни кому из них. Рейчел не была своенравной. В ней не кипел тот же сложный внутренний хаос, что горел под кожей Эми, и не было той постоянной настороженности, которая мешала Лизе по-настоящему отдаться делу — несмотря на все её уверения в обратном. При всей своей колючести Эми не была воином — и Тейлор не хотела, чтобы она им становилась. Мысль о том, что та окажется под прямым огнём, была… невыносимой. Если Рейчел погибнет в грядущих боях, ярость Тейлор сотрёт с лица земли тех, кто её забрал — но это не разрушит её так, как потеря Эми. В настоящем бою, где на кону стояла смерть, именно Рейчел она хотела видеть у себя за спиной. Она знала: по приказу та убьёт — без колебаний и без сожалений. Было по-настоящему приятно видеть, как она раскрывает свой потенциал. Целительница шагнула вперёд и приняла протянутую руку, и её первый воин напрягся, когда усиления вступили в силу. Это заняло совсем немного времени. Она наблюдала, пытаясь понять, можно ли заметить снаружи, как перестраиваются кости и органы, но никаких внешних признаков не было. И вдруг всё закончилось. Эми отступила, а Рейчел рефлекторно пожала плечами и посмотрела на свои руки. Она не улыбалась, но Тейлор знала её достаточно хорошо, чтобы распознать возбуждение под грубой оболочкой. — Отлично, — сказала она. Большего той и не требовалось — и не оценила бы, скажи она больше. Тейлор перевела взгляд на остальных, ожидая, кто решится следующим. — О, да. Давай, Док, изуродуй меня, — широко ухмыльнулся Алек. — Только не слишком увлекайся, копаясь у меня внутри. Тейлор не смогла сдержать кривую улыбку, даже несмотря на раздражённый взгляд Эми. — Осторожнее, Регент. Дополнительную массу ей придётся откуда-то брать. — Мои глубочайшие извинения, — ухмыльнулся он, и Тейлор поняла, что в каком-то смысле он и правда это имел в виду. Его тон не был попыткой принизить усилия Эми — это просто был его способ существовать в мире. — Только, пожалуйста, не слишком испорти мне лицо. Мне говорили, что это моё единственное достоинство. Та закатила глаза, но всё равно взяла его за руку. Она была почти уверена, что та не станет делать ему ничего серьёзного лишь за то, что он не умеет держать сарказм при себе. Наверное. Иногда Эми всё ещё умела её удивлять. Но усиления прошло гладко, и, освободившись от её хватки, Алек подпрыгнул на месте. — Ого. Вот это приход. Думаю, я теперь смогу пожать Мрака. Не хочешь сделать для меня планку, здоровяк? — Алек с пружинистым шагом вернулся на своё место. Брайан выглядел не впечатлённым. — Господи, он теперь будет невыносим ещё несколько недель, — вздохнула Лиза. — Ну, даже ещё более невыносим. — Да ладно, ты же меня любишь, Сплетница. И теперь тебе от меня никуда не деться, — широко ухмыльнулся Алек. — Единственный способ от меня избавиться — если Док наконец сорвётся и прикончит меня. — С каждой секундой мысль всё заманчивее, — пробурчала Эми, и Тейлор не смогла сдержать смех. — Хватит, Регент, — её голос оставался лёгким, но Алек понял: шутки закончились. Конечно же, он чересчур драматично отдал честь и встал по стойке смирно, капитулируя, несмотря на то, что это было нелепо. Хороший подчинённый. — Ещё желающие? — сказала она, переводя взгляд с Эмили на Брайана и затем на Дмитрия. Она была почти уверена, что Брайан и Эмили пока не готовы. У большинства нормальных людей вполне объяснимые опасения насчёт того, чтобы почти незнакомый человек напрямую менял их тела. Дмитрий глубоко вдохнул и шагнул вперёд. Лиза выбрала удачно. Он станет отличным примером для остальных наёмников — объектом зависти и вынужденного уважения. Ему достаточно будет просто преуспеть, и тогда усиления можно будет медленно, капля за каплей, раздавать остальным, пока все не станут безоговорочно лояльны. Тейлор с осторожным оптимизмом относилась к идее охотников, которые не были паралюдьми. У СКП есть свои бойцы — почему бы и ей не иметь собственных солдат? Разумеется, они будут усилены значительно сильнее любого рядового бойца. Было бы расточительством не использовать их потенциал в полной мере. Ей лишь нужно было сначала убедиться, что им можно доверять. Наёмник вздрогнул, когда Эми коснулась его руки, но перенёс усиления так же спокойно, как и остальные. Когда та наконец отстранилась, его серьёзное выражение лица на миг дало трещину, и она увидела, как сквозь него проступают возбуждение и удовлетворение. — Хорошая работа, Дмитрий, — сказала Тейлор. Она знала, что для наёмников она оставалась загадкой; несмотря на решение остаться и работать на неё, они наверняка сомневались в своей новой, потенциально нестабильной начальнице. Дмитрий мог этого не признавать, но и он жаждал признания. Профессиональная маска вернулась на место. Он кивнул ей и занял своё место за спиной Лизы. — Мы снова соберёмся через пару дней, чтобы обсудить оружие, костюмы и наши дальнейшие шаги, — обратилась Тейлор ко всем. — А пока не создавайте слишком много проблем и дайте знать, если вам что-то понадобится. И помните: Мастерская — это ещё и наш дом, так что предупреждайте заранее, прежде чем заявляться без приглашения. — Правила вампиров, понял, — лениво ухмыльнулся Алек. Тейлор улыбнулась в ответ и закатила глаза. Им было полезно чувствовать себя рядом с ней свободно, несмотря на серьёзную атмосферу. Ей нужно было помнить о балансе между приказами и привычной, почти домашней близостью. — У кого-нибудь есть что обсудить? Ни у кого. — Теперь вы знаете, как добраться домой самостоятельно, — сказала Тейлор. — До скорой встречи Она протянула руку и ухмыльнулась, когда Эми машинально её взяла. От прикосновения в груди вспыхнуло тепло. Они вместе вернулись в Мастерскую, оставив бывших Неформалов искать дорогу самостоятельно. Двери закрылись за их спинами, и Эми выдохнула — долго и тяжело — в знакомом мерцании свечей. — Это было… очень тяжело, — устало сказала она. — Ты точно уверена? Во всём этом. В банде… или как это вообще называется? Тейлор сняла плащ и крепко обняла её. Прошло добрых пять секунд, прежде чем та наконец расслабилась и обмякла у неё в руках. — Да, — тихо сказала она, одной рукой стягивая с целительницы капюшон и мягко сдвигая плащ с плеч. Пальцы осторожно прошлись по её вьющимся, непослушным волосам. — Это непривычно. Но оно того стоит. Мы не можем… мы не можем вечно быть одни. Она поцеловала Эми в макушку. — Я хочу сохранить это как можно дольше. И… я хочу ещё и помогать людям, как бы безумно это ни звучало, — призналась Тейлор. — Я с самого начала знала, что не смогу быть настоящим героем, но… может, мы сможем сделать мир чуточку лучше. Даже если мы — монстры. — Не хочу, чтобы ты меня оставляла, — пробормотала Эми ей в жилет. — Мы не можем просто… построить Мастерскую где-нибудь в глуши? Похищать самых отбитых злодеев для технарства и просто… Часть её хотела этого больше всего на свете. — Не можем, — прошептала она. Эми отстранилась и долго смотрела на неё. — Почему? — настороженно спросила она. Тейлор не хотела об этом говорить. Но Эми заслуживала правды. Она не станет ей врать. Не об этом. — Симург. Лицо Эми медленно осунулось, глаза расширились от ужаса, когда понимание дошло до неё. — Нет. Нет, нет, нет, нет… — она, кажется, даже не заметила, что говорит вслух. Тейлор знала, что её выражение сейчас не внушает оптимизма, но она не могла скрыть тревогу. Не от Эми. — Это то, над чем мы с Диной работаем, — сказала она. — Дина — ясновидящая, очень сильная, и мы пытаемся найти будущее, где… — Тейлор замолчала. Она не знала, как это объяснить. — Она придёт сюда? — надломленным голосом спросила Эми. — Она идёт за мной, — печально сказала Тейлор. — Что-то связанное с моим технарством, с моей силой… Дина сказала, что мы должны продеть иглу в нужный момент, или… — Или? — Все умрут, — Тейлор закрыла глаза. Ей не хотелось видеть лицо Эми. — Мне плевать на всех! — выкрикнула Эми. Она попыталась вырваться, но Тейлор держала крепко — утешительная клетка из железа. Эми, кажется, не слишком возражала. — Я просто хочу… я просто… — Я знаю, — тихо сказала Тейлор. — Поэтому я и делаю… всё это. Чтобы мы могли создать для себя что-то, что продержится, даже если всё пойдёт… плохо. Эми встретилась с ней взглядом, и Тейлор с облегчением увидела, как отчаяние уступает место привычному упрямому огню. — Тебе нельзя оставлять меня одну, — прошипела Эми. — Мне всё равно… — Я никуда не уйду, — серьёзно сказала Тейлор. — Ничто не сможет удержать меня вдали от тебя. Надолго — точно нет. Я обещаю. Даже она. Что бы ни случилось. Хорошо? Та долго смотрела на неё, и Тейлор тонула в тёплом шоколаде её глаз — так же, как Эми, казалось, тонула в звёздах. — Хорошо, — наконец выдохнула Эми, и паника с бессильной злостью медленно отступили. Тейлор поцеловала её. Не с тем привычным, лихорадочным, почти непроизвольным огнём, а медленно и осторожно — успокаивающе, после всей этой встряски. Жизнь Эми могла рассыпаться под ногами, но она всегда будет рядом, чтобы её поймать. Впереди мог назревать обвал другого рода, но они найдут способ пройти через него. Всё будет хорошо. Несмотря на тревоги Дины, Тейлор не собиралась ни пробуждаться, ни возноситься из этого Сна. Всё, чего она хотела, — сохранить его навсегда. Но об этом можно было подумать позже. Сейчас ей хотелось лишь одного — погрузиться в свой Сон. Вдруг Эми отстранилась, и Тейлор открыла глаза, заметив на её лице странное выражение. — Ты раньше сказала, что Мастерская — это наш дом, — произнесла Эми. Тон был трудноуловим. Мысли Тейлор всё ещё путались, и резкая смена темы сбила с толку. — Ну… да. Ты же теперь тоже здесь живёшь, — рассеянно сказала Тейлор. — Она твоя. Я — твоя. Почему бы этому не быть домом? Эми выглядела так, будто её поразило откровение. А потом она снова поцеловала Тейлор — и думать стало невероятно сложно. К счастью, её разум был улучшен, а тело усилено, так что она была более чем способна бережно перенести Эми до их импровизированного гнезда, не прерывая поцелуя. А дальше уже ничто не имело значения. Только она. И огонь в свете свечей.

***

Всегда было странно выходить из Мастерской без пальто и шляпы. — Есть шанс, что ты захочешь пойти со мной и познакомиться с моим папой? — спросила Тейлор, глядя вниз на комок из одеял и подушек, в который превратилась её девушка. В ткани приоткрылся просвет, и оттуда показался один карий глаз и копна рассыпавшихся кудрей. — Я говорю это в самой вежливой форме, но я скорее выпью аккумуляторную кислоту, — донеслось из кокона. Тейлор рассмеялась и покачала головой. Эми определённо не была жаворонком, но это было… по-своему мило. — Я принесу тебе кофе, когда вернусь, — ухмыльнулась Тейлор и вышла за дверь.

***

— Если ты собираешься заняться чем-нибудь особенно ужасающим, пожалуйста, не сдерживай себя из-за меня. Тейлор закатила глаза и толкнула дверь Мастерской. — Добрый день, Алек. Она собиралась встретиться со всеми, чтобы начать экипировку; просто Алек оказался самым… рьяным. Он зашёл в Мастерскую и тут же начал трогать то, что трогать не следовало. — Как жизнь, Кровавая Королева? Чем могу быть полез… Тейлор перехватила его за запястье в тот самый момент, когда он уже тянулся к очень горячему тиглю, который всего несколько минут назад стоял в пламени горелки Бунзена. — Для начала — не лапай моё лабораторное оборудование, — сухо сказала она. Он приподнял бровь, но руку убирать не стал. — Я вообще-то рассчитывал на более романтическое прикосновение, но, полагаю, всё зависит от восприятия. Тейлор фыркнула и отпустила его. — Пойдём, я найду тебе куда более интересные вещи, на которых ты сможешь оттачивать свои женские чары, — бросила она через плечо, направляясь к кузнечному горну. И к стене с развешанным оружием за ним. — Выбирай, что по душе. Твой модный тазер в эту кроличью нору с тобой не пойдёт, так что понадобится новый образ, — сказала Тейлор, оценивающе оглядывая нового охотника, пока тот рассматривал оружие. Усиления почти не изменили внешность, но добавленная сила и ловкость придали его жилистой фигуре опасную остроту. Худой — но уже не просто тощий. Он чем-то напоминал ей её саму — разве что ниже ростом, с кудрями цвета ночи и длинными, нескладными на вид конечностями. В отличие от неё, у него были бледные серо-голубые глаза, придававшие лицу почти неземной оттенок. Раньше её бы раздражало, что его нежные черты лица выглядят красивее её собственных. Теперь это казалось лишь слегка любопытным. В нём был потенциал стать по-настоящему опасным охотником — когда он освоится. В нём чувствовались те же зазубренные края, которые она увидела в зеркале в первую ночь после возвращения домой с трупом Виктора. Алек уже убивал. В этом она не сомневалась. И сильно сомневалась, что он вообще испытывал по этому поводу угрызения совести. Он снял со стены резную трость с витыми вставками и лениво провернул её в руке. Тейлор ухмыльнулась. Конечно. Трость была не в её вкусе — но ему подходила идеально. — Тебе идёт, — одобрительно сказала она. — Очень изысканно. — Мы оба знаем, что в душе я настоящий джентльмен, — криво ухмыльнулся он. Порой за высшей степенью вежливости скрываются самые чудовищные глубины. — Лиза уже заказала новые элементы костюмов, так что все смогут… Она осеклась, когда он расхохотался. — О, нет, не нужно. Это просто, блядь, идеально, — объявил Алек у неё за спиной. Тейлор обернулась — и застонала. Он держал в руках нелепый, стереотипный цилиндр, который она когда-то купила Эми в шутку — ещё до их первого «не-свидания» в больнице. Она взяла его на парковке, чтобы потом поддеть Эми. Алек надел цилиндр и сделал преувеличенно театральный разворот, размахивая новой тростью. Образ был идиотским, если подумать, но… Вся эта нелепость резко контрастировала с едва скрываемой пустотой убийственного безразличия в его бледных глазах. Это почти замыкало круг, снова делая его угрожающим. Почти. И всё же с этим можно было смириться — если ему по душе такая эстетика. Тейлор мысленно отметила, что стоит попросить Лизу заказать ему костюм под стать. Она снова покачала головой. — Ты прямо-таки оправдываешь своё имя, Регент, — ухмыльнулась Тейлор. — Ну, оно весьма уместно, учитывая, что мы оба знаем: Королевой я никогда не стану, — сказал Алек, небрежно опираясь на трость с клинком. — Я хоть и Первый Охотник, но королева я никакая, — ответила Тейлор. Она была чудовищем, охотницей, ночной убийцей. Несмотря на планы править своей новой организацией, таким лидером она быть не хотела. — Я вообще-то не о тебе, — усмехнулся Алек и подмигнул в сторону Эми, развалившейся в их гнезде и бессмысленно листавшей что-то в телефоне. Эми, не поднимая взгляда, показала ему средний палец, и Алек заулыбался ещё шире. Тейлор закатила глаза. — Думаю, на сегодня лимит острот я исчерпала, слуга. Иди лучше подоставай Лизу или кого-нибудь ещё — пока Эми не вывернула тебя наизнанку и не скормилa псам. И скажи Лизе, чтобы заказала тебе новый костюм. С жилетом и галстуком. Ты должен выглядеть соответствующе. — Немедленно, ваше Кровавость, — отозвался Алек, отвесив глубокий поклон и эффектно сняв при этом новую шляпу. Тейлор тихо рассмеялась, глядя, как он уходит, шагая через двойные двери с тростью в руке. — Он такой мудак, — проворчала Эми из гнезда. — Он мне нравится. И это было правдой. В Алеке было много тех же сломанных лезвий, что и в ней самой, и разговаривать с ним было… естественно. Между ними не было притяжения — не такого, как заряженные искры между ней и Эми. Это было другое чувство. Спокойное. К тому же ей нужны были друзья. Даже если они — монстры. — Ну конечно, — фыркнула Эми. — Вы оба ненормальные. — Мы все здесь безумны, — тихо процитировала Тейлор. — Некоторые больше, чем другие, — резко ответила та. Она посмотрела на неё с приподнятой бровью. В этом упрямом, надутом выражении было что-то… — Ты… ревнуешь? — проницательно спросила она. Ей раньше и в голову не приходило, что Эми вообще способна ревновать. Это казалось таким глупым — ведь она так очевидно принадлежала ей. — Нет, — резко сказала Эми. Значит, да. — Ты ревнуешь! Боже, это охрененно мило, — Тейлор широко ухмыльнулась и плюхнулась рядом с Эми на матрас. Она знала, что слово «мило» только ещё больше её взбесит, но что поделать — Эми, оказывается, была очаровательной, когда переживала без всякой на то причины. — Я тебя так ненавижу. — Нет, не ненавидишь! Ты ревнуешь — а это верный признак того, что я тебе на самом деле нравлюсь, — парировала Тейлор. — Ложь, манипуляции и клевета. Я ни хрена не милая, — возразила Эми, но её угрюмая маска уже трескалась. Тейлор перекатилась и наполовину навалилась на неё, вынудив ту отложить телефон, чтобы не свалиться с кровати. — Господи, ты тяжёлая. Почему ты такая чертовски тяжёлая? — Ты буквально сама меня такой сделала, — улыбнулась Тейлор и перекатилась ещё раз, окончательно прижав Эми к матрасу. — Я совершила ужасную ошибку, — безжизненно констатировала Эми. — Ты ужасно врёшь, — сказала Тейлор, наклоняясь и целуя её вдоль линии челюсти, к самому основанию уха. Звук, вырвавшийся у неё сквозь стиснутые зубы, был опьяняющим. — Я создала монстра, — простонала Эми. — Я была монстром задолго до того, как ты вонзила в меня свои когти, — прошептала она. Она прикусила Эми за ухо. Очень нежно. Только у Эми была привилегия кусаться по-настоящему. — Когда у тебя следующая встреча? — выдохнула та, извиваясь под ней. — Не раньше чем через пару часов, — ответила Тейлор, уткнувшись в растрепанные кудри. — Отлично. Она вплела пальцы в её волосы и притянула губы обратно к своим — и Тейлор решила, что ревнивая Эми ей нравится. Даже если её тревоги были совершенно беспочвенными.

***

Брайан скрестил руки на груди и с явным недовольством уставился на стену с оружием. — Я понимаю, что это маловероятно, но… у тебя есть что-нибудь нелетальное? Он был напряжён, хоть и старался это скрыть. Тейлор всё равно заметила редкие, почти не уловимые взгляды в сторону единственного выхода. — Вообще-то да. Она почти забыла об этом на фоне субботнего ажиотажа, но её самый новый проект как раз подходил. Это было оружие не для неё самой — и достаточно лёгкое, чтобы Брайан мог им пользоваться без дополнительных усилений. Тейлор сняла Тонитрус со стены и активировала его коротким взмахом. Вокруг сферы на конце дубинки затрещали сине-белые разряды. — Удар всё равно будет адский, но одного попадания обычному человеку хватит, чтобы вырубить, а не убить. Я использовала мини-сферу Тонитруса на Они Ли, и я почти уверена, что он был ещё жив, когда я его ударила, — пожала плечами Тейлор. Брайан приподнял брови. Она не совсем понимала — почему. — Мне не очень нравится формулировка «почти уверена». — Тогда в первый раз просто не заряжай его. Пассивного напряжения и так хватает, — сказала Тейлор. — Я ещё могу дать тебе пару моих многоразовых мини-гранат Тонитруса. И, возможно, со временем соберу что-нибудь для большей гибкости — вроде электрифицированной растяжки или чего-то такого. Правда, это займёт время. Детали сложные, и мне, возможно, придётся стащить ещё кое-что у Оружейника. Разумеется, сейчас он бы, скорее всего, просто отдал детали сам, но остальным членам Охоты знать о её договорённостях с главой местного Протектората было необязательно. — Ты украла это у Оружейника? — недоверчиво спросил Брайан. — Только гироскопы и конденсаторы. Не сказать, чтобы он ими пользовался, — ухмыльнулась Тейлор. Она, конечно, не рассказывала им о своём визите в штаб СКП. Лиза, скорее всего, знала — но, похоже, решила не делиться со всеми. Брайан покачал головой. — Я не понимаю, как на тебя до сих пор не оформили приказ на убийство. Или хотя бы не отправили в «Птичью Клетку». Тейлор могла догадаться почему, но ему знать о женщине в федоре было ни к чему. — Думаю, они предпочитают мой сорт безумия нацистам или торговцам секс-рабами. Пока я не начинаю истреблять героев, они, вероятно, готовы меня терпеть, — сказала Тейлор. — Хотя, если честно, к этому моменту я уже ожидала приговора в «Птичью Клетку». Уверена, они ещё до этого дойдут. — И тебя это не беспокоит? — спросил Брайан. — Я не хочу связываться с тобой ровно в тот момент, когда тебя отправят в Клетку. Тейлор посмотрела на него и усмехнулась. — Лабиринт вполне способен дотянуться и до «Птичьей Клетки». Даже если меня туда закинут, кто-нибудь из вас меня вытащит. А если нет — я просто сбегу сама и прочитаю всем строгую лекцию о важности инициативы в моё отсутствие. Его глаза слегка расширились, а потом он всё-таки сдался и хмыкнул. — Иногда я вообще не понимаю, шутишь ты или нет. — Я никогда не шучу, — невозмутимо ответила Тейлор. — Зачем, если правда куда веселее? Брайан выглядел обеспокоенным. Тейлор рассмеялась. Он уже неплохо адаптировался. Не пройдёт много времени, прежде чем он вместе с остальными свалится в эту кроличью нору. — Прежде чем ты уйдёшь, у меня к тебе вопрос. — Я уже напуган, — сухо отозвался Брайан. — Как ты относишься к Барыгам? Выражение его лица потемнело, и Тейлор уловила отблеск чего-то опасного в его глазах. Хорошо. — Они — отбросы общества. Торгуют наркотой, ломают людям жизни, но им на это плевать. Такой резкой реакции она не ожидала. Возможно, за этим стояла какая-то история. Тейлор своими глазами видела, что тяжёлые наркотики делают с детьми в «Уинслоу», так что представить, как торговля наркотиками, которой занимались Барыги, задела и его, было несложно. — Они, случайно, не имеют отношения к тому, почему ты так отчаянно добиваешься опеки над сестрой? — как бы между прочим спросила Тейлор. Брайан бросил на неё тяжёлый взгляд, но отвечать не стал. Впрочем, это было и не нужно. — Ну что ж. Как ты смотришь на то, чтобы помочь мне их вырезать — чтобы я потом могла осушить и поковыряться в их трупах? — сказала Тейлор с ухмылкой. Он выглядел разрывающимся между сомнением и решимостью, но в конце концов всё же кивнул. Отлично.

***

Тейлор сидела в своей импровизированной испытательной комнате и перекатывала в пальцах флакон с кровью Лунга. Состав был звериный — без сомнений. По своей природе жестокий, с эффектами, которые ещё предстояло узнать. Это вновь поднимало вопрос: как именно ей распределять кровавые флаконы между своей Охотой? Она хотела их поощрять. Усиливать. Но… просто раздавать силы казалось… чем-то нечестным. Они должны их заслужить. Но как это определить? Она не хотела, чтобы это стало показателем её благосклонности. Кому-то на это было бы всё равно, а кто-то, наоборот, придавал бы этому слишком большое значение. Почти казалось, что это не должно быть её решением — даже несмотря на то, что формально выбор, очевидно, оставался за ней. А что если… они будут зарабатывать это сами? Своими убийствами. Своей добычей? У такого подхода были свои проблемы, но он нравился ей куда больше любого другого способа распределения, который приходил в голову. Она кивнула самой себе, когда кусочки мозаики начали вставать на место. Охота будет действовать по её воле, но новые силы она станет давать охотникам, извлечённые из врагов, которых те победили собственными усилиями. Зная, что за успех последует награда, они будут преследовать своих врагов с куда большим рвением. Она не всегда сможет быть рядом, чтобы водить их за руку. Это также позволяло ей оставаться последовательной. Рейчел помогла ей одолеть Крюковолка — сдерживала его в одиночку, пока Тейлор разбиралась с остальной частью Империи. Верность Рейчел и её готовность сражаться за неё заслуживали награды. Эми дала те усиления, которые позволили ей вырезать Империю, несмотря на усиления Оталы. Она доказала, что готова сделать всё необходимое, чтобы сохранить ей жизнь, сделать её сильнее — даже если двигали ею эгоистичные мотивы. Тейлор эти эгоистичные мотивы Эми очень нравились. Это было… волнующе — быть желанной для кого-то, кто так охотно берёт. Даже если на то, чтобы пробиться сквозь сомнения Эми в самой себе, потребовалось время. Выверта победила Дина. Тейлор же была всего лишь оружием в её умелых руках — вылепленным и направленным намёками и предвидением. Она доверяла ей прокладывать путь в их неопределённое будущее, пусть даже из соображений собственного выживания. Ей оставалось лишь надеяться, что когда придёт время, Дина сделает правильный выбор. Исходя из этой логики, флакон Лунга должен был достаться либо самой Тейлор, либо Колину. Колин не заслужил новую силу. Пока что — нет. Он сражался с Лунгом не ради неё, а ради собственной гордости, и в итоге смог лишь задержать зверя. Ему ещё предстояло доказать свою верность, товарищество, прежде чем она доверит ему новую парачеловеческую способность. Сейчас он был союзником по обстоятельствам, но не по-настоящему одним из них. И тогда Тейлор решила: этот последний флакон она примет сама. Возможно, со временем появятся и другие, но этот станет последним из доступных на данный момент злодеев, чью сущность она в себя вобрала. После этого она поведёт Охоту к общему успеху, а не будет наращивать собственную силу. Но она всегда будет рядом, если они в ней нуждаются. Кавалерия — если им не хватит сил. Тейлор глубоко вдохнула, приводя мысли в порядок, и ввела звериный флакон в кровоток. Жажда крови снова хлынула по венам, но она больше не была тем неопытным охотником, который когда-то рвал собственное лицо в её власти. Теперь она лучше понимала зверя внутри — и то, как он уравновешивается эфирным зрением. Оба были необходимы. Оба были нужны. Равновесие — внутри и снаружи. Нам ещё предстоит открыть глаза. Зверь взвыл, но Тейлор стояла неподвижно и молчаливо, пока он бесновался внутри неё. Она уже вонзала проклятый клинок в собственное сердце — и возвращалась, не будучи поглощённой. По сравнению с этим — пустяк. Зверь был лишь ещё одним инструментом, которым нужно управлять. Она не позволит ему контролировать себя. Не позволит приковать себя к низшим инстинктам. Её ярость осела до глухого тления, и Тейлор улыбнулась. Она сжала силу яростного дракона в кулаке своей воли — и поглотила её. Страх — не слабость, пока он не порождает бездействие. Тейлор знала, чего она боится. И это была не смерть — и даже не небытие. Она боялась лишь пустой вечности — и будет работать неустанно, чтобы избежать её. Нечестивая ярость наконец отступила, и она снова осталась одна в своём Лабиринте. Но ярость и страх Лунга остались в ней, и она знала, что они будут подпитывать пламя её решимости — в славном насилии. Они будут усиливать, исцелять, придавать дерзости с каждым взмахом клинка. Постоянное искушение искать конфликт даже там, где возможен мир. Ей всегда придётся удерживать равновесие между яростью и жаждой крови. Но она станет лучше. Со временем — она больше не будет слабой.

***

— У меня есть кое-какие особые идеи для элементов костюма, но сначала нужно точно понять, как именно работает твоя сила, — объяснила Тейлор, шагая по Лабиринту. Эмили старалась идти рядом уверенно, но она почти физически ощущала её напряжение. — Там нет ничего сложного. — Ну, ты же явно не всё время пускаешь слюни напалмом. И ты точно можешь проецировать его дальше, чем любой обычный человек способен плюнуть, так что за кулисами явно что-то происходит, — сказала Тейлор. — Я надеюсь сделать для тебя что-нибудь вроде моего огнемёта, чтобы ты могла стрелять точнее. Или встроить активацию прямо в камеру сгорания оружия и превратить его в полноценный огнемёт. Это, похоже, её немного приободрило. — О, да, это было бы круто, — сказала Эмили. — Плеваться взрывающейся жижей — не самая… приятная… сила. — Понимаю. Даже если моя сила менее… прямая, — тихо сказала Тейлор. — А как это вообще ощущается? — Типа как рвота, но не… неприятно? Не знаю, силы вообще странные, — вздохнула та. Они вышли к самым северным дверям Лабиринта, на теперь уже голом горном склоне. Эмили остановилась и посмотрела на заснеженные пики и тихие леса внизу. — Здесь… на самом деле хорошо, — сказала она странным голосом. — Да. Мы с Эми иногда выходим сюда просто… побыть, — тихо ответила Тейлор. — Иногда легко забыть, насколько мир большой. Они постояли в тишине ещё немного. — Ну что, готова пошвыряться напалмом? — Тейлор усмехнулась, глянув на своего новобранца. Та впервые выглядела по-настоящему воодушевлённой. Возможно, потому что здесь было нечего случайно сжечь. Тейлор внимательно наблюдала, как внешне ничем не примечательная девушка судорожно согнулась и исторгла несколько галлонов серо-зелёного геля дугой на камни и снег. Это было… впечатляюще. И одновременно жутко. Надо было взять с собой Эми. Важно понимать, как вообще, чёрт возьми, Эмили это делает. Откуда берётся напалм? Очевидно, в её теле не было столько биомассы. Значит, источник где-то ещё. Жидкость разбрызгалась по камням и вспыхнула, и даже с расстояния в десять метров жар опалял лицо Тейлор. Судя по всему, горючий гель был более чем способен плавить камень. Любопытно. — Вау. Эмили смутилась. — Я знаю, это… эм… — она неловко замолчала. — Слушай, я понимаю, что это не совсем то же самое, но я знаю, каково это — иметь силу, которая… неприятна и смертельно опасна. Мне приходится быть осторожной каждый раз, когда я обнимаю отца, чтобы не сломать его. Моя лаборатория — это кошмар наяву. У всех по-разному, и это не делает твой опыт легче, но… здесь тебя никто не будет судить. И уж точно не я. Неважно, что именно — или кого — ты сожжёшь. Эмили медленно кивнула, всё ещё глядя на огонь. — Ладно, давай попробуем ещё раз. Очевидно, гель не воспламеняется, пока не соприкасается с чем-то. Есть предел тому, сколько ты можешь произвести? Ты можешь, ну… как-нибудь его хранить? — Э-э… нет и нет, — сказала Эмили. — Я ни разу не упиралась в лимит, сколько могу… плюнуть… но он всегда загорается, как только во что-то попадает. Я даже не знаю, нужен ли ему воздух. Я пыталась заполнить контейнер для Лизы на прошлой неделе, но это… плохо кончилось. Так что она купила мне противогаз с клапаном, чтобы я могла плеваться, не поджигая себе лицо случайно. Тейлор прикусила губу, обдумывая услышанное. У Эмили явно было какое-то очень избирательное ограничение Мантона. Гель не загорался у неё во рту, а значит, активировался только после выхода из тела. Но если бы хватило просто заставить Эмили плеваться в металлическую трубку, Лиза давно бы до этого додумалась. Тейлор могла представить, как именно это «плохо кончилось». Но если взрывоопасная жижа всё ещё технически считалась частью тела Саламандры… Они расплавили ещё несколько камней, пока в её голове окончательно складывался план. — У меня есть идея, но нам придётся сходить к Эми. Тебе не обязательно позволять ей напрямую что-то с тобой делать, но нам понадобятся… творческие… механизмы хранения и выстрела, — задумчиво сказала Тейлор. Эмили выглядела так, будто не могла решить, радоваться ей или нервничать — и это было вполне справедливо.

***

Тейлор шагнула из Лабиринта прямо в лабораторию Оружейника в здании Протектората. Всё выглядело почти так же, как и во время её прошлого визита — за исключением активных турелей с удерживающей пеной. На этот раз её действительно пригласили. Ну… по крайней мере, так считал Колин. Никто больше об этом не знал. — Мы в безопасности? Колин оторвался от верстака. — Да. Все камеры и системы наблюдения в этой комнате временно отключены из-за планового обновления программного обеспечения. Он мог лгать, но причин у него не было. Отсутствие слежки было нужно ему, а не ей. Если это ловушка — что ж. Тогда она убьёт его в назидание всем остальным, кто решит её кинуть. Но Тейлор не думала, что это так. Колин пока что не получил выгоды от их соглашения. Устранение Лунга мало что дало его карьере — официально заслуга была не его. К тому же убийства в целом не слишком приветствовались в СКП. Зато это укрепило репутацию Охотника как главной локальной угрозы. Той, с которой Оружейник мог быть видимо в противостоянии. — Я пришла с подарками, — сказала Тейлор, выкладывая на стол кожаный свёрток и длинный стальной стержень. Взгляд Колина настороженно скользнул к ней, прежде чем он аккуратно развернул мягкий органайзер, обнажив ряд кровяных флаконов. — Я положила немного всего, что не находится в крайне ограниченном количестве, плюс быстрый инъектор, — сказала Тейлор. — Стандартные флаконы действуют быстро, но восстанавливают ткани лишь частично. Эффект нестабилен, но чаще в положительную сторону. Они без особых проблем регенерируют органы, но не конечности. Я, например, смогла восстановить лёгкое после того, как Виктор в меня выстрелил, но со ступнёй уже ничего нельзя было сделать. Он поднял один из флаконов и уставился на кровь внутри с чуть ли не голодным выражением. Отлично. — Это многое объясняет, — пробормотал он. — У подопытного восстановилось повреждение мозга, но остались незначительные рубцы. — Именно. А теперь — следующий раствор, которым я раньше не делилась. Мой регенерационный флакон. Он действует медленнее, но полностью восстанавливает повреждённые или утраченные ткани до их естественного состояния. Плохо работает со старыми травмами или с теми, что уже были залечены стандартными флаконами, но всё равно крайне полезен, — объяснила Тейлор. — Я использую устройство, встроенное в мой протез, чтобы поддерживать постоянную циркуляцию в крови. Поскольку у тебя нет проблем с конечностями, я добавила базовую версию аппарата — ты сможешь встроить его в броню. Оружейник осторожно изучал металлическое устройство, совмещавшее в себе сбор, обработку и инъекцию. — Для запуска процесса понадобится один регенерационный флакон, но дальше система будет собирать и концентрировать твою кровь для подпитки реакции. Мне пока не приходилось заменять исходный флакон, но моя кровь может быть… особенной. Придётся протестировать. Колин выглядел так, будто Рождество наступило раньше времени. В каком-то смысле — так оно и было. — И, наконец, моя новейшая разработка. Правда, тут не вся заслуга моя — Эми тоже приложила руку, — Тейлор с удовольствием отметила, как Оружейник дёрнулся при напоминании о том, что она увела у героев их целительницу. — Она даёт слабый регенерационный эффект, похожий на предыдущий, но её основное назначение — восстанавливать и подпитывать… жизненные силы? Выносливость? Пользователя. Может заменить несколько часов сна, пару пропущенных приёмов пищи и быстро расщеплять молочную кислоту, возвращая мышцам работоспособность. Делать её сложнее, и я пока не нашла способа зациклить эффект без резкого падения отдачи. — Это будет… полезно, — сказал Колин после паузы, вертя флакон в руках с почти маниакальной сосредоточенностью. Было приятно говорить об этом с кем-то, кто действительно ценил её работу. Болтать с Эми — одно, но это было не то же самое. Колин пробежался взглядом по ряду флаконов и с трудом заставил себя отложить их в сторону, хотя явно хотел немедленно начать возиться с ними. Она прекрасно понимала это чувство. Он поднял четырех килограммовый полый металлический цилиндр и вопросительно посмотрел на неё. — Настоящего оружия для тебя у меня пока нет, — пожала плечами Тейлор. — К тому же тебе не стоит светиться с моими разработками против кого угодно, кроме Губителей. Но я знаю, что Лунг уничтожил твою алебарду, и ты, вероятно, собираешь новую. Это сталь, выкованная в крови, — ничто, кроме Губителя, даже не поцарапает её. И она легче любого обычного металла, так что оружие не будет громоздким. Колин проверил баланс и возможные деформации, пока она говорила. — Ну и ещё один плюс: её не разрежет мой серебряный меч. Это может оказаться полезным… по определённым причинам, — добавила Тейлор. Она села напротив главы местного Протектората и закинула ногу на ногу. Колин вздохнул, отложил заготовку и долго молча смотрел на неё. — Нам нужно принимать решения, — сказала Тейлор наконец. Отказываться говорить первой могло быть демонстрацией силы, но ей было всё равно. — Да, — нейтрально ответил Колин. — Директор готовит ПР-кампанию, которая выставит тебя и твою Охоту новой, крайне опасной злодейской угрозой Броктон-Бей. Иронично, но её цели во многом совпадают с нашими — просто с другим оттенком. — Она хочет воспользоваться тем, что я напрямую не враждую с СКП, — кивнула Тейлор. — Если меня выставить угрозой, а герои «сдержат» меня, они будут выглядеть великолепно, ничего на самом деле не сделав. — План не идеален, но и не плох, — сказал Колин. — Мы могли бы подыграть, избегать прямых столкновений и тем временем наращивать арсенал. — Всё это, конечно, звучит неплохо, но почти не удерживает других злодеев от того, чтобы лезть и устраивать проблемы, — заметила Тейлор. — И я не могу просто так развернуть Охоту в полную силу, не вынудив Протекторат вмешаться. Если моя организация на виду охотится на остатки банд и одиночных злодеев, Протекторат обязан выглядеть так, будто противостоит мне, иначе весь этот спектакль начнёт разваливаться. — Отсутствие прямых столкновений может также создать у организаций извне ложное ощущение, что здесь есть пространство для манёвра, — задумчиво добавил Колин. — Вакуум власти можно заполнить только тогда, когда ты действуешь публично. — И, — Тейлор едва заметно усмехнулась, — это совсем не идёт на пользу репутации лидера Протектората, если лучшая похвала, которую можно выжать, — «ни с кем не подрался». Возможно, это объективно идеальный вариант для СКП и обычных людей, но то, что людям нужно, и то, что они хотят, редко совпадает. Им нравится зрелищность кейп-конфликтов. — Полагаю, у тебя есть идея получше? — Колин приподнял бровь. — Возможно, — Тейлор не удержалась от улыбки. — Я подумывала позаимствовать кое-что из методов Лунга. Она заметила, как в его глазах вспыхнуло понимание, и её улыбка стала шире. Это будет весело.