In Pale Blood

Эми всё ещё спала, когда Тейлор вернулась в Мастерскую, так что она оставила кофе рядом с плиткой, ещё раз проверила, как идут текущие дистилляции, и отправилась к следующему пункту своего утреннего маршрута. Ей пришло в голову, что у Дины сегодня может быть школа, но их местная прорицательница, скорее всего, ходила туда только если это не мешало чему-то действительно важному. Вот так знать будущее было удобно. Удобно было и то, что не нужно беспокоиться о расписании встреч — Дина знала о них задолго до того, как она вообще решала зайти. О приватности она тоже особенно не переживала, учитывая, что Дина постоянно подсматривала её будущее. Беспокоиться об автономии или хороших манерах было уже поздновато. Она открыла дверь и шагнула в спальню Дины. — Доброе утро, Тейлор. Сегодня она сидела на кровати, скрестив ноги, а не за столом. Её выражение лица по-прежнему было неестественно серьёзным, но она постепенно к этому привыкала. — Утро, Дина, — ответила Тейлор, приподнимая коробку в руке. — Я хочу, чтобы ты сыграла со мной в «Скраббл». — Ладно. Только потому, что если я откажусь, ты становишься раздражающе настойчивой и в итоге унылой, — сухо сказала Дина. — Вот это настрой, — усмехнулась Тейлор. Она отсоединила протез и аккуратно прислонила его к двери, прежде чем разложить игровое поле между ними на кровати. — Хочешь узнать, кто выиграет? — спросила Дина, и Тейлор не смогла понять, шутит она или нет. — Я выиграю, очевидно, — сказала Тейлор. — Я бы не стала приносить игру, в которую плохо играю. Та выглядела не впечатлённой, но Тейлор показалось, что разговор ей всё-таки нравится. Совсем чуть-чуть. — Мне всё равно, что говорит официальный словарь «Скраббла». Za — не настоящее слово, — сказала Дина, вытягивая фишки и аккуратно раскладывая их на подставке. Она фыркнула, но спорить не стала. — Уже жульничаешь? — ухмыльнулась Тейлор. — Если ты не жульничаешь, значит просто не используешь все доступные тебе ресурсы, — парировала Дина. — Я имела в виду выборочный словарь, а не заглядывание в будущее. — Конечно. Какое-то время они играли молча. Игра шла быстро — Дина была готова сделать следующий ход сразу, как только она заканчивала свой. — Моя мама говорила мне, когда учила играть, — сказала Тейлор наконец. — Дело не всегда в том, чтобы набрать максимум очков. Иногда лучше лишить противника возможности ходить вообще. Дина кивнула. — Слишком рвёшься — тебя обгонят. Слишком осторожничаешь — никогда не получишь желаемого. Тейлор выложила ещё одно слово. — Если я подброшу монетку, ты сможешь сказать, будет орёл или просто что шанс пятьдесят на пятьдесят? — Вероятность не так проста, — ответила Дина. — Ничто не является по-настоящему случайным. Буквы на твоей подставке кажутся случайными, но на них повлияло всё — от микроскопических дефектов станка, который вырезал фишки, до движений, которые ты делала, неся коробку сюда. Ощущение случайности возникает из-за нехватки информации. При достаточном объёме данных можно предсказать всё. Точность зависит от количества информации, а не от природы события. — То есть шанс всё ещё пятьдесят на пятьдесят, но ты можешь сказать, будет ли орёл, если у тебя есть нужная информация? — подытожила Тейлор. Она задумалась, стоит ли задавать вопрос, который крутился у неё в голове со вчерашней ночи. Она не была уверена, хочет ли знать ответ. Или может ли Дина вообще на него ответить. Когда умрёт Эми Даллон? — Нет. Тейлор долго смотрела на неё. Она не была уверена, на какой именно вопрос это был ответ. — Это вопрос, на который я не могу ответить. — Могу я спросить почему? — с любопытством спросила Тейлор. — Да. Тейлор ещё немного помолчала. Дина выложила новое слово. — Ты не можешь заранее ругать меня за возможное Za, а потом играть чем-то вроде Xi, — пожаловалась Тейлор. — Za — выдуманный сленг, которым никто на самом деле не пользуется. Xi — буква греческого алфавита. Это совершенно разные вещи, — чопорно ответила Дина. Тейлор заподозрила, что Дина подглядывает, что Тейлор играет в других вариантах будущего. А может, её сила просто чертовски хороша в «Скраббле». — Почему я не могу задать именно этот вопрос? — Потому что я не вижу женщину в федоре. Вот как. Это было… потенциально проблемно. Зато это означало, что СКП, скорее всего, не собирается сегодня днём приследовать Эми на свидании. Это просто значило, что какая бы игра ни велась другими пророками, будущее Эми было в ней так же задействовано, как и её собственное. Тейлор не знала, почему её это удивило. Дина выложила последнюю фишку. Тейлор не нужно было считать очки, чтобы понять — предсказательница её разгромила. Однако дело было не в этом. Дине нужен был кто-то, кто понимал. Хотя бы немного. Кто-то, с кем можно поговорить, чтобы она не проводила всё время, глядя в будущие, которые никогда не случатся, или слушая свою музыкальную шкатулку. Её чрезмерно серьёзная подруга наклонилась вбок и взяла лист бумаги с прикроватного столика. Тейлор приподняла бровь и взяла его. — Ты купила мне фургон с мороженым? — с недоумением спросила она. — Технически, Выверт купил тебе фургон с мороженым. Тейлор очень, очень хотелось спросить почему. Но Дина, скорее всего, не сказала бы. — Нет. Так веселее, — добавила Дина. Тейлор сузила глаза. — Ладно. Но только потому, что мне приятно знать, что где-то под всем этим формализмом у тебя всё-таки есть чувство юмора. — Я могла бы сказать о тебе то же самое.

***

— То есть… я просто тыкаю этой штукой куда угодно — и получаю новую силу? — спросил Алек, вертя в руках заряженный инъектор. Тейлор наконец-то добралась до того, чтобы собрать быстрые инъекторы для каждого из них. В экстренной ситуации каждый в Охоте должен уметь подлатать себя сам, даже если руны справлялись с мелкими порезами и ссадинами. — Тебе предстоит познать всю радость и великолепие ощущения, как твой мозг растягивают, как жвачку, но да — в целом так. — Значит, ты у меня второй пилот? — ухмыльнулся Алек. Термин ей был незнаком, но по контексту догадаться было несложно. — Не стоит благодарности, — сухо сказала она. — Понимаю, что поздновато спрашивать, но… я ведь не подцеплю от этого никаких попутчиков, да? — Алек поднял флакон к свету фонаря. — Сомневаюсь, что старина Толкач следил за прививками. — Эми тебя починит, — сказала Тейлор. — Нет, процесс дистилляции убирает любые… патогены. Эми вообще не уверена, что после этого это всё ещё кровь. Скорее какой-то прокачанный суп из стволовых клеток или вроде того. — Тогда вообще без напряга, — рассеянно сказал Алек, встряхивая флакон и наблюдая, как внутри завихряется ихор. — Тебе никогда не говорили не играть с едой? — Меня растили скользкий мегаломаньяк и его завластелиненные рабы, — ровно ответил Алек. — Играть с едой там всячески поощрялось. А. Ну да. — Заткнись и принимай уже. — Есть, мэм. Алек вогнал инъектор себе в бедро. На несколько секунд он замер, неподвижный, уставившись в пустоту стеклянными глазами. — Ну… прикольно. Тейлор не совсем понимала, что именно он имел в виду, но его бледный взгляд всё ещё был мутным от действия флакона. — Я бы сказала, что со временем становится легче, но на самом деле всё только страннее, чем больше ты этого принимаешь, — заметила она. Ещё через пару секунд напряжение в его теле спало, уступив более естественной расслабленности. — Ты не шутила насчёт жвачки, — Алек потряс руками, будто стряхивая покалывание. — Как будто всё внутри размягчилось. — Ага. Голоса слышал? Алек пожал плечами. — Может быть? Что-то про струны. Я был слегка… отвлечён, — сказал он. Интересно. — И что ты теперь можешь? — спросила Тейлор. У неё самой после каждой новой силы оставалось хотя бы базовое понимание, когда странности сходили на нет. Это было удобно, если не сказать больше. Алек ухмыльнулся и поманил её пальцем, и Тейлор пришлось напрячь все свои железные мышцы, чтобы её не дёрнуло с места. — Ты скучная, — надулся Алек. — Ладно. Я чувствую эти… ну, струны, обмотанные вокруг людей. Я и раньше мог ощущать чужие нервы, если сосредоточиться, а теперь могу за них ухватиться и дёрнуть. Значит, не поля, как у Толкача, а та же самая инерция, пропущенная через способность властелина Алека — воздействующая напрямую на нервы и тело, а не на окружающий мир. Он станет абсолютным кошмаром. Придётся просто следить, чтобы он направлял это на достойные цели и не довёл Лизу до желания его пристрелить. Кстати, о ней… — Если Эми будет не спать, когда мы вернёмся, посмотрю, сможет ли она тебя поднастроить. В флаконах есть какая-то среда, которая позволяет ей дальше улучшать тело, хотя мы пока до конца не понимаем, как именно это работает, — сказала Тейлор. — А я могу есть фольгу? — невзначай спросил Алек. Тейлор чуть не споткнулась о собственный протез. — Я… что? — Ну, я просто всегда думал, что это было бы прикольно, — продолжил Алек, будто не сказал ничего странного. — Знаешь, типа… жуется и хрустит одновременно. Тейлор не была уверена, как ей живётся по эту сторону безумия. — Понятия не имею, — устало сказала она. — Эми говорила, что я, наверное, могу есть крысиный яд, но это было уже после нескольких апгрейдов. Алек серьёзно кивнул, пока они шли дальше. — А лампочки? Тейлор решила не поощрять это ответом.

***

На набережной было не слишком людно, но и призрачной пустоты не ощущалось. Пусть это был и не выходной, Эми проспала достаточно долго, чтобы послеобеденные покупатели и те немногие туристы, что всё ещё наведывались в Броктон-Бей, уже бродили туда-сюда. Она развернулась в кресле и посмотрела на Эми, когда они остановились прямо перед дверью. Таких дверей по городу теперь было немало. Она не хотела когда-либо оказываться слишком далеко от любого места, так что одним из её побочных проектов стало медленное, но уверенное насыщение города случайными входами в Лабиринт. Это была и вторая причина, по которой она хотела как можно скорее запустить патрули. Пара ночей с ротацией маршрутов — и вся сетка города будет размечена. Пока что, впрочем, это было заметно быстрее автобуса. Или машины Лизы. Или одного из транспортов Выверта. Вариантов передвижения у них теперь хватало. И всё же часть Тейлор скучала по временам, когда она просто бегала везде сама. Тогда всё было проще. Эми посмотрела на неё сверху вниз — с противоречивой смесью нервозности и возбуждения. Но не лучше. Она ни за что не променяла бы то, что у неё есть сейчас, ни на что в мире. — Готова? — спросила Тейлор с ухмылкой. По венам пробежало лёгкое электричество. Сочетание показательного плевка в сторону героев и сосредоточенного времени с Эми на публике было… возбуждающим. — Нет, — сказала Эми. — Давай сделаем это. Тейлор перекатилась через порог и выехала на тротуар. Никто не заметил, как они с Эми вышли прямо из стены. Люди удивительно часто ничего не замечали. — Кофе? — Тейлор сжала руку Эми. — Кофе, — согласилась Эми. Утренней холодной чашки было явно недостаточно, чтобы удовлетворить её вечную тягу к кофеину. Из всех возможных зависимостей это была, пожалуй, самая безобидная. Хотя для Эми это всё равно не имело особого значения. Зато курила она теперь куда реже. Наверное, это было хорошо? Послеполуденное солнце грело кожу, пока они шли — или катились, в её случае. И, хотя они не прятались, выезжать на улицу с драйвер-колом означало бы полностью разрушить иллюзию «игры по правилам». Да и на девушку в кресле всё равно никто особо не смотрел. Всё, что выбивалось из привычной картины, вызывало у людей неловкость — и они предпочитали просто отвести взгляд. Словно у неё самой был мини-эффект скрытника. Кафе оказалось уютным и забитым студентами — и внутри, и на веранде. В Броктон-Бее было заметно теплее, чем на остальном побережье, так что даже зимой случались короткие передышки. Выбор чёрного чая оказался удручающе скудным, так что Тейлор взяла какую-то травяную маракуйевую ересь. Эми взяла большой чёрный кофе. — Я говорю это со всей любовью в сердце, но… ты ведь не можешь всерьёз любить чёрный кофе? — спросила Тейлор, когда они снова вышли на набережную. Эми облокотилась на перила. — Дело не в том, нравится он мне или нет, — сказала она с кривой ухмылкой. — Мне нужна горечь. Это как красное вино и стейк, или что-то вроде того. Только без стейка. Один лишь страдальческий экзистенциализм. Тейлор рассмеялась и отпила чай. Он был неожиданно хорош. Даже если это была ересь. И даже не совсем чай. Сойдёт. — Я, типа… приучила себя к нему, — продолжила Эми после паузы. — Когда я ещё была чёртовой идиоткой. Сначала мне не нравилось, но Кэрол пьёт только чёрный, а Вики любит всякие латте с сиропами и прочее дерьмо… Эми уставилась на залив. — Это пиздец как глупо, но я думала, что Кэрол будет… не впечатлена, но… что-то вроде. Да хер его знает. Это было… чертовски грустно. — Но, да хер с ним, теперь мне просто так нравится, — пожала плечами Эми. — Это моё. Прости. Иногда трагичный бэкграунд накрывает внезапно. Чёртова Кэрол. — Если слить её кровь, ты, наверное, получила бы крутую силу, — предложила Тейлор. — Ты же говорила, что хочешь лазеры. Теперь уже Эми фыркнула. — Нет. Соблазнительно, конечно, и мне нравится, что у меня вообще есть такой вариант, но… наверное, это то же самое, почему ты оставила ту суку в живых. Эмму, или как там её. Кэрол просто не имеет значения. Поэтому я и не вернулась в субботу. Мне не нужно объяснять ей, насколько всё было ужасно, потому что она всё равно никогда этого не признает. Если я отправлю тебя за ней — это как будто я признаю, что она хоть как-то важна. А она нихуя не важна. Тейлор переплела пальцы свободной руки с пальцами Эми и позволила тишине растянуться, пока они смотрели, как волны накатывают на берег. — Эй, вообще-то это должно быть весело, — внезапно сказала Эми. — Без длинных историй. Скажи какую-нибудь безумную чушь, чтобы меня отвлечь. У Тейлор в голове было пусто, так что она выдала первое попавшееся наблюдение: — Эм… мне кажется, мой отец спит с той супружеской парой, у которой он сейчас живёт? Эми фыркнула и подавилась кофе, так что Тейлор засчитала это как победу. — Прости… что? — Сегодня утром у них была какая-то странная атмосфера, и его вещей больше нет в гостевой спальне, — беспомощно сказала она. Эми отдышалась и рассмеялась — чуть истерично, но всё же. — А ещё, — добавила Тейлор, — я забыла сказать, что Наручник подарил мне пиратскую шляпу. Это вообще не связано, но забавно. — Ты должна была надеть её вчера! — сквозь смех сказала Эми. Тейлор откинулась в кресле и простонала: — Чёрт, точно. О чём я вообще думала? Упущенная возможность. Примерно в пятидесяти метрах по набережной остановился фургончик с мороженым. Он попал в поле зрения лишь краем глаза, но у неё появилось отчётливое чувство, что Дина и Лиза над ней издеваются. — Эми? Тейлор обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как по набережной пронеслась бело-золотая вспышка. — Офигеть! Что ты тут делаешь?! — Виктория притянула Эми в слегка не совсем добровольное объятие. Она не смогла сдержать улыбку, глядя на выражение лица своей девушки. Она не была уверена, что это за выражение, но была почти уверена, что Эми тоже не знала. В любом случае, это было чертовски смешно. Костюм Славы в послеполуденном солнце был почти ослепительным — с диадемой и всем остальным. К сожалению, это, скорее всего, означало… Ну… чёрт. Тейлор ещё не сталкивалась со Стражами напрямую, кроме Софии, но знала достаточно, чтобы их узнавать. Тощий парень в белом костюме, бежавший к ним, явно был Стояк, а следом за ним — в серебристой силовой броне… Ну конечно. Если Виктория здесь, значит, скорее всего, здесь и Дин. Просто прекрасно. Замечательно. Она уже велела ему действовать в её интересах — что определённо включало в себя не начинать сейчас с «да, Охотник», — но всё равно. Чёрт. Похоже, это будет весело. — Вики! Ты какого хрена… — Эми захлебнулась словами. Она осеклась, когда Виктория отпустила её и внезапно осознала, что Тейлор тоже здесь — всё ещё держит Эми за руку. А. Точно. У них ведь оставались кое-какие незакрытые вопросы. Оставалось надеяться, что Виктория не… И тут Виктория со всей силы врезала ей в лицо. У неё была крошечная доля секунды, чтобы решить — рассыпаться пеплом и уйти от удара или нет. Ну… я ведь сама об этом просила. В буквальном и переносном смысле. Она позволила удару прийтись точно в стальную скулу. Больно было куда меньше, чем в субботу — после «апгрейдов» от Лунга и Они Ли. Правда, в спешке она не учла одну неизбежную вещь — импульс. Она, конечно, была тяжелее среднего человека, но Виктория била очень сильно, а Тейлор ни за что не была закреплена. По крайней мере, ей хватило ума отпустить руку Эми и своё кресло, чтобы не утащить их за собой. Тело Тейлор с треском проломило спинку кресла — ткань рвалась, искорёженный металл вопил — и её швырнуло назад по набережной. Она машинально провернулась, чтобы не снести какого-нибудь неудачливого прохожего, один раз отскочила от деревянных досок с дождём щепок и врезалась в борт фургончика с мороженым с такой силой, что в центре логотипа образовалась вмятина чётко по её форме. Где-то в глубине души она надеялась, что Дина сейчас собой довольна. — Я передумала. Это реально помогло, — сказала Вики. Толпа зевак была на удивление тихой. К лучшему или к худшему, все словно застыли в шоке. Она ожидала куда больше визга. — Всё нормально! — крикнула Тейлор, выдираясь из перекрученного металла. — Паниковать не надо. Я это заслужила. Я соблазнила её сестру. Возвращайтесь к покупкам. Даже с пятидесяти метров Тейлор услышала стон Эми и характерный звук ладони, ударяющей по лицу. Она стряхнула с кофты металлическую стружку и щепки и поскакала обратно. — Заткнись нахрен, Энн, — рявкнула Эми, а потом повернулась к сестре. — Господи… блядь, Вики. Ты не могла подождать хотя бы десять сраных секунд? Или выбрать место, где нет людей?» По крайней мере, Виктории хватило совести выглядеть смущённой. — Чёрт, эм… может, нам стоит проверить этот фургон? — неуверенно сказала Вики. — Не-не, всё в порядке, он мой, — сказала Тейлор и вытащила смятый листок бумаги, взятый из комнаты Дины. Стояк, Рыцарь, Виктория и Эми уставились на неё так, будто она была сумасшедшей. По крайней мере, так она предположила, судя по языку тела Стражей. — Это долгая история, — сказала Тейлор. — В общем, да, я сказала Вики, что она может это сделать, если ей станет легче. Стало? — Эм… да? Наверное? — Виктория выглядела слегка пришибленной. — Сейчас… чуть меньше? — Лучше, чем ничего. Ладно… привет, Стражи! Я Энн, девушка Эми. Рада познакомиться! Рыцарь и Стояк переглянулись. — Привет, Энн… эм… полагаю, это просто невероятно удачно, что ты… чудесным образом не пострадала, когда Слава… приняла твоё предложение? — неуверенно сказал Рыцарь. Стояк пожал плечами. — И очень удобно, что ты припарковала свой фургон с мороженым ровно в нужном месте, чтобы тебя поймать, — добавил он. — Нам полагаются бесплатное мороженное за то, что мы такие понимающие? — Я ненавижу вас всех прямо сейчас, — пробормотала Эми. — Я вообще не знаю, был ли он загружен… — Тейлор обернулась и как раз увидела, как фургон, несмотря на повреждения, уезжает. — А, ладно. — Обидно, — вздохнул Стояк. — Подождите! Так что вы вообще тут делаете? Ты и… Энн… — Виктория снова посмотрела на Эми. — Знаешь, я вообще-то могу ходить на свидания, которые не двойные с тобой. — Ты… на свидании, — с сомнением сказала Виктория. — Это кодовое слово? Вы уже спрятали тела, или… — Почему все всегда так думают? — проворчала Тейлор. Виктория и Эми одновременно бросили на неё взгляд. — Нет, — огрызнулась Эми. — Мы вполне способны ходить на настоящие свидания и никого не убивать, спасибо. Хотя с каждой секундой это становится всё заманчивее. — Не хочу быть занудой, но, кажется, нам всё-таки нужно об этом сообщить? — сказал Стояк. — Зачем? — максимально невинно спросила Тейлор. Она не видела выражения лица Стояка, что было досадно. Наверное, это было довольно забавно. — Я… ну… кто-то, наверное… знаешь что, я не буду заполнять эту бумажную хрень, если в этом нет необходимости. Твоё решение, о будущий великий лидер, — Стояк повернул свою бесстрастное лицо к Рыцарю. Дин какое-то время смотрел на Вики, Тейлор и Эми. — Я думаю, это здорово, что Виктория смогла увидеть сестру, — медленно сказал он. — Не вижу ничего, что требовало бы немедленной реакции СКП. Она точно попадёт в ад, но иметь под рукой подчиненного Стража было чертовски удобно. Тейлор честно не знала, искренен ли сейчас Дин. Она велела ему забыть о её личности и самом подчинении, действовать так, как он действовал бы, не зная… но также велела действовать в её интересах. Оставался ли где-то внутри настоящий Дин — наблюдающий, но не способный повлиять? Или подчинение изменило и сознательную личность? Она не говорила об этом Эми. Так было лучше. Пока. По крайней мере до тех пор, пока они в итоге не отпустят Дина. Но не сегодня. — Спасибо, Рыцарь, — с яркой улыбкой сказала Виктория. Эми закатила глаза. Похоже, никакое подчинение не могло заставить её делать больше, чем терпеть Дина. Тейлор посмотрела на жалкие останки своего кресла. — Нам, наверное, всё равно скоро придётся возвращаться. Прыгать повсюду — не самое романтичное занятие. — Почему ты до сих пор не… Ладно, знаешь что, я даже спрашивать не буду, — вздохнула Виктория. — Так что это вообще было вчера? Весь этот цирк? — Цирк? Я вообще-то боролась за свою жизнь. Мисс Ополчение выстрелила мне в голову и всё такое. — Не заливай. Ты просто дурачилась, — фыркнула Виктория. — Это и близко не то, что ты вытворяла с Империей и АПП. Она пожала плечами. — СКП просто нужно было напомнить, чтобы соблюдали политику «невмешательства». Я серьёзно говорила. Я не перебила остальных злодеев не потому, что я какая-то святая. Мне нужна была кровь для работы, и я решила, что лучше брать её у мудаков. — Я думала, ты собиралась сохранить хоть какую-то правдоподобную отмазку, — Эми облокотилась на перила. — Что-то про правила? — Думаю, это вылетело в окно, когда меня ударили в лицо и я не умерла, — сухо сказала Тейлор. — Я не собираюсь извиняться, — сказала Вики. — Ясно, — вздохнула Эми. — Нам, наверное, пора идти, пока кто-нибудь не доложил СКП, что их Стражи тусуются с врагом. — То есть ты реально уходишь в злодеи? Прямо по-настоящему? — подал голос Стояк. Эми выглядела слегка озадаченной. — Я думала, это уже всем известно. Я ушла из «Новой Волны» в субботу, — Эми перевела взгляд с Рыцаря на Стояка. — Ну, нам не всё докладывают, но я сомневаюсь, что СКП вообще понимает, что с тобой делать. Никто не хочет терять целителя, а общественное мнение мечется как угорелое. Не то чтобы большинство людей целыми днями сидело на ПЛО, — сказал Стояк. — Многие обычные ребята только сейчас начинают осознавать, что старые банды исчезли, раз СКП наконец-то начал активно пиарить «подвиги» Охоты. Ну, это полезно знать. СКП быстро перешёл к своей пропагандистской кампании. Ей нужно было скоро вновь встретиться с Колином. — Да… пофиг. Да, я «ухожу в злодеи», — сказала Эми. — СКП бы запер меня в пожизненном заключении и использовал как свою личную грёбаную лечебную машину, если бы думал, что это сойдёт им с рук. И каким-то образом Брандиш всё равно хуже. Да пошли они. Может, если попросят нормально, я вернусь и подлечу тех героев, которые иначе бы умерли. Могу даже по больницам походить, если заскучаю. Но теперь — на моих условиях. — Я… эм… могу им это передать? — спросил Стояк. — Кажется, они все паникуют из-за того, что ты больше не ходишь на бои с губителями. — Это, вообще-то, может удержать их от полного срыва, — Тейлор взглянула на Эми. — Да, передай, — устало сказала Эми. — Я ненавидела не столько само лечение, сколько… обязательство? Наверное. Людей, которым нужна помощь, всегда будет больше, и быть злодеем оказалось проще, чем по-настоящему переживать. Короче, скажи им: лечу, когда захочу. Но на бои с губителями я буду приходить — если только Кэрол не начнёт выёбываться. — Она не начнёт, — голос Виктории был ледяным. Такого тона Тейлор от неё ещё не слышала — даже в субботу. Чёрт. Зато Вики на их стороне. Уже что-то. Эми бросила на сестру одну из своих редких «улыбок без хмурости», потом снова повернулась к Тейлор. — Было весело смотреть, как тебя бьют, но я хочу домой. Тейлор кивнула и достала телефон. Виктория и Стражи выглядели немного растерянными. Рейчел ответила с первого гудка. — Мне нужна дверь. Рейчел повесила трубку, не сказав ни слова. Этого и не требовалось. Поступки говорили сами за себя. Тейлор хмыкнула, глядя на лица героев, и притянула Эми к себе одной рукой. Чувствовать, как та расслабляется от прикосновения, было так же прекрасно, как всегда. — Вы же не думали, что мы пойдём гулять на людях без пути отхода? — И как это вообще работает? — спросила Виктория. — Секретная информация, — ухмыльнулась Тейлор. — Предложение всегда в силе, если захочешь присоединиться. Думаю, Эми была бы рада, и нам не хватает летунов. Из бонусов: медицина, стоматология, жильё, крутой меч и больше милых собак, чем ты физически сможешь перегладить. — Я не… что? — выдавила Виктория. В витрине кофейни открылся призрачный дверной проём. Тейлор заметила два огонька, мчащиеся к ним над крышами. — Подумай об этом. А пока — похоже, кто-то в «Новой Волны» всё-таки читает ПЛО. Готова, Эми? — Да. Вики… это было… не знаю. Ты знаешь, где меня найти, если что, — Эми снова вздохнула и обняла сестру свободной рукой. — Взаимно. И ты теперь можешь быть где угодно, да? — криво улыбнулась Вики. — Именно. Леди Фотон и Лазершоу умели быстро преодолевать расстояния, когда хотели, но они всё ещё были далековато. Тейлор всё равно не хотелось скакать по набережной. — Увидимся, Слава. Стражи. — Пока? — беспомощно сказал Стояк. Тейлор призвала свой ураган и легко подняла себя и Эми. Теперь это было куда менее утомительно — после нескольких новых ампул и рун Эми. — Драматично, — пробормотала Эми. — Это ты сделала гигантские демонические руки. — Моя сила иногда живёт своей жизнью. Я не виновата, что она ещё и пафосная сука. — Как скажешь. Но всё-таки… тебе было весело? Даже с этим… внезапным вмешательством? — спросила Тейлор, зависнув в воздухе. — Это было одно из двух лучших свиданий в моей жизни, — сказала Эми. — Правда, планка не очень высокая. Кажется, крыша больницы мне всё-таки нравится больше. Тейлор рассмеялась и бросила их вниз, к кофейне, пролетая через дверь под испуганные крики посетителей. А. Точно. Никто, кроме них, дверь не видел. Наверное, все решили, что Тейлор и Эми сейчас врежутся прямо в стекло. Упс. Будем надеяться, выглядело это круто.

***

— Ты правда имела в виду то, что сказала Стражам? Насчёт того, чтобы вернуться лечить? — спросила Тейлор от своего верстака, не отрываясь от работы над дальнейшей очисткой кровавых камней. — Может быть? Не знаю, — Эми пожала плечами. — Пока никакие герои не заявляются ко мне с доёбами, идея вернуться в больницу меня не бесит. Когда-то мне действительно нравилось помогать людям. До того, как это не сожрало всё остальное. Перед Эми из аморфной массы плоти рос её собственный проект. Он немного напоминал тонкие, бледные грибы, прорастающие из участка сети Лабиринта. Ну, если бы не их тонкие щупальца и жуткие рты. Зубы у них были слишком уж похожи на человеческие. — Эй, Эми… а что это у тебя тут? — как бы между прочим спросила Тейлор. — Просто… экспериментирую. Нервные кластеры не обязаны быть полноценными мозгами, и я пытаюсь понять, как запустить направленную автономную адаптацию. Я хочу, чтобы сердце могло чинить само себя, если меня рядом не будет… — Эми рассеянно бормотала, продолжая работать. — Регенеративная петля обратной связи, которую ты подключила, — хорошее начало, но она может лишь вернуть систему в исходное состояние. — А рты? — Им нужно есть, очевидно. Они всё ещё живые. Тейлор решила не уточнять. Странные маленькие создания всё равно были… довольно милыми.

***

Тейлор и Брайан стояли в импровизированной испытательной камере — дальше по коридору от атриума и комнаты Тонитруса. — Как ты себя чувствуешь после вчерашнего? — спросила Тейлор, когда тишина начала становиться неловкой. — Нормально. Тейлор приподняла бровь. — А что ты хочешь, чтобы я сказал? — пробурчал Брайан. — Я убил человека. Скорее всего, стал причиной того, что ещё куча людей сгорела заживо. И что? — Значит, скорее всего, не нормально, — сказала Тейлор. — После моей первой охоты мне пришлось столкнуться с тем, что я не чувствую вины за то, что сделала. И это само по себе… тревожное ощущение. Но мой опыт далеко не универсален. — Ладно. Я знаю, что должен чувствовать вину или что-то вроде того, но я не чувствую. И это так же плохо, потому что я знаю — так быть не должно. — Если честно, я не уверена, что вообще существует какое-то «должно», — ответила Тейлор. — Мир разваливается, а паралюди вносят хаос во всё подряд. Правила, обычные законы… всё это начинает рассыпаться, когда некоторые люди просто сильнее других. Александрия, Легенда, Эйдолон, Дракон… они притворяются, но как вообще работают закон и мораль, если они следуют им исключительно по собственной совести? — То есть ты говоришь, что это просто не имеет значения? Что мы можем убивать кого хотим и потом пожимать плечами и идти дальше? — резко спросил Брайан. — Я говорю, что это решаешь ты. Никто другой не может сказать тебе, что правильно, а что нет, или должен ли ты вообще что-то чувствовать. В конце концов, единственный человек, с которым тебе жить всю жизнь, — это ты сам. Он не ответил, лишь смотрел на флакон в своих руках. — Тогда в чём вообще смысл? — сказал он наконец. Она не была уверена, риторический ли это вопрос. Она всё равно ответила. — Возьми то, что тебе нужно. То, что кажется тебе правильным. Возьми силу, чтобы защитить сестру. Возьми средства, чтобы сделать мир лучше. Никто не сделает этого за тебя, а те, кто действительно достоин твоей привязанности, не заслуживают того, чтобы быть для тебя костылём, — сказала Тейлор. — Ты должен уметь стоять сам, прежде чем сможешь поддержать кого-то ещё. Он всё ещё выглядел раздираемым сомнениями. Это даже немного раздражало. Брайан якобы хотел сделать жизнь сестры лучше, но у него не хватало решимости действительно это сделать. Какая-то часть его так и не выросла из глубоко укоренившегося чувства беспомощности. Какие извинения ты будешь шептать у надгробия своей сестры, если потерпишь неудачу? Какое это будет иметь значение, когда станет слишком поздно? Он мог быть куда большим, если бы освободился от собственных сомнений. — Выпрями спину, Брайан Лейборн, — потребовала Тейлор, и её голос эхом разнёсся по залам Лабиринта. — Гавань не безопасна, если скалы крошатся при первом же шторме. Замок не устоит, если фундамент треснут. Ты говоришь, что хочешь спасти сестру? Создать лучшую жизнь, которую никто не сможет вырвать у тебя из рук? Он наконец встретился с ней взглядом, и она не могла понять, что именно бурлит за ним — злость, боль или что-то ещё. Хорошо. Лучше злость на неё, чем пустота. — Тогда возьми то, что хочешь, — приказала Тейлор. — И не извиняйся. Брайан с силой вогнал флакон в тело, и она улыбнулась. Тени в комнате вокруг них начали сгущаться, когда сила Брайана стала просачиваться из его тела медленным каскадом. Тейлор уловила самый край шёпота в темноте — где-то совсем рядом, но всё ещё вне досягаемости, пока его разум расширялся. Он сжал челюсть, и дыма стало больше. Он стелился по полу комнаты, ищущие щупальца просачивались в Лабиринт. Вскоре в море чернильной тьмы остался лишь свет фонаря. — Ты видишь теперь? — прошептала Тейлор. — В этом мире есть больше, чем кажется на первый взгляд. Полотно куда тоньше, чем ты думаешь. Тело Брайана начало распадаться по краям, становясь частью тьмы, так же как тьма пропитывала его. Тейлор вспомнила слова, которые сказала Софии прямо перед тем, как убила её. Здесь они казались странно уместными. — Пойдём со мной… во тьму. А потом Тейлор осталась одна. Хотя на самом деле — нет. Дым сгустился на границе света фонаря, и она увидела огромные сжимающиеся руки из живой тьмы, пока Брайан пытался собрать себя в этом небытии. Она слишком хорошо знала это чувство. Существовать без тела — мучительно. Медленно, но верно ночь отступала, и человеческая форма Мрака восстанавливалась из Ничто. — С возвращением, — усмехнулась она. — Блять. — Ага. Это всегда что-то невероятное, но силы, вызывающие состояния излома или оборотня, особенно… выбивают из колеи. Брайан сделал несколько глубоких вдохов. Тишина тянулась долго — только они и свет фонаря. — Есть шанс, что ты передумал насчёт того, чтобы Эми тебя улучшила? — спросила Тейлор наконец. Брайан вздохнул. — Стоять на своих ногах, да? — сказал он. — Наверное… Я буду бесполезен Айше, если сдохну. И я бы возненавидел себя, если бы мог сделать больше, но не сделал, потому что не захотел запачкать руки. Тейлор приподняла бровь. — Это «да» или «нет»? — Да. Ты права. Никто мне ничего не должен, и я не могу рассчитывать на кого-то ещё, чтобы спасти её. Даже на тебя — без обид. — Никаких. Они вышли из испытательной камеры вместе, и Брайан, сам того не замечая, шёл чуть более выпрямившись.

***

Её новая кузня постепенно обретала форму. Изначальная установка в Мастерской была вполне сносной, но там становилось тесновато. С учётом нового оборудованием, которое для неё раздобыла Лиза, и Алебастра, пространство начинало откровенно заканчиваться — нужно было расширяться. К счастью, Лабиринт был бесконечен. Помещение выглядело так, будто раньше здесь была столовая или что-то в этом роде, но для её целей подходило идеально. Даже система вентиляции была похожа на ту, что стояла в Мастерской. Тейлор уселась на один из стульев и задумчиво посмотрела на заготовки из высоконикелевого железа, которые ей предоставил Оружейник. Они были рассчитаны на использование в современном тинкертехе, и при текущей конфигурации — с низким содержанием углерода и чрезмерно высоким процентом никеля — для меча такой металл не годился. К счастью, в крови было предостаточно бикарбонатных ионов. А крови у неё было столько, сколько она только могла пожелать. Её Чикагэ был слишком кровожадным, а священный клинок — слишком… неподходящим, чтобы направлять её более жестокие порывы. Ей нужно было нечто среднее. Клинок, способный в равной мере пробуждать и зверя, и звёзды. Недавние флаконы достаточно рассеяли туман, чтобы в голове оформились несколько крайне заманчивых конструкций. По чертежам требовался сидерит, но Тейлор совершенно не хотелось искать настоящий метеорит. К тому же, метеориты богаты кобальтом и фосфором, а это даёт паршивую сталь. Материал Оружейника содержал шесть процентов никеля — куда больше, чем в стандартных высоконикелевых сплавах, и чертовски близко к настоящему «космическому» железу. Этого будет достаточно. Кроме того, использование крови как прямого источника углерода для превращения железа в сталь было куда эффективнее, чем простая кровяная обработка во время ковки или закалка в конце. Хотя, разумеется, и то, и другое она всё равно собиралась сделать. Она запустила плавильную установку R3, которую для неё купила Лиза, включила подачу кислорода и разместила Алебастра над тиглем. Если всё сработает, она действительно сможет выковать для Оружейника его убийцу губителей. Он был чертовски сговорчив до сих пор. Он заслуживал новую игрушку — даже если пока не мог ею пользоваться, не разрушив их прикрытие. Кровь потекла из шеи Алебастра и зашипела, попав в ослепительно белое пламя кузни. Тейлор опустила железные блоки в огонь. Высочайшие температуры и флюс очистят железо от оставшихся примесей, сохранив при этом высокий процент никеля. Горящая кровь насытит расплав углеродом, пока тот не станет настоящей сталью. Весь процесс не займёт много времени. Не при тех температурах, с которыми она работала. Алебастр немного обгорел в процессе, но это было неважно. Он бессмертен — переживёт. Тейлор выдвинула нижний ящик плавильни. Оранжевое свечение расплавленного «сидерита» приятно грело кожу — даже сквозь руны. Наверное, если Эми сочла один меч крутым… парные клинки ей понравятся ещё больше, верно?