In Pale Blood

Тейлор медленно просыпалась. Тусклого света алтаря с чашей было более чем достаточно, чтобы усиленное зрение различало каждую деталь комнаты. Несмотря на обострённые чувства, она обычно спала крепко — стоило только заставить голоса в голове заткнуться. Что-то было не так. Она всё ещё была укутана в одеяло. Обычно Эми уже успевала стащить на себя всё доступное, сооружая свой кокон тепла и одиночества на другой стороне кровати. Просыпаться замёрзшей и раскрытой было, как выяснилось, неизбежной частью сна рядом с ней. Цена, на которую она была более чем готова пойти. Но сейчас пустое место рядом оказалось холоднее любой нехватки одеял. Тейлор моргнула и села. На мгновение она задумалась — пойти искать Эми или дать ей пространство? Если та бродит по ночам, вряд ли ей сейчас нужна компания. Но в итоге победило её эгоистичное беспокойство. Свечи дрогнули, когда она выбралась из постели и зафиксировала свой протез. Фонаря тоже не было. Это… скорее хорошо. Значит, Эми ушла намеренно. Хотя искать её теперь будет сложнее. Она остановилась в атриуме, под бесконечно бьющимся Сердцем Лабиринта, и закрыла глаза. Те самые флаконы с парачеловеческими способностями, которые она приняла, дали ей не только новые и странные силы. Они расширили её разум, углубили восприятие и создали нечто большее, чем просто химические импульсы в биологическом мозге. Внутри себя Тейлор успокоила бурлящее море сомнений — и открыла глаза. Мир был куда шире, чем большинство могли представить. Реальность не ограничивалась этой тонкой плёнкой, которую все привыкли видеть. Лабиринт раскрылся перед ней — непостижимый, бесконечный. Она не видела его… и всё же видела. Двери за дверями. Где Эми? Её сознание скользило по бесконечным коридорам в поиске. И вдруг её вырвало из мыслей — неожиданное, мягкое прикосновение. Будь она в обычном состоянии, она бы дёрнулась, как от удара током. Но сейчас, с расширенным сознанием и переполненная прозрениями, она просто открыла настоящие глаза и опустила взгляд — с лёгким недоумением. Крошечная бледная рука обхватила её указательный палец. Посланник слегка покачивался, глядя на неё круглыми, выпуклыми глазами. Контраст между его вытянутой, гротескной плотью и миниатюрным цилиндром на голове был странным… но по-своему милым. Ах да. Ей не пришлось позволять разуму блуждать. Посланники сами с радостью могли показать дорогу. — Веди, друг, — тихо сказала Тейлор странному маленькому созданию Эми. Без фонаря Лабиринт был погружён в кромешную тьму, но Тейлор больше не зависела от света. По крайней мере, не здесь. Она шла за цепочкой Посланников вверх по лестнице — их тонкие тела прорастали из сосудов Сердца и с энтузиазмом указывали путь. Двигались они странно. Слишком медленно, чтобы это выглядело естественно — несмотря на явное воодушевление. Надо будет как-нибудь спросить Эми об этом. Протез глухо отдавался эхом в коридорах, пока она поднималась по последнему пролёту и выходила на крышу Больницы. Непроизвольная и неожиданная мягкая улыбка расплылась по её лицу. Эми стояла у края крыши, опираясь на полуразрушенный бортик, тянувшийся вдоль здания. Капюшон чёрно-красного одеяния был откинут назад, и тёмные кудри развевались на теплом ветру. Слабый свет звёзд окрашивал лицо серебряным светом — веснушки и тёмные глаза резко выделялись на бледной коже. Тонкая струйка серого дыма тянулась от сигареты в её руке и медленно утекала сквозь её губы, растворяясь в ветре с каждым выдохом. Она была чертовски красива. — Ну… часто сюда заходишь? — спросила Тейлор. В голове вспыхнуло воспоминание о другой крыше, в другом мире. Красно-белые одеяния вместо чёрных, и другая шляпа. Эми, должно быть, услышала её шаги — или увидела в свете фонаря. Она не вздрогнула, лишь слегка повернула голову, позволяя ей поймать взгляд краем глаза. — Да, вообще-то, — саркастично ответила она. — Я тут живу. — На крыше? — уточнила Тейлор. — Сквозит, наверное. Что делаешь, когда идёт дождь? — Да иди к черту! — резко выпалила Эми, но она заметила уголок её улыбки. — Проходила уже. Всё это было. Даже «футболка» есть, — сказала Тейлор, лениво откидываясь на перила рядом с ней. — Ну ладно, футболки нет — только шляпа. Но суть ты поняла. Эми повернулась к ней с неожиданно пристальным взглядом. — Я не могу понять, ты серьёзно или издеваешься, — сказала она. — Я бы никогда. — Да ну. Тейлор усмехнулась, посмотрела на неё ещё мгновение — и откинула голову назад, позволяя звёздному свету лечь на лицо. — Надо чаще сюда подниматься, — задумчиво сказала она. — Тут… спокойно. Эми не ответила, лишь глубоко затянулась сигаретой. Оранжевый огонёк вспыхнул, отбрасывая странные тени на разрушенную крышу. — Скажешь, почему? — тихо спросила Тейлор. Дым медленно поплыл перед ними, когда Эми вздохнула. — Мы так и не поговорили о Виктории. После истории с Дином, — наконец сказала она. Это объясняет курение. — Да. Не поговорили. Эми щёлчком отправила окурок за край крыши. Тейлор внезапно вспомнила дурацкую социальную рекламу с Легендой — про мусор и закон. Какие же они были подлые злодеи. — Мы можем и не говорить об этом, если ты не хочешь… — тихо сказала Тейлор. — Да конечно не хочу, блядь, — резко ответила Эми. — Я бы лучше битое стекло жевала. Кому вообще захочется обсуждать со своей грёбаной девушкой то, что ты влюблена в свою же грёбаную сестру? Тейлор решила пока просто замолчать и слушать. Похоже, это росло в Эми уже… чёрт знает сколько. Излишняя ругань тоже, скорее всего, была защитной реакцией. Эми смотрела на город с каменным лицом. Та старая, глубокая печаль, запечатленная в каждой черте лица, болезненно кольнула Тейлор в груди. Жизнь порой бывает несправедливой. Очень часто. — Вики всегда была единственной, кому не всё равно, — сказала Эми. — Она правда заботилась, понимаешь? И она такая… такая настоящая, искренняя, и такая, чёрт возьми, хорошая. Я просто… как я могла не влюбиться? Тейлор кивнула, глядя в звёзды — чтобы она не чувствовала себя под прицелом. — Но я не могу… я ничего не могу сделать правильно, и я… я всё просрала, — голос Эми стал жёстче. — Я не просила это чувство. Я вообще этого не просила! Её пальцы побелели на перилах. — Каждый день одно и то же бесполезное дерьмо, и всё, чего я хотела — изменить её. Я хотела этого так сильно. И сейчас хочу, наверное. Это же не исчезло просто потому, что я ушла. Каждый раз, когда она меня касается, это, мать его, война — просто чтобы удержаться. И она никогда не заканчивается. Это было бы так легко. Пара маленьких правок — и она бы чувствовала то же самое, — выдавила Эми. — Она бы даже не поняла, если бы я всё сделала аккуратно. — Тогда почему ты этого не сделаешь? — спросила Тейлор. Она уже знала ответ, но, может, Эми нужно было произнести его вслух. — Потому что я бы знала! И я не чёртов монстр! — вспыхнула Эми. — Я не… я… Тейлор позволила ей захлебнуться в собственных мыслях. — Потому что я люблю её. И это было бы не по-настоящему. Вот оно. — Значит, ты на самом деле вовсе не хочешь её менять, — спокойно сказала Тейлор. — Конечно не хочу! — прорычала Эми. — Я хочу… я хочу… Слёзы блеснули в звёздном свете, когда Эми закрыла глаза. Чистые капли стекали по щекам неровными дорожками. — Я просто хочу, чтобы она тоже меня любила, — наконец прошептала она, сломленно. Тейлор слишком хорошо понимала это чувство. Рыжие волосы, сияющие зелёные глаза и… Тейлор резко подавила эти лишние воспоминания. Сейчас не о ней. Это была исповедь Эми. — И… — Эми наклонилась вперёд и упорно не смотрела на неё, что, наверное, было к лучшему. Тейлор не была уверена, какое у неё сейчас лицо. — Это нечестно и по отношению к тебе. Я слишком эгоистичная, чтобы тебя отпустить, но ты заслуживаешь гораздо большего, чем моё дерьмовое, сломанное, отвратительное… — Эй, — перебила её Тейлор с кривой усмешкой. — Не говори так о моей девушке. Эми невольно выдохнула сдавленный, мокрый смешок — Тейлор засчитала это за маленькую победу. — Заткнись, — огрызнулась Эми. Но уголок её губ всё равно дёрнулся. — Мои решения — мои, даже если тебе они не нравятся, — сказала Тейлор. — И я никогда не пожалею, что выбрала тебя. Со всеми твоими… шероховатыми краями. — «Никогда» — это долго, — тихо ответила Эми. Слёзы всё ещё ломали её голос. — Для меня — нет. Она повернулась к ней с каким-то странно напряжённым выражением. — Ты… Она замолчала, достала ещё одну сигарету, прикурила. Глубоко затянулась, выпустила струю серебристого дыма — и только потом снова попыталась сказать. — Иногда, когда ты начинаешь нести пафосную чушь, кажется, будто ты пытаешься что-то сказать, но не говоришь прямо, — наконец выдавила Эми. — И это, блядь, бесит. Это было… справедливо. В каком-то смысле. — Да, — просто сказала Тейлор. — Мне это не нравится. Тейлор кивнула. — Я тебе доверяю, Тейлор, и я… мне не всё равно… просто… иногда с тобой тяжело, — сказала Эми. — Я рассказала тебе всё. То, что собиралась унести с собой в могилу. А иногда всё равно кажется, что ты держишь меня в неведении. Долгое время они молчали под звёздами. Тейлор глубоко вдохнула. Секреты были клеткой — так же, как и убежищем. Слишком долго оставайся за прутьями — и уже неважно, заперта ли дверь. Эми доверила ей ключ от своей клетки. Тейлор могла сделать то же самое. Но от этого не становилось легче. — Я умерла, — прошептала она. Эми не ответила, но она почувствовала, как та напряглась рядом. — Моя могила не пуста. Я умерла ещё до того, как ты меня встретила. Тогда, в том кровавом металлическом ящике в «Уинслоу». — Тогда… как… — Эми снова запнулась. — Я не уверена, но… — Она смотрела в звёзды. — Это связано со Сном. Я… сейчас я привязана к этому телу, к плоти и костям, но это не я. Я знаю, что смерть для меня — не конец. Так же, как ты знаешь, как лечить, а Виктория — как летать. Эми резко выпрямилась, будто её ударило током. — Вот почему тебе было всё равно, заражу ли я тебя раком, или изменю тебя, или… — воскликнула она. — У тебя реально грёбаное желание умереть! Хотя нет — не желание, потому что ты не можешь умереть! — Ха, да, поймала, — Тейлор не удержалась от улыбки. — Самовоскрешение делает риск немного проще. — Почему ты мне не сказала? Я так переживала, я… Тейлор опустила взгляд. Даже заплаканное и искаженное от отчаяния лицо Эми было притягательным. Её глаза сверкали гневным огнем, и она не могла отвести взгляд. В этот момент она не смогла солгать. — Потому что я боялась. И до сих пор боюсь. Эми моргнула. — Чего? Почему? — Потому что я не хочу делать это одна, — Тейлор закрыла глаза, чтобы не утонуть в накрывающих эмоциях. Некоторое время слышался только тихий ветер. — Тебе придётся объяснить это получше, — наконец сказала Эми. — Всё заканчивается — кроме меня. Может, это и палка о двух концах, но у всех остальных есть хотя бы гарантия конца, даже если они предпочитают об этом не думать, — в её голосе появилась горечь. — Если я не разберусь… я не хочу просыпаться из этого сна. Но и… не хочу бродить одна вечно. — Ох, — тихо сказала Эми. — Это… это чертовски страшно, Эми. Без тебя… без… если завтра всё закончится, я проснусь на пустом кладбище. И останусь там одна. Навсегда. Я не… я не хочу, чтобы мой Сон стал бесконечным Кошмаром, — прошептала Тейлор в тёплый ночной воздух, всё ещё с закрытыми глазами. Ей стоило усилий удержать чувства внутри. Наступила долгая пауза. А потом руки Эми обвили её за талию, и Тейлор почувствовала тёплые губы у основания своей шеи. При всей своей колючести, Эми иногда была такой мягкой. — Похоже, нам просто придётся разобраться, как жить вечно, — выдохнула та ей в ухо. — А то у меня уже заканчиваются новые проекты. Тейлор рассмеялась. Это был нервный, освобождающий смех. — Ну да. Легкотня. Сейчас займёмся, — выдохнула она, уткнувшись в волосы Эми. Дым и розы. Эми рассмеялась вместе с ней. Не её привычный едкий смешок, а лёгкий, звонкий смех — как колокольчики на ветру. У неё сжалось в животе, и сердце вдруг взлетело вверх. Тейлор чуть отстранилась, чтобы посмотреть на лицо, поднятое к ней. В глазах отражались звёзды, а выражение было мягче, спокойнее, чем она видела уже давно. Может… вообще когда-либо. Она была идеальной, прекрасной, сломанной — но именно так, как нужно — и Тейлор утонула в её взгляде… и вдруг потерялась. Потерялась… — Я так сильно тебя люблю. Что? Это… я? Это был её голос. Она почувствовала, как её губы произнесли эти слова. Но она ведь не… Не могла… Глаза Эми распахнулись. Лицо на мгновение стало пустым, нечитаемым. Черт, ебать, ебать… Тейлор застыла. Назад уже не взять — даже если бы она захотела. Да и не была уверена, что хочет. Тем более что это было правдой. Прошла бесконечная секунда — как вечность в подвешенном состоянии. И Эми моргнула. А потом улыбнулась. По-настоящему — не просто перестала хмуриться. Улыбка озарила её лицо, разогнала ту кислоту и внутреннюю ломку, что обычно прятались в её тёмных глазах — и Тейлор снова потерялась. И ей было всё равно, испортила ли она всё. Если это вызывает у Эми такую улыбку. — Хорошо, — сказала Эми. И Тейлор тоже расплылась в идиотской улыбке. Потому что этого было достаточно. Эми поднялась на носки ровно в тот момент, когда она наклонилась, чтобы поймать её губы. Правда, целоваться нормально было сложно — потому что она никак не могла перестать улыбаться. Более чем достаточно. Тейлор не осознанно вызвала свою бурю, но вдруг поняла, что её волосы развеваются на ветру, а ноги больше не касаются крыши больницы. Эми, похоже, этого даже не заметила — и она тут же снова утонула во вкусе тёплого дыма, когда губы Эми приоткрылись и с нетерпеливой жадностью ответили на её поцелуй. Это было всё. Наконец Эми отстранилась и снова встретила её взгляд. Она была почти уверена, что её девушка так же потерялась, потому что та просто смотрела на неё с широкой улыбкой — и всё ещё не замечала, как высоко они… Эми вскрикнула и вцепилась в шею мёртвой хваткой. — Какого хрдвер!.. — заорала она, глядя вниз на разваливающуюся больницу метрах в пятнадцати под ними. — Прости, я увлеклась… — Увлеклась?! Я буквально… — Это не моя вина, что ты такая увлекающая, — рассмеялась Тейлор, когда напряжение наконец спало. — К тому же, я думала, тебе нравится летать? — Да пошла ты! Это не значит, что можно просто выбрасывать меня из самолёта без предупреждения! — Эми всё ещё держалась за неё, как за спасательный круг. — Я тебя не уроню, — ухмыльнулась Тейлор. — Но сначала надо спрашивать! Господи, блядь, — возмутилась Эми. — Мне кажется, ты сама не спрашивала, когда перестраивала мои органы… — Мы обе знаем, что у меня не всё в порядке с головой! Ты-то должна быть ответственной! Тейлор снова рассмеялась. Несмотря на слова, она чувствовала, как Эми расслабляется в её металлических объятиях. — Ты вообще-то каждый день называешь меня сумасшедшей, — напомнила она. — Вот именно! — Эми попыталась жестом указать на их положение, но для этого пришлось бы отпустить Тейлор — и она тут же передумала. Кстати об этом… — Это странно, кстати. Я не устаю, как обычно, — рассеянно сказала Тейлор. Она вообще не чувствовала истощения. Это было не совсем то же самое, что ощущение полной луны, поющей в её костях, но результат был похожий. — Конечно нет! Я не хочу умирать, — проворчала Эми. — Я… перерабатываю? Обновляю? Твою кровь. Я не понимаю до конца, как работает твоя сила, но вижу, что именно в тебе меняется, когда ты выматываешься — и вернуть тебя в норму довольно просто. Твои силы ведь не сжигают калории. Улыбка Тейлор становилась шире с каждым её словом. — Это потрясающе. Ты потрясающая. — Да, я в курсе, — саркастично ответила та. — А теперь опусти меня! Тейлор аккуратно перехватила Эми, полностью беря её на руки — как принцессу. Одна рука под спиной, другая под коленями, пока она всё так же цеплялась за шею. Закрученный ветер тянул мантии, а её волосы развевались вокруг лица. — Ты шутишь? Ты можешь продолжать это… обновление или как там? — с воодушевлением спросила Тейлор. — Ну… да, но… — лицо Эми резко вытянулось. — О нет. Нет, даже не думай, Тейлор… Слишком поздно. Тейлор не собиралась упускать шанс полетать. — Всё будет нормально! — крикнула Тейлор, когда буря усилилась. — Я тебе доверяю. Полетели! Крик Эми утонул в ревущем ветре, когда они сорвались в чистое ночное небо. Мне определённо нужно найти себе летающих противников. Правда, на ум никто не приходил. Чистоту она уже убила, а Птица-Хрусталь особо не считалась. Но в любом случае — летать было охрененно. Она всегда хотела быть кем-то вроде Александрии. Просто пришла к этому самым окольным путём. Воздух расступался перед ней, когда она мчала их сквозь пустоту высоко над Доками. Её буря тянула за ними редкие облака, превращая их в хвост кометы. Сделав несколько кругов, Тейлор наконец сжалилась над своей невольной пассажиркой и зависла в воздухе среди звёзд. Она направила ураган чуть ниже, чтобы ветер лишь трепал их одежду, но продолжал удерживать их в воздухе. Эми уже не кричала — теперь она чередовала судорожные вдохи и ругань. — Я тебя, блядь, ненавижу, — прошипела Эми, глядя на неё. — Ты же постоянно летаешь, — напомнила Тейлор. — С теми, кто реально умеет летать! Это не полёт! Это… — Падение с чувством стиля? Эми просто уставилась на неё ещё злее. — Ладно, ладно. Если тебе правда не нравится — можем вернуться, — вздохнула Тейлор. — Прости, я увлеклась. — Я просто не хочу превратиться в неопознаваемое кровавое пятно на асфальте сразу после того, как решила жить вечно, — язвительно сказала Эми. — Это было бы слишком иронично. — Ну да, наверное. Тейлор на мгновение просто замерла, наслаждаясь тишиной и пустотой неба. — Но это правда круто, — сказала она. — Терпимо, — проворчала Эми, но всё равно прижалась к ней. Тейлор наслаждалась этим теплом. Каждое прикосновение той ощущалось, как оголённый провод. Эми чуть отстранилась, чтобы посмотреть на неё. В её взгляде было что-то странное — смесь тоски, тревоги и отголоска прежней боли. — Я хочу… — начала Эми, но вместо этого потянулась и снова поцеловала её. Тейлор точно не возражала. Электричество обжигало губы, пока та задавала темп — медленно, мягко, высоко над разрушенным городом внизу. Это могло длиться секунды или часы. Когда Эми наконец отстранилась, её лицо было раскрасневшимся, глаза яркими — почти вся прежняя злость исчезла. — Я всегда хотела это сделать, — тихо сказала Эми. Тейлор улыбнулась — но лицо Эми тут же исказилось, когда она поняла, что сказала. — Я не… я имела в виду… — Я знаю, — мягко остановила её Тейлор. — И всё в порядке. Правда. И это действительно было так. Все её сломанные части тоже были частью её самой — и Тейлор любила её. Даже просто подумать об этом было… удивительно приятно. Эми уткнулась лицом ей в ключицу, а она положила щёку ей на голову, вдыхая запах её волос и ночного ветра. — Я тебя не заслуживаю, — пробормотала Эми. — Давай просто не согласимся в этом, — усмехнулась Тейлор. Эми фыркнула. Они долго висели в пустом небе. — Ладно, — наконец подняла голову Эми. — Если мы пробудем тут ещё немного, я усну, и мы обе умрём. А у некоторых из нас пока нет опции возвращения. Тейлор усмехнулась и снова поцеловала её — коротко, вспышкой тепла. — Пойдём домой, — сказала она. Эми улыбнулась. — Звучит идеально.

***

Утро наступило слишком рано после их ночных приключений, поэтому Тейлор компенсировала это, введя себе один из своих восстанавливающих кровяных флаконов. Эми просто выпила ещё кофе. Сидя на табурете по другую сторону верстака, она протянула пустую кружку одному из Посланников, и тот послушно ускакал за добавкой. Тейлор мысленно отметила, что нужно сказать Лизе перевести Курту и Лейси приличную сумму — за всё, что Посланники таскают с их кухни. — Марк написал мне сегодня утром, — вдруг сказала Эми в тишине мастерской. Тема, похоже, была чувствительной. Она выключила горелку и полностью переключила внимание на неё. — Твой отец? — спросила она. Она не была уверена, как Эми к нему относится. О нём она говорила куда меньше, чем о Брандиш. Он явно мало что сделал, чтобы облегчить ей жизнь. — Да. Он… — Эми замялась. — У него всегда была депрессия, но со временем стало совсем плохо, пока он просто… не исчез. Вроде пытался, но… Она лениво ткнула пальцем в одного из Посланников. Тот отскочил назад, как самый жуткий в мире болванчик. — Я, возможно, вернулась домой и починила ему мозг после того, как сходила в больницу, — призналась Эми. — Это было… добрым поступком, — сказала Тейлор. И это правда было так. Они не заслуживали Эми. — Наверное. И это… даже приятно? Что он сразу вышел на связь, когда перестал разваливаться? — Эми пожала плечами. — Не знаю. Я не ответила… но, может, отвечу. Тейлор кивнула. Она не знала, что сказать. У неё самой был опыт с депрессивными родителями, но Эми, похоже, не нуждалась в утешении. Она просто… делилась. И это странным образом согревало. — Так… жить вечно, — наконец сказала Эми, подаваясь вперёд и опираясь подбородком на ладонь. Тейлор приподняла бровь. — Старость — это ерунда. Я уже умею это чинить у других, и разобраться с собой — вопрос времени. Плюс твои флаконы, — задумчиво продолжила Эми. — Но, как ты вчера сказала, главная проблема — дожить до этого возраста. — Умирать, как правило, неудобно для смертных. Она проверила свою текущую линию по производству седативных средств и удовлетворенно кивнула. Она работала над версией своих снотворных препаратов с низкой концентрацией, которая, как она надеялась, повысит устойчивость выпившего к воздействию властелина, не притупляя при этом его умственные способности настолько, чтобы препарат стал бесполезным. Ей оставалось только оптимизировать производственную линию. Сражаться, будучи немного не в себе, все же было лучше, чем быть под подчинением властелина. Эми прикусила губу. — Слушай, знаю, звучит лицемерно, но… может, нам просто… обменяться кровью? Тейлор уставилась на неё. — Я уже как минимум два раза просила у тебя кровь, и ты каждый раз отказывалась, — напомнила она. — Это было до того, как я узнала, что ты, блядь, зомби! — парировала Эми. — Я не… Господи, я что, правда зомби? — моргнула Тейлор. Она раньше об этом даже не задумывалась. — Нет. Моё настоящее тело лежит в могиле. Значит, я скорее гомункул. Или симулякр. — Да без разницы, — отмахнулась Эми. — Если у тебя будет моя сила — ты сможешь держать меня вечно молодой. А если у меня будет твоя — может, я тоже смогу провернуть весь этот вампирский трюк. — Только ты можешь сделать бессмертие таким тупым, — проворчала Тейлор. — Зато теперь я знаю, что могу просто убить тебя, если начнёшь бесить, — ухмыльнулась Эми. Тейлор закатила глаза. — Я не против обмена, просто… мы сами же говорили, что таких сил уже слишком много, — сказала она. — Мы же не раздаём их всем подряд, — пожала плечами Эми. — И это было до… всего этого, — она неопределённо махнула между ними. — Мы уже давно зашли слишком далеко. — Мне не нравится быть ответственной, — вздохнула Тейлор. Она не понимала, почему так сопротивляется идее сделать флакон из собственной крови, но… Где-то на границе её восприятия завыла сирена. Чёрт. Телефон зазвонил почти сразу. — Охотник. — Сбор, босс, — голос Лизы дрожал под бравадой. — У нас проблемы. Тейлор уже двигалась. Эми удивлённо подняла взгляд. — Она идёт, — ровно сказала Тейлор, подавляя смесь тревоги и возбуждения. У Эми на лице мелькнул ужас — и тут же сменился решимостью. — Да, конечно, — пробормотала Лиза. — Симург спускается. СКП уже объявляет сбор. Точка — конференц-зал в центре города. — Собери всех в атриуме. Я сейчас, — ответила Тейлор и сбросила вызов. Она быстро запечатала готовые препараты. Хватит для своих, но не для всех кейпов. Она думала, у неё есть больше времени. Эми уже сортировала запасы крови. Тейлор убрала волосы, на секунду собралась с мыслями. Либо её план сработает, либо нет. С таким провидцем, как Симург, не оставалось места для сомнений. Пора работать. Белая рубашка поверх майки, чёрные брюки, жилет, кобуры, ремни. Сабля и кинжал Ракуё, пистолет, клинок за спиной, тяжёлая пушка на руке. Шарф она не надела. Её лицо теперь и так всем известно. Тейлор повернулась — Эми уже натягивала мантии. Они встретились у дверей мастерской. Взгляд Эми был одновременно испуганным и… твёрдым. Как тогда. Когда она уничтожала Империю. Как быстро всё рушится. Ещё минуту назад — кофе и работа. Теперь — конец света. Жизнь не ждёт, пока ты будешь готов. И Губители — тоже. Приоритеты. — Я люблю тебя. И я всегда найду дорогу обратно, — твёрдо сказала Тейлор. — Я… — Эми запнулась. — Только не пропадай надолго, пожалуйста. Тейлор притянула её и поцеловала — резко, жадно, вкладывая всё, что не успела сказать. Но времени не было. Никогда не хватает. Она отстранилась и улыбнулась — несмотря на сирены и ножи внутри. — Пора на охоту.

***

Тейлор шагнула сквозь стену — и оказалась в спальне Дины Элкотт. Стол был пуст, кровать аккуратно застелена. Она не удивилась, что Дина уже готова и ждёт её. Они долго смотрели друг на друга в молчании, пока вдали выли сирены. На Дине был всё тот же аккуратный наряд, и красная шёлковая лента на запястье. — Если бы был другой способ, мы бы здесь не стояли, — сказала Тейлор. Это был не вопрос. — Да, — тихо ответила Дина. Тейлор вытащила кинжал и вырезала Знак Охоты на стене. Порезала себе ладонь — затем ладонь Дины. Их взгляды встретились, когда они прижали окровавленные руки к жуткому символу. Он на мгновение вспыхнул ярко-белым в полумраке. Ненатуральные облака потянулись, закрывая солнце. Тейлор достала кровяной флакон и исцелила их обеих. Дина держала в одной руке свою музыкальную шкатулку, а другой протянула ладонь. Тейлор взяла её за руку. И они вместе шагнули обратно во тьму.

***

Эми стояла одна в атриуме, позволяя медленному биению Сердца накрывать её волнами. Хотя на самом деле она никогда не была одна. Не в Лабиринте Тейлор. Глазами Посланников она видела всё. Эвакуации по всему городу. Люди бегут к укрытиям, если не успели выбраться за пределы города. Полиция и СКП пытаются сдержать панику — и лишь частично справляются. Казалось, она должна уметь сделать больше. Но людей было слишком много. Даже если использовать Лабиринт, чтобы эвакуировать или прятать их — сотни тысяч. Бегут, кричат, плачут. Это было… подавляюще. Их было слишком много, чтобы кто-то мог спасти их в одиночку. Оставалось только одно — попытаться остановить Губителя, прежде чем она необратимо искалечит их всех. Эми переключила свое внимание с внешнего мира на людей, находящихся внутри Лабиринта. Охотники уже возвращались. Тейлор вела по коридорам юную ясновидящую. Эми не знала, что они задумали, но от этого охватывало чувство ужаса и безысходности. И всё же… Тейлор действительно её любила. И от этого какая-то часть Эми всё равно хотела прыгать от глупой, невозможной радости — несмотря на всё происходящее. Она знала, что Тейлор не врёт. Это было видно — в её сознании, в звёздах, в том, как это вспыхнуло в момент признания. И сейчас — в этих завораживающих всполохах, когда Тейлор целовала её. К тому же Тейлор не могла умереть. Не по-настоящему. Это чувство безопасности опьяняло Эми — будто с неё сняли невыносимо тяжёлый груз, который она всё это время несла, сама того не осознавая. Она заставила себя отвести мысли от Тейлор. Не время. Эми нахмурилась, глядя на приближающуюся группу наёмников — впереди шли Сплетница и Дмитрий. Внутри всё сжалось и закипело, но сейчас были вещи поважнее личных обид. Самодовольная заместительница Тейлор вошла в атриум первой, и Эми открыла глаза, уставившись на неё. К счастью, Сплетница на этот раз промолчала. Иначе Эми могла бы передумать. Она решила говорить со всеми сразу — так было проще. — Кто хочет усиление — тащите сюда свои задницы. Она была ужасна в таких вещах. Тейлор — лидер; она каким-то образом всегда знала, что сказать, чтобы людям стало не всё равно. Эми же с трудом заставляла себя хоть что-то чувствовать — не то что других. К счастью, похоже, Лиза выбирала людей, которые уже сами хотели усиления — все сразу шагнули вперёд. Когда дошла очередь до Лизы, Эми наконец встретилась с ней взглядом, протягивая руку. Вспыхнувшие тогда страх и тревога принесли больше удовлетворения, чем можно было ожидать. По крайней мере, Сплетница понимала, на что она способна — если вдруг решит предать. И это было хорошо. Эми усилила её, аккуратно вырезала на плече руну Глубокого Моря — защита от чужого контроля — и тут же перешла к следующему. Она не знала, что задумала Тейлор. Но она доверяла ей. И будет делать свою работу до самого конца.

***

Когда Тейлор и Дина вернулись, Охота уже собралась в атриуме. — Она приближается медленнее, чем обычно, — доложила Лиза. — Специально даёт нам время подготовиться. — Остальные кейпы ударят быстро и жёстко, попытаются отогнать её, пока она не успела полностью считать местность, — вслух рассуждала Тейлор. — Это не сработает. Она хочет, чтобы они выдохлись как можно раньше. Пятеро кейпов стояли перед собравшимися наёмниками. Прямо на глазах Тейлор Эми закончила усиливать последнего из них — настолько, насколько позволяла человеческая физиология. Ни один из них не дотягивал до её Охотников, но по шкале СКП все они тянули бы на низкий уровень бугая и движка. Эми также раздала препараты. Было что-то… тёплое в том, как она включилась в дело. Даже несмотря на тревогу, сжимающую Тейлор изнутри. Она не успела вооружить наёмников, но это и не было их задачей. Они будут заниматься поиском и спасением. Даже с усилениями им не выстоять против Губителя. Поэтому каждому выдали кровяные флаконы и инъекторы. Это было немного, но имело бы значение, если бы они смогли сохранить рассудок и спасти хотя бы нескольких поверженных кейпов. Тейлор глубоко вдохнула и вышла вперёд. Она на мгновение отрешилась, закалила сердце — и приняла свою роль Первого Охотника. Я справлюсь. — Я уже говорила вам, что не попрошу больше, чем вы готовы отдать, — начала она. — И это не изменилось. Сейчас — особенно. Если хотите уйти — северная дверь выведет вас далеко за пределы зоны удара. Там вы будете в такой же безопасности, в какой вообще сейчас возможно. Она окинула их взглядом и с удовлетворением заметила решимость на их лицах. Никто из них не пошевелился. Алек выглядел скучающим — но она знала, что это маска. Он не был ни таким безразличным, ни таким чудовищем, каким хотел казаться. Глаза Брайана были тверды, как сталь. Ему было что терять, если бы город пал, больше, чем большинству. Эмили нервничала, но стояла твёрдо. У неё было меньше всего — только жизнь, которую она только начала строить. Рейчел — молчаливая, но непоколебимая. Тейлор знала, что её первый боец никогда не бросит её накануне битвы, как бы безнадежно это ни было. Лиза нервничала больше, чем показывала, но в глубине души у неё было нечто гораздо более сильное, чем она когда-либо предполагала. Хорошо. — Её называют Ангелом, убивающим надежду, — голос Тейлор разнёсся по тёмным залам. — И это правда. Я надеюсь, что наши руны и наши препараты выдержат её песнь. Я надеюсь, что мы все доживём до конца нашего Сна. Но шансы на это… невелики. — Она позволила Зверю просочиться в её голос. Решимость отозвалась эхом в Лабиринте, как далёкий гром. — Но движет мной не надежда. Я не начинала Охоту ради надежды. Мы не совсем обычные злодеи — но и героями нас не назовёшь. Охота — это необходимое зло. Мы вырезаем гниль из этого Сна, — она шагала, голос становился громче, яростнее. — Мы берём безумие и кровь — и делаем их своими. Те, кто несёт смерть, не имеют права ждать пощады. И мы её не просим. — Да и жить вечно звучит скучновато, — лениво бросил Алек с кривой усмешкой. Где-то позади Эми фыркнула. Ирония не ускользнула и от Тейлор — но сейчас она была слишком заведена. Звёзды и Зверь шевелились внутри неё. Две стороны одной медали. Её разум расширился, а её понимание стало глубже. Багряное озеро было гладким и спокойным под серебряным островом. — Мы — Охотники Мастерской. И все чудовища этого мира — наша добыча, — сказала Тейлор, обнажая саблю. Ракуё вспыхнул белым пламенем, озарённый призрачными звёздами. — Мы — биение сердца в глубине. Мы — глаза, открывающиеся в ночи. Не отворачивайтесь, когда бездна смотрит на вас! Не бегите от смерти, когда она зовёт! Тейлор сорвала крышку со своего флакона и подняла его, глядя каждому в глаза. Они подняли свои в ответ — как странный, мрачный тост. — Дамы и господа… Она осушила содержимое. Охотники последовали за ней без колебаний. — …давайте пойдем прогуляемся.

***

Дина закончила заводить музыкальную шкатулку. И протянула её Тейлор. Тейлор приняла её и на мгновение позволила тихой мелодии разлиться внутри, прежде чем убрать шкатулку в карман — она всё ещё играла, глухо и тоскливо из-под ткани пальто. В ответ она передала Дине чашу, вырезанную из черепа Томаса Калверта, и прозрачный флакон с несворачивающейся рубиновой жидкостью. — Не доверяй Оку, — сказала Дина. — И Башне. Тейлор кивнула. Затем Дина развернулась — и вышла из Лабиринта. А Тейлор закрыла за ней дверь.