Связанные снами

Священная Роща

Хаос. Именно это слово лучше всего описывало происходящее. Ослепляющая вспышка, оглушительный грохот, и затем — тишина, тяжелая и давящая, будто мир затаил дыхание. Эва пришла в себя от резкой боли в плече. Она лежала на земле, заваленная обломками веток и опавшими листьями. Воздух был наполнен пылью и странным, металлическим запахом, от которого першило в горле. Над ней, там, где должно было быть предрассветное небо, зияло НЕЧТО. Портал. Он был огромным, неправильной формы, и его края колыхались, как раскаленное марево. Сквозь него лился чужой, резкий свет, и доносился непрерывный, монотонный гул, похожий на рычание тысячи механических зверей. Это был звук мира Амена. И он был здесь, над ее домом. Крики, сперва растерянные, потом переходящие в ужас, разорвали тишину. Воины и старейшины поднимались на ноги, тыкая пальцами в небо, не в силах осознать увиденное. Кто-то упал на колени, начав молиться. Кто-то в ужасе бежал прочь из рощи. Старейшина Сет, с окровавленным лбом и безумными глазами, поднялся первым. Он не смотрел на портал с ужасом. Он смотрел с яростью. — Они напали! — проревел он, его голос сорвался на хрип. — Чужаки прорвали завесу! К оружию! Защищайте поселение! Его клич подхватили другие воины. Страх начал превращаться в яростную решимость. Лук со стрелами оказался в руках у Эвтиды прежде, чем она сама поняла, как это произошло. Ее пальцы сжали древко по привычке, годами тренировок. Но ее взгляд был прикован к порталу. Она ждала, что оттуда хлынут стальные чудовища, боевые машины, что начнется бойня. Но ничего не происходило. Только гул. И свет. И клубящиеся за порталом облака смога. И затем… послышался новый звук. Нарастающий, пронзительный визг. Из раны в небе вывалилось небольшое продолговатое существо из блестящего металла, дымящееся и беспомощно вращающееся в воздухе. Оно не было похоже на оружие. Оно было похоже на… летающую повозку без лошадей. Оно рухнуло вдали, в чаще леса, с глухим ударом и шипением. Портал был не дверью для армии. Он был раной. И через нее в ее мир просачивалась кровь мира Амена. И наоборот. Девушка увидела, как от дерева к дереву пробежала странная дрожь. Листья на ближайших к порталу дубах начали скручиваться и чернеть, будто от невидимого жара. Воздух звенел от статики, и она чувствовала, как магия ее мира, обычно ровная и спокойная, бурлила и металась, сталкиваясь с чуждой ей энергией. — Колдовство! — закричал кто-то. — Они отравляют воздух! Лучник рядом с Эвой, недолго думая, натянул тетиву и выпустил стрелу прямо в центр портала. Стрела исчезла в мерцающей дымке. Ни звука, ни вспышки. Все замерли в ожидании. Через секунду стрела выпала обратно, прямо к ногам стрелка. Но теперь она была не деревянной. Она была из блестящего, идеально гладкого пластика, и наконечник ее светился слабым голубым светом. Тишина стала абсолютной. Война магии и технологии началась с абсурдного, пугающего обмена: стрела на… непонятый артефакт. Эвтида опустила лук. Ее охватила странная, истерическая уверенность. Они не понимали, с чем имеют дело. Ни одна из сторон. Она должна была найти способ закрыть это. Прежде чем через портал пройдет что-то более страшное, чем дым и сломанная повозка. Прежде чем ее мир будет окончательно отравлен. И прежде чем воины ее народа решат, что лучшее решение — броситься в атаку прямо через это отверстие в небе. Ее взгляд упал на серебристый узор на руке. Он слабо пульсировал, словно отвечая на вибрации портала. Ключ. Он был ключом. И ключ от второго замка был у него. У Амена. Она не знала, жив ли он. Но она должна была верить, что жив.

Ксенополис

Тревога взвыла над всем «Ксенополисом». Бело-синие огни замигали на башнях, голографические табло призывали граждан сохранять спокойствие и следовать к убежищам. Но спокойствия не было. Амен, все еще находясь в камере, почувствовал это первым. Сквозь стены, сквозь пол прошел глубокий, низкочастотный вибрационный удар. Свет в камере померк и заморгал. Гул города, вечный саундтрек его жизни, сменился нарастающим гулом тревоги и… чем-то еще. Сквозь привычные звуки прорывались новые: пронзительный вой сирен, приглушенные крики, и — он прислушался — далекие, непонятные щебеты и шелест, которых не могло быть в городе. Его дверь со скрежетом открылась. В проеме стоял не охранник, а директор. Его лицо было бледным, но не от страха, а от чистой, неподдельной ярости. — Что ты наделал, предатель? — его голос был хриплым шепотом, полным ненависти. — Что произошло? — потребовал знать Амена, поднимаясь на ноги. — Твои друзья-дикари! — Себек грубо схватил его за рукав и потащил из камеры. — Они нанесли удар! Какая-то… энергетическая аномалия! Над сектором семь! Она вывела из строя энергосеть, вызвала сбои в системах! Полгорода без света! Он втолкнул Амена в лифт, и они понеслись наверх, на командный мостик главной башни. Вид из панорамного стекла был апокалиптическим. Половина города действительно погрузилась во тьму. Но это было не самое страшное. Над одним из затемненных районов, разрывая идеальную геометрию купола, висело ОНО. Огромное, колышущееся пятно бурлящего хаоса. Сквозь него проглядывалось что-то… иное. Зелень. Кусок неба с чужими звездами. И оттуда, из этого разрыва, сыпались вниз, на улицы «Ксенополиса», странные вещи: куски скал, вырванные с корнем деревья, и… живые, перепуганные птицы незнакомых видов, которые с криками носились между небоскребами. Портал. Он был здесь. — Смотри, во что ты вверг свой город! — прошипел Себек. Техники на мостике кричали друг другу: — Энергетический фон зашкаливает! Мы не можем его закрыть! — В аномальной зоне законы физики работают со сбоями! Гравитация, время… — Поступил отчет из сектора семь: несколько граждан сообщают о… о видениях. Им кажется, что они видят леса, духов… — Духи? — Себек фыркнул с презрением. — Это психотронное оружие! Они атакуют наш разум! — Нет, — тихо сказал Амен, глядя на разрыв в реальности. Его сердце бешено колотилось, но в голове наступила ясность. — Это не атака. Это… кровотечение. Миры смешиваются. Их магия протекает в нашу реальность, а наши технологии — в их. — Замолчи! — приказал Себек. — Твои теории нам не нужны. — Он повернулся к офицерам. — Мобилизуйте все силы! Приведите в готовность системы ПВО! Если из этой дыры покажется что-то крупнее птицы — уничтожать! — Вы не понимаете! — попытался возразить Амен. — Силовой удар только усугубит разрыв! Нужно не стрелять, а стабилизировать! Но его уже не слушали. Себек отдавал приказы, его глаза горели огнем крестоносца, увидевшего воплощение зла. Амен смотрел на портал. Он видел, как в его глубине мелькали крошечные фигурки — люди из мира Эвтиды, с луками и копьями, с ужасом глядящие на город будущего. Он видел, как по улицам внизу бежали отряды солдат «Ксенополиса» в блестящих экзоскелетах. Два мира стояли на пороге войны. И первый выстрел был вопросом секунд. Его взгляд упал на центральный терминал мостика. На нем мигал значок — проект «Очищение» был переведен в режим ручного управления и целился прямо в основание портала. Он должен был что-то сделать. Немедленно. И тогда он вспомнил. Золотой узор на его запястии. И серебристый — на ее. Они не были оружием. Они были ключами. И ключи должны были встретиться. Он медленно, чтобы не привлекать внимания, отступил в тень. Его взгляд был прикован к панели аварийного оповещения. Ему нужен был хаос. Еще больший хаос. И тогда, возможно, у него будет шанс. Он сделал глубокий вдох и рванулся вперед, к главному пульту.