• ─══─⫷ Глава 24 — Пустой пьедестал ⫸─══─ •
23 февраля 2026 г., 00:00
Сознание вернулось к нему внезапно, как удар током. Одна секунда — он стоял перед командой, пытаясь гасить вспыхнувший конфликт. Следующая — абсолютная тьма, тишина и холод металла, впивающегося в спину.
Синвейв открыл оптику, но это ничего не изменило. Тьма оставалась непроглядной. Он не понимал, где находится. Его внутренние сенсоры, обычно выдающие точные координаты, молчали.
Нет…
Он пришёл в себя полностью, и осознание обрушилось на него всей своей тяжестью. Его корпус был жестоко подвешен к стене за запястья, словно трофей на витрине охотника. Скованные, онемевшие руки посылали в процессор тупые сигналы боли. С большим трудом, повернув голову, он увидел, что не один.
Длинный, уходящий в темноту коридор. И вдоль обеих стен, в таких же неестественных, распятых позах, висели другие пленные. Их оптика была тёмной, тела неподвижны — стазис. Глубокая, мёртвая тишина, нарушаемая лишь гудением корабельных систем и его собственным прерывистым дыханием.
— Вирго… — его голос сорвался на шёпот, хриплый и дрожащий от боли и обезвоживания. Он не знал, почему очнулся только он, но понимал: он должен отсюда сбежать. Сейчас.
На его спине что-то слабо шевельнулось. Крошечное, едва уловимое жужжание. Чудо. Минибот, прикреплённый к его корпусу, тоже приходил в себя.
— Освободи меня... — выдохнул Синвейв, из последних сил подавая команду.
Последовала серия тихих щелчков, шипение перерезаемых энергетических связей. Он почувствовал, как оковы на запястьях ослабели, и его тело рухнуло на холодный пол с глухим стуком. Боль от свежих ран, притуплённая стазисом, вспыхнула с новой, ослепляющей силой.
На полу появились капли энергона. Они падали с его корпуса.
— Кх… — он попытался подняться на локтях, но мир поплыл перед глазами.
Вирго, стрекоча от беспокойства, уже был рядом, пытаясь своими крошечными инструментами залатать самые опасные утечки. Синвейв не видел, откуда течёт синяя жизнь, он лишь чувствовал слабость и тошнотворное головокружение.
Но он должен был подняться.
Должен.
— Ржавый шлак… — сдавленно проскулил он, с нечеловеческим усилием вставая на колени, а затем и на серво. Его шатало, как в сильный шторм.
Но он оказался не один.
— Эй! Ты! Стой! — из дальнего конца коридора донёсся окрик. Фигура охранника вышла из тени.
Адреналин, горький и спасительный, ударил в голову.
Медлить было нельзя.
Шатаясь, он метнулся вдоль стены, в противоположную сторону, бежал мимо безмолвных, распятых товарищей — живых трофеев, таких же, как он.
— Стоять! — позади загремели шаги, завыла сирена.
Вирго, завизжав от страха, расправил крылья и рванул вперёд, освещая путь дрожащим лучом фонаря. Впереди, в конце коридора, тускло мерцал иллюминатор.
Свобода.
— Да выбей его! — закричал Синвейв, истерически цепляясь за эту мысль.
Вирго, с пронзительным визгом, вцепился в раму иллюминатора, судорожно дёргая и пиля её своими микро-инструментами, пытаясь выломать усиленное стекло.
— Держи его!
Охранник настиг их.
Грубые руки схватили Синвейва за плечо.
Инстинкт, древний и дикий, сжалился над ним. Он рванулся, ударил, они оба с грохотом покатились по полу.
Враг замер. Левый манипулятор сикера был обездвижен. Заморожен.
Пальцы инженера наткнулись на холодную рукоять бластера на поясе охранника.
— Свали! — он вырвал оружие, почти не целясь, выстрелил в упор в иллюминатор.
Ослепительная вспышка, оглушительный хлопок разряжённого воздуха. Стекло не разбилось — оно вылетело целиком. И его самого, как щепку, вырвало из корабля могучим вихрем в безвоздушное пространство.
— Нам пора! — он успел лишь схватить на лету барахтающегося, перепуганного Вирго и закинуть его за спину.
Он трансформировался.
Или попытался.
Щелчок.
Спазм боли.
Щелчок.
Щелчок.
Снова.
Щелчок. Ещё одна судорожная попытка. Щелчок.Снова.
Снова. Снова. Снова. Снова. Снова.
Он не мог.
На его спине, на местах крепления крыльев, мерцали тёмные, угрожающие устройства — блокираторы трансформации. — Вирго!!! — он видел, как стремительно приближается родной Кибертрон. Но это были не объятия дома. Это были холодные, безжалостные руки гравитации, тянувшие его к смерти. Вирго, отчаянно стрекоча, пытался добраться до блокираторов, пилить их, отщелкнуть — но они были слишком прочными, а его инструменты — слишком малы. Синвейв падал. Он бежал от плена, но летел прямиком навстречу гибели. Он встретился лицом к лицу с Кибертроном. Он вернулся на родные земли. И земля встретила его ударом чудовищной силы.…
…
Тишина.
Вирго не знал, что ему делать. Шум падения, треск и грохот давно стихли, сменившись далёким, неровным шипением и каплями влаги, падающими с низкого потолка. Он сидел на груди своего Творца, его крошечные лапки вцепились в повреждённую броню. Он чувствовал слабое, прерывистое биение искры Синвейва сквозь металл. Это заставляло его собственный процессор сжиматься от беспомощности. Каждый удар был тише предыдущего. — В-всё хорошо… — просипел он, повторяя единственную фразу утешения, которую знал. И в ответ сквозь шум статики раздался слабый, сдавленный голос: — В-всё… Хорошо… Холодные пальцы Синвейва дрожа коснулись его корпуса в ласковом, успокаивающем жесте. Никого рядом не было. Они были одни в мрачном, сыром укрытии глубоко в недрах планеты, куда их занесло после падения. Только слабый, мигающий свет повреждённых энергопроводов Синвейва и оптика Вирго отражались в потёках на стенах. Корпус сикера был охвачен слабым свечением утечек. Он лежал на спине, а Вирго сидел у него на груди, весь измазанный в синем энергоне, что стекал из ран хозяина. Синвейву было невыносимо больно, а Вирго не мог облегчить его страдания. Они сбежали. Но ценой. Сикер был тяжело ранен, беспомощен, неспособен даже на трансформацию. Он был жалок. И Вирго был жалок, потому что не смог его защитить. Он мог только сидеть и чувствовать, как жизнь медленно утекает из того, кто дал ему эту жизнь. Тело Синвейва погрузилось в стазис, исходящий из его левого манипулятора.
