ТФП: Путь Странника

      — Кажется, тебя особенно заинтересовал Каон, — Синвейв упёр мани в бока, его голос прозвучал лёгким, но внимательным наблюдением.       Он часто замечал, как Орион Пакс с особым, почти одержимым рвением погружается в исследования, связанные именно с этим городом. За пропущенные ими в стазисе века Каон из промышленного гиганта превратился в адреналиновое сердце Кибертрона — центр острых развлечений, сомнительных сделок и социального напряжения, где, как грибы после дождя, плодились всё новые группировки.       — Альфа Трион поручил мне изучить и документировать городские записи, что я и делаю, — юный архивист ответил, не отрываясь от голопанели. Его голос и осанка излучали подчёркнутую серьёзность, слегка комичную для его пока ещё скромного положения.       — Это из-за наступающей Революции? — Синвейв сделал шаг ближе, изучая данные через плечо Ориона. — Я могу понять причины их «Призыва», их недовольство. Но их речи, их методы... Выглядят варварскими. Слишком.       — Ты не видел их своей оптикой, — Пакс резко обернулся, и его зрачки ярко вспыхнули. Весь его вид был заведённым, словно старший коллега неосторожно задел трепетную, личную для него тему.       — К сожалению, видел, — холодно парировал Синвейв. Он не разделял возбуждения в голосе младшего. Ведь те самые боты, что предприняли попытку похитить его и выкрасть технологии, были выходцами из этого мрачного города. Но Ориону об этом не было известно. Как, впрочем, и почти никому.       — Что тебе в этом нравится? — спросил старший бот без упрёка, с искренним, аналитическим интересом. Его собственные эмоции, казалось, давно были выжжены дотла. — В их жестокости? В этом хаосе?       — Мне... Это не нравится, — поправил его Орион, снова отводя взгляд. — Я не разделяю их взгляды на необходимость насилия. К тому же, любые незаконные действия должны быть пресечены. Это основа порядка.       — Не стоит делать поспешных выводов, основываясь лишь на том, что лежит на поверхности, Пакс, — пройдя мимо младшего, Синвейв легко, почти по-отечески похлопал его по плечу, прежде чем окинуть взглядом собранные им данные. — Как бы не лились речи столь прекрасные для нас, нам остается им внимать и ждать. Встань и вникни в суть, сравни их с тем, что тебе преподнесут. Они говорят о Перевороте, о великих переменах... Но что они готовы дать взамен? Какой будет цена их «свободы»?       — Да хотя бы зрелища!       Орион и Синвейв синхронно повернулись к внезапному голосу. В кабинет с лёгким скрипом двери вошёл Джаз, а за ним, словко массивная, молчаливая тень, проследовал сам Альфа Трион.       — Необычно видеть вас в столь... Шумной компании, наставник, — Синвейв сочувственно приподнял уголок губ, обращаясь к Триону.       — Нам было по пути, Перышко! — Джаз не дал и шанса учителю что-либо сказать, сразу накинувшись на Пакса с энергией шарктикона. — А я пришёл за этим парнем! Говорил же, что вытащу его из этой пыльной мышеловки.       — Спасибо, что напомнил, — Орион неловко упёрся ему в бок, стараясь отодвинуть навязчивого друга. — Мы тогда... Пойдём?       — Конечно, — Альфа Трион кивнул обоим молодым ботам, его глубокий, спокойный голос разрядил напряжение в комнате. — Не задерживайтесь.       Синвейв молча, с лёгкой тревогой в оптике, проводил взглядом удаляющихся друзей, сложив руки на талии.       — Они ведь направились в Каон, верно? — произнёс он скорее утвердительно, чем вопросительно.       — Да, — Альфа Трион тяжело вздохнул, и в его голосе впервые прозвучала усталая тяжесть. — Ты всё продолжаешь присматривать за ним. Даже теперь.       — Привычка, — отмахнулся Синвейв. — Думаете, это хорошая идея?       — Значит, он тебе кое-что рассказал, — старый бот медленно подошёл к столу и принялся изучать тексты, оставленные Орионом. — Этот интерес... Я не в силах пресечь. Я не властен над разумом других. И над тем, что... Предначертано.       — Иногда мне кажется, что вы смотрите так далеко вперёд, что видите то, чего не видим мы все, — тихо сказал Синвейв.       Он ещё долгое время всматривался в тёмный проём коридора, где скрылись силуэты Джаза и Ориона. Беспокойство грызло его изнутри. Он чувствовал приближение бури, но был бессилен что-либо изменить, не в силах предостеречь их от того, что, казалось, уже было написано в самых древних свитках.       — Я не всеведущ, Синвейв, — голос Альфа Триона вернул его к реальности. — И, опережая твой следующий вопрос, мой возраст не даёт мне преимуществ в предсказании будущего. Лишь... В его чтении.       — Я столь предсказуем? — с лёгкой улыбкой обернулся сикер.       — Я уже долгое время тебя знаю. Слишком долгое.       — Сегодня вы кажетесь... На свой возраст, наставник, — заметил Синвейв, его взгляд стал серьёзнее. — Чувствуется, что скоро на шахматной доске напротив Совета появится новая, очень мощная фигура.       — Кибертрон вновь терпит изменения, Синвейв, — констатировал Трион.       — Знаю, знаю, но... — Синвейв замолкал, подбирая слова. — Боюсь, что ничем хорошим это не кончится. Совет утратил свой авторитет и связь с народом. А новая, харизматичная фигура, говорящая на языке силы и гнева... Легко заполучит себе внимание толпы.       — Поэтому я, отчасти, последовал твоему совету, — Альфа Трион разделял его беспокойство. Он поднял взгляд и посмотрел на Синвейва прямо. — Ты когда-то говорил о вере. Об источнике вдохновения. О фигуре, что могла бы сплотить, а не разъединить. Дать надежду, а не вселять страх... В скором времени, очень многое изменится.       Синвейв иногда не до конца понимал туманные речи своего наставника. Но каждый раз у него возникало ощущение, что ему доверяют великие тайны, сокрытые ото всех. Он с почти благоговейным трепетом смотрел на Альфа Триона, и его взгляд упал на предмет, который тот перебирал в своих пальцах.       Альфа Трион думал о скором пробуждении своего дорогого, потерянного брата. И в его руке, словно малая, но невероятно тяжёлая искра грядущей эпохи, лежал Значок Вектора Сигмы. Символ того, что однажды уже объединяло их мир. И, возможно, должен был объединить снова.