Твой взгляд

Парня разбудил стук в дверь. Лололошка не хотя поднялся с кровати, сразу беря в руки телефон, чтобы посмотреть время. 7:05. Кому он мог понадобится в такое время? Голубоглазый встал, не спеша подошёл к двери, раздумывая, а стоит ли. Но выбора особо у него не было. Сделав одно движение, роскошная дверь открылась, а на пороге стояла не высокая, темноволосая девушка. — Элиза? — глаза парня распахнулись от удивления. — Ты что здесь делаешь? Элиза — служанка в доме отца. Когда Лололошке исполнилось двенадцать лет, его отец взял её как няню. Хоть девушка была молодая и неопытная, со своей работой та справлялася на все сто. Голубоглазый был очень рад её видеть, так как с тех пор как он поступил в университет, они не встречались. Прошло не много времени, но он очень соскучился. — Лоля, я так рада тебя видеть! — сероглазая, радостно подбежала к парню, завлекая того в объятья. Голубоглазый, с радостью обнял её, забив на старое, но такое родное "Лоля". Раньше это была его любимая кличка, которой называла его только она. С возрастом он не хотел чтобы его так называли, но сейчас, это было именно то, что так было нужно. Что-то родное, что хоть как-то утешит после стольких событий. — Взаимно. — наступила короткая, но приятная пауза. — Так что ты здесь делаешь? — Мистер Дейвисон уговорил отца твоего парня, чтобы я переехала вместе с тобой. — наконец отпуская, проговорила девушка. — На удивление, тот даже спорить не стал, и разрешил! — Ого, так это же, стоп.. — он еще раз осмыслел её слова — ..моего парня?! — ло был в недоумении, а щеки немного покраснели. Элиза затихла, смотря на лицо Лололошки. — Его вроде Джон зовут?.. — аккуратно спросила девушка, не понимая, что удивило парня. — Он не мой парень! — Но вы же супру.. — Элиза! — Голос Лололошки прозвучал резко, почти по-звериному, заставив девушку отшатнуться. Она смотрела на него с испугом и недоумением, и он тут же пожалел о своей вспышке. Это же Элиза. Она ни в чём не виновата. — Прости, — он провёл рукой по лицу, чувствуя, как дрожат пальцы. — Просто... не называй так. Пожалуйста. В её глазах читалась растерянность, но она кивнула. — Хорошо, Лоля. Как скажешь. Он отступил, пропуская её в комнату. Комната, которую ему выделили, была роскошной и чужой. Шёлковые обои, дорогая, но неудобная мебель, огромное окно с видом на внутренний двор-сад, больше похожий на тюремный. Элиза, словно луч света, ненадолго прогнала ощущение клетки. — Папа... как он? — тихо спросил Ло, глядя в окно. — Очень волнуется, — голос Элизы стал мягче. Она подошла к кровати и начала механически поправлять одеяло. — Но он старается этого не показывать. Сказал, что это... временно. — Очень на это надеюсь. — сказал Ло шепотом. Если Элиза и услышала, то ничего не сказала. В этот момент дверь в комнату снова открылась. На пороге стояла девушка, блондинка. Лицо её было разгневаным, но как только она увидела Ло и Элизу, сразу же улыбнулась. — Ой, извините! — сказала та, поклонившись. —  Я ошиблась дверью. Не дожидаясь их ответа, она скрылась за дверью. Ло смотрел ничего не понимая. Дом Харрисов настоящий особняк, должно быть не удивительно, что двери могли спутать. Из своих мыслей его вывел смех девушки. Ло посмотрел на неё, и та сразу же постаралась замолчать, что плохо выходило. — Кхм, это — Анастасия, — сказала та, видя непонимание парня. — Она помощница мистера Харриса. Иногда, правда, заменяет личную прислугу Джона. — Откуда ты это знаешь? — ещё больше удивился он. — Я нахожусь здесь с того момента, как вы оба пропали. За это время познакомилась со всеми! — девушка хихикнула. — Здесь все очень добрые, не смотря на то, что хозяева строгие. Ло слушал, и чувствовал, как по его спине снова пробегают мурашки. "Добрые"? В этом доме? Либо Элиза была невероятно наивна, либо ей успели промыть мозги. Мысль о том, что его единственный лучик света в этом аду могут контролировать, была невыносимой. — Элиза, — он повернулся к ней, стараясь говорить как можно мягче. — Ты должна быть осторожна. Не всему, что тебе здесь говорят, можно верить. Она посмотрела на него с лёгким укором. — Лоля, я не ребёнок. Я всё понимаю. Но эти люди... они просто выполняют свою работу. Анастасия, например, очень милая. Она принесла мне чай, когда я в первый день растерялась. Да и вообще, она мне во всем помогает! Лололошка сдержал желание крикнуть, что "милая" Анастасия наверняка докладывает о каждом их шаге мистеру Харрису. Вместо этого он просто кивнул. — Ладно. Просто... будь начеку. Разговор прервал новый стук в дверь. На этот раз более сдержанный. Войдя без разрешения, в комнату вошёл дворецкий. — Мистер Харрис-старший просит вас присоединиться к нему и мистеру Джону для завтрака в саду через пятнадцать минут, — объявил он бесстрастным тоном и, не дожидаясь ответа, удалился. Сердце Лололошки ёкнуло. Первое испытание. Завтрак с "семьёй". — Мне нужно переодеться, — сказал он Элизе, кивая на дверь. Она поняла и с лёгким поклоном вышла, пообещав разобрать его вещи. Лололошка снял простую футболку, в которой спал, и с отвращением посмотрел на висящий в шкафу новый костюм. Он чувствовал себя марионеткой, которую готовят к выходу на сцену. Надевая рубашку, он поймал себя на мысли, что запах дома уже въелся в его кожу. Ровно через пятнадцать минут он выходил из своей комнаты и столкнулся в коридоре с Джоном. Тот был безупречен в тёмно-сером костюме, его волосы были идеально уложены, а лицо не выражало ничего, кроме лёгкой скуки. Он бросил на Лололошку быстрый, оценивающий взгляд. — Идём, — коротко бросил он и повернулся, не проверяя, идёт ли Ло за ним. Сад Харрисов оказался огромным, на удивление, по настоящему живым и красивым. В центре стоял стол, накрытый на троих. Мистер Харрис уже сидел за ним, читая что-то на планшете. Он поднял глаза, когда они вошли. — А, вот и наши молодые люди, — произнёс он, откладывая гаджет. Его улыбка была холодной и формальной. — Проходите, садитесь. Завтрак проходил в почти полной тишине, нарушаемой лишь звоном серебряных приборов. Лололошк ел омлет, не чувствуя его вкуса. Он сидел напротив Джона и чувствовал на себе тяжёлый, изучающий взгляд мистера Харриса. — Итак, Лололошка, — наконец заговорил хозяин дома, отпивая из фарфоровой чашки. — Джон сообщил мне, что вы провели время с пользой. Обсудили будущее. Лололошка почувствовал, как под столом сжимаются его кулаки. Он заставил себя расслабить руку и поднять взгляд на Джона. Тот смотрел на него с лёгким, едва заметным ожиданием. — Да, — сказал Ло, и его голос прозвучал чуть хрипло. Он сглотнул. — Мы пришли к... взаимопониманию. — Прекрасно, — мистер Харрис отрезал кусочек фрукта. — Я очень рад, что вы вернулись. Звучало это слишком наигранно, но виду никто из парней не подал. — Сегодня вы оба едете в университет. — продолжил он. — Постарайтесь не отвечать на вопросы про вас. Хорошего вам дня. С этими словами, мужчина покинул их. *** Их появление в университете вызвало эффект разорвавшейся бомбы. Шумные коридоры затихли на секунду, десятки глаз уставились на них. Лололошка чувствовал каждый взгляд, как физический укол. Он шёл чуть позади Джона, стараясь смотреть прямо перед собой. И тут он увидел их. Своих друзей. Они стояли группой у аудитории, и на их лицах была смесь шока, облегчения. Лололошка почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он хотел подбежать к ним, обнять, всё объяснить. Вместо этого он заставил себя повернуться к Джону и что-то сказать. Он не помнил что. Какие-то бессмысленные слова о том, что зайдёт за ним после пары. Джон кивнул, его лицо было невозмутимым, и ушёл в сторону своих аудиторий, оставив Лололошку одного в эпицентре бури. Сразу же к нему бросился Дилан. —Ло! Чёрт возьми, наконец-то! Где ты был?! — он схватил его за плечо, и его пальцы впились в ткань куртки. — Мы все с ума посходили! Ты с Харрисом? Правда, что вы...? — Дилан, не сейчас, — тихо сказал Лололошка, пытаясь высвободиться. Он видел, как подходят Ричард, Тим и Чайлд. — Почему «не сейчас»? — сказал Ричард. — Мы твои друзья. Мы за тебя волновались. А ты появляешься здесь рука об руку с тем, из-за кого все твои проблемы, и говоришь «не сейчас»? — Всё не так, как вы думаете, — с трудом выдавил Ло, чувствуя, как предательские слёзы подступают к глазам. Он не мог этого допустить. Он должен был быть сильным. Он должен был лгать. — А как тогда? — вклинился Тим. — Объясни. Прямо сейчас. Лололошка посмотрел на их родные, любимые лица. Он вспомнил слова Джона. «Будь убедительным». Он глубоко вдохнул и выпрямился. — Всё в порядке, парни. Серьёзно. Всё это было одним большим недоразумением. И... — он сделал паузу, заставляя себя улыбнуться, и эта улыбка была самой трудной вещью в его жизни, — ...теперь мы вместе. Всё хорошо. В глазах Дилана он увидел недопонимание. — Вместе? — прошептал он. — После всего, что он о тебе говорил? После того, как он смотрел на тебя свысока? Ты продался, да? Его папаша купил тебя, как и всех? — Нет! — голос Лололошки сорвался. — Это не так! Просто... всё изменилось. — Успокойтесь! — резко заявил Ричард. — Дилан, он говорит что все хорошо, позже это обсудим. Мы так долго не виделись, и ты серьёзно, хочешь сейчас задавать эти вопросы? Дилан замолчал, но его взгляд, полный боли и непонимания, пронзил Лололошку насквозь. Остальные друзья просто молча смотрели на него, и в этой тишине было больше обвинений, чем он хотел. Они не верят. Они видят правду. — Парни, я... — он попытался найти слова, любые слова, которые не были бы ложью, но не нашёл. Звонок на пару прозвучал для него спасением. — Мне пора. Мы... поговорим позже. Обещаю. Он буквально бежал по коридору, не оглядываясь, чувствуя их взгляды у себя в спине. Он был предателем. В их глазах он был тем, кто сдался, кто преклонил колени перед сильными мира сего. И самое ужасное, что в какой-то мере это было правдой. Пару он просидел как в тумане. Профессор что-то говорил о макроэкономике, но слова отскакивали от сознания. Он чувствовал себя ужасно. Он не смог рассказать правду, из-за чего он теперь совсем один. Когда занятие закончилось, он задержался, притворяясь, что конспектирует, надеясь, что все выйдут. Но когда он наконец решился покинуть аудиторию, за дверью его ждал Джон. — Пошли пройдёмся, — сказал он не предлагая, а констатируя факт.