My Heart is Glowing Fluorescent (I Want You to Possess It)

      — Игра окончена, Уён.       Уён прикусил губу, слегка кивнув, позволяя Сану медленно потянуться и расстегнуть ошейник. Сан снял его с шеи младшего, убрал в карман, а затем встал и протянул руку. Уён молча взял её, поднялся, но Сан мягко подтолкнул его сесть на диван, заняв место рядом.       — Дай я проверю, не врезался ли он в кожу, — пробормотал Сан, снова положив руки по обеим сторонам лица младшего. — Я не думал, что сегодня придётся этим заниматься, поэтому не взял с собой крем.       Уён позволил Сану осмотреть себя, поворачивая голову, чтобы тот проверил шею на наличие следов или повреждений от ошейника. Сан также помассировал затылок Уёна, бормоча извинения за то, что «так сильно потянул в первый же день». Уён не знал, что сказать; хотя его совершенно сбивало с толку, что кто-то, кто только что, по сути (но по обоюдному согласию), грубо подчинил его, мог быть таким ласковым и нежным, но ему это нравилось. Похоже, ему нравилось, когда о нём заботились и суетились вокруг него. Кто бы мог подумать?       — Я принесу тебе что-нибудь выпить, — предложил Сан, вставая. — Ты хочешь что-то конкретное или просто перекусить?       — Н-нет, спасибо. Воды будет достаточно, — пробормотал Уён, слегка неуютно чувствуя себя от такого внимания. Сан, казалось, заметил его робость, и остался на месте, а затем опустился на корточки перед младшим. Уён моргнул, взглянув на Сана, когда тот тепло ему улыбнулся.       — Ты сегодня очень хорошо справился, — заявил он, ласково взъерошив волосы младшего одной рукой, пока другая сжимала его колено. — Я был удивлён тем, как легко ты вошёл в роль, особенно учитывая, что ты совсем ничего не знал о доминировании.       У Уёна перехватило дыхание, а в груди всё сжалось от внезапной нежности. Однако он также почувствовал что-то опустошающее в животе, когда в его голове раздался голос. Он едва успел заметить, как Сан встал и сказал что-то о том, что нужно сходить за водой, а затем старший исчез.       Приведи себя в порядок, шлюха.       — Чёрт, — пробормотал Уён, плотно закрывая глаза и вдавливая ладони в глазницы. Он глубоко вдохнул, пытаясь вытеснить воспоминание из головы. Сейчас всё было совсем не так, как там, и он отказывался позволить этому помешать ему выполнить условия контракта.       Верно. Контракт.       Он опустил руки и, вздохнув, упёрся локтями в колени. Ему нужно было помнить, что это всего лишь работа. Между ними не было глубокой связи; ласка, которую дарил Сан, в конце концов, была всего лишь частью игры. И хотя он, возможно, был искренен в своих чувствах и беспокойстве о благополучии младшего, это была всего лишь его обязанность как Доминанта.       — Вот.       Уён моргнул, вынырнув из своих мыслей, и увидел, как Сан протягивает ему бутылку с водой. Он тихо поблагодарил, прежде чем открыть её и сделать глоток, пока Сан садился на своё место.       — Ты в порядке? — спросил Сан, наклонившись вперёд, чтобы заглянуть Уёну в лицо.       — Я в порядке, — кивнул он. — Не думаю, что чувствую что-то плохое.       — Я рад.       — Почему?       Сан моргнул, озадаченный вопросом.       — Почему... что?       — Почему ты рад, что со мной всё в порядке? — пробормотал он, отковыривая этикетку на бутылке. — Какое тебе до этого дело? Я понимаю, что ты серьёзно относишься к своей роли Доминанта и всё такое, но, в конце концов, ты платишь за это.       Он сильно нахмурился.       — Разве я не должен просто заткнуться и терпеть, как послушный маленький питомец?       Просто держи рот на замке. Чёртова шлюха.       Между ними на мгновение воцарилась тишина, прежде чем Сан осторожно взял Уёна за лицо, повернув его голову к себе, чтобы посмотреть ему в глаза.       — Уён, — тихо начал он, его взгляд был серьёзен, — мне нужно, чтобы ты меня выслушал. Ты человек, а не питомец, не вещь, которую могу использовать я или кто-либо другой. — он нежно погладил щёки младшего большими пальцами, отчего дыхание Уёна перехватило. — Я делаю то, что делаю, потому что забочусь о людях и никогда не хотел бы намеренно причинять им боль, если только они не получают от этого какое-то удовольствие, ты понимаешь?       Уён отвёл взгляд, а затем слегка кивнул — так едва заметно, что это было почти неразличимо.       — Я не знаю, почему ты считаешь, что не заслуживаешь заботы, но ты заслуживаешь. Даже если я плачу тебе за наше время вместе, я всё равно забочусь о тебе и твоём психическом благополучии, хорошо? — Сан наклонил голову, пытаясь поймать взгляд Уёна. — Ты важен для меня.       Уён прикусил губу, сдерживая слёзы, которые, как он знал, вот-вот хотели навернуться на глаза, прежде чем посмотрел Сану в глаза, снова кивнув.       — …Хорошо.       — Хорошо? — повторил он, слегка улыбнувшись. — Ты можешь в любое время поговорить со мной о том, что ты чувствуешь, Уён. И я имею в виду не только время, пока мы здесь, во Дворце.       — Я просто… — Уён заколебался, пытаясь подобрать слова. Сан снова начал нежно поглаживать его по щеке, и от этого у него защемило в груди. — У меня был очень плохой опыт с Доминантом раньше.       — Уён-а… — в голосе Сана слышалась боль. — Почему ты мне не сказал?       — Это было давно, поэтому я не думал, что меня это будет беспокоить, — он невесело рассмеялся. — Меня даже не сама сессия расстроила…       — Что ты имеешь в виду?       Уён снова посмотрел на Сана.       — Тот человек, с которым я был раньше, никогда не заморачивался поводу…  этого, — Сан выглядел растерянным, поэтому Уён быстро добавил: — Он не заботился обо мне. Я даже не знал, что существует последующий уход, пока ты не показал мне контракт.       — Боже, — пробормотал Сан, опуская руки на плечи Уёна и сжимая их. — Мне так жаль, Уён-а. Ни один Саб не должен через такое проходить, — он сжал руки сильнее, и Уён увидел, как в старшем партнёре нарастает гнев. — В тот момент он даже не был Доминантом. Просто насильником.       Уён ничего не сказал, чувствуя какое-то неопределимое чувство в груди. Меня насиловали? Вот что это было?       — Уён, тебе нужно рассказать мне об этом сейчас, — Сан посмотрел на него строгим взглядом. — У тебя есть какие-то триггеры? Что-то, что я мог бы сказать или сделать, что заставило бы тебя вспомнить его, или запаниковать, или почувствовать себя ненужным, что угодно?       Уён на мгновение замолчал, точно зная, что сказать, но не в силах выдавить из себя ни слова. Сан терпеливо ждал, его хватка на руке младшего была твёрдой и успокаивающей, когда он начал мягко поглаживать тыльную сторону его ладони большим пальцем. Наконец, Уён прочистил горло.       — Не мог бы ты… — пробормотал он, закрывая глаза, — …мог бы ты, пожалуйста, не называть меня шлюхой?       — Конечно, — выдохнул Сан. — Клянусь, я никогда не буду использовать это слово.       — Тогда всё в порядке.       Оба замолчали на мгновение, прежде чем Сан наклонился, встречая опущенный взгляд Уёна.       — Хочешь поговорить об этом? Я могу задержаться, если хочешь, или мы могли бы куда-нибудь пойти.       Уён покачал головой.       — Нет. Не сейчас.       Сан слегка кивнул, его «хорошо» было почти не слышно.       — Я должен… я должен идти, — заявил Уён, глядя на Сана. — Кажется, час уже прошёл. Не хочу отнимать у тебя больше времени.       — Ты никогда не «отнимаешь» у меня время, — улыбнулся Сан. Он моргнул, затем полез в карман, протягивая Уёну его телефон. — Извини, забыл вернуть.       Младший молча взял его, а Сан встал и вытер руки о штаны.       — Я оставил свой кошелёк в баре, так что скоро вернусь с твоими деньгами.       Уён почувствовал, как его сердце упало в пятки, и снова вспомнил, что это всего лишь работа. Он не сомневался, что Сан действительно в какой-то степени заботился о нём, но в конечном итоге это оставалось лишь работой. Сан не был его другом — он был просто деловым партнёром. Или кем-то в этом роде. Уён уже ни в чём не был уверен, и это определённо сказывалось на его сердце и разуме.       Ты важен для меня.       Но так ли это на самом деле? И в какой степени? Захочет ли Сан со временем чего-то большего в их отношениях, или он, как и Сонхва, искал лишь временного общения? Захочет ли Сан остаться друзьями или хотя бы поддерживать связь после, как Уён вернёт долг, или он исчезнет из жизни Уёна?       Чего я вообще хочу? — задавался вопросом Уён, уставившись в потолок. Он знал, что часть его, по крайней мере, была неравнодушна к Сану. Чёрт, а кто бы не был? Но только ли это? Может быть, он просто цеплялся за это притяжение наряду с теми проблесками привязанности, которые Сан проявлял к нему во время и после сессии.       Прошло два года с момента его последних долгосрочных отношений, и он не занимался сексом уже несколько месяцев. Неужели он просто отчаянно нуждался в каком-то общении?       Был ли он лучше тех, кто здесь? Может быть, все они платили за это, потому что были похожи на Уёна; боялись снова начать ходить на свидания и искали что-то безопасное. Что-то ненастоящее.       Что-то, что они могли контролировать.       — Хорошо, — весёлый голос Сана прервал мысли Уёна, привлекая его внимание к старшему мужчине. — Один миллион вон, как и было обещано.       Уён колебался, с горечью глядя на деньги. Сан заметил это и, схватив его за руку, вложил купюры ему в ладонь, а затем сжал пальцы Уёна вокруг них. Он держал руку младшего между своими двумя.       — Не думай об этом слишком много, Уён, — тихо сказал он. — Я обещаю тебе, что ты не такой, каким себя считаешь, раз принимаешь их.       Уён посмотрел на Сана, его глаза были похожи на полумесяцы. Его всегда идеально уложенные волосы, словно он привёл их в порядок специально для того, чтобы прийти во Дворец. Его странная, деловая повседневная одежда, которую он, казалось, предпочитал. Его ямочки на щеках, которые появлялись всякий раз, когда он улыбался. Он был великолепен, как снаружи, так и внутри, и Уён действительно не мог понять, что заставляло его даже взглянуть в сторону Уёна.       — …Хорошо, — сказал он через мгновение, громко вздохнув. — Если ты настаиваешь.       — Вот и тот сорванец, с которым я заключил договор, — поддразнил Сан, засовывая руки в карманы. — Хочешь, я тебя провожу или ты ещё немного побудешь здесь? Я, наверное, выпью, так что...       — Я пойду, спасибо. — Уён встал, засовывая деньги в карман. Он усмехнулся Сану. — Иди, пей свои напитки, пока у тебя есть деньги. Я могу в итоге взять больше, чем ты думаешь.       Сан на мгновение задержал взгляд на Уёне, и его улыбка слегка померкла, пока он вглядывался в лицо младшего в поисках... чего-то. После паузы он кивнул.       — Ладно тогда, — тихо сказал он, поворачиваясь, чтобы уйти. — Береги себя, Уён.       Уён смотрел, как он направляется к бару, а купюры прожигали дыру в его кармане. Он отвернулся и направился к выходу.       Ему не нравились чувства, которые зарождались в его душе. Ему нужно было напомнить себе, зачем он вообще здесь и что он делает. Единственное, что имело значение сейчас, — это получить деньги, чтобы погасить долг Ёсана. Если ему придётся вести себя нагло вне сессий, чтобы подавить всё, что могло бы этому помешать…       Значит, так тому и быть.