My Heart is Glowing Fluorescent (I Want You to Possess It)

      Через несколько минут после ухода Уёна Сан написал ему сообщение, в котором просил младшего ответить, как только тот благополучно доберётся до дома. Уён фыркнул и решил не отвечать, а вместо этого сел в автобус и поехал домой. Его мысли блуждали, пока он смотрел в окно, вспоминая всё, что Сан рассказывал о Домах и Сабах. Это действительно открыло ему глаза и позволило по-новому взглянуть на бизнес Хонджуна. Люди там были просто... людьми. Все они получали что-то, в чём нуждались, будучи Питомцами или Хозяевами, и Уён не вправе был их осуждать.       Конечно, он всё равно будет подкалывать Ёсана по этому поводу, но только если его друг будет понимать, что это шутка. Уён также вспомнил всё, что он наговорил Сонхва, и, хоть он всё ещё злился на того за то, что тот играл с чувствами его лучшего друга, он почувствовал странную вину за свои резкие суждения.       Может, мне стоит когда-нибудь извиниться перед ним, — подумал Уён. — Сан сидел с ним, так что, возможно, они знакомы?       Он громко застонал, размышляя над своим извинением. Какой есть зрелый способ сказать: «Эй, я знаю, что назвал тебя фриком с микрочленом, но теперь, когда я сам подсел на это же дерьмо, мне стыдно, и я просто хочу извиниться»?       ... Да. Это будет нелегко.       Пока его мысли блуждали по всем событиям, произошедшим тем вечером, он машинально добрался до своей остановки и, прежде чем осознать это, уже направлялся к своей квартире. Поднимаясь на лифте, он продумывал легенду о том, что нашел ученика для репетиторства по средам и субботам. Уён был не лучшим лгуном, но это и не была чистая ложь, так что он надеялся, что Ёсан поверит.       Подойдя к своей квартире, он вздохнул, вставляя ключ в замок и надеясь, что друг сможет хоть как-то отвлечь его от вихря эмоций в его голове. И Ёсан действительно смог. Возможно, он просто сам избегал назревшей проблемы и использовал Уёна таким же образом, но друзья были достаточно близки, чтобы понимать, когда нужно обсуждать серьёзные вещи, а когда можно просто дурачиться.       Пока он болтал со старшим, пытавшимся приготовить яичницу (казалось, Ёсан и яичница враждовали всю жизнь), Уён почувствовал, как в кармане завибрировал телефон. Открыв мессенджер, он понял, что забыл написать Сану.        [Сан] Эй Ты нормально добрался до дома?       

[Уён]

Да прости

Забылся немного

Я ненадолго ушёл в себя

[Сан] Ты уверен, что не хочешь поговорить? Я могу позвонить тебе Или мы могли бы встретиться где-нибудь Чёрт, я, кажется, слишком навязчив? Извини >.< Я просто волнуюсь Мне кажется, это как бы моя вина И я немного пьян, так что теперь я слишком много думаю и слишком много говорю, и не даю тебе ответить              Уён рассмеялся, глядя на эту череду сообщений.        [Сан] Я сейчас просто заткнусь Прости       

[Уён]

Всё норм хаха

Это мило :P

[Сан] О? Думаешь, я милый? ;)       

[Уён]

Ни капли

Просто мило, насколько ты, оказывается, чёртовски надоедлив и самокритичен

Учитывая, насколько доминирующим ты СТАРАЕШЬСЯ быть

[Сан] Мне не пришлось стараться Почти уверен, что ты был напуган       

[Уён]

Ни за что

Это отвратительно, насколько крутым ты себя считаешь

[Сан] Тебе это понравилось.       Дыхание Уёна перехватило, когда он уставился на последнее сообщение, мозг застопорился, пока он пытался придумать ответ. К сожалению, он слишком долго думал, и Сан это заметил. [Сан] Не собираешься отрицать?       

[Уён]

Прости

Швырнул телефон от отвращения

[Сан] Конечно.       

[Уён]

Он совсем разбит, серьёзно

Ты должен мне новый!

[Сан] Конечно, хаха Мне нужно спать. Рано вставать        Спокойной ночи, Уён Постарайся не думать о плохом Но, как я уже сказал Я здесь, если тебя что-то будет грызть Пиши мне в любое время.       

[Уён]

Я подумаю над этим

      Уён вздохнул, откладывая телефон, когда Ёсан принёс их тарелки.       — Кто это был?       — Парень, с которым я занимаюсь, — солгал Уён, а затем уставился на свою тарелку. — Яичница? Я думал, ты делаешь омлет?       Ёсан надул щёки и плюхнулся на стул, уныло ковырявая яичницу.       — … Яйца — это сложно.

      ****

      Следующие несколько дней пролетели в череде дополнительных репетиторств, танцевальных репетиций и лихорадочного ведения подробных конспектов. Приближались экзамены в конце семестра, так что Уён был сосредоточен на подготовке. Он не слишком переживал, но подробные конспекты можно было продать более расслабленным студентам. Ему перезвонили с одной из работ, куда он подавал заявку, и в пятницу у него было собеседование. В общем, неделя была сумасшедшей, но хорошей. Она позволила ему отодвинуть Сана и его сабдроп (о котором он решил немного почитать) на задний план, играя роль обычного студента колледжа.       К тому времени, как наступила среда, Уён был уверен, что сможет лучше справляться с ролью Саба, придумывая разные способы дразнить и проверять Сана, не заставляя старшего досрочно прекращать их сессии. Ему нужно было найти тот хрупкий баланс, чтобы получить от сессий максимум, не прибегая к каким-либо сексуальным актам.       В тот день у Уёна было всего две пары, и он вернулся домой к 16:00. Он начал подсчитывать сумму долга, пытаясь определить, сколько часов ему нужно отработать или на сколько повысить цены за репетиторство. Однако через полчаса стресс начал брать своё, и он сдался, не желая, чтобы его настроение испортилось перед сессией. Прибравшись в комнате, переписав конспекты в другую тетрадь, посмотрев видео с айдолами (он всегда был без ума от BTS) и послушав музыку, он решил принять душ.       Вытираясь, он заметил, что Сан прислал ему сообщение. Было всего 18:50, так что он не опаздывал. [Сан] Сегодня всё будет немного по-другому. Мы будем сидеть с другим Мастером и Питомцем, так что мне нужно, чтобы ты выглядел презентабельно.        Скинь мне фото того, во что ты будешь одет сегодня.       Уён фыркнул, раздражённый тем, что его будут выставлять напоказ, как... ну, как питомца. Подойдя к шкафу, чтобы выбрать приличный наряд, он вместо этого придумал коварный план.       Он собрал самую скромную клубную одежду, которую смог найти, прежде чем приступить к макияжу. Он нанёс коричневый карандаш для глаз и красные тени; не слишком броско, но это определённо привлекало внимание к его глазам. Нанеся немного тонального крема и пудры, а также простой блеск для губ, он начал одеваться.       Он нашёл объёмный кружевной топ с длинными рукавами, который открывал его ключицы и позволял коже немного просвечивать. Он втиснулся в кожаные брюки, прежде чем надеть красивые ботинки. Завершил образ эффектными серёжками и браслетами.       Довольный своим внешним видом, Уён встал перед зеркалом в полный рост, делая селфи с надутыми губами.

      [Уён]

      Img.png

      Это нормально uwu

[Сан] √ прочитано       Сан ответил не сразу. Уён ухмылялся, глядя на телефон, сидя на кровати. Он был радн, что у него были доказательства, чем дольше Сан молчал, тем больше он воодушевлялся.        [Сан] Сойдёт.       Уён громко рассмеялся, довольный тем, что смог произвести впечатление на старшего.

      [Уён]

      Окей!

      Скоро выйду

      Уён швырнул телефон на кровать, разделся, стараясь не размазать макияж, и снял большинство серёг и браслетов. Он повесил свой наряд обратно в шкаф, затем взял тёмные джинсы с различными дырками и порезами. После этого он натянул безразмерную, немодную футболку и накинул поверх неё худи. Завершив образ старыми потрёпанными кедами, он посмотрел в зеркало, любуясь своим новым видом. Он кричал: «Мне плевать, как я выгляжу», — что было идеально для студента колледжа, которому нет дела до моды.       Уён взглянул на время и, хотя ему не хотелось приходить слишком рано, решил выходить, чтобы успеть на автобус. Запирая за собой дверь, он шёл легко, с нетерпением ожидая возможности показать Сану свою смену гардероба.

      ****

      У входа сегодня стоял новый человек. Уён моргнул, спускаясь по ступенькам.       — Где Минги? — спросил он блондина. Тот был довольно мускулистым и с выражением лёгкого раздражения на лице.       — Дежурит в баре. Мы иногда меняемся.       — О, круто. — Уён показал своё удостоверение. Пока мужчина поворачивался, чтобы открыть дверь, он спросил: — Так как тебя зовут?       Прежде чем тот успел ответить, едва дверь открылась, раздался голос.       — Лидо-хён~! — пронзительно воскликнул Хванун. — Я скучал по тееебе~       Мужчина, которого, судя по всему, звали Лидо, закатил глаза и вздохнул. Уён хмыкнул, проходя мимо, пока блондин захлопывал за ним дверь. Уён взглянул на Хвануна, который надул губы у стойки.       — Вот злюка.       — Привет, Хванун, — поздоровался Уён, подходя к стойке. Парень оживился и улыбнулся Уёну.       — С возвращением~       — Да, да, — Уён усмехнулся, протягивая своё удостоверение и деньги.       — Прежде чем спросишь, Питомец.       — Я так и знал, — хихикнул старший. — Я никогда не ошибаюсь.       — Ты и Хонджун-хён, похоже.       — Так ты теперь питомец Сана, типа, официально? — Хванун подпер голову руками. — Я удивлён.       — А что?       — Сан обычно не держит Питомцев больше, чем на одну ночь, — объяснил он. — Не знаю, то ли он такой привередливый, то ли ему просто нравится тусоваться здесь, но для него необычно задерживаться с кем-то, понимаешь?       Уён моргнул, откладывая эту информацию в голову на будущее, и кивнул.       — Понял тебя. Поговорим позже, хён.       — Окей~ — Хванвун просиял и помахал рукой, пока Уён пробирался в главный зал.       Он, как обычно, огляделся по сторонам, но решил просто пройти в бар. Он полагал, что если Сан здесь, то, вероятно, уже высматривает его. Уён взглянул на телефон: 20:02. На самом деле он пришёл вовремя, хотя после выхода из автобуса он определённо не спешил.       — О, привет!       Уён поднял глаза и увидел Минги, который стоял за барной стойкой и широко улыбался.       — Привет, Минги.       — Рад снова тебя видеть, — заявил шатен. — Ты ждёшь, что кто-то тебя найдёт, или у тебя с кем-то назначена встреча? — он оглядел Уёна, и его улыбка слегка померкла. — Я имею в виду… не думаю, что ты действительно найдёшь кого-то в этом.       — О, тебе не нравится? — Уён усмехнулся, мило подперев подбородок рукой.       — Я имею в виду! — Минги, похоже, осознал, что сказал, и попытался взять свои слова обратно. — Э-это не так уж и плохо...       — Чёрт, я так и знал.       Ухмылка Уёна стала шире, когда он услыхал раздражённый голос позади себя. Он развернулся на барном стуле, оказавшись лицом к лицу с очень недовольным и очень разочарованным Саном. Позади он услышал, как Минги пробормотал что-то вроде: «Протереть бы стойку».       — Привет, Санни~       Старший был одет (сюрприз!) в ещё одну белую рубашку. На нём был чёрный галстук и чёрные брюки. Через плечо висела сумка, и Уён задался вопросом, не пришёл ли Сан прямо с работы. К его удивлению, Сан был с подведёнными глазами и светло-коричневыми тенями, которые делали его глаза ещё темнее и больше похожими на кошачьи.       Сан сузил глаза, оглядывая Уёна с ног до головы.       — Я понял, что что-то не так, когда ты прислал мне фотографию, на которой ты такой красивый.       — Думаешь, ты знаешь меня так хорошо?       — Достаточно, чтобы предвидеть это, — ответил Сан, доставая свою сумку. Он открыл её и вытащил чёрный свитер, протягивая его Уёну. Но младший просто уставился на него.       — Что это? — фыркнул он.       — Переодевайся. Ты выглядишь ужасно.       Брови Уёна взлетели вверх. Он такого действительно не ожидал.       — Ты заставляешь меня переодеться?!       — Я что, заикался? — спросил Сан спокойным и холодным тоном. — Я не хочу, чтобы ты сидел рядом со мной и выглядел как зачуханный студент. Переодевайся или иди домой.       Уён рыкнул, выхватывая свитер из рук Сана, и встал.       — Ладно. Где тут туалет?       Сан дьявольски усмехнулся.       — О, ты хотел уединения? Надо было думать об этом, прежде чем покидать уют своего дома.       — Ты хочешь, чтобы я переоделся прямо здесь, у всех на виду? — Уён вздрогнул от нервозности, и, может быть, чуть-чуть от возбуждения.       — Именно. Раздевайся.       Уён замешкался, сжимая свитер, пока Сан сверлил его взглядом.       — Я не начну отсчёт, пока ты не сделаешь это, зверушка, — старший скрестил руки на груди. — Если только ты не слишком стеснительный для этого. Не думаю, что ты справишься с последующими сессиями здесь, если ты...       Уён швырнул свитер на сиденье, а затем одним движением стянул с себя толстовку и рубашку, отказываясь сдаваться на этом этапе. Он чувствовал, как глаза Сана скользят по его обнажённому торсу, и даже слышал, как другие ахают и перешёптываются по поводу его внезапной частичной наготы. Сохраняя зрительный контакт со старшим, он натянул новый свитер. Тот был облегающим, но всё же немного великоват для Уёна. Настолько, что сползал с плеча, выглядя как глубокий вырез. Его волосы были взъерошены и растрёпаны, и он чувствовал, как на его лицо накатывает румянец. Скрестив руки, он уставился на Сана.       — Теперь доволен?       — Я на пути к этому, — ответил он, жестом приказывая Уёну повернуться. Младший поднял бровь, не двигаясь с места, пока Сан не рыкнул. Он схватил Уёна за плечо и развернул его. Уён услышал, как он снова открыл свою сумку, и прежде, чем он успел опомниться, Сан уже надевал на его шею очередной ошейник. На этот раз, однако, он казался толще и тяжелее, и Уён услышал, как Сан защёлкнул его на маленький замочек. Он поднял руку к ошейнику, нащупав то, что, как он мог предположить, были маленькие камни, расположенные на равном расстоянии друг от друга. Снова было довольно большое металлическое кольцо.       Сан развернул Уёна, разглядывая новый аксессуар. Затем он прицепил к кольцу кожаный поводок и отступил на шаг. Он дёрнул за него слегка, но твёрдо, заставив Уёна сделать небольшой рывок вперёд.       — Теперь я доволен, — с ухмылкой сказал Сан. Он достал телефон и запустил то, что Уён предположил, было таймером. — Я поставил таймер на 45 минут. Если ты решишь продолжить после того, как он прозвенит, я сброшу его.       — Уверен, два часа будут не такими уж сложными, Санни, — фыркнул Уён.       — Посмотрим, — спокойно сказал Сан, прежде чем протянуть руку. — Дай мне свой телефон.       Уён закатил глаза, но послушался, позволив старшему аккуратно положить его в сумку.       — Кроме того, если ты ещё раз назовёшь меня как-то иначе, кроме как «Хозяин», я обещаю, что ночь будет тяжёлой. Я ясно выразился?       Уён подавил язвительный ответ, который вертелся на языке, предпочтя фыркнуть тихое «как скажешь», прежде чем Сан повёл его.       — Постарайся вести себя прилично, когда мы будем рядом с другими, — тихо сказал Сан. — Я знаю, что ты не будешь этого делать, но тебе будет полезно, если ты не будешь вести себя как полный придурок.       — Я подумаю над этим, — проворчал Уён.       Старший не ответил. Они направились к комплекту из дивана и кресла, где Уён увидел не кого иного, как Сонхва, сидящего с другим питомцем-блондином.       — Ты шутишь, — простонал Уён, фыркая, когда Сан бросил на него сердитый взгляд.       — Следи за языком, — отрезал он. — Сонхва, на самом деле, мой хороший друг, и я бы предпочёл, чтобы ты этого не испортил.       Уён вспомнил, что хотел извиниться перед Сонхвой, но решил пока оставить это при себе. Он бы извинился, если бы Сан его об этом попросил, но в остальном он должен быть вызывающим и теперь, когда игра началась, он будет играть свою роль. Они молча направились к своим местам. Сонхва, похоже, изначально не заметил их, пока его Питомец не встрепенулся.       — О, это Сан-щи! — улыбнулся он, слегка помахав рукой.       — Привет, Феликс. Принёс чего-нибудь вкусненького? — пошутил Сан, улыбаясь. Питомец надулся.       — Нет, у меня закончилась мука...       Сонхва проигнорировал разговор, чтобы вместо этого уставиться на Уёна, и на его лице появилась ухмылка.       — Ну, ну. Уён, рад снова тебя видеть.       Уён моргнул.       — Ты знаешь моё имя?       — Ёсан был моим Питомцем долгое время. Мы часто говорили о тебе.       Интересно.       — Не думал, что ты вернёшься, чтобы тусоваться с нами... как ты там сказал? «Фриками?»       — Я... — Уён опустил глаза, испытывая искреннюю вину. Он почувствовал, как Сан дёргает за поводок, побуждая его продолжить. С глубоким вдохом Уён выдохнул, потупив взор.       — Я…       — Подними глаза, зверушка, — резко сказал Сан, дёрнув его за волосы, чтобы поднять голову. Уён вздрогнул, прежде чем продолжить.       — Прости, Сонхва-хён. Я был не прав, судя о тебе так резко, — быстро проговорил он, скрипя зубами от боли. Сан отпустил его, и младший фыркнул, с раздражением глядя на своего Хозяина. Сонхва, с другой стороны, выглядел шокированным, его брови высоко взлетели.       — Сан-а, я впечатлён, — заявил он, ухмыляясь. — Он всё ещё ведёт себя вызывающе, но ты определённо добиваешься прогресса.       — Это, конечно, вызов, — заявил Сан, прищурившись и глядя на Уёна. — Он сделал первый день гораздо сложнее, чем нужно было.       — Могу представить, — фыркнул старший. — Присаживайся. Я бы хотел услышать о том коллеге, о котором ты говорил в прошлый раз.       Сан сел в кресло, не дав Уёну никаких указаний, что делать. Поэтому тот некоторое время стоял рядом, лениво оглядываясь по сторонам.       Внезапно он почувствовал, как его потянули за поводок.       — Сидеть, — скомандовал Сан, даже не глядя на Уёна. Младший фыркнул, собираясь сесть на подлокотник кресла. Но прежде, чем он успел коснуться подушки, Сан надавил его на плечо, заставив Уёна упасть на колени на пол.       — Ты лишился привилегий пользоваться мебелью, помнишь? — Сан поднял бровь, хмурясь. — Веди себя хорошо сегодня, и я подумаю над тем, чтобы вернуть её тебе.       — Могу я посидеть с ним, Хозяин? — спросил Феликс, улыбаясь. — Если он новенький, я хочу с ним познакомиться!       Сонхва посмотрел на Уёна на полу, разглядывая его с выражением раздражения.       — …Если ты действительно этого хочешь, Феликс.       Блондин спрыгнул с дивана, пододвинувшись на коленях ближе к Уёну. Темноволосый парень слабо улыбнулся, пока Сан и Сонхва начали говорить о... Ну, ему было всё равно. Он предпочёл не слушать.       — Как давно ты стал Питомцем? — с любопытством спросил Феликс. — Я не видел тебя здесь раньше.       — Всего пару дней, — пробормотал Уён. — Это долгая история.       — Ну, может, как-нибудь расскажешь, — улыбнулся парень.       — Сколько тебе лет, кстати?       — Двадцать два.       — О! Ты мой хён! Мне двадцать один, но скоро у меня день рождения.       — А ты как давно стал Питомцем? — спросил Уён, решив, что если уж он проведёт здесь два часа сегодня (и, скорее всего, много вечеров в будущем), то, возможно, не стоит умирать от скуки.       — Почти год уже.       — Правда?!       Феликс засиял.       — Я теперь не так часто сюда прихожу, потому что учусь на повара корейской кухни. Но приятно расслабляться здесь раз в несколько недель.       — И это твой способ расслабиться? — Уён поразился. Феликс в замешательстве моргнул.       — Ну, да. А зачем ещё сюда приходить?       — Я просто... не ожидал такого ответа. Я понимаю, почему Мастера делают то, что делают, так что, думаю, я не совсем понимаю Питомцев.       Феликс посмотрел на него мгновение.       — Тогда зачем ты здесь?       Уён замялся, не желая вдаваться в подробности того, что привело его к этому моменту.       — Я, э-э. Мне очень нравится бросать вызов людям, так что я своего рода сорванец.       — Но почему? — продолжил расспрашивать Феликс. — Почему тебе это нравится? Почему тебе нравится быть непослушным?       Уён был совершенно растерян. Почему ему нравилось ставить всё под сомнение? Бросать вызов Сану? Изначально он думал, что дело в его гордости, но теперь понимал, что получает удовольствие от того, что доводит Сана до предела. Было ли это потому, что он, в конечном счете, жаждал того самого контроля? Но во время игры контроля него его не было, и это нравилось ему куда больше, чем мысль о том, что он может остановиться в любой момент.       Так почему же?...       — Честно говоря, я не совсем уверен, — признался Уён. — Мне всегда нравилось провоцировать людей, наверное. Мне нравится раздражать их, пока они не выйдут из себя. В каком-то смысле мне это даже весело.       — Хм, думаю, я понимаю.       Уён заметил, что Сан притих во время его разговора с Феликсом. Он взглянул на своего Хозяина, стараясь быть незаметным. Старший не смотрел на него, но Уён мог сказать, что тот определённо прислушивается к их разговору.       Уён прочистил горло, снова сосредоточившись на младшем Питомце перед ним.       — Так расскажи мне о своих занятиях, Феликс. Мне всегда нравилось готовить, но я бы никогда не стал изучать это...       Феликс начал оживлённо рассказывать о том, как ему нравится выпечка, и Уён изо всех сил старался внимательно слушать его. Но его мысли постоянно возвращались к вопросам Феликса о нём. Не желая казаться грубым, он сосредоточился на голосе младшего, который, как он обнаружил, имел невероятный диапазон. Иногда тон Феликса был чрезвычайно низким, но он, казалось, замечал это и исправлялся. Через некоторое время он начал учить Уёна английскому, и старший ужасно проваливался в произношении.       Спустя полчаса Уён заметил, что Феликсу стало неудобно сидеть на коленях, он ёрзал, просидев на полу так долго.       — Милый, — позвал Сонхва, глядя на своего Питомца, — если тебе неудобно, иди посиди на диване.       Феликс взглянул на своего Хозяина, надув губы.       — Но я не хочу оставлять Уёна одного на полу...       — Он сам это с собой сделал, Феликс-а, — мягко сказал Сан. — Уёни не смог ценить возможность сидеть на диване, так что мне пришлось лишить его этого.       Уён громко фыркнул, отворачиваясь от Сана и бормоча что-то себе под нос. Старший мужчина предупреждающе положил твёрдую руку ему на голову. Феликс посмотрел на него мгновение, затем надулся.       — Прости, Уён. Я пойду посижу с моим Хозяином немного.       — Не беспокойся обо мне, Феликс, — искренне улыбнулся ему Уён. — Иди, устройся поудобнее.       Пока младший пристроился рядом со своим Хозяином, Сонхва уставился на Уёна.       — Итак, Уён, — начал он, с лёгкой ухмылкой на лице, — как тебе нравится «Дворец Питомцев»?       Уён закатил глаза, демонстративно отводя взгляд от старшего. Конечно, для Сана это было неприемлемо, и он схватил Уёна за волосы, повернув его голову обратно к Сонхва.       — Мастер задал тебе вопрос, зверушка, — отрезал Сан.       — Он не мой Мастер. Какая мне разница? — парировал Уён, глядя на Сана искоса. — Ты позволишь кому-то другому наказывать меня, если я не буду им подчиняться, Хозяин? — он выплюнул обращение, нагло ухмыляясь.       — Я бы предпочёл не марать руки столь непокорными сабами, как ты, не волнуйся, — фыркнул Сонхва, выпрямляя плечи. Он начал гладить Феликса по голове, к восторгу младшего. — Я предпочитаю, чтобы они были хорошо воспитанными и послушными. Я не получаю удовольствия от пытки своего рассудка, в отличие от Сан-а.       Уён ухмыльнулся, с шумом выдыхая. Несмотря на то, что он почувствовал, как хватка Сана усиливается, он чувствовал, что выиграл этот...       — Но я не стану мешать Сану делать с тобой всё, что он сочтёт нужным.       Прежде чем Уён успел отреагировать на это, Сан схватил его за затылок и прижал лоб Уёна к полу в подобии поклона. Он рыкнул, сжимая кулаки, и слегка повернул голову, чтобы взглянуть на своего Хозяина. Лицо Сана было бесстрастным и суровым, когда он усилил хватку.       — Извинись.       — Пошёл ты, — огрызнулся Уён. Сан сильнее прижал его к ковру, заставив Уёна шипеть от боли.       — Мы можем заниматься этим всю ночь, питомец. Я могу сделать из тебя подставку для ног, если ты не хочешь слушаться, — прорычал Сан, впиваясь ногтями в кожу Уёна. — Ты проявил неуважение к Сонхва-хёну...       — Мне плевать!       — ... так что извинись.       Уён уставился в глаза Сана, ухмыляясь.       — Нет.       Среди компании воцарилась тишина. Уён на мгновение задумался, не закончит ли Сан сессию прямо здесь и не отправит ли его домой, с оплатой или без.       Но, возможно, он немного недооценил старшего.       Сан схватил его за ошейник сзади, дёрнув Питомца обратно вверх, и тот слегка закашлялся, удивлённый силой. Сан наклонился к Уёну, чтобы прошептать ему на ухо.       — Час почти подошёл к концу, — тихо сказал он. — Тебе нужно остановиться?       Уён моргнул, затем покачал головой. Образ «Хозяина» Сана тут же вернулся, и он начал рыться в сумке свободной рукой. Он достал чёрную кожаную маску, ремни которой свободно свисали. Уён смотрел на неё мгновение, затем его глаза расширились, искренне поражённый тем, что Сан вообще додумался принести что-то подобное этому.       Но он также был знаком с Уёном всего несколько дней, так что был ли младший действительно удивлён?       Когда Сан поднёс намордник к лицу Уёна, их взгляды встретились. Старший вопросительно посмотрел на Питомца, и Уёну достаточно было лишь слегка кивнуть, как Сан уже плотно оборачивал маску вокруг нижней части его лица. Уён вяло сопротивлялся, в основном для вида, пока Сан не защёлкнул намордник на месте. Нос оставался открытым, и, хотя в части, закрывающей рот, были небольшие отверстия, Уён знал, что его голос будет очень приглушённым.       — По крайней мере, на некоторое время станет тише, — ухмыльнулся Сан, откидываясь назад и любуясь своей работой. — Тебе идёт, зверушка.       Уён ничего не сказал, зная, что его всё равно не услышат, и предпочёл отвести голову в сторону с обиженным видом.       — Хозяин, — тихо спросил Феликс, — ты когда-нибудь сделаешь так со мной?       Сонхва усмехнулся, поцеловав макушку Питомца.       — Нет, Феликс. Ты хороший мальчик.       Уён закатил глаза, фыркнув, хотя никто не мог этого услышать. Два Мастера продолжили свой разговор, и поначалу Уён решил прислушаться. Но Сонхва и Сан говорили только о цифрах и бизнес-показателях, что наводило на него смертельную скуку. Вместо этого он принялся оглядываться вокруг, надеясь разглядеть, как другие Мастера взаимодействуют со своими Питомцами. К этому моменту он понял, что таких, как он, было очень мало; большинство Питомцев казались более жаждущими внимания и покорными. Всё же, если Сан приходил сюда какое-то время, здесь должны были быть один или два бунтаря, верно?       Со своей точки обзора он не видел никого, и после того, как его отругали за излишнее ёрзание, он сдался, скучно уставившись в пол. Конечно, это были самые лёгкие 500 000 вон, которые он когда-либо зарабатывал, но Уён был из тех, кому нужна стимуляция. Порисовав несколько минут фигуры на ковре, он снова стал прислушиваться к разговору вокруг.       — ... и если он будет продолжать предлагать бесплатные уроки, он обанкротится, Сан-а, — говорил Сонхва, нахмурив брови. — Ты должен сказать ему это.       — Я говорил, хён, — вздохнул Сан, проводя рукой по волосам. — Я даже предлагал заняться его расписанием, но он всё время отказывается. Он просто такой человек.       — Как он может предложить тебе свою студию после выхода на пенсию, если он её разоряет? Это несправедливо по отношению к тебе.       — Я даже не знаю, возьму ли я её, — тихо ответил Сан. — Я зарабатываю большие деньги тем, чем занимаюсь сейчас, и боюсь, что, если я возглавлю студию тхэквондо, то мне придётся какое-то время еле сводить концы с концами.       — Именно поэтому тебе стоит заняться этим сейчас, — вздохнул Сонхва, потирая макушку Феликса, пока младший играл на телефоне.       — Мне всего двадцать два, Сонхва, — Сан тихо рассмеялся. — Не думаю, что я готов управлять собственным бизнесом.       — И тем не менее тебе удалось устроиться на работу с дипломом меньшей степени, чем требовалось. Ты добился своего положения, потому что ты хорош в своей работе.       — Не знаю... — пробормотал Сан, глубоко выдыхая и глядя в потолок.       Уён смотрел на него мгновение, сочувствуя неуверенности Сана. Несмотря на то, что родители многое оплачивали за него, Уён с трудом находил своё истинное призвание, вероятно, потому что всё было у него на блюдечке с голубой каёмочкой. Осознание того, что Сан того же возраста, что и он, и имеет почти ту же проблему, учитывая их молодость, заставило его почувствовать связь со старшим мужчиной.       Уён переменил положение на коленях, наклонился к Сану и мягко упёрся подбородком в ногу своего Хозяина, глядя на него снизу вверх. Сан, казалось, на мгновение удивился, прежде чем посмотреть на Уёна, моргая от этого действия. Питомец просто смотрел на него мягким взглядом, пытаясь передать: «Всё будет хорошо, я понимаю», — с половиной лица, скрытой под маской.       Выражение лица Сана смягчилось, став похожим на то, что было во время их последующего ухода, и он нежно провёл рукой по прядям Уёна. Младший что-то промычал, закрывая глаза, и прильнул к прикосновению. Он не мог и никогда бы не стал отрицать, что обожает, когда с его волосами играют. Один из его бывших парней даже описывал его как кота.       Ты ласковый, но на своих условиях.       Возможно, это было сказано во время ссоры, но Уён оставался верен этому утверждению. Он жаждал прикосновений и ласки, но чаще всего инициатива должна была исходить от него.       С диванчика донёсся насмешливый фырканье, заставившее Уёна открыть глаза.       — Сделал щенячьи глазки, и он прощён? — Сонхва поднял бровь. — Он, вероятно, просто воспользовался твоим настроением, чтобы притвориться, что сочувствующим.       Уён сердито посмотрел на Сонхва, а Сан усмехнулся и взъерошил волосы младшего.       — Возможно, — пожал плечами его Хозяин. — Но это всё равно было мило и трогательно.       Сонхва простонал, когда Сан провёл рукой к застёжке на задней части намордника. Он расстегнул её одной рукой, снял кожаный аксессуар и убрал обратно в сумку. Уён на мгновение размял челюсть, прежде чем Сан нежно помассировал его щёки большим пальцем.       — Лучше?       — Нет, я предпочитаю, чтобы к моей лицу был прикреплён кусок кожи, — фыркнул Уён, поддразнивая. Сан закатил глаза, откинувшись назад.       — Я могу снова его достать, знаешь ли, — предупредил Сан, но в его голосе не было угрозы. Уён ухмыльнулся ему, выпрямляя осанку. Два Хозяина вернулись к другому разговору, и через минуту Сан медленно вернул руку в волосы Уёна. Сначала он просто держал их в руке, но когда Уён не отстранился и не огрызнулся, он расслабился и снова начал лениво играть с его прядями.