Эхо любви

Зена и Габриэль просыпаются от резкого звука чьих-то шагов и тяжелого дыхания рядом. Проснувшись, Зена видит перед собой следующую картину: какой-то мужчина в деревенской одежде судорожно роется в ее вещах, очевидно, надеясь найти там деньги или еду. — Эй, ты! — не проходит и секунды, как Зена резко оказывается рядом и ловким движением руки надавливает на шею мужчины. — Я перекрыла тебе кровоток. Ты умрешь через пару минут, если сейчас же не ответишь, кто ты такой и что тебе нужно! Габриэль, стоящая рядом, невероятно напугана тем, что может произойти. — Я… — мужчине становится трудно говорить. — Я всего лишь простой нищий крестьянин… Мои дети голодают, я лишь хотел взять немного еды! Пожалуйста, пощадите меня! Услышав эти слова, Зена заметно меняется в лице, и в следующую же секунду делает еще одно движение на шее мужчины, освобождающее его кровоток. — Прости, — молвит она. — Но и ты меня тоже должен понять. Я дам еды для тебя и твоих детей, но только пообещай мне воровством больше не промышлять, хорошо? У тебя есть здоровые руки-ноги, ты вполне способен заработать на хлеб своей семье! — Обещаю! — мужчина до сих пор в эйфории от того, что Зена его пощадила. Воительница сдерживает и свое слово: дает крестьянину в дорогу столько еды, сколько нужно для его семьи, и прощается с ним. Габриэль не верится до сих пор. — Ты пощадила его. Ты лучшая! — Ничего особенного, Габриэль, — Зена улыбается в ответ широкой улыбкой. — Я многих щажу. — Я же говорю, лучшая! Это дорогого стоит, — Габи несколько несмело касается плеча подруги. — Зена, я… — Да, Габриэль, — воительница продолжает улыбаться, и юный бард непроизвольно отводит взгляд. — Нам пора, наверное, да? — Подожди, сейчас еще позавтракаем. — А кто будет готовить завтрак? — интересуется Габриэль. — Могу я, — отвечает Зена. — Ты еще и завтрак умеешь готовить! — У меня вообще много талантов, — смеется Зена. — Габриэль, с тобой точно все в порядке? — Да, никаких проблем, — сквозь одолевающее волнение отвечает девушка. — Все нормально, — улыбается. Зена идет разводить костер, по пути подходит к Арго и ласково гладит спину лошади, говоря ей ласковые слова. — Сейчас и ты позавтракаешь, дружище, — Зена мягко улыбается и, наклонившись, целует свою любимицу в пушистую гриву. — Моя верная Арго! Габриэль стоит как вкопанная, наблюдая эту сцену, и что-то совершенно новое, неведомое прежде рождается на задворках ее юного сердца. «Спокойно, Габриэль, спокойно!» Позавтракав, отправляются в дальнейший путь. *** Внезапно, подобно вспышке молнии в ночном небе, озаряет ее это чувство, но как быть дальше? Габриэль не находит иного способа, кроме как довериться своим любимым свиткам. Прежде юному барду казалось, что жизнь до смешного проста, а оно вон как все сложно оказалось… Вот все и сошлось, все звезды на небе, все легенды про половинок, что так любила Габи в детстве. Только вот сможет ли она?.. (О, до чего сложно слететь с уст заветным словам!) Габриэль, бард с огромным писательским опытом, всегда блестяще подбирающая слова, не может вымолвить до боли (сложную, тяжелую, непроизносимую) простую фразу. О, великие боги! Габриэль вновь не отводит взгляда от Зены, разводящей костер. Стоит лишь воительнице отойти ко сну — Габи взывает к Великой Афродите. «Помоги мне, О Заступница всех любящих! Разреши мою дилемму. Помоги найти нужные слова!» Габриэль шепчет заветную молитву снова и снова, будучи не в силах заснуть. Габриэль любит. Всеми фибрами души любит свою невыносимую Королеву Воинов.