Ставка на любовь

      Шанс почти неподвижно сидел в кожаном кресле машины, время от времени поглядывая на часы. В салоне лимузина было холодно от работающего кондиционера, словно на улице середина лета, а не поздняя осень. Пальцы мелко подрагивали, и Шанс уверял себя, что это из-за прохлады, а не из-за липкого страха.       Лео, сидевший прямо напротив него, тихо разговаривал по телефону. Было сложно уловить суть разговора, но Шанс и не пытался. Его внимание тянуло вглубь салона, где сидел Мафиозо. Он не делал ничего примечательного, просто смотрел в тонированное стекло, за которым проплывают огни портовых кранов. Шанс ловил себя на том, что раз за разом его взгляд соскальзывает с профиля Лео и устремляется к его напряжённой фигуре.       Шанс заставил себя опустить взгляд и разжать ладони, оставив на коже красные отметины от ногтей. Он бесшумно сделал глубокий вдох и уловил в воздухе едва уловимые ноты парфюма Мафиозо.       — Всё под контролем, — произносит наконец Лео, закончив телефонный разговор. Взгляды Шанса и Мафиозо одновременно устремляются к нему. — Фура со склада Кортесов будет угнана через два часа, как и было оговорено. Анонимный звонок поступит через полчаса после угона.       Мафиозо медленно кивает, его пальцы бесшумно барабанят по кожаному подлокотнику.       — А если проверят сразу? — спрашивает Шанс, чувствуя волнение внутри.       — Они и проверят, — голос Мафиозо ровный. Он все также не смотрит на Шанса. — Но они не станут откладывать переговоры из-за одного анонимного звонка. Они добивались их слишком долго.       — Но если им намекнуть и сыграть на их жадности... — взгляд Лео устремился к Шансу. — Они сами захотят проверить каждую деталь.       Мафиозо медленно поворачивает голову. Его глаза, холодные и тяжелые, останавливаются на Шансе.       — Жадность заставляет торопиться, — говорит он. — Но осторожность для них дороже.       Лео достает из портфеля тонкий конверт.       — После угона, но до звонка, ты незаметно оставишь это в кармане пальто старшего охранника Кортесов. Он параноик, поэтому проверяет всё.       Шанс берет еще не запечатанный конверт. Внутри распечатка финансовой выписки, показывающая, что компания-владелец фуры накануне переговоров получила крупный перевод с счета, связанного с картелем.       — Они подумают, что картель пытается саботировать их логистику, чтобы ослабить позиции на переговорах, — говорит Лео. — Это заставит их копнуть глубже и найти то, что мы подготовили.       — А если охрана поймает меня? — Шанс чувствует, как конверт обжигает пальцы.       — Тогда твоя легенда будет разрушена, — голос Мафиозо звучит почти равнодушно. — И тебе придется выбирать между пулей Кортесов и нашей.       Шанс откидывается на спинку сиденья. Холод уже пробирал до костей, заставляя сдерживать дрожь в конечностях. Лео переводит холодный взгляд с Мафиозо на Шанса, почти бесшумно вздыхая.       — Через час у служебного входа тебя встретит Густав, — спокойно перевёл тему Лео. — У тебя будет доступ только к основной зоне, гардеробу и служебным помещениям. В зону кухни и личные кабинеты не лезть.       Лео достает из кармана пальто чёрный жетон.       — Спокойно работаешь, ровно в одиннадцать подбрасываешь конверт, уходишь. План "Б"... — Лео демонстрирует жетон, и Шанс замечает на ребре едва заметную выпуклость. — Активируется долгим нажатием. Сработает пожарная сигнализация, и сделка физически не сможет продолжаться. Использовать только при угрозе жизни. Ни подозрение, ни дискомфорт. Услышал?       — Понял, — кивает Шанс и пытается взять жетон, но крепкая рука Лео не отпускает. — Что?       — Ты хоть и войдёшь туда как еще неопытный сомелье, но не смей меня позорить.       Шанс слышит со стороны Мафиозо смешок.       — Особенно, — Лео наклоняется чуть ближе, — не перепутай "Марго" и "Пави". Мне потом месяцы выслушивать, что я поставляю идиотов, не видящих разницы между левым и правым берегом Бордо. Лучше уж провали миссию.       Из глубины салона доносится низкий и искренний смех Мафиозо.       — Представляю, — говорит Мафиозо, все еще усмехаясь, — как ты будешь объяснять Кортесам, что их многомиллионная сделка развалилась из-за того, что какой-то щенок перепутал два красных вина.       Шанс не может сдержать ухмылки. Атмосфера в салоне на мгновение становится почти... теплой.       — Не переживай, — он наконец забирает жетон и прячет его. — Я уже научился отличать. Даже мизинец теперь не оттопыриваю.       — Смотри у меня, — бормочет Лео, но уголки его губ чуть подрагивают. — И запомни, если прольешь вино на кого-то, просто падай замертво. Это будет менее болезненно, чем то, что я с тобой сделаю.       Шанс смотрит в последний раз в окно, прежде чем выйти. Они остановились в нескольких километрах от закрытого клуба, где будут проходить переговоры. Дальше ему предстоит добираться своим ходом.       Он поправляет кожаную куртку и шляпу, собирается выходить из салона, но его резко останавливает голос Мафиозо:       — Погоди.       Внутри Шанса все на секунду сжимается. Он, как можно спокойнее, поворачивается к Мафиозо.       Дон, удержав паузу в несколько секунд, неожиданно поднимается, чтобы в следующий момент оказаться совсем близко к Шансу. Его рука в перчатке тянется к лицу Шанса, снимая с него солнцезащитные очки.       Шанс замирает, не в силах пошевелиться. Близость Мафиозо парализует, его дыхание кажется единственным звуком в салоне.       — Сегодня они тебе не понадобятся.       Он небрежно бросает очки на сиденье. Его пальцы в перчатке почти касаются подбородка Шанса, заставляя того непроизольно сглотнуть. В следующую секунду его рука убирается, и он отступает на шаг, будто ничего и не было.       — Пора работать.       Шанс делает прерывистый вдох, осознавая, что все это время задерживал дыхание. На его лице все еще осталось ощущение призрачного прикосновения перчатки.

***

      Шанс стоял у служебного входа, чувствуя волнение. Он повыше натянул ворот куртки, стараясь укрыться от зябкого ветра. Пальцы мелко подрагивали то-ли от холода, то-ли от страха. Прикосновение пальцев Мафиозо все еще пылало на его коже, а в ушах стоял чужой голос.       Он заставил себя сделать глубокий вдох. Воздух пах солью. Вдалеке, едва уловимо, можно было услышать шум волн, и Шанс старался акцентировать внимание на спокойных вещах, чтобы отвлечь себя от внутреннего напряжения.       Металлическая дверь открылась с громким скрипом перед ним, и его встретил высокий суровый мужчина. Его тяжёлый взгляд быстро пробежался по фигуре Шанса, который выпрямился в ту же секунду.       — Документы.       Шанс молча протянул удостоверение Артура Лефевра. Его рука, к его собственному ужасу, дрогнула, и ему оставалось только надеяться, что человек напротив этого не заметил.       — Рановато пришёл, — взгляд мужчины скользил от документа к лицу Шанса.       Шанс почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он заставил себя сохранять спокойствие.       — Не люблю опаздывать, — его голос прозвучал ровнее, чем он ожидал. — Хочу успеть освоиться.       Мужчина медленно кивнул, его глаза продолжали изучать каждую черту лица Шанса.       — Освоиться... — он произнёс это слово с лёгкой насмешкой.       Он не закончил фразу, просто развернулся и жестом показал следовать за собой. Шанс шагнул за ним в полумрачный коридор, слыша, как дверь за его спиной закрывается, отрезая путь к отступлению.       — Густав тебе всё объяснит, — бросил мужчина через плечо. Он пошарился в карманах и протянул Шансу маленький ключ. — Твоя смена начинается через сорок минут. До этого момента не отсвечивай.       Шанс забрал ключ и хотел сказать что-то еще, но его спутник уже не смотрел на него.       Его оставили у входа в раздевалку. Шанс медленно дернул ручку, дверь беззвучно открылась, и он прошёл в ослепительно-яркое помещение. Внутри было прохладно, пахло хлором и морской солью с улицы. Свет был настолько ярок, что на секунду Шансу пришлось зажмуриться.       Когда зрение адаптировалось, он увидел длинный коридор с металлическими шкафчиками. Шанс быстро пробежался взглядом по помещению и неосознанно выдохнул, когда убедился, что он тут один. Он прошелся вдоль шкафов, судорожно вспоминая, какой номер был написан в досье. Наконец, он остановился у 130-го и повернул ключ, который ему выдали. Замок щёлкнул с тихим звуком.       Внутри висела безупречно отглаженная униформа. Чёрные брюки с идеальными стрелками, белая рубашка и тёмный жилет. Одежда пахла... ничем. Была безликой, и это именно то, что Шансу требовалось. Быть тенью, не привлекать внимание.       Шанс снял свою куртку и свитер, ощущая, как кожу покрывают мурашки из-за прохлады в помещении. Каждое движение давалось с усилием. Пальцы плохо слушались, когда он застёгивал пуговицы на рубашке, галстук никак не хотел складываться в правильный узел с первого раза.       Внутри него клокотал страх. Не страх провала или разоблачения, нет. Это было что-то более глубокое. Страх не оправдать ожиданий. Не Лео, с его угрозами стереть в порошок, а того, чьё молчаливое присутствие он до сих пор чувствовал в лимузине. Того, чьё одобрение стало для него навязчивой идеей. Мысль о том, что он снова мог увидеть в тех ледяных глазах не просто гнев, а разочарование, заставляла его сжать челюсти так, что заныли виски.       "О чем я вообще думаю? Почему мне так важно его мнение?"       Мысль пронзила сознание Шанса с внезапной силой, заставив его замереть посреди стерильной раздевалки.       Очевидно, чтобы выжить, сразу же дал рациональный ответ Шанс, но было что-то не так. Где-то в глубине, под слоем этого холодного расчета, шевелилось что-то тревожное и... постыдное. Он чувствовал острую, почти физическую жажду снова увидеть в тех глазах не просто удовлетворение, а нечто большее. Признание или, возможно, даже гордость.       Шанс резко встряхнул головой, пытаясь отогнать эти мысли. Он потянулся за жилетом, и его взгляд упал на собственные руки. Они снова дрожали. Шанс с силой сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони.       Он резко захлопнул дверцу шкафчика. Звонкий стук металла оглушил тишину. Неважно. Неважно, почему ему это было нужно.       Он надел жилет, поправил воротник и сделал глубокий вдох, стараясь загнать обратно и страх, и азарт, и всё, что делало его Шансом. Потому что сейчас это может только помешать.       Он проверил наличие конверта во внутреннем кармане перед тем, как выйти в коридор. Шанс огляделся. Он опять был один, и его, уже на этом этапе, начали грызть сомнения. Стоит остаться тут и дождаться того самого Густава или пройтись и поискать самому?       Не успел Шанс принять решение, как в конце коридора послышались легкие шаги. Из полумрака появилась высокая худая женщина в идеально сидящей униформе. Её волосы были убраны в тугой пучок, а взгляд, острый и изучающий, сразу же остановился на Шансе.       — Тот самый новичок, — произнесла она, не спрашивая, а констатируя факт. — Артур, да?       Шанс молча кивнул, чувствуя, как под этим взглядом снова нарастает напряжение. Она подошла ближе, и он прочитал имя на бейджике. Симона.       — Густав задерживается, — сказала она, скрестив руки на груди. — У него непредвиденные обстоятельства. Тебя предупредили, кто наши сегодняшние гости?       — Мне сказали важные переговоры, — осторожно ответил он, опуская взгляд к полу, как и полагалось скромному новичку. — Детали не касаются обслуживающий персонал.       Уголок губ Симоны дрогнул в подобии улыбки.       — Правильный ответ, — она развернулась и пошла по коридору, жестом ведя его за собой. — Но если чисто между нами, сегодня у нас сам дон Кортес развлекает каких-то южноамериканских ковбоев. Судя по настроению, пахнет большими деньгами. И большой нервотрепкой.       Они дошли до лестницы. Симона стала подниматься, не глядя, идёт ли за ней Шанс.       — Наша задача — сделать так, чтобы их ничто не отвлекало. Поэтому будь паинькой и выполняй все то, о чем тебя просят. Договорились?       — Понял, — кивнул он, стараясь, чтобы его голос не дрогнул.       Они поднялись на этаж выше, в главный холл. Всё здесь говорило о деньгах и власти: от массивных дубовых панелей на стенах до хрустальных люстр.       — Меня зовут Симона. Я старший сомелье и твой прямой начальник на сегодняшний вечер, — она произнесла это без тени высокомерия, просто констатируя факт. — Густав отвечает за безопасность и общую организацию, я же за безупречность обслуживания. И за то, чтобы никто из персонала не натворил глупостей.       Она плавным жестом указала на пространство вокруг.       — Твоя зона ответственности этот сектор, — её рука очертила пространство у панорамного окна, где стояли несколько столиков и глубокие кожаные кресла. — Ты обслуживаешь гостей, которые находятся здесь. Твои задачи: вовремя замечать пустые бокалы, предлагать свежие напитки, уносить использованную посуду. Никаких инициатив и никаких разговоров, кроме стандартных фраз. Всё остальное не твоя забота, ясно?       Шанс кивнул, его взгляд скользнул по указанной территории, мысленно фиксируя каждую деталь.       — Ясно.       — Прекрасно, — в её глазах мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее одобрение. — Тогда займи свой пост. Гости начнут прибывать только через час, но лучше будь готов заранее.       С этими словами она удалилась, её каблуки бесшумно скользили по ковру, пока она не растворилась в другом конце зала.       Шанс остался почти один. В помещении также было несколько человек, обслуживающий персонал, как и он, но все были погружены в работу и не обращали на него внимания. Шанс не стал терять время зря и прошёл к своему участку. Легким движением пальцев он проверял устойчивость каждого столика, бегло оценивая, нет ли на темной деревянной поверхности пыли или разводов. Он мысленно отмечал, с какого угла лучше подходить к тому или иному креслу, чтобы оставаться максимально незаметным.       Затем он двинулся к мини-бару. Его пальцы привычным движением нашли незаметную кнопку на деревянной панели. Панель бесшумно отъехала в сторону, обнажив полки с бутылками. Он мысленно сверял расположение с картой, вбитой ему в голову за дни тренировок. Никаких лишних движений, никакого поиска с полминуты, пока важный гость ждет, все должно быть под рукой.       Он проверил инструменты, приборы, салфетки и все остальное, что может пригодиться при обслуживании гостей. Осталось только ждать, слушать и не забывать следить за временем. Шанс отступил на шаг, занимая позицию в легкой тени от колонны и стараясь дышать ровно. Однако одиночество продлилось недолго.       К нему приблизился другой официант, мужчина лет сорока с усталым, но доброжелательным лицом.       — Новенький, да? — тихо спросил он, останавливаясь рядом. — Я Марк, работаю здесь полгода.       Шанс кивнул, стараясь выглядеть скромно и немного неуверенно.       — Артур. Первый день.       — Вижу, — Марк одобрительно оглядел его безупречную униформу. — Форма сидит хорошо. Ты главное не нервничай. Богатые тоже люди, просто у них больше возможностей для капризов.       Из-за спины Марка раздался резкий женский голос.       — Марк, вместо того чтобы пугать новичков, проверь, все ли бокалы в моем секторе на месте.       К ним подошла Симона. Её взгляд скользнул по Шансу, словно оценивая его готовность.       — Я не пугаю, Симона, — вежливо, но твёрдо ответил Марк. — Я просто даю коллеге несколько советов, как не наделать ошибок в первый же вечер.       — Ошибки здесь недопустимы, — холодно ответила Симона. — Лучший совет — делать всё так, как тебя научили, и не проявлять лишней инициативы, — она повернулась к Шансу. — Ты всё проверил?       — Да, — ответил Шанс. — Всё на своих местах.       В этот момент к группе присоединился молодой парень с торопливыми движениями.       — Слышали? Говорят, сам дон Кортес уже в здании! — выпалил он, его глаза блестели от возбуждения.       Симона повернулась к нему с таким ледяным взглядом, что парень сразу смолк.       — Пьер, лучше встань на пост, а не распускай слухи, — её голос был тихим, но каждое слово резало, как лезвие. — Ещё одно подобное слово, и ты будешь искать новую работу. Всё ясно?       — Да, Симона, простите, — смущённо пробормотал Пьер и поспешил ретироваться.       Марк тихо вздохнул.       — Не загоняй его в краску, Симона. У него ещё вся смена впереди.       — Здесь нет места не профессионалам. Если дисциплинарное замечание его смущает, пусть ищет новую работу, — парировала Симона. Она ещё раз обвела взглядом Шанса. — Занимайте свои посты, гости прибывают.       Она развернулась и ушла. Марк на прощание одобрительно подмигнул Шансу.       — Не обращай внимания. У неё характер не сахар, но профессионал она от бога. У неё есть чему поучиться.       С этими словами Марк тоже направился к своему сектору. Шанс остался один, чувствуя нарастающее напряжение в теле. Он занял свой пост, в ожидании прихода гостей. Его пальцы мелко подрагивали, и Шанс опустил взгляд вниз, стараясь не выдать свое волнение.       Персонал, еще секунду назад перешептывавшийся, замер по своим позициям, и тогда двери в зал открылись. Первыми в зал вошли охранники. Не двое, не трое, а целое множество. Они быстро просканировали помещение, отмечая выходы, персонал, и заняли свои позиции в глубине помещения.       Взгляд Шанса на секунду замер на одном из охранников. Мужчина, лет сорока, с идеально выбритыми висками был одет, как и остальные в группе, в тёмный костюм, но Шанс вспомнил его черты лица, которые видел в досье. Именно ему, по плану Мафиозо и Лео, необходимо подбросить конверт. Однако как именно не обсуждалось.       "Необходимо найти предлог отлучиться с поста и дойти до гардероба. Но как мне понять, какое именно пальто его?"       Шанс глянул на время.       21:53       Чуть больше, чем через час, ему надо сделать решающий шаг в их плане. Шанс медленно выдохнул.       Это все так не надежно и рискованно. Однако кровь бурлила и от осознания того, что он, Шанс, тот самый, кого они когда-то посчитали сообщником Мафиозо, стоит здесь и будет обслуживать их этим вечером. И они даже не догадываются.       Но лишь одно знакомое лицо среди охраны, один его неверный жест, слово или взгляд, — и весь их план полетит к чертям. Шанс словит пулю в затылок прямо здесь без предупреждения.       Он само спокойствие, но подрагивающие пальцы выдавали его внутреннюю бурю. Шанс чувствовал, что чистый, как наркотик, адреналин, растекается по его венам и сменяет нервозность на настоящий восторг. Такого кайфа не давали даже самые крупные выигрыши в его казино, и он вновь чувствовал себя по-настоящему живым.       Следом за охраной зашли Кортесы. Первым зашёл официальный представитель Дона Кортесов на переговорах. Мужчина лет пятидесяти, с седеющими висками и умным, пронзительным взглядом из-под очков в тонкой металлической оправе. Он был одет консервативно, в темно-серый костюм без каких-либо лишних деталей. Всё в его образе говорило о спокойствии и сдержанности.       Чуть дальше него шёл парень на вид около двадцати пяти лет. Тут Шанс удивился, его не предупреждали о крупных шишках со стороны Кортесов помимо представителя. А судя по уверенной походке, слишком громком наряде и надменном взгляде, этот человек занимал не последнюю должность. На секунду Шанс начал нервничать, но в следующий момент в нем разыгрался интерес.       Следом зашли представители картеля. Альваро, глава, был высок и строен, одет в костюм цвета слоновой кости, его темные волосы были убраны в идеальный хвост, а на мизинце левой руки поблескивал крупный перстень с темным камнем. Он улыбался, но его глаза, черные и глубокие, оставались холодными.       Рядом с ним шел его помощник. Коренастый, с мощной шеей и руками, его тяжелый взгляд медленно скользил по залу, останавливаясь на каждом лице чуть дольше, чем положено.       Вся группа двинулась к главному столу. Представитель обменялся с Альваро сдержанными кивками. Тот самый парень со стороны Кортесов попытался сделать то же самое, но его кивок вышел резким и немного комичным, что не укрылось от глаз Шанса.       Шанс приступил к работе, как только гости присели за столы. Он бесшумно прошёл по залу, остановившись в паре шагов от своего сектора. Он старался почти не дышать, слиться с обстановкой, как его и учил Лео.       Представитель Кортесов изучал меню вин слишком долго, чтобы со стороны показалось, что ему необходима помощь в выборе.       — Осмелюсь порекомендовать в качестве аперитива Санджовезе 2018 года, синьор? — голос Шанса был чуть громче шепота, но идеально четким.       — Вы пробовали его? — неожиданно спросил мужчина.       — Нет, синьор, — Шанс мягко опустил взгляд. — Но сомелье, который готовил нашу смену, дал очень точное описание. Сухое, с нотами спелой вишни и кожи.       Уголок рта Варгаса дрогнул в подобии улыбки. Он кивнул.       — Любопытно. Давайте.       Пока Шанс наливал, он чувствовал на себе тяжелые взгляды. Симоны, других сомелье, охраны, Кортесов, Альваро и его помощника. Словно все ждут, когда оступится и ошибется.       Альваро не произнёс ни слова. Он лишь слегка пошевелил пальцем, указывая на свой бокал, когда Шанс закончил обслуживать представителя Кортесов. Шанс подошёл, налил, и их взгляды всего на секунду встретились, но по спине пробежал тревожный холодок. В это время к столу подошёл Марк, чтобы обслужить того самого парня, и Шанс поспешил отойти, убедившись, что его помощь пока не требуется.       В целом, вечер проходил спокойно. Шанс рекомендовал вина, подавал, выполнял поручения Симоны. Лишь изредка он кидал быстрый взгляд на часы, проверяя время. Гости пока не переходили к теме сделки, и Шанса это немного нервировало. Словно тут собрались старые знакомые, а не представили двух опасных организаций, которые собирались подписать бумаги на несколько миллионов долларов.       — Молодой человек, принесите, пожалуйста, воды без газа, — неожиданно окликнул Шанса помощник Альваро.       — Сейчас, синьор.       Шанс развернулся, чтобы идти к бару, но его окликнул парень с надменным взглядом. Его голос прозвучал чуть громче, чем нужно.       — Эй, сомелье! А это что за вино? — он показал пальцем на бутылку, которую только что подносили к его бокалу.       — Шато Марго 2010 года, сеньор. Гран крю из Бордо.       — И с чем его пьют? С сыром? — в его голосе слышалась насмешка.       Шанс сохранял бесстрастное выражение лица.       — Это самостоятельное вино, синьор, и ему лучше ничем не мешать. Но если говорить о гастрономических сочетаниях, то его часто подают к жареному ягненку или дичи.       Парень на секунду смутился, затем фыркнул и махнул рукой.       — Ладно-ладно, просто налей.       Шанс налил, отступил и наконец пошел за водой.       Он как раз возвращался с водой, когда Симона возникла на его пути, словно из ниоткуда.       — Артур.       — Симона? — он остановился.       Её взгляд упал на его руки.       — Салфетка. Ты забыл салфетку.       По телу Шанса пробежали мурашки. Это одна из самых глупых ошибок, которую он только мог допустить.       — Да, Симона. Больше не повторится.       — Уверен? — она посмотрела ему прямо в глаза. — Потому что следующая ошибка станет для тебя последней в этом зале.       Она развернулась и ушла. Шанс быстро вернулся за салфеткой, чтобы подать воду, как полагается.       Ноги Шанса ныли от бесконечной беготни. По правилам ему не позволяли даже присесть, а потому максимум, что он мог сделать, чтобы снизить нагрузку с мышц, это незаметно опереться об что-то. Сейчас он пристроился у высокой консоли, делая вид, что изучает винную карту, пока его спина и пятки получали короткую передышку.       В этот момент к нему очень тихо подошёл другой работник зала. Кажется, его звали Пьер, если Шансу не изменяет память. Он был настолько бледен, что казалось, вот-вот упадёт в обморок.       — Артур, да? — неуверенно начал паренёк. Он дрожащими пальцами заправил за ухо длинную прядь. — Прости, пожалуйста, у тебя нет с собой... ну, чего-нибудь? Успокоительного? Любых таблеток?       Шанс удивлённо взглянул на Пьера, на лице которого читалась паника, и попытался мысленно предположить, что могло довести парня до такого состояния.       — Нет, — Шанс ответил ровно, без тени сочувствия или осуждения. — С собой ничего нет. Попробуй глубоко подышать.       Но видимо, в случае Пьера, это не сработает. Он посмотрел на Шанса с таким отчаянием, словно только что решилась его судьба.       — Может лучше выйти на свежий воздух? — предпринял ещё одну попытку помочь Шанс. Пьер отрицательно помотал головой.       — Не могу оставить пост.       — Тогда стоит рассказать Симоне.       — Нет, — Пьер перешёл на шёпот. — Не хочу.       Шанс не стал спорить. В конце концов он правда ничем не может больше помочь. Пьер, не сказав больше ни слова, поплёлся прочь. Плечи его были сгорблены, а походка неуверенной, и Шанс проводил его взглядом.       Шанс вновь посмотрел на время.       22:44       Ему предстояло в скором времени незаметно покинуть зал и подкинуть конверт. Звучало легко, но на деле было далеко не так. А все из-за одного назойливого гостя в вычурном костюме, который начал бесить Шанса чуть ли не с начала вечера.       Шанс понятия не имел, кто этот парень и кем он приходится Кортесам, но его грубое поведение выводило из себя. Каждый раз он подзывал Шанса к себе, как собаку, щелкая пальцами, чтобы попросить что-то до глупости вычурное или попытаться задеть его.       — Это вино отдаёт плесенью. Принеси что-нибудь, что пьют настоящие мужчины, а не эти мамины сынки!       Шанс не понимал, в чем причина. Изначально парень особо не высвечивался, сидел слушал, иногда старался подключаться к диалогу, но выходило из вон рук плохо. В какой-то момент он настолько притих, что про его существование забыл и сам Шанс, но длилось это недолго. Парень стал подзывать его даже по самым незначительным вещам: то салфетка слишком далеко, то бокал неудобно стоит, то приборы грязные (хоть они и были идеально чистыми, Шанс проверял).       В какой-то момент он начал переходить на грубость: не оскорблял, но в его тоне чувствовалась насмешка, словно он король ситуации. Шанс терпел, хоть его и одолевало дикое желание ответить колкостью в ответ.       — Ты за кого меня принимаешь? Я просил изысканный напиток, а не эту кислятину.       Была даже ситуация, когда парень намеренно поставил бокал слишком близко к краю стола, чтобы Шанс, собирая посуду, случайно задел его. Мозг Шанса работал на всю, и такой казусной ситуации удалось избежать, но неприятный осадок остался.       В конце концов, вместо Шанса, к парню подошла Симона. Она ничего не сказала самому Шансу, просто молча наблюдала, перед тем как подменить его. Может она понимала, в какой неприятной ситуации он оказался, а может только собиралась высказать ему о его некомпетентности. Шанс не знал точно, но то, что он всё ещё находится здесь — уже что-то значило.       Шанс думает, что сейчас идеальный момент, чтобы выйти из зала. Все заняты гостями, и его отсутствие, длиною в пару минут, никто не заметит. Конверт во внутреннем кармане жилета обжигал, и он хотел уже как можно быстрее избавиться от него.       Шанс мельком взглянул в сторону выхода и собирался тихо уйти, как вдруг его окликнули.       — Артур.       Симона подкралась незаметно, Шанс клянётся, что видел её в противоположном конце зала всего лишь пару секунд назад. Он вздрогнул от её резкого появления и знал, что сейчас в его глазах читается нервозность на границе со страхом.       — Артур, — тише повторила Симона. В её голосе чувствовались нотки усталости, но Шанс опустил взгляд вниз и не осмелился посмотреть на её лицо. — Поменяй свечи в подсвечниках в коридоре, я тут закончу сама.       Шанс приподнял брови в удивлении. Замена свечей была работой для младшего персонала, не для него. Но приказ был отдан мягко, почти с оттенком заботы, а потому, возможно, Симона просто видела его напряжение. Либо же хотела таким образом избавиться от него.       — Конечно, — коротко ответил Шанс. Сначала хотелось спорить, но потом он понял: эта ситуация идеальная возможность выполнить часть плана.       Шанс в последний раз кинул взгляд на время и направился в коридор. По пути он зашёл в подсобку, чтобы взять свечи.       В коридоре было тихо и свежо, что ни в коем разе не сравнится с душным залом. Шанс решил, что сделает все быстро и идеально, а потому сразу же приступил к поручению. Про себя он считал секунды.       Он методично начал менять свечи в первых же подсвечниках. Убирал остатки грязи, протирал тряпкой и твёрдо устанавливал свечу с каплей расплавленного воска.Выходило достаточно быстро и аккуратно, а потому спустя пару минут коробка была уже наполовину пуста.       Шанс собирался завернуть за угол, как вдруг двери в зал резко открываются. Оттуда быстрым шагов вышел тот парень с надменным взглядом, и Шанс чуть скрипнул зубами, увидев его. Он почти мчался по коридору, не обращая ни на что внимания, и не отрывал глаз от телефона. Шанс молча пялился на то, как он быстро прошёл по коридору.       Парень хотел было завернуть за угол, но неожиданно на него налетел крупного телосложения мужчина. Столкнулись больно, Шанс даже чуть сморщился, наблюдая за этим, но никто не упал.       — Синьор Серджио! Прошу прощения, я не заметил! — охранник вытянулся в струнку. В его руках был телефон, который он тут же поспешил убрать.       Серджио. Теперь Шанс знает, как зовут этого невоспитанного сынка.       — Смотри под ноги, болван. Если бы ты так же следил за подозрительными, как за своим телефоном, мой отец спал бы спокойнее.       Он не стал даже его отчитывать дальше, просто махнул рукой, как отмахиваются от назойливой мухи. Серджио уже завернул за угол, пока Шанс тупо пялился в пустоту.       В голове промелькнула мысль, немного тревожная, но от этого интерес Шанса только вырос.       Охранник прошёл дальше, скрываясь за дверьми зала, а Шанс в это время поспешил дальше менять свечи. Осталось совсем немного времени, а потому ему следует ускориться. Провал в его случае недопустим.       Коробка почти опустела. Он подошел к последнему столику в этом коридоре, недалеко от дверей туалета. Оттуда доносилась приглушенная музыка, Шанс случайно мазнул пальцем по горячему воску и обжегся. На коже осталось небольшое красное пятнышко, которое почти не болело.       Неожиданно Шанс услышал голос. Он едва слышно доносился из-за двери туалета, но достаточно, чтобы различить отдельные слова.       — ... Не представляешь, какая тут тоска! Старики бубнят о каких-то контейнерах... Да я за минуту нашёл бы им порт и получше!       Шанс сразу же узнал голос Серджио. Судя по долгим паузам, парень, вероятнее всего, разговаривал по телефону. Шанс огляделся и подошёл чуть ближе, стараясь урвать из чужого разговора как можно больше.       — ...А главное, они все тут такие серьёзные, ходят хмурые... А сами ведь картель кинуть собираются! У папы уже есть договорённость с чилийцами, их порты куда выгоднее... Да чёрт с ними, с этими южноамериканцами! Пусть сами свои наркотики возят!       Папа. Чилийские порты. Срыв сделки.       Шанс почти не слушал, что было дальше. Он судорожно пытался осмыслить информацию и не понимал, что его больше шокирует: то, что Серджио сын Дона Кортеса, или то, что Кортесы изначально не собирались подписывать договор с картелем.       Для чего тогда весь этот фарс? Зачем Кортесам тратить столько времени и ресурсов, чтобы заключить сделку с теми, кто им не нужен?       Спустя пару секунд Шанс понимает — как бы грубо не звучало "кинуть" из рта Серджио, на деле Кортесы не будут портить свою репутацию. Скорее всего они подпишут бумаги, Кортесы используют картель в своих целях, либо же подставят их. Шанс не знает наверняка, но придерживается больше второго варианта.       "А Мафиозо знает об этом?"       Скорее всего нет, промелькнуло в голове Шанса, и теперь ситуация становится почти безвыходной. Потому что изначальный план был хорош против жадных и уязвимых Кортесов, а не тех, кто уже набил свои кошельки. Потому что Кортесы подпишут сделку в любом случае, не ради денег, а ради чего-то другого, и им будет плевать на угон фуры, даже если Шанс подкинет этот проклятый конверт.       Мафиозо хотел, чтобы Кортесы сами согласились на невыгодные условия, но не учёл, что они это сделают и без его вмешательства.       Вот и получается, что Шанс тут зря рискует своей жизнью. Горькая, едкая усмешка подступила к горлу. Его унизительная роль сомелье, нервное напряжение, страх провала и смерти — все это было бессмысленным. Мафиозо, со своим контролем и расчетом, просчитался. План босса мафии оказался наивным и прямолинейным по сравнению с изощрённым коварством Кортесов.       И в этот момент пустота внутри сменилась решительностью.       "Хорошо", — подумал Шанс, и его губы тронула чуть заметная улыбка. — "Если мой босс не справился, значит, пора брать инициативу в свои руки".       План созрел почти мгновенно, был опасным и рискованным, но Шанс не из тех, кто будет отступать в конце пути.       Он бросил коробку и поспешил к залу. Его сердце бешено билось, он слышал собственный пульс в ушах, а руки мелко подрагивали, но он продолжал идти. Зал встретил привычной духотой, но Шанс почти не обращал на это внимание. Он завидел Симону и поспешил к ней.       — Поручение выполнено, — резко начал Шанс. — Позвольте я...       — Молодец, — прервала Симона, оглядев его с ног до головы. — Теперь, будь добр, убери со столов в своём секторе. Гости перейдут в другой зал для продолжения переговоров.       — Конечно. Куда мне подойти потом?       — Никуда, можешь отдохнуть, пока переговоры не закончатся. Потом уберешь в зале.       Внутри Шанса все упало.       — То есть... я не обслуживаю гостей во время переговоров?       — Нет. Этим займутся Марк и Пьер.       Её слова прозвучали как приговор. Его план рассыпался в прах в считанные секунды. Адреналин превратился в липкий страх. Он механически повернулся и поплёлся в подсобку, не видя ничего перед собой.       Его трясло и казалось, что он вот-вот задохнется. Шанс дрожащими руками дернул за ручку и резко закрыл за собой дверь. Он прислонился спиной к холодному дереву, пытаясь вдохнуть, но воздух не шёл. В горле застрял ком, в висках стучало, а перед глазами плясали чёрные пятна.       "Соберись, чёрт возьми, соберись!" — яростно приказал он сам себе, но тело не слушалось. Ладони скользили по гладкой поверхности, не находя опоры. Он съехал по двери на пол, на холодную кафельную плитку, и судорожно обхватил колени, пытаясь стать меньше, спрятаться. Это был провал, полный и оглушительный провал.       Тут неожиданно из глубины подсобки донесся всхлип. Тихий, и Шанс подумал, что сам издал такой звук, но затем он пригляделся. В дальнем углу, на ящике, сидел Пьер. Он был еще бледнее Шанса, его лицо покрывала мертвенная белизна, а взгляд был устремлен в одну точку, полный животного ужаса. Он не просто плохо себя чувствовал, он был в такой же глубокой панике, как и Шанс.       Шанс яростно провел ладонью по лицу и поднялся на дрожащие ноги. Он сделал шаг вглубь комнаты. Пьер даже не пошевелился, не отвел своего остекленевшего взгляда.       — Пьер, — тихо, но чётко произнес Шанс.       Тот медленно перевел на него глаза. В них не было осознания, только паника.       — Они не пустили меня к столу, — голос Шанса был тихим и полным отчаяния. — А ты, я смотрю, и вовсе в строй не готов.       Пьер бессильно кивнул, сглотнув.       — Я... я не могу. У меня руки трясутся. Я всё уроню.       — Именно, — Шанс подошел ближе и присел перед ним на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. Его собственный страх куда-то испарился. — Ты всё уронишь. Ты опозоришь себя и Симону на глазах у самых важных гостей, и тебя вышвырнут навсегда с позором.       Шанс не понимал, что он говорит. Слова сами вырвались из него, а тело Пьера пробила крупная дрожь.       — Но есть другой вариант, — Шанс смягчил голос, сделав его почти дружеским. — Я могу тебя подменить.       Пьер уставился на него, не понимая.       — Симона же сказала...       — Симона не узнает, — перебил его Шанс. Казалось, его глаза горели в полумраке подсобки. — А если узнает, то будет благодарна, что кто-то спас ситуацию, когда один из её сотрудников слёг.       Он видел, как в глазах Пьера борются страх и надежда.       — Я пройду вместо тебя, скажу Марку, что тебе внезапно стало плохо, и я вынужден тебя подменить. Всего один вечер. Мы одного роста, форма одинаковая, никто не заметит, — продолжал давить Шанс.       — Ты... ты справишься? — прошептал Пьер. — Там особый протокол, винная карта...       — Я изучу её по дороге. Доверься мне.       Пьер закрыл глаза и кивнул, сдаваясь.       Через минуту Шанс уже выходил из подсобки. Его руки все ещё мелко подрагивали, но лёгкая надежда успокаивала его и придавала силы. Он направился к Марку, который в панике искал глазами своего напарника.       — Марк, — Шанс подошёл к нему, снизив голос до шёпота. — С Пьером беда. Его прямо сейчас вырвало в подсобке, и он не встаёт. Симона сказала, чтобы я его подменил.       Марк, на чьём лице был написан ужас грядущего скандала, был на нервах.       — Чёрт! Ладно... Ты хоть знаешь...       — Я всё знаю, — Шанс уверенно перебил его. — Веди.       Они минуту шли по коридору быстрым шагом. Шанс по пути читал винную карту, но абсолютно все вылетало из головы. Его мысли были заняты новым планом, и он не мог сконцентрироваться ни на чем больше, кроме предстоящих действий.       Они добрались до массивных дверей, и Шанс забежал за Марком внутрь, проходя мимо охранников. Комната была залита мягким светом, слышался тихий гул деловых разговоров, а воздух казался тяжёлым от запаха дорогих сигар и вина. Переговоры только-только начались, и Шанс стал сканировать помещение и вслушиваться в напряжённый разговор.       Зал был просторным: посередине стоял большой стол, на котором уже были разложены документы и схемы, отдельная часть помещения была отведена под буфет и мини-бар, а с противоположной стороны располагался вход на террасу. Шанс также отметил невзрачную дверь в служебное помещение, где, скорее всего, хранился весь инвентарь.       Шанс напряженно приступил к работе, стараясь слиться с окружением, и выжидал момент, когда глава картеля Альваро останется один. Он безупречно подливал вино, менял пепельницы, подавал канапе, его движения были отточены и не привлекали внимания. Он старался не выдать свою нервозность, ведь только об одной мысли о своём следующем шаге у него пересыхало в горле.       Однако подходящий момент все никак не наступал, Альваро все время находился в компании кого-то во время перерыва, и это было то, чего Шанс не мог исправить. Поэтому глядя на то, как переговоры плавно перетекают к этапу с подписанием бумаг, Шанса чуть не охватила настоящая паника.       Ему надо что-то придумать, причем срочно.       Взгляд Шанса быстро пробежался по помещению, пытаясь найти хоть что-то, что может ему помочь сейчас. Его внимание привлекла терраса, затем вход в служебное помещение, и в голове всплыло воспоминание, как Марк полчаса назад ходил менять сигары наружу. Шансу сразу пришла идея, очень рискованная и ненадежная, но у него больше ничего не оставалось.       Он дошёл до двери в подсобку, поймав по пути немного озадаченный взгляд Марка. Внутри небольшой комнатки нашёл упаковку дорогих сигар и вышел, вцепившись в коробочку пальцами.       — Итак, Альваро, — голос представителя Кортесов был немного уставшим. — Все формальности согласованы. Наши доки будут ждать ваших кораблей. Осталось лишь подписать.       Альваро откинулся на спинку стула.       — Меня беспокоит логистика. Ваши мощности могут не справиться с нашими объёмами.       — Наши мощности справятся с чем угодно, — отрезал представитель. — Мы десятилетиями отстраивали эту сеть.       Именно в этот момент Шанс остановился и посмотрел на Альваро. Всё в нем кричало о том, что это опасно и не стоит идти на рожон, но он выжидал, пока наконец Дон картеля обратит на него внимание.       — Я на протяжение долгого времени изучал ваши отчёты, — вновь начал Альваро. Он потянулся за бокалом, и в этот момент его взгляд столкнулся со взглядом Шанса.       Он так и не закончил фразу, а Шанс, не моргая, сделал едва заметный кивок в сторону выхода на террасу. Это была слепая ставка, и Шанс надеется, что удача будет на его стороне.       Он собирался сразу же направиться в указанное им же место, но резко на его плечо упала тяжёлая рука.       — Какие-то проблемы?       Шанс вздрогнул и посмотрел на суровое лицо охранника.       — Нет. Прошу прощения, задумался, — не думая, выпалил Шанс. Охранник слишком пристально смотрел на него, и он, не зная что ещё делать, указал на коробку в руке. — Извините, мне надо работать.       Шанс выскользнул из под тяжёлой руки и направился на балкон. Он с тихими щелчком закрыл дверь на террасу и сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие холодным морским воздухом. Он чувствовал, как горело его тело от страха, напряжения, адреналина.       Шанс медленно, слишком медленно стал менять менять сигары. Его трясло, и мысленно он молился, что его немое сообщение поняли. Иначе все это зря, и он в самом деле бесполезен.       Время текло слишком долго, Шанс считал про себя секунды, но каждый раз сбивался. Он почти закончил раскладывать сигары, и внутри него, с каждой табачной палочкой, что-то обрывалось от отчаяния.       Неожиданно дверь на террасу открылась. Шанс с большим трудом сдержал порыв повернуться и посмотреть, кто зашёл. Он слышал тихие шаги, звук зажигалки и слабый выдох человека, но не мог понять, кто именно это был.       Шанс постарался максимально незаметно посмотреть назад. Какое же было его счастье, когда у перил стоял Альваро. Совершенно один, как ему и нужно было. Шанс с трудом сдержал улыбку.       Он молчал, и Шанс, преодолевая страх, набрал полную грудь воздуха.       — Странно... так уверенно говорить о своих портах, когда настоящий интерес лежит совсем в другом месте, — тихо произнёс Шанс, будто обращаясь к самому себе, но достаточно громко, чтобы быть услышанным.       Альваро медленно повернул голову. Его взгляд, тяжёлый и подозрительный, скользнул по фигуре Шанса.       — Ты ко мне обращаешься?       Шанс не смел больше смотреть на Альваро и делал вид, что выполняет свою работу.       — Просто... если бы я вкладывал столько сил в сделку, я бы убедился, что мой партнёр не ищет мне замену на другом берегу океана. Чилийский берег, говорят, очень приветлив к тем, у кого есть нужные связи.       — У тебя очень громкие слова для человека с подносом, — произнёс Альваро. — Говори прямо, что ты знаешь?       — Я знаю, что слышал, — Шанс опустил голос до шёпота. — Слишком много разговоров о Чили и их портах сегодня вечером. Мне просто жаль смотреть, как умный человек тратит время на тех, кто уже завёл новых друзей.       Шанс не ждал ответа. Он быстро направился к выходу, ибо и так слишком задержался здесь, и если бы он пробыл тут ещё дольше, то это вызвало ещё больше сомнений в его сторону. В зале все также было душно, гости о чем-то тихо разговаривали, но Шанс не слушал. Пульс бил прямо в виски, перед глазами плыло. Руки заметно тряслись, но он больше не пытался это скрыть. Он выполнил самую рискованную часть своего плана, но радоваться не хотелось. Как минимум потому, что переговоры ещё не закончились.       Он не дал никаких фактов или доказательств, но он посеял сомнение, и он очень надеялся, что это сработает.       Вернувшись в зал переговоров, Альваро не подал виду. Разговоры о сделке возобновились, и Шанс чувствовал, как с каждой брошенной фразой, ему становилось все сложнее стоять на ногах. В голове промелькнула мысль про тот самый жетон, который дал ему Лео. Стоило ли его использовать сейчас?       Однако когда представитель Кортесов снова заговорил о выгодах сотрудничества, Альваро мягко его перебил:       — Вы знаете, в нашем бизнесе самое ценное не деньги, а время. И доверие, — Альваро сделал паузу. Шанс, устремив взгляд в пол, чувствовал, как по вискам бежит холодный пот.       Альваро, как на зло, не спешил продолжать. Шанс мог стоять на ногах только благодаря силе воли.       — И мне кажется, что прежде чем подписывать что-либо, мне стоит потратить немного времени, чтобы заново оценить, заслуживаете ли вы доверия для таких долгосрочных проектов. Учитывая некоторые... слухи о ваших приоритетах.       Шанс почти физически чувствовал, как с него упал тяжёлый груз. Его тело, находившиеся все это время в диком напряжении, наконец немного расслабилось, и ему пришлось опереться об стену, чтобы не упасть.       Далее все происходило как в тумане. Шанс не слышал ответ Кортесов, не помнил, как закончились переговоры. Мысль в голове, такая опьяняющая и целительная, не покидала его. Он справился. Его план сработал.       Он не помнил, как Симона отчитывала его, когда все закончилось. Её слова проходили сквозь него, и ему приходилось лишь послушно кивать и произносить извинения. Ему не позволили закрыть смену, его выгнали, как только гости покинули клуб, но все это было совершенно неважно.       Он пришёл в себя, только когда вышел на улицу и прошёл несколько метров. Его голова обрела каплю ясности, и он вдруг понял, что ему крайне тяжело держаться на ногах. Его подкосило, поэтому пришлось опереться об стену, а следом присесть на грязные ступени какого-то склада. Его всего трясло, на глазах навернулись слезы, но он чувствовал умопомрачительный вкус победы.       Он судорожно вдыхал холодный воздух, и каждый вдох будто обжигал его легкие. Слёзы текли по его лицу сами по себе, без рыданий и прочего. Он сжал дрожащие колени руками, пытаясь унять дрожь, и усмехнулся в темноту.       Это была удивительная игра, которую он запомнит до конца своих дней.       Стоило кому-то написать, позвонить, отчитаться, добраться до квартиры, в конце концов, но сейчас это казалось таким неважным, чем-то второсортным. В голове была одна единственная мысль, отмахнуться от которой не было ни сил, ни желания:       Он справился. Его босс будет доволен.