Dark Signs

Утро вторника. Эмма проснулась, мягкий свет проникал сквозь занавески. Вздохнув, она потянулась к телефону на прикроватном столике. Ее сердце екнуло, когда она увидела сообщение на экране. «Буду ли я когда-нибудь прощен? Я идиот. Мне так жаль, Эмма» Она прижала телефон к груди и закрыла глаза. Прошлой ночью она не пролила ни слезинки, но сейчас почувствовала непреодолимое желание заплакать — не от печали, а от облегчения. Бурная реакция застала ее врасплох. После всего, что рассказал ей Хен Мин, в ее голове должны были появиться тревожные звоночки. Ей следовало быть осторожной. Но вместо этого она почувствовала неоспоримый прилив радости от того, что Ин Хо написал ей. Открыв ветку сообщений, Эмма дрожащими пальцами напечатала ответ. «Конечно. Мне не следовало приходить без предупреждения. Извини». Сердце бешено колотилось у нее в груди, когда она нажала «Отправить». Что со мной не так? Подумала она, прикусив губу. Почему я так безнадежно влюблена в этого сложного, самодостаточного человека? На экране высветилось новое уведомление, заставившее ее подпрыгнуть. «Приятно слышать. Кажется, я вчера слишком много выпил. Это было ошибкой» Секунду спустя в чате появился веселый смайлик. Это был такой маленький жест, но он почти растопил сердце Эммы. Она уставилась на экран, в ее мыслях царил хаос. Логика подсказывала ей быть осторожной, задавать вопросы, держаться на расстоянии. Но эмоции шептали совсем другое —рискни. Эмма вздохнула, кладя телефон обратно на прикроватный столик. Она чувствовала, что ее решимость улетучивается. Какими бы ни были последствия, она пока не была готова расстаться с Ин Хо. Неделя пролетела в вихре лекций, заданий и вечерних групповых занятий. В тихие вечерние часы Эмма и Ин Хо обменивались сообщениями, рассказывая друг другу о том, как прошел день. Хотя Эмма понимала, что Ин Хо не из ее поколения, которое всегда было в «сети», его содержательные сообщения давали ей почувствовать, что ее замечают и ценят. Каждое из них подрывало ее решимость, и с каждым днем она все больше привязывалась к нему. К радости Эммы, Ин Хо даже согласился пойти с ней на вечеринку по случаю дня рождения Е Чжин, которая должна была состояться в субботу. Она с трудом сдерживала волнение, считая дни, как ребенок в ожидании рождественского утра. — Итак, что именно мы поместим на этот слайд? — Спросила Нора с нотками разочарования в голосе. Казалось, весь вечер ее никто не слушал. — Что ты подаришь мне на день рождения? — Спросила Е Чжин, лежа на полу в гостиной и листая что-то в телефоне. — Я же говорила тебе, что это плохая идея — нам троим заниматься совместным проектом, — со вздохом сказала Эмма. — Это один из немногих курсов, которые мы посещаем все вместе. Почему бы нам не воспользоваться этим? — ответила Е Чжин, не поднимая взгляда. — Потому что я хочу получить хорошую оценку, а ты лежишь тут и ничего не делаешь, —со смехом парировала Эмма, слегка подталкивая подругу ногой. — Кроме того, — вмешалась Нора, глядя на Е Чжина из-за своего ноутбука, — ты сказала, что завалила этот курс в прошлом году. Не пора ли тебе это исправить? — Ладно, ладно, хорошо. — Е Чжин театрально застонала, встала и подошла к ноутбуку Норы. — Я куплю тебе подарок на день рождения завтра, — сказала Эмма, возвращая разговор к текущей теме. Затем, после короткой паузы, она тихо добавила, — кстати, Ин Хо пойдет со мной на вечеринку. Комната ожила в восторженных криках. Эмма не поделилась со своими подругами о пьяном инциденте в квартире Ин Хо, в котором она призналась Хен Мину. Она была полна решимости забыть об этом и сосредоточиться на настоящем. — Это будет вечеринка века, запомните мои слова, — заявила Е Чжин, не скрывая своего энтузиазма. — Я арендовала помещение для проведения мероприятия — персонал, горячие ванны, закуски и напитки. Прямо в центре города. Это будет что-то новое! Эмма не могла сдержать улыбки, когда Е Чжин вырисовывала картину предстоящего торжества. На мгновение она позволила себе представить тот вечер: огни, музыку и Ин Хо рядом с ней. Она не могла дождаться. В субботу Эмма тщательно готовилась. Она надела изумрудно-зеленое платье, сапоги до колен и аккуратно уложила волосы мягкими волнами. Девушка не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой красивой. Схватив сумочку и аккуратно завернутый подарок для Е Чжин, она направилась в центр города, где вечеринка была уже в самом разгаре. Праздничная атмосфера мероприятия была очевидна даже с улицы. Из здания доносилась музыка, приглушенный гул смеха и разговоров смешивался с басами. Эмма сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем войти внутрь. Как только она вошла, Е Чжин появилась из ниоткуда и заключила Эмму в теплые объятия. — Эмма! — Е Чжин просияла, когда Эмма вручала подарок. — Кое-что специально для тебя, — сказала Эмма с улыбкой. — Где твой избранник? — спросила Е Чжин, оглядывая комнату за спиной Эммы. — Он сказал, что будет чуть позже, — ответила Эмма, стараясь, чтобы ее голос звучал непринужденно. По правде говоря, она была встревожена. Прошла почти неделя с тех пор, как она в последний раз видела Ин Хо, и их последняя встреча была не слишком радостной. Она молча надеялась, что он все таки приедет. — Пойдем, возьмем что-нибудь перекусить и выпить, — сказала Е Чжин, подводя Эмму к к бару. Зал был великолепен. Сверкающие огни отражались от стен, диджей крутил энергичные треки, и все пространство излучало ощущение роскоши. Это напоминало об обеспеченных родителях Е Чжина, которые явно не пожалели денег, чтобы сделать вечеринку своей дочери незабываемой. — Кстати, это мой брат, — произнесла Е Чжин, указывая на мужчину лет тридцати с небольшим, который с теплой улыбкой протянул руку. — Приятно познакомиться, — начал он, и его дружелюбный тон заставил Эмму почувствовать себя комфортно. Эмма пожала ему руку и ответила на приветствие, прежде чем оглядеть зал. Хен мин уже был там, смеясь с группой своих друзей, а также несколько знакомых лиц с универа. Толпа была впечатляющей — друзья, приятельницы и даже несколько незнакомцев. Это действительно было похоже на вечеринку века, как и обещала Е Чжин. Но пока Эмма потягивала свой напиток и обменивалась любезностями с остальными, ее мысли все время возвращались к двери. Появится ли Ин Хо? Или он передумал? Внезапно дверь открылась, и в комнате, казалось, что-то слегка изменилось, когда внутрь вошел новоприбывший. Сердце Эммы екнуло. Вот и он. Его присутствие привлекало внимание, несмотря на многолюдную, оживленную атмосферу. Как и всегда он был идеально одет, в чертовски подходящий ему черный блейзер поверх белоснежной рубашки, от него исходил едва уловимый аромат одеколона, который ощущался при движении. Его глаза изучали, осматривали комнату, пока не встретились с глазами Эммы. Она почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Ее нервозность сменилась чувством облегчения и некого возбуждения, когда она подняла руку в легком приветствии. Губы Ин Хо изогнулись в легкой улыбке, когда он направился к ней, легко пробираясь сквозь толпу. — Привет, — тихо сказал он, когда подошел к ней, его голос был низким, но теплым. —Ты все таки пришел, — ответила Эмма, и ее улыбка стала шире, когда она посмотрела на него. — Я бы не пропустил это, — сказал он, бросив быстрый взгляд на сверкающий пейзаж вокруг них, прежде чем его внимание вернулось к ней. — Ты выглядишь невероятно. Эмма покраснела и заправила прядь волос за ухо. — Спасибо. Ты тоже неплохо выглядишь. Рядом с ними появилась Е Чжин, с любопытством переводя взгляд с Эммы на Ин Хо. — А, вот и знаменитый прекрасный принц, о котором я так много слышала, —подразнила ее Е Чжин с озорной улыбкой. — Ин Хо, познакомься, это Е Чжин — звезда вечера, — сказала Эмма, с гордостью указывая на свою подругу. — С Днем рождения, — с вежливой теплотой произнес Ин Хо, протягивая бутылку шампанского. — Спасибо! Эмма много о вас рассказывала, — ответила Е Чжин, беря бутылку с улыбкой, в которой были и очарование, и игривый взгляд. — И я должна сказать, что вы действительно похожи на джентльмена, которого она описала. — Ее слова дразняще повисли в воздухе, когда она перевела взгляд на Эмму, которая уже покраснела. — Правда? — Ин Хо ответил легкой улыбкой, его взгляд задержался на Эмме так, что у нее перехватило дыхание. Е Чжин сияла, явно наслаждаясь происходящим. — Что ж, напитки за счет заведения, так что наслаждайтесь! — Эффектно взмахнув рукой, она развернулась и направилась сквозь толпу, оставив Эмму и Ин Хо стоять на месте. На мгновение они замолчали, энергия комнаты закружилась вокруг них. Басы музыки мягко отдавались в груди Эммы, но больше всего она почувствовала спокойную напряженность во взгляде Ин Хо. — Я думала, что, ты не придешь, — призналась она, ее голос был таким тихим, что едва можно было услышать среди окружающего шума. — Как я мог не прийти? — Просто сказал Ин Хо, его голос звучал ровно, его глаза не отрывались от ее. Теплота в его голосе растопила напряжение, которое весь вечер давило на Эмму. Она указала на буфетный стол, пытаясь сосредоточиться на чем-то осязаемом. — Давай выпьем? Он кивнул, и они пошли вместе, пробираясь сквозь оживленные группы людей. Для Эммы оживленный хаос вечеринки отошел на второй план. Рядом с Ин Хо мир казался меньше и уютнее. Когда они подошли к бару, Эмма заметила Хен Мина, небрежно прислонившегося к стойке. Его проницательный взгляд проследил за их приближением, и когда их взгляды встретились, выражение его лица было спокойным, но с невысказанным вопросом. Эмма ответила быстрой улыбкой, безмолвной уверенностью в том, что все в порядке, независимо от того, верила ли она сама в это до конца или нет. — Хороший вечер, — сказал Ин Хо с мягкой, но искренней улыбкой, от которой Эмма почувствовала себя уверенной и легкой одновременно. Она посмотрела на бокал в его руке, и ее мысли на мгновение вернулись к тому моменту, когда он был пьян, когда они виделись в последний раз. Воспоминание пронзило ее, но сегодня вечером Ин Хо казался другим — его присутствие было спокойным, его обаяние — непринужденным. Когда его рука коснулась ее плеча, прикосновение было нежным, но обдуманным, легким, но убедительным жестом. Это казалось естественным, как будто так и должно было быть всегда. Но Эмма знала, что это не так. Ин Хо не был ее парнем. Они не были парой, и скоро она вернется домой. Несмотря на это, она позволила себе раствориться в этом моменте, погрузиться в фантазии, пока они длились. Она оттолкнула реальность своего предстоящего отъезда. Они направились в гостиную, где собралась группа их друзей. Эмма не могла не заметить взгляды, брошенные в их сторону — одни с любопытством, другие почти с восхищением. Это вызвало легкое беспокойство в ее груди, но чувство улетучилось, когда Ин Хо, настоящий джентльмен, пододвинул ей стул, чтобы она могла сесть. Этот простой жест заставил ее сердце замереть, и она почувствовала себя увереннее в этом моменте. Вскоре к ним присоединились Нора и Е Чжин, а также группа их друзей. Среди них был и Хен Мин, чей острый взгляд задержался на Эмме и Ин Хо. За столом было оживленно: слышались разговоры, смешанные со смехом, поддразнивания и время от времени поднимаемые бокалы. Но за всем этим чувствовалось напряжение — невысказанное любопытство к мужчине, сидевшему рядом с Эммой. Она чувствовала это как статическое напряжение в воздухе, но Ин Хо казался совершенно спокойным, его спокойное поведение было непоколебимым, когда он обменивался вежливыми словами с остальными. Е Чжин наклонилась вперед с озорным блеском в глазах. — Итак, что именно привлекло вас в нашей Эмме? — спросила она, широко и с любопытством улыбаясь. Эмма застонала, смущенно махнув рукой, ее щеки порозовели. — Ты можешь не отвечать на это, — пробормотала она, явно смущенная. Но Ин Хо усмехнулся, его голос был теплым и ровным. — Нет, я не против ответить, — сказал он с легкостью. — Она невероятно красивая, умная девушка и к тому же веселая, — добавил он, взглянув на Эмму с улыбкой, от которой у нее замерло сердце. — И ты бы никогда не причинил ей вреда, верно? — Вмешался Хен мин, его голос был спокоен, но в нем слышалось едва уловимое предупреждение. Эмма бросила на него взгляд, нахмурив брови. — Не обращай на него внимания, — сказала Е Чжин, пренебрежительно махнув рукой. — Он думает, что он старший брат Эммы или что-то в этом роде. Губы Хен Мина изогнулись в слабой улыбке, но его взгляд оставался прикованным к Ин Хо. — Просто присматриваю за другом, — сказал он, его тон был неторопливым, как будто он взвешивал каждое слово. Ин Хо небрежно откинулся назад, олицетворяя самообладание. — Конечно, я бы никогда не причинил ей вреда, — ответил он в своей обычной непринужденной манере, которая заставляла его казаться искренним. Но для Эммы это было также напоминанием о том, что за его обаянием скрывались слои, которые она не была уверена, что полностью разгадала. Ее взгляд скользнул по столу, снова задержавшись на Хен Мине. Выражение его лица было непроницаемым, но что-то в его взгляде заставило ее сжаться в комок, чувство, которое она не могла объяснить. Под столом она почувствовала, как пальцы Ин Хо слегка коснулись ее. Его прикосновение было едва заметным, но настойчивым, от которого у нее по спине пробежали мурашки. Она повернулась, чтобы посмотреть на него, и в этот момент комната, казалось, исчезла — шум, настороженные взгляды, даже ее недавние сомнения. Брат Е Чжин сел рядом со своей сестрой, его взгляд скользнул по столу, прежде чем на мгновение задержаться на Ин Хо. Эмма не могла не заметить паузы, того, как его глаза слегка сузились, словно он запоминал какую-то деталь, которую никак не мог вспомнить. У нее скрутило живот, и непрошеные мысли хлынули в голову — сценарии, в которых Ин Хо каким-то образом был преступником, связанным с братом Е Чжин, который по счастливой случайности оказался офицером полиции. — Мы знакомы? — спросил он спокойным, но испытующим голосом. Ин Хо слабо улыбнулся и покачал головой. — Не думаю. Обмен репликами был коротким, но Эмма почувствовала, как в воздухе повисло что-то невысказанное. Брат Е Чжин не стал настаивать, но его взгляд задержался на Ин Хо на мгновение дольше, чем следовало, наблюдая и анализируя. Эмма заставила себя отвести взгляд, убеждая себя, что это ничего не значит. Это не должно было что-то значить. Она не хотела знать, не хотела, чтобы что-то нарушило хрупкое равновесие этого прекрасного вечера. Напряжение постепенно спадало. Они смеялись, разговаривали и чокались бокалами, и тяжесть прежних подозрений рассеялась в тепле беседы и празднования. Это был вечер чистой радости — легкий, беззаботный и совершенно очаровательный. И по мере того, как проходили часы, количество гостей начало уменьшаться. Они выходили на заснеженные улицы, где одни направлялись домой, другие — на дальнейшие мероприятия. Оживленный гул в зале стих, и Эмма поняла, что ей не хочется, чтобы вечер заканчивался. — Ты готова идти? — Тихо спросил Ин Хо, стоя рядом с ней. От его голоса у нее в груди все затрепетало, и, хотя каждая клеточка ее существа хотела остаться в этой волшебной ночи, она неохотно кивнула. Прежде чем она успела заговорить, он добавил: — Не хотела бы поехать ко мне? Сердце Эммы бешено заколотилось, пульс отдавался в ушах. Она встретилась с ним взглядом, и вопрос повис между ними, как хрупкая нить. Затаив дыхание, она слегка кивнула. — Спасибо за вечеринку. Думаю, нам пора уходить, — вежливо сказал Ин Хо, поворачиваясь к Е Чжин. Е Чжин заключила Эмму в теплые объятия, дразняще прошептав: — Не делай ничего, чего бы я не сделала, — прежде чем отстраниться с понимающим видом, от которого у Эммы вспыхнуло лицо. Они вышли в ночь, где снег падал мягкими, бесшумными хлопьями, покрывая улицы мерцающим белым покрывалом. Воздух был свежим и прохладным, но Эмма едва замечала это, стараясь не отставать от Ин Хо. — Может, вызовем такси? — спросила она. — Не нужно, — ответил Ин Хо. — Моя машина уже в пути. Эмма слегка нахмурилась, собираясь задать еще вопрос, но тут к тротуару подъехал блестящий черный лимузин. Ин Хо открыла дверцу и жестом пригласила ее войти. — После тебя. Эмма замерла, у нее перехватило дыхание. Абсолютная элегантность автомобиля, манера держаться Ин Хо — все это ошеломляло, как сцена из сна, в котором она не была до конца уверена, что ей место. Подавив удивление, она забралась в лимузин. В салоне пахло полированной кожей и сдержанной роскошью, в воздухе витал слабый аромат одеколона. Она опустилась на сиденье, поглаживая пальцами гладкую кожу и пытаясь привести в порядок мысли. Ин Хо сел рядом с ней, и его присутствие заполнило пространство, когда машина плавно тронулась по заснеженным улицам. Эмма взглянула на него, в ее голове смешались восхищение, вопросы и что-то более глубокое, чему она не могла дать точного названия. Он не сразу взглянул на нее, но когда он это сделал, его улыбка была слабой, почти загадочной. — Ты не ожидала этого, не так ли? Эмма покачала головой, не в силах подобрать нужные слова. Свет потускнел, окутав их интимной тенью. Перегородка между передним и задним сиденьями скрывала водителя, позволяя легко забыть о существовании кого-либо еще. Они были только вдвоем, уютно устроившись в тихой роскоши заднего сиденья лимузина. Уши Эммы были наполнены оглушительным стуком ее собственного сердца. Она медленно повернула голову и обнаружила, что Ин Хо уже наблюдает за ней. Его пристальный взгляд был пронзительным, и все же он на мгновение опустился на ее губы, посылая электрический разряд. Ин Хо сидел властно, удобно расставив ноги, управляя пространством, как будто оно принадлежало ему. Эмма, находящаяся рядом с ним, чувствовала себя маленькой и захваченной его присутствием. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Она не была смелой по натуре и, несомненно, была неопытной. Но если она не начнет действовать сейчас, если она не последует за своим желанием, то она знала, что будет сожалеть об этом вечно. Вокруг них повисла тяжелая тишина, нарушаемая только тихим гудением двигателя автомобиля. Тусклый свет едва освещал черты Ин Хо, но, когда они проезжали по освещенной улице, она мельком увидела его лицо — идеальное, невероятно красивое. Эмма пошевелилась, прежде чем ее мужество покинуло ее. Поднявшись с места, она оседлала его, ее колени оказались по обе стороны от него, а лицо было всего в нескольких дюймах от его. Губы Ин Хо слегка приоткрылись, и его руки легли на ее талию, его хватка была крепкой и непоколебимой, удерживая ее на месте. Сердце Эммы колотилось так сильно, что отдавалось эхом в ушах. Она не отдавала себе отчета в том, что делает — по крайней мере, не до конца, — но в то же время точно знала, чего хочет. Впервые она позволила себе взять инициативу в свои руки. И впервые показалось, что мир рухнул, оставив только их двоих. Руки Ин Хо слегка сжались на ее талии, его прикосновение одновременно успокаивало и возбуждало. Его темные глаза встретились с ее, ища, ожидая, давая ей все необходимое для принятия решения. Эмма не колебалась. Она наклонилась вперед, ее дыхание смешалось с его дыханием, легчайшее прикосновение ее губ к его губам прозвучало как вопрос. Его ответом было то, как он преодолел оставшееся расстояние и запечатлел на ее губах поцелуй, который был одновременно осторожным и обжигающим. Мир за пределами лимузина стал казаться незначительным. Была только мягкость его губ, тепло, исходившее от них, и то, как его руки обхватили ее спину, притягивая чуть ближе. Пальцы Эммы скользнули вверх по его груди, ощущая силу под рубашкой, прежде чем перейти к воротнику. Ее уверенность возросла, когда он углубил поцелуй, его самообладание немного ослабло, чего было достаточно. Низкий, прерывистый стон сорвался с губ Ин Хо, заставив Эмму вздрогнуть. Ее пальцы зарылись в его идеально уложенные волосы, взъерошивая их, когда она прильнула к нему. Ощущение прядей, скользящих сквозь ее пальцы, придало ей смелости, и, поддавшись порыву, она нежно прикусила его нижнюю губу. Ин Хо издал еще один низкий звук, грубый и неосторожный. Жар, разлившийся между ними, был почти невыносимым, опьяняющим своей интенсивностью. Она прерывисто вздохнула, ее тело задрожало от переполнявших ее эмоций и ощущений. Это было слишком — слишком хорошо, слишком идеально. Она чувствовала себя так, словно балансировала на краю чего-то огромного и неизведанного, и все же не могла заставить себя остановиться. Губы Ин Хо оторвались от ее губ, прокладывая дорожку к шее, где он запечатлел на ее коже нежный, обжигающий поцелуй. Эмма инстинктивно откинула голову назад, отдаваясь ему, и по ее телу пробежал поток тепла. Каждое прикосновение, каждый поцелуй заставляли ее все глубже погружаться в этот момент, и впервые, как ей казалось, за целую вечность, она не думала о последствиях. Был только он, его прикосновения и то, как он заставлял ее чувствовать себя центром вселенной. Губы Ин Хо задержались на нежном изгибе ее шеи, его дыхание было теплым и прерывистым на ее коже. Казалось, каждый поцелуй зажигал новую искру, новый огонь, который, словно лесной пожар, распространялся по телу Эммы. Она крепче сжала его плечи, ее сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди. — Эмма, — пробормотал он низким и хрипловатым голосом, вибрирующим у ее ключицы. От этого по ее спине пробежала еще одна волна мурашек. — Да? — прошептала она едва слышно, но знала, что он ее услышал. Она почувствовала, как он замер, не отрывая губ от ее кожи, словно что-то взвешивая в уме. Когда он, наконец, отстранился, чтобы посмотреть на нее, его темные глаза встретились с ее, и напряженность его взгляда чуть не погубила ее. — А, ты опасна, — тихо сказал он, и кривая улыбка тронула его губы. Эмма рассмеялась, хотя это и прозвучало как судорожный выдох. — Я? Я думаю, что ты ошибаешься. Ин Хо наклонил голову, его улыбка стала шире. — Нет, — сказал он, положив руки ей на талию, и его большие пальцы плавно вырисовывали круги, отчего ее пульс участился. — Ты опасна, потому что заставляешь меня забыть, кто я такой. Его слова повисли в воздухе, тяжелые и напряженные, и Эмма почувствовала, что колеблется под их тяжестью. — Может, это и не так уж плохо, — сказала она тихим, но твердым голосом. На мгновение показалось, что он собирается сказать что-то еще, но вместо этого он притянул ее ближе, и его губы запечатлели поцелуй, который был более глубоким, но медленным и более значимым. Руки Эммы скользнули вниз по его груди, ощущая под кончиками пальцев ритм его сердцебиения. Он был таким же, как и у нее — диким, беспорядочным и неконтролируемым. Одним плавным движением Ин Хо без усилий поднял ее со своих колен и положил на широкое сиденье рядом с собой. Машина свернула за угол, но никто из них этого не заметил, да это и не имело значения. Его тело прижалось к ней, твердое и неподатливое, прижимая ее к кожаному сиденью. Эмма вслепую потянулась, чтобы убрать с сиденья какие-то разбросанные предметы, и ее рука задела что-то. Она инстинктивно подняла его, охваченная любопытством. Маска. Тусклый свет от проезжавшего мимо уличного фонаря отразился от ее черной поверхности. Эмма замерла, ее пальцы сжались вокруг предмета, когда ее взгляд остановился на нем. — Ин-хо... — начала она, ее голос слегка дрожал. Но он, казалось, не замечал этого. Его губы вернулись к ее шее, вызвав новую волну жара по всему телу. Маска выскользнула из ее пальцев и с тихим стуком упала на пол. Сейчас это казалось неважным, странным фрагментом реальности, с которым она разберется позже. Ее мысли полностью рассеялись, когда губы Ин Хо снова завладели ее, на этот раз с такой страстью, что у нее перехватило дыхание. Его рука запуталась в ее волосах. В этот момент машина плавно остановилась. Ин Хо отстранился от Эммы, его движения были неторопливыми, когда он взял ее за руку и помог подняться с осторожной легкостью. Его взгляд задержался на ней, полный опьяняющей смеси желания и чего-то невысказанного. Его губы были слегка приоткрыты, а взъерошенные волосы придавали ему грубый, беззащитный вид, от которого у Эммы перехватило дыхание. — Пойдем, — произнес он, словно отдал приказ. Они стояли, и чувствовалось, что напряжение между ними потрескивало. Сердце Эммы бешено колотилось в груди, этот звук наполнял ее уши, как будто мир вокруг них погрузился в тишину. Ее дрожащие пальцы крепче сжали его, когда они вышли из машины на свежий ночной воздух, и окружающий мир казался гораздо менее реальным, чем его присутствие рядом с ней. Это было оно. Это должно было случиться. И она не собиралась этому препятствовать.