Медный воробей скрывает золотую шпильку

Внутри британского консульства консул Джеймс и Дуань Елинь несомненно находились в состоянии конфронтации, заставив президентов различных торговых палат, сидевших по обе стороны, обмениваться недоумевающими взглядами. В городе Хэчжоу всего три причала. Иностранцы, желающие вести здесь торговлю, полагались на эти три торговые ассоциации. Однако на протяжении многих лет им удавалось избегать многочисленных проверок благодаря статусу иностранца, поэтому некоторые из них занимались теневым бизнесом с воровским мышлением. Теперь, когда дело касается Дуань Елиня, любые признаки беспорядка не будут пропущены. Джеймс был очень осторожен : "Господин Дуань, у наших британских кораблей никогда не было обнаружено проблем во время проверки. Мы не можем удовлетворить вашу просьбу в таком виде!" Дуань Елинь подогнул ноги и сказал : "Я пришёл сюда не для того, чтобы спрашивать вашего разрешения, а для того, чтобы проинформировать вас. Отныне все входящие и выходящие суда в трёх причалах будут тщательно проверяться. Неважно, под чьим флагом они плывут. Если в будущем будут выявлены какие-либо нарушения, я не буду столь снисходителен". Рядом с ним президент Торговой палаты Пэнъюня Гу Юэшань поставил чашку и слегка прищурился. Затем он попытался уладить ситуацию, сказав : "По моему мнению, командир просто хочет установить новый порядок, и мы не должны его игнорировать. Господин Джеймс считает, что его страна осталась без внимания, что вполне понятно. Как насчёт компромисса? Мы можем регулярно выборочно проверять корабли британских консулов. Это не только не привлечёт внимание командира Дуаня, но и обеспечит разъяснение от нашего правительства. Что вы думаете? Джеймс прослушал перевод, и выражение его лица значительно улучшилось. Он опустил голову, задумался на мгновение и сказал : "Думаю, это не то, с чем я могу не согласиться" – "Я отказываюсь". - Сказал Дуань Елинь с ухмылкой в уголке рта. От его взгляда у скользких людишек гильдии побежали мурашки : "Я уже говорил и повторю ещё раз : никаких исключений. Как только корабли прибудут в порт Хэчжоу, даже если это будет бумажный кораблик, мы его тщательно обыщем!" – "Вы..Я позвоню вашему начальнику и доложу об этом вашему президенту! Это дискриминация нашей Великой Британской империи! Мы имели право доступа к этим пристаням четыре года. Естественно они принадлежат нам!" С хрустом толстые каблуки Дуань Елиня ударились о землю. Он сдержал улыбку и коснулся своей военной фуражки : "Ты смеешь называть пристани своими всего через четыре года? Хе-хе". Поднявшись, он посмотрел на Джеймса сверху вниз. "Я тридцать пять лет ходил по улицам Хэчжоу и никогда не считал их своими. Кем ты себя возомнил?" Сказав это, он повернулся и ушёл, бросив на ходу фразу : "С завтрашнего дня всё будет так! Любой, кто ослушается, будет наказан и приговорён к расстрелу!" В зале заседаний консульства Джеймс кипел от злости, высокого подняв бороду. Руководители бизнес-ассоциаций начали шептаться, обсуждая будущие стратегии. Только Гу Юэшань погладил подбородок, глядя в сторону, куда ушёл Дуань Елинь, погружённый в свои мысли. К удивлению на его лице промелькнуло выражение благодарности, и он махнул рукой, подзывая стоявшего рядом помощника. Он прошептал ему на ухо несколько слов. Вскоре официальное пригласительное письмо было доставлено на стол. Приглашение было поистине добрым жестом. В нём говорилось, что труппа "Банды ста цветов" прибыла в театр "Силлоу" в Чэннане города Хэчжоу. Они исполняли оперу "Юэ" и пригласили командира завтра послушать "Историю западной планеты". Но самой интересной персоной среди публики была Гу Фанфэй, богатая наследница торговой планеты Пэнъюня. Речь идёт не о приглашении людей послушать "Историю Западного крыла", а очевидно, о том,  что они должны будут сыграть пьесу "История". Президент Гу действительно умеет манипулировать другими. Похоже, он хочет поиграть с любовными интригами. Цяо Сун взглянул на Дуань Елиня и спросил : "Командир, стоит ли нам отказаться?" Дуань Елинь коснулся скрытого узора на пригласительном билете, а потом вспомнил о своей собственной холодной штучке. Чем больше он думал об этом, тем больше его это интересовало. Затем он небрежно бросил пригласительный билет в руки Цяо Суна  и сказал : "Передай им, что я пойду". — "А?" – "Иди и сделай ещё одно приглашение, такое же, как предыдущие, и передай его Сюй Хану, просто скажи, что я послал тебя доставить эту бумажку". Цяо Сун крепко сжал в руке пригласительный билет и помедлил, прежде чем спросить : А что, если мастер Сюй откажется придти?" Дуань Елинь на мгновение замолчал, наблюдая, как Цяо Сун опустил голову. Он улыбнулся и сказал : "Тогда скажи ему, что если он откажется от приглашения, то потом у него не будет возможности уйти, даже если он будет умолять меня отпустить его". Честно говоря, Цяо Сун вообще не хотел быть посланником между этими людьми, он бы лучше послал солдат в гору, чтобы устранить бандитов. Сюй Хан только что вернулся, и когда Цяо Сун вошёл в зал, он обедал. Перед ним стояли всего два блюда и суп : жареные овощи, фрукты и суп из тофу. Цяо Сун отложил пригласительный билет и, не удержавшись, выпалил : "А..Командир мне говорил, что вы не едите  фрукты Цинмин.." Как только эти слова вылетели из его рта, он пожалел об этом. Сюй Хан поднял взгляд и просверлил дыру в Цяо Суне, последний тут же всё понял. "Как этот молодой господин Сюй может не есть фрукты Цинмин?". Но он явно не ест те, присланные ему Дуань Елинем. Сюй Хан небрежно спросил : "Заместитель Цяо, вы планируете подать жалобу?" На его лице отразилось бесстрашное выражение. Увидев мимику Сюй Хана, Цяо Сун вспомнил момент, когда впервые увидел его. Тогда он словно был подарок от Цзинь Хунчана Дуань Елиню. Именно Цяо Сун привёз Сюй Хана туда. На протяжении всей поездки на его лице всегда было выражение, лишённое как радости, возникающей при восхождении на высокие ветки, до которых мирские люди никогда не дотянутся, так и вынужденного гнева и унижения. Когда Сюй Хан подошёл к воротам перевала Сяотун, его глаза слегка покраснели, и он тихо выдохнул, выражая своё недовольство и смирение, пробормотав : "Так вот оно что?" Как и сейчас, даже если бы Цяо Сун добавил ещё несколько слов перед уходом, это наверняка заставило бы Сюй Хана чувствовать себя некомфортно в течение следующих нескольких дней. Однако он сохранил спокойствие и самообладание. Цяо Сун покачал головой и сказал : "Я просто пришёл передать приглашение, больше ничего не видел. Молодой господин Сюй, пожалуйста отдохните, я вернусь и доложу командиру!" Сюй Хан посмотрел, как уходит Цяо Сун затем взглянул на стопку свежих фруктов Цинмин и на ярко-красные приглашения на столе". Дуань Елинь, о Дуань Елинь, этот человек уже четыре года делает одно и то же. Но к сожвлению Сюй Хан ничего не может ему сделать.