Глава VI
3 марта 2026 г., 16:35
— Пока я нахожусь здесь, в вашем времени, хочу участвовать в расследовании, — бескомпромиссным тоном заявил Снейп.
Гермиона не решилась отвечать ему сразу и даже на всякий случай плотно поджала губы, чтобы ненароком не ляпнуть лишнее. Ей нужно было время, чтобы взвесить все «за» и «против». Когда молчание затянулось больше чем на пару минут, Северус нетерпеливо спросил:
— Так каким будет ваш ответ, Гермиона?
— Дайте мне ещё пару минут подумать, — нахмурив лоб, проворчала Грейнджер.
— Ещё пару минут? — повторил он и язвительно поинтересовался: — Вы всегда так долго думаете, Гермиона?
— Будете меня дергать, Северус, получите отказ сию же секунду, — огрызнулась девушка.
— Значит, всё-таки «да»?
— Я же попросила не дёргать меня, — сквозь зубы ответила она.
Гермиона придвинула к столу стул без спинки, присела на него и открыла записную книжку на чистой странице. Под притворно-равнодушным наблюдением Снейпа девушка разделила белый лист надвое и убористым почерком стала заполнять обе половины. Что-то подсказывало ему, что она делает это специально. Чтобы не терзать себя зря, Северус повернулся к ней спиной, подошёл к кухонной тумбе, на которой оставил свою кружку чая. Взяв её, он стал неторопливо пить, а про себя размышлял над тем, что стоило сразу украсть у гостьи волшебную палочку, а не заводить с ней разговор о последнем деле из её записной книжки и тем более предлагать свою помощь. Но, с другой стороны, были неприятные мысли о том, куда ему можно отправиться в этом времени: в Паучий тупик (заодно устроить нынешнему себе нервную встряску), в Хогвартс (прямо в логовище старого паука Дамблдора) или навестить Малфоя (уж Люциус со своими талантами точно не бедствует, как и любой потомок это древнего рода лицемеров)? Как ни крути, выбор небогатый. Северусу в своё-то время не особо куда податься.
«Может быть, мне попросить у неё листок бумаги и составить свой список?» — бросив косой взгляд в сторону Гермионы, подумал Снейп.
Грейнджер словно почувствовала, что он о ней думает, и оторвалась от своего занятия. Она внимательно посмотрела на Снейпа и произнесла:
— У меня к вам вопрос.
— Удивите меня, Гермиона, — поставив кружку на тумбу, сказал он и полностью развернулся к ней.
— Вы согласитесь пить Оборотное зелье, чтобы присоединиться к расследованию? А также хранить в тайне вашу личность, особенно от Гарри?
— Ого, целых два вопроса, а я ждал один, — усмехнулся Северус, затем уже серьёзным тоном продолжил: — А можно мне кое-что уточнить? Так ли обязательно пить именно Оборотное зелье? Возможно, мы можем обойтись другим зельем или чарами, изменяющими внешность? Всё-таки Оборотное требует немало затрат как по времени, так и по ингредиентам.
— Звучит резонно, — задумчиво произнесла девушка. Она что-то быстро записала в нижнем углу листа и продолжила: — Учитывая поправку на способ изменения вашей внешности, вы согласны принять предложенные мной условия?
— Думаю, что согласен, — чуть покачивая головой, ответил он.
— Так только думаете или всё же полностью согласны, Северус? — Гермиона пришпилила его взглядом.
— Полностью согласен, — ответил Снейп, с трудом удержавшись от того, чтобы закатить глаза в раздражении.
— Что ж, тогда я тоже согласна выполнить ваше желание, — захлопнув записную книжку, сказала Грейнджер. Предугадав вопрос, который собеседник собирался задать, бескомпромиссно добавила: — Сегодня точно никаких встреч.
— Вам опять нужно время всё обдумать, Гермиона? — не без ехидства поинтересовался Северус.
— Угадали, Северус, нам необходимо время, хотя бы этот вечер, чтобы обсудить дальнейшие действия, — пропустив колкость мимо ушей, согласилась она. — Нужно же придумать вам новую личность: внешность и правдоподобную историю для Гарри и других. Выбрать способ изменения. Подобрать время и место для встречи. А ещё посоветоваться с Тео… — прервав перечисление паузой в несколько секунд, продолжила: — Вдобавок я бы хотела послушать ваш рассказ о создании, которое убивает в деле…
— Не так быстро, Гермиона, — покачивая головой, прервал её Снейп. Он подошёл к столу, сел на стул напротив девушки и, скрестив руки на груди, продолжил: — Вы и так узнали от меня слишком много. Продолжение сказки вы услышите лишь тогда, когда я встречусь с сыном Лили.
— Может, всё-таки дадите мне подсказку? — попросила девушка и свела вместе большой и указательный палец, оставив между ними маленький зазор. — Хотя бы самую маленькую.
Уголки губ её собеседника едва заметно дрогнули, но он отрицательно помотал головой и ответил:
— Нет, вы и так получили очень жирную подсказку, Гермиона.
Тень недовольства промелькнула на лице девушки, да и голос не скрывал её эмоций:
— Какой же вы упертый, Северус. Хотя чему я удивляюсь, вы…
И тут посреди фразы организм решил напомнить ей о пропущенных приёмах пищи, к стыду хозяйки, громким урчанием. Густо покраснев до корней волос, Гермиона прикусила нижнюю губу от досады и смущённо опустила взгляд.
— Мне стоило предложить вместо кружки чая тарелку супа, — сказал Северус.
— Простите, — виновато выдавила из себя Грейнджер, чувствуя, что у неё теперь горят ещё и уши.
— Всё в порядке, — махнул рукой Снейп и встал из-за стола. — Я разогрею вам поесть, а вы пока рисуйте свои планы на листочке, — и направился на половину приготовления еды. Заглядывая в холодильник — не магловский, а его магическую версию, — он шутливо добавил: — Будьте прилежны, Гермиона, позже, когда будете есть, я проверю ваше домашнее задание.
— Хорошо, профессор, — в тон его словам ответила девушка.
Составляя список изменяющих внешность зелий и чар, Гермиона вспомнила о том, как Лигфар вчера — неужели прошли всего лишь сутки?! — преобразился при помощи кольца, и подумала, что нужно будет расспросить об украшении, когда в ближайшее время навестит Нотта. Нужно было обсудить с ним вопросы, связанные с тем, что Снейп покинет коттедж. От размышлений Грейнджер отвлекла оброненная как бы между прочим Северусом фраза:
— Мне бы не помешало обзавестись палочкой.
— Вам нужна палочка? Почему бы и нет, — сказала девушка и, не дав ему сказать и слова, добавила: — А потом сразу же добудем философский камень.
— А вы в хороших отношениях с Фламелем, Гермиона? — разжигая примус, не без удивления произнёс он. — Как он, кстати, поживает?
«Проклятие, профессор же не знает, что философский камень уничтожили в девяносто втором — для него этот год только в будущем», — мысленно одернула себя девушка, поняв, что Снейп не распознал сарказм в её словах и принял их за чистую монету.
— Никак, он недавно умер, — ответила она, надеясь, что собеседник не решит расспросить её о подробностях. Не дожидаясь неудобных вопросов, быстро сказала: — Извините, Северус, но добыть для вас палочку будет так же проблематично, как и философский камень. Даже под маскировкой вы не сможете приобрести в магазине палочку. И на чёрном рынке не купить, потому что они сейчас под строгим учётом.
— Вот же драконье дерьмо, — сквозь сжатые зубы произнёс он.
— Для варки зелий вам палочка не пригодится, Северус, — попыталась его подбодрить Гермиона.
— Вот сварю приворотное зелье и опою вас, — пробурчал тот и со злорадной ухмылкой добавил: — И тогда посмотрим, как вы после заговорите и какие будете выдвигать условия.
Грейнджер втянула носом аппетитный аромат супа, который наполнил кухню, и с доброй иронией сказала:
— Мне кажется, вы сейчас как раз его и готовите. Пахнет очень вкусно, Северус.
— Вы просто голодная, — отмахнулся он, но его голос прозвучал на полтона бодрее. — Как только поедите, сразу измените своё мнение.
«Всё-таки доброе слово не одной кошке приятно, но и такому ворчуну», — пряча улыбку, подумала девушка.
— Время вышло, Гермиона, откладываем перо и берём в руки ложку! — объявил Снейп.
Его по-преподавательски строгий тон напомнил ей о школьных временах: сколько раз она слышала схожие слова за те шесть лет, что он вел у них сначала зельеварение, а затем защиту от Тёмных искусств. Из-за внезапного приступа ностальгии губы девушки тронула лёгкая улыбка. Она не ускользнула от внимания Северуса. Поставив перед ней тарелку с густым и ароматным супом, он поинтересовался:
— Неужели, Гермиона, вы так голодны, что улыбаетесь от вида обычного супа? — и, сев на свободное место, забрал исписанный листок.
— Я кое-что вспомнила и улыбнулась, — возразила Гермиона. Она зачерпнула ложку супа и, проглотив его, восхищённо воскликнула: — Ваш суп не только аппетитно пахнет, но и на вкус изумительный. И всё из тех продуктов, что я вам собрала? Вы точно сварили приворотное зелье!
— Давайте проверим, — ухмыльнулся Северус и, изменив тон голоса, сказал: — Гермиона, душа моя, может быть, сейчас отправимся к сыну Лили?
Услышав его слова, Грейнджер чуть не подавилась второй ложкой «приворотного» супа. Девушка закашлялась, а на глазах даже выступили слёзы.
«Душа моя, надо же, чего придумал!» — с трудом проглотив то, что было во рту, мысленно воскликнула Гермиона, а вслух категорично сказала:
— Даже не просите, Северус.
— Что и требовалось доказать: в вашей тарелке обычный суп, а вы льстивы, как лиса, — заключил Снейп, — Продолжайте есть, Гермиона. Поговорим позже, — и вернулся к чтению составленного Грейнджер списка, в котором попутно оставлял свои пометки.
***
Северус взял чайник и налил себе в кружку чай, затем с ней вышел на улицу, на крыльцо чёрного входа. Тёплую августовскую ночь наполняли ароматы ночных цветов и пение насекомых. Снейп присел на стоявший у стены табурет. Глядя на украшенное, словно лицо ребёнка веснушками, звёздами тёмно-синее небо, он думал над письмом, что принесла ему сова Гермионы. В нём было сказано, что она договорилась о встрече с сыном Лили на ближайшую пятницу, а значит, осталось потерпеть два дня муштры с её стороны. Хотя он в целом был не против. Впервые за долгие годы Северусу было не просто комфортно, но и интересно в обществе представительницы противоположного пола. Были, конечно, раздражающие моменты, когда у неё включались режимы «праведная гриффиндорка» и «невыносимая зануда». Также досаждало то, что стоило заговорить об интересующих его моментах будущего, как Гермиона либо переводила разговор на другие рельсы, либо выразительно замолкала. Даже книги, что девушка прислала Северусу, были выпущены не позднее восемьдесят девятого года. В такие моменты Снейп возлагал надежды на то, что сын Лили будет более сговорчивым. Но всё же познания Гермионы вызывали у него уважение. И честно говоря, ему в тайне нравилось поддразнивать девушку. Её реакция доставляла Снейпу то ещё удовольствие: она чем-то напоминала ему котёл с экспериментальным зельем, которое только начал готовить и ещё не знаешь, каким будет результат. Да и чего греха таить, Гермиона была ему интересна как женщина. Он позволял — украдкой — своему взгляду останавливаться чуть дольше на лице в обрамлении непослушных кудрей, припухлом изгибе губ и даже на округлостях фигуры. «Кажется, я буду скучать по ней, когда вернусь обратно», — поймал себя на мысли Северус. То, что Гермиона пробудила в его душе привязанность за такой очень короткий срок, одновременно и пугало, и волновало. Снейп откровенно не знал, как ему быть с этим неожиданным чувством. Со стороны пруда потянуло сырым промозглым ветром, напомнив, что лето подходит к концу. Северус поёжился от холода и, залпом допив остатки чая, встал на ноги и пошёл в дом. В приглушённом свете висящей под потолком керосиновой лампы блеснуло кольцо, лежавшее на стопке исписанных их почерками листов. Его домашняя работа. Несколько часов назад Гермиона принесла наделённое магическими силами украшение вместе с новостями от Нотта-младшего. Его подчинённый, по чьей вине Снейп оказался в этом времени, всё ещё находился в бессознательном состоянии, и, по словам целителя, наблюдающего за его случаем, пациент не придет в себя ещё пару недель. Магическое излучение после неудавшегося эксперимента проникло глубоко в организм, повлияв на мозговые потоки, и погрузило пострадавшего в очень крепкий сон. — А на лабораторию Нотта, как назло, именно сейчас свалился большой заказ от Министерства, и теперь у Теодора с Лигфаром дел по горло. Так что вам придётся «погостить» в нашем времени гораздо дольше, — подытожила Гермиона, затем достала из кармана бархатный мешочек и сказала: — Зато мне удалось выпросить кое-что из их изобретений. То, что внутри, заменит вам зелья и чары, — и вручила его Северусу. Снейп развязал шнурок и вытряхнул на ладонь содержимое мешочка. Внутри оказалось широкое золотое кольцо. По внутренней стороне ободка вся поверхность была покрыта сложными для расшифровки символами. — Не думал, что успел вас сразить своим очарованием, что вы решили не упустить момент и сделать мне предложение. — Что?! — опешив, воскликнула Гермиона и быстро затараторила: — Нет, это вовсе не предложение! Я же сказала, что … — Да я просто пошутил, — перебив её, усмехнулся он. — Тогда не нужно было говорить таким серьёзным тоном, Северус, — сердито буркнула девушка, опалив его сердитым взглядом. — Надо же, как у вас покраснели щёки. В точности как у школьницы, — откровенно дразня её, сказал Северус. — Ваше поведение тоже не покинуло пределов классной комнаты, — парировала она, непроизвольно приложив руки, которые показались ледяными по сравнению с пылающим лицом. — Хм, возможно, это так, — хмыкнул Снейп и, подкинув кольцо на ладони, уже более серьёзным тоном продолжил: — Так и что мне делать с этой побрякушкой? Нужно просто надеть на палец или произнести какое-то заклятие? — Просто наденьте на любой палец, чтобы оно плотно прилегало к фаланге. Северус сделал, как она сказала. Кольцо налезло ему только на мизинец. Тем временем Гермиона трансфигурировала висящую на стене картину в зеркало и одновременно увеличила его до ростового размера. — А более скромной внешности не было? — поинтересовался Снейп, увидев своё отражение. Из зазеркалья на него смотрел мужчина, от внешности которого у женщин перехватывало дыхание, а у мужчин возникали некоторые вопросы к своей ориентации. Если бы не светло-синяя водолазка и чёрные джинсы, в которые Северус был одет с самого утра, то он решил бы, что в комнате находится третий. — Нет, такая уж базовая установка, — отрицательно покачав головой, ответила Гермиона. — В пятницу вам придётся потерпеть эту внешность в течение трёх часов. Ради встречи с Гарри, — последние слова она выделила голосом. Снейпу не понравился тот блеск в глазах девушки, который появился в них после его преображения. В груди неприятно закололо. «Ей тоже нравятся смазливые мордашки», — с раздражением подумал он. — Может, всё-таки чары или зелья? — недовольно разглядывая отражение, спросил Снейп. — А что не так? — с недоумением спросила Гермиона. — Так быстрее и удобнее. — Зато эта маскировка бросается в глаза, — скривил кислую мину Северус. — Скажем, что одна из бабок вашего персонажа была вейлой, — пожав плечами, предложила девушка. — Лигфар сказал, что кольцо устойчиво к основным методам проверок на изменение внешности. — Так кольцо изобрёл гоблин? Теперь неудивительно… — Что неудивительно? — нахмурившись, перебила Грейнджер, уловив в голосе собеседника неприятно цепляющие интонации. — Размер кольца: такое широкое и в то же время рассчитано на маленькие пальцы. Эта внешность… — прокомментировал он и ткнул указательным пальцем в отражение. — …слишком красивая для того, чтобы быть созданной человеком. Гоблины любят создавать безупречные вещи. — Понятно, — чуть сощурив глаза, недоверчиво протянула Грейнджер и, бросив взгляд на часы, торопливо добавила: — Сегодня не смогу задержаться — у меня встреча по работе через час. Увидимся в пятницу. — В пятницу? — Да. Завтра я буду очень занята и не смогу составить вам компанию. Но не переживайте, в пятницу буду здесь, и мы отправимся на встречу к Гарри, — объяснила девушка и с бодрой улыбкой добавила: — А пока привыкайте к внешности и репетируйте роль. Считайте, Северус, что это ваше домашнее задание. — Как скажете, профессор Грейнджер, — ответил тот. — Профессор Грейнджер… — с задумчивой улыбкой повторила она и прибавила: — Может быть, позже я пришлю вам сову, если у меня появятся для вас новости. А сейчас до свидания, Северус. Едва Снейп успел попрощаться с ней, как колдунья растворилась в воздухе с характерным для трансгрессии хлопком. «Давно мне не задавали домашнее задание», — ухмыльнувшись, подумал Северус и посмотрел сначала на кольцо, потом на ложное отражение в зеркале. — До чего же приторная мордашка, — скорчив недовольную гримасу, пробормотал он и, вспомнив о восхищении во взгляде Гермионы, с которым она смотрела на «этого красавчика», прибавил: — Так и хочется взять и испортить еë.***
Гермиона бросила придирчивый взгляд на Северуса. Он ещё не перевоплотился. Для встречи с Гарри был выбран синий с серыми полосами спортивный костюм. На голову был накинут капюшон поверх темно-серой кепки с длинным козырьком. Такой непривычный для Северуса наряд был выбран специально, чтобы частично скрыть внешность, в которую он должен перевоплотиться, и заодно чтобы не вызывал никаких ассоциаций с его настоящей личностью. Вглядываясь в каждую деталь, Гермиона чувствовала, как в ней с каждой секундой нарастает безумное напряжение. От него даже кожу покалывало. — Нервничаете, Гермиона? — перехватив её взгляд, спросил Снейп. — Очень, — решила не утаивать от него свои ощущения девушка. — Мне до жути тревожно. А вдруг всё пойдёт не по плану? — Обещаю, что не стану кричать с порога, что меня зовут Северус Снейп, — положив руку на сердце, с торжественной серьёзностью сказал он. — Клянусь, что для всего мира и особенно для сына Лили я буду Сергеем Рахманиным, — сказав последние два слова со скверным русским акцентом. Грейнджер невольно улыбнулась, сочтя его поступок милым, и хотела его поблагодарить, но не успела, потому что Северус сказал: — Гермиона, давайте уже отправимся туда, куда собирались и испортим всё на самом деле, а не в твоём воображении. — Вы правы, — согласилась Гермиона и шутливо добавила: — Нам нужно было сварить зелье удачи. — Жаль, что эта блестящая идея посетила вас только сейчас, — усмехнулся Снейп. — Очень жаль, — кивнула девушка и протянула руку ему. — В путь? Он надел на мизинец кольцо и, как только его внешность кардинально преобразилась, утвердительно повторил: — В путь, — и крепко сжал её холодные пальцы в своей горячей ладони. Они трансгрессировали в плохо освещённый тупик рядом с «Волчьим изумрудом». Переживая, как бы нервное напряжение не сказалось на их перемещении в пространстве, по прибытию на место, Гермиона сразу поинтересовалась у своего попутчика: — Всё в порядке? — Да, — кивнул Северус, борясь с подступившей к горлу тошнотой. — Расщепа нет. — Хорошо, — с облегчением выдохнула девушка. Но стоило им сделать несколько шагов, как Снейп, пошатываясь, подошёл к кирпичной стене и согнулся пополам, где его вырвало. — Как вы себя чувствуете? — участливо спросила Грейнджер, но всё-таки держалась на расстоянии, внимательно глядя себе под ноги, чтобы не наступить в рвоту. Она поначалу решила, что это последствие трансгрессии, но стоило ей взглянуть на Северуса, как мнение изменилось. Даже в тусклом освещении для Гермионы было ясно, что сложившуюся ситуацию, при всём богатстве её лексикона, иначе как емким словом: «Хреново», — не описать, и желательно к нему нужно прибавить три восклицательных знака для большей точности. Желтовато-зелёное лицо и волосы были мокрыми от крупного пота, а тело Снейпа тряслось от крупной дрожи. Мужчина попытался опереться на стену, но ноги перестали его слушаться, и он бы обязательно упал точно в лужу рвоты, но Гермиона, преодолев брезгливость и пожертвовав новенькими туфлями, вовремя подоспела ему на помощь. — Северус! — в тревоге позвала его девушка. Он пробормотал что-то невнятное и повернул голову на её голос. Взгляд Северуса был полностью расфокусирован. Видя, что ему становится хуже, а паника в ней растёт так же быстро, как тает снег на раскалённой плите, Гермиона пробормотала, обращаясь к самой себе: — Проклятье! Ему нужно в Мунго! Но путь в больницу им был заказан. Ей хотелось кричать от отчаяния. «Нет! Я не позволю ему ещё раз погибнуть у меня на глазах», — среди внутренней бури в её голове выкристаллизовалась чистая, полная решимости мысль. — Я вас спасу, профессор! Только не сдавайтесь! — прижав к себе трясущегося Снейпа, с горячей мольбой прошептала Грейнджер и трансгрессировала в то место, где им могли оказать помощь — в лабораторию Нотта.
